Снова открываю Алгебру

Уже час ночи, но я аккуратно дописываю домашнее задание по русскому во вторую тетрадь. Мать, конечно, думает, что меркурий в нужной фазе и меня потянуло учиться. Естественно планы немного другие.

Я переписал классную работу с Сашки так, чтобы она закончилась ровно на шестой странице тетради, — последние два предложения как раз поместились на первых трёх строках.Затем я взял вторую тетрадь и сделал то же самое, но уже добавил домашнее задание. Оно заняло ещё ровно две страницы, и концовка снова пришлась на начало листа.

План прост: наша «собачка» соберёт тетради в начале урока, я сдаю без домашки. Когда проверенные работы вернутся, скопирую поставленную двойку в тетрадь с домашним заданием. Подделать подпись, по-моему, умеют все с четвёртого класса. Ну, а дальше — дело техники. Я собираюсь устроить такую сцену, что учителю не отвертеться от публичных извинений.

Также продуман второй план. Мать любит пить кофе с сиропами — её домашняя коллекция содержит около десяти видов. Все сносны на вкус, но один имеет настолько противный ореховый привкус, что больше напоминает жжёную скорлупу семечек. После пробы такой кофейной добавки желание знакомиться с пополнениями в коллекции пропало вовсе.

Наши учителя часто носят на уроки кто воду, кто чай, если Юджин Александрович сповадится делать также, угощу его этим прекрасным сиропом.

Я закрываю вторую тетрадку и складываю ее в рюкзак. Переписывать лишние десять страниц довольно утомительно, но портить ученикам оценки из-за личной неприязни — отличная характеристика для Юджина Александровича. Главное сверить домашку еще с парой человек, она обязана тянуть на отлично.

Глаза закрываются от усталости, когда я падаю на кровать, веки кажутся очень тяжелыми. Я вижу картинку Юджина Александровича в своих мыслях, плавно переходящих в сон.

***

-Его снова нет.-констатирует Костян на пороге кабинета русского и литературы. Я обхожу его со спины и замечаю на учительском месте Юлию Сергеевну. Она закрывает рабочий компьютер, уже собираясь покидать класс. Женщина сорока лет, высокая, с черными кудрявыми волосами- так можно ее описать. До появления Юджина Александровича она делила кабинет с Галиной Степановной.

-Компьютер починили.-отвечаю я Косте, невольно улыбаясь от мысли о том, что теперь поломки будут происходить намного реже. Наверняка Юджин Александрович справляется с техникой лучше в силу своего небольшого возраста. Галина Степановна в один раз пролила кофе на клавиатуру, во второй что-то нажала — и наш электронный дневник сбросил все данные, а в третий провела маркером по экрану, думая стереть надпись как на маркерной доске. В общем, веселила она нас знатно, в частности и тем, что никогда не признавала своих ошибок: «Я ничего не трогала!» — повторяла Галинка каждый раз.

Мы садимся за наше место, я уже в нетерпении привести план в жизнь. Домашка совпала с отличниками. Говорить кому-то, что сделаю, я не стал, иначе реакция класса может выдать меня. -Теперь у них комп общий?-спрашивает Костян с крайне сосредоточенным видом.

-Ну, получается.-отвечаю я, доставая только пенал на парту.

За минуту до звонка фигура Юджина Александровича появилась на пороге, он улыбается первым партам и спокойно идет к столу. В белой рубашке, волосы растрепаны, но черные брюки и галстук без единой складки. Я осматриваю его с головы до ног, даже не понимая, чем он так сильно меня взбесил, что мысли забиты лишь этим.

Со звонком Юджин Александрович оглашает тему урока и открывает программу на установленном компьютере. Костян перегибается в мою сторону, когда учитель вводит пароль. Он толкает меня спиной, от чего ручка провела черную полосу в тетради по геометрии, только я собрался начинать домашку в ней. Вчера время было потрачено на план мести и я оставил остальное на ненужные уроки.

Я ударяю его плечом в ответ, от чего Костя шикает, перелезая еще больше. Меня бесит его принципиальность, Юджин Александрович уже давно зашел на рабочий стол, смотреть больше смысла нет. Костян разглядывает все, что делает учитель, уже полностью скидывая меня с места. Я отодвигаю его локтем, параллельно матерясь под нос.

-Да заебал, дай посмотреть.-отвечает Костя, практически врезаясь головой в мой подбородок.

Юджин Александрович открывает нужную презентацию и принимается за журнал.— Сдайте домашнюю работу сюда, пока я не забыл, — говорит он, не отрываясь, и указывает ладонью на край учительского стола.

Наконец прозвучали эти слова. От спешки я уже с силой толкаю Костяна с себя и тянусь к рюкзаку. Он хватается за край парты, чтобы не упасть, и сразу прописывает ответ. Я резко отворачиваюсь, буквально слетаю со стула, роняя его за собой.

Юджин Александрович наконец-то поднял на нас взгляд, по классу пролетает смех, первые парты оборачиваются назад, чтобы рассмотреть меня. Я же быстро расстегиваю рюкзак, достаю нужную тетрадь и вскакиваю на ноги. Мой невозмутимый вид держится перед продолжительным хохотом класса.

-Эффектно.-констатирует Юджин Александрович, когда я первый кладу домашку ему на стол. Я не хотел даже смотреть в ответ, но от такой характеристики смутился. Вблизи учитель кажется еще моложе, его сосредоточенность и безэмоциональность портят юношеский вид. Я резко отвожу взгляд и чувствую, как кровь прилила к голове, а щеки вспыхнули.

Юджин Александрович будто ждет пояснения или же немого извинения, поэтому смотрит на меня так пристально. Я впервые могу назвать чей-то взор слишком откровенным. Как он меня раздражает, выглядит как подросток, а пытается командовать нами.

Я иду за парту и молча беру ручку, возвращаясь к геометрии. Костян в недоумении смотрит на меня, когда я сосредоточенно и быстро расписываю формулы, нахмурившись.

Домашнее задание идет как никогда быстро. Все упражнения кажутся слишком легкими, вероятно, потому что я сосредоточен на том, чтобы погрузиться в важный предмет, а не слушать треп Юджина Александровича.

Учитель постоянно стучит мелом по доске, что то параллельно рассказывая. Его голос сегодня более мягкий, размеренный. Я отбрасываю мысли об этом и достаю тетрадь по алгебре. На столе уже лежат два других учебника- и ни одного предмета для русского языка. Открываю уравнения по алгебре и переписываю их, не сбавляя темп.

-У тебя все норм? Это нам на урок в следующий понедельник задали, у тебя телефон разрядился чтоли, что настолько скучно?-шепчет мне Костян.

Я вздрагиваю от его слов, погружаясь в мысли настолько глубоко.

-Нет.-отвечаю кратко и снова сбиваюсь, когда Юджин Александрович невольно попадает в поле зрения.

-Он что, улыбается?-всплывает в голове, когда замечаю Настю у доски, уже заканчивающую подчеркивать члены предложения. -Господи, вчера — весь такой строгий учитель, сегодня — милый и пушистый, блевать хочется от этого.- продолжается последующий поток мыслей, и вот я уже не понимаю, как дорешиваю уравнение в тетради.

Кажется, Костян по прежнему смотрит на меня впритык. Плевать, пусть смотрит.Настя кладет мел на место и садится за первую парту. Ее длинная коса прямо подлетает от похвалы учителя, когда та гордо взмахивает головой.

-Что это она вперед пересела?-шепчу я Косте.

-Не знаю, может пока «собачка» посадку не установила, решила по ближе к Кате сесть.

Я хмурюсь, сжимаю ручку и пытаюсь вернуться к уровнению.

Время на уроке прошло гораздо быстрее, чем обычно, звонок стал неожиданностью. Я снова подрываюсь первым и скидываю учебники в сумку, желая покинуть кабинет даже быстрее Юджина Александровича.

Костян решает поспеть за мной. Я наполовину застегиваю рюкзак, как вижу знакомый силуэт Юлии Сергеевны в дверях.

Она, на своих черных каблучках, спешит к Юджину Александровичу, будто тот сейчас убежит. В руках учительница держит маленький прозрачный чайничек с налитым до середины чаем. Обычно он стоит в учительской, и Юлия Сергеевна переливает напиток в кружку, а уже с ней идет на урок. Однажды и я пил этот чай, когда попросил воду после физры.

-Юджин Александрович, подождите, пока вы не ушли, я хотела спросить, не будете ли против, если я оставлю свой чай в кабинете. С Галиной Степановной мы не сошлись согласием в этом вопросе, но может вы не будете против.-говорит Юлия Сергеевна своим приятным, тихим голосом.

Я снова падаю на стул, когда Костян уже направился к выходу, и заставляю его вернуться обратно.

-Конечно, конечно, как вам будет удобно, это и ваш кабинет.-быстро отвечает Юджин Александрович и жестом пускает Юлию Сергеевну к столу. Она улыбается, сразу размещает чайник рядом с подоконником.

-Ой, благодарю! А то понимаете, от лекций горло нещадно сохнет. Вы тоже пейте, кружки у нас в учительской лежат, я не крепкий завариваю.-тараторит в ответ Юлия Сергеевна, пока Юджин Александрович не покинул класс. Он в ответ мило улыбается и кивает, что-то отвечает, но Костян так крикнул мне в ухо, что я не расслышал.

-Ну все, все пошли!-отвечаю я и иду в сторону выхода. Вижу, как Юджин Александрович все же продолжает разговор. От вида его любезности раздражение нарастает в прогрессии.

Я толкаю ладонью дверь так, что она с грохотом бьётся о стену, и вылетаю из кабинета.

-Слушай, я хочу поговорить с Сашей, может у его сестры остались скрины переписки Юджина Александровича. Можно закинуть их в комп, а Юлия Сергеевна подумает, что это он сам сохранил, компьютер то общий. Она доложит в учительскую и все, мы освободимся от русского.-говорит мне под ухо Костя, от чего мое лицо становится еще более красным. Я сжимаю губы и оглядываюсь вокруг, чтобы обозначить лишние уши.

-Да их первее Юджин Александрович увидит, чем она, или нас за компом спалят. Вообще он не похож на гея, вон как флиртует с Юлькой.-шепчу я в ответ максимально сдержанно, когда внутри все вскипает. Эту тему хочется обсуждать меньше всего от мысли о том, что план рабочий, но такие методы мне уж сильно не нравятся.

-Да где он там флиртует, ей под сорок. Слушай, в пятницу у нас с ним последний урок в кабинете, мы останемся дежурить в классе, доску тип протереть и так далее. «Собачка» постоянно сваливает, только звонок звенит. Мы закинем на комп скрин переписки. Надо только посмотреть, кто в понедельник первый урок вести будет, если Юлька, то все прекрасно.-продолжает мысль Костян. Он говорит это с таким рвением, что я начинаю сомневаться в том, что ненавижу Юджина Александровича больше всех в классе.

Да, он из тех учителей, кто считает свой предмет исключительно важным, готов строить нас при первой же возможности, хотя сам только вуз закончил. Но даже это не провоцирует меня воспользоваться методом Кости. Если Юджин Александрович сбежал из своего города из-за простых слухов — что же будет тут?

Я снова ухожу в мысли, мое лицо хмурится уже очень долго, пальцы постоянно перебирают лямки рюкзака.

-Ну, пойдем Саше расскажем!-давит на меня Костян.

Плевать, нужно было вести себя нормально с самого начала, тогда проблем бы не было, да и не получится у них ничего.

— Пошли. Только давай лучше в следующую пятницу. Посмотрим, оставит ли Юджин Александрович ключ для дежурства, и подозрений будет меньше. А то сразу понятно, кто его невзлюбил с первых дней, — отвечаю я с неохотой.

Глаза Кости горят злостью и отвращением к учителю. Мне становится не по себе. По спине пробегает холодок.

-Чтобы было, если они узнали и про меня- думаю я.

***

В четверг урока русского языка нет. Я могу целый день не видеть Юджина Александровича — в коридорах я его не встречаю ни разу. Не то чтобы высматривал, просто обратил внимание.Успеваемость по математике и физике выросла еще больше. Мать смотрела с каким то недоверием, когда я приходил домой и сразу садился за домашку. Сам не знаю почему. В школе концентрация ненужного стала слишком большая, вот, видимо, и хочу разбавить это чем то значимым.

Костян все ближе общается с Сашкой. Как я понял, им дал в голову компромат на Юджина Александровича. Перед химией Костя скинул мне те самые скрины.

Я сглатываю воздух и неохотно открываю содержимое. На фото Юджин Александрович со спины, видно, что он сидит в большой аудитории, видимо ВУЗ. В его руках открытый мессенджер, где идет диалог.

Костя отправил пятнадцать фото, кто то фотографировал переписку уж очень усердно, не упуская ни единого сообщения. Возможно, это была сама Лерка, или еще кто-то с курса.

-Блять, вот их что, так сильно ебет о чем кто общается, нахуй было смотреть и фоткать.-шепчу я себе под нос, выговаривая каждое слово с предыханием, но тут же меняю выражение лица. Саша пристально смотрит на меня с другого конца класса — видно, хочет обменяться реакцией на сообщения. Ждёт, когда я скорчу рожу, будто меня тошнит, или что-то в этом духе.

Я листаю фото за фото, прочитывая содержимое диалога. Парня зовут Артем, он так и записан у Юджина Александровича.

Юджин: «Почему не поедем?»Артем: «Я вчера был с тобой, Олег спрашивал про это.»Юджин: «Что он говорил?»Артем: «Он спросил, не вернулся ли я к старым привычкам. Я сказал, что мы только друзья, но он не поверил.»Юджин: «Ты думаешь, что он расскажет матери?»Артем: «Да.»Юджин: «Мы можем встречаться во время пар, тогда он не выследит нас.»Артем: «Если я буду трахаться с тобой во время пар, то мне придется добираться до уника еще час. Он заметит, если захочет встретить меня после.»Юджин: «Кто говорит про это. Давай встретимся сегодня вместо зала.»Артем: «Говори сразу, если хочешь переспать, мне нужно тогда заехать домой.»Юджин: «Говорю.»

Я долистал до конца, а затем Саша скинул то же самое, но уже в приближённом виде, с подписью: сначала нужно загрузить это, а то Юлия Сергеевна может просто не вчитываться в текст на экране телефона.

Я поднимаю голову к Костяну, он что то шепчет Саше об этом и сжимает руки в кулак. Изобразить такое же отвращение у меня не выйдет, поэтому подходить смысла нет. Единственная мысль, которая возникла при прочтении диалога - что я никогда не спал с одним и тем же парнем дважды. Это может вызывать подозрения, как у Юджина Александровича с Артемом.

Уж не знаю, кто это, но мне хотелось бы побывать на его месте - даже при таком раскладе. Я ловлю себя на мысли и резко поясняю контекст сам себе: имею в виду встречаться с кем то, а не только спать. Хотя, если бы мой парень был таким же, как Юджин Александович, лучше сдохнуть девственником.

Я выпрямляюсь, пытаюсь взять себя в руки. Лицо остаётся бесстрастным. Единственное, что я могу сейчас, — это сделать вид, будто доволен результатом поиска компромата и будто мне на это всё равно. Пишу краткое : «Отлично» в сообщении Саше и откладываю телефон, снова доставая алгебру.