Глава 7

Первое, что я почувствовал, придя в себя – адская боль в затылочной части головы. Даже с закрытыми глазами я ощущал, как вокруг меня все вертится. Все тело было словно из ваты, обмякшее, оно отказывалось меня слушаться. Единственное, что я мог понять, находясь в таком состоянии, так это то, что моя голова не касалась пола. Я был в сидячем положении, и опирался на что-то твердое и холодное.

Попытка приоткрыть глаза принесла мне лишь приступ тошноты, поэтому я решил побыть в темноте еще некоторое время, пока голова не перестанет окончательно кружиться, а боль не утихнет. Глубокие вдохи и выдохи помогали немного облегчить боль.

«Что вообще произошло? Последнее, что я помню – это скрытая комната в кабинете Бена. Банки с прахом и перечеркнутые лица жертв. Я взял пару листов и вышел из комнаты. Летунов уже не было. Куда они пропали? Я хотел идти к Валентайну с найденными уликами, но... Точно! Меня кто-то ударил по голове, и я отключился!».

Восстановив хронологическую цепочку у себя в голове, я вновь предпринял попытку открыть глаза. После тьмы любой, даже не самый яркий свет, ослеплял. Так и сейчас, едва я приоткрыл один глаз, как свет резанул глаза. Во второй раз все прошло немного легче, я начал привыкать. Тошнота еще накатывала, но уже не так сильно.

Первое, на чем сфокусировался мой взгляд, были мои ноги. Они были безвольно раскиданы, а под ними у меня был гравий. Не помню его в кабинете Бена. Когда глаза адаптировались к окружающему свету, я аккуратно огляделся, не делая резких движений. Наступила ночь.

Вокруг меня раскинулась широкая анфилада, наполненная вечнозелеными кустами и деревьями. Лунное свечение придавало всему чарующий и немного загадочный вид. Резкий порыв ветра наполнил пространство шелестом листьев и скрипом стволов деревьев. Ситуация прямиком из фильмов ужасов.

В разные стороны от моего местоположения расходились тонкие дорожки. Где-то виднелись белые скамейки. А спиной я, скорее всего, опирался на одну из многочисленных статуй Архангела, которых здесь было полно. Я был в Саду. Но как я тут оказался?

Немного приподнявшись, я почувствовал боль в ладонях. Осмотрев их, я заметил множество ссадин и порезов. Откуда они? Ситуация с ногами была точно такой же – штаны были потертыми, пыльными, кое-где виднелись дырки, словно меня волокли сюда по полу.

Вдруг раздались шаги. Вздрогнув, я вжался в постамент позади меня. Кто-то приближался, и достаточно быстро. Из-за шуршания гравия, шаги звучали устрашающе. Прислушавшись, я понял, что, помимо звука шагов, был еще один звук. Как будто неизвестный тащил за собой что-то тяжелое.

Не в силах подняться, мне оставалось только притвориться, что я по-прежнему без сознания. Прикрыв глаза, я с ужасом стал ждать. Кто это мог быть? Бен? Но ведь он находился под охраной Валентайна и Верховного ангела, не думаю, что он мог так просто сбежать. Тогда кто?

Пока я задавался вопросами, неизвестный успел подойти к статуе Архангела и обогнуть ее. Как раз в это время облака скрыли луну, и я не смог разглядеть подошедшего. Несмотря на это, я с уверенностью смог различить, что же издавало второй шуршащий звук. Незнакомец тащил за собой тело. Безвольное, оно волоком тащилось за ним, оставляя на гравии небольшие борозды. Судя по всему, меня сюда принесли точно так же.

Остановившись, неизвестный грубо отбросил тело вперед, то ударилось о скамейку и осело на землю. Хмыкнув, неизвестный закатал рукава рубашки и сел на скамейку, рядом с которой приземлилось тело. Широко расставив ноги, он оперся локтями о колени и положил голову на переплетенные пальцы. Его взгляд был устремлен прямо на меня, он будто знал, что я очнулся и наблюдал за ним. Из темноты ночи на меня уставилось два красных глаза. У меня по спине пробежались мурашки.

Облака расступились, и я увидел лицо человека напротив. Как только лунный свет коснулся лица, его глаза приняли свой привычный зеленый оттенок. Теперь же на меня смотрел привычный Бенджамин, Ангел первого ранга. Из-под полуприкрытых век я не мог многого разглядеть, но я чувствовал его тяжелый взгляд. Прождав несколько минут, но так и не получив от меня никакой реакции, Бен залез рукой в карман и достал оттуда мятый листок. Повертев его в руках, он заговорил низким голосом:

- Я знаю, что ты в сознании, сопляк, - Бен почесал подбородок, а затем продолжил, - кто ж знал, что ты, никчемный временный сотрудник, можешь навести столько шуму.

Больше не было смысла притворяться. Я медленно открыл глаза и взглянул на Бена. Тот выжидающе смотрел на меня. Под его взглядом я съежился и попытался вжаться в постамент позади меня настолько, насколько это возможно, лишь бы увеличить расстояние между нами. Увидев это, Бен прыснул, покачал головой, а затем потряс листком в воздухе.

- Знаешь, что это? – он играючи водил листок из стороны в сторону, гипнотизируя меня им. – Это то, что могло бы стать хорошим доказательством против меня, но, увы, оно им не станет.

Бен показательно скомкал листок, положил его себе на ладонь и оглянулся на меня, явно желая, чтобы я посмотрел на несчастный листок. Выбора как такового у меня не было, и я, выдержав паузу, перевел взгляд на ладонь Бена. Покоившийся там листок слегка качнулся, а затем вспыхнул алым пламенем, подлетел и сгорел дотла. Языки пламени исчезли также стремительно, как и возникли. Тряхнув рукой, Бен то ли похвастался, что огонь не причинил ему никакого вреда, то ли показал, что сделает со всеми уликами против него.

- Ты не задумывался, почему ты так легко отыскал ту комнату? – спросил Бен, вставая. Потянувшись, он продолжил. - Почему так легко отыскал ключ? Знаешь ли, двойное дно найти не так-то просто. При обычных обстоятельствах ты бы никогда не справился. Однако сейчас тебе повезло. Знаешь почему? – он склонил голову на бок, хищно улыбнувшись. – Да потому, что это не просто двойное дно, а ловушка для таких лезущих, куда не надо, засранцев, как ты. Как только нижний ящик отпирается, срабатывает защитное поле, которое я наложил. Мы, ангелы, знаешь ли, можем и не такое. Так вот, как только ты открыл ящик, я сразу же почувствовал это и примчался так быстро как смог.

- Но... - во рту пересохло, говорить было тяжело, да и в присутствии Бена голос становился в разы тише.

- Что, что, прости? – Бен театрально приложил ладонь к уху и слегка наклонился. – Ты что-то сказал?

- Тебя ведь взяли под стражу... Как ты смог сбежать?

- О, какой хороший вопрос! Но в начале, скажи, ты, правда, думал, что они смогут меня удержать? Или что твои отсталые дружки отвлекут внимание, и я не пойму, что ты задумал? Но, признаюсь честно, я до последнего не верил, что такой трус, как ты, сможет решиться на нечто подобное.

Как бы обидно его слова не звучали, они были правдой. Я и сам не до конца понимал, почему ввязался во все это, при жизни я бы вряд ли поступил подобным образом. Вик ведь изначально говорил мне держаться подальше. Такое чувство, будто у меня появилось больше уверенности в себе, которой так не хватало при жизни. Как бы то ни было, сейчас не время для самобичевания.

- Как ты сбежал?

- Да проще простого. Эти Летуны устроили неплохую акцию протеста и привлекли внимание Валентайна и того отброса – главу Летунов. Вот только при этом охранники потеряли бдительность, - Бен пожал плечами и развел руки. – Пробраться мимо них и толпы было проще простого. А там вырубить двоих Летунов и тебя. Зря ты меня недооценил, салага.

«Как он вообще смог пробраться через Летунов? Они ведь должны были следить и за ним тоже. Черт! Дела хуже некуда...».

Сделав пару шагов, Бен приблизился и сел на корточки прямо передо мной. Схватив меня за подбородок, он зафиксировал мое лицо так, чтобы я не мог вырваться, и прошептал:

- Как же сильно ты действуешь мне на нервы, ты даже не представляешь. Ты как грязь на ботинках, никак не отстанешь. Но почему, а? Мне казалось, я хорошенько тебя запугал. Я раскрыл твой секрет твоим друзьям, угрожал тебе расправой, но ты все равно продолжал лезть, куда не просят. Что, неужели у тебя такое огромное чувство справедливости и желание помогать другим в ущерб себе? Ты просто смешен. Даже умудрился подговорить Тео. Хотя, он все равно кинул тебя, не правда ли? Та еще продажная скотина – пообещал ему, что сохраню жизнь, а он поверил и подыграл мне. Ну, до чего наивный! – упоминание Тео вызвало у Бена смех.

- Что ты с ним сделал? – говорить было трудно, из-за хватки Бена челюсть еле двигалась.

- Что я с ним сделал? Да ничего особенного. Хочешь посмотреть? - в глазах Бена блеснуло что-то опасное, у меня выступил холодный пот. Оскалив белоснежные зубы, Бен дернул мою голову вбок, чуть не свернув ее.

Меня всего затрясло. Стало трудно дышать, к горлу подступил ком. Мне хотелось закрыть глаза, избавить себя от этого зрелища, но я продолжал смотреть. Рядом со скамейкой, где сидел Бен, лежало тело Тео. Однако сам Тео тяжело угадывался в нем. Ноги и руки переломаны в нескольких местах, в области живота были несколько страшных ран. Будь у душ внутренности, они давно бы вывалились наружу. Несмотря на все эти ужасающие раны, самым страшным было лицо. Часть головы попросту отсутствовала. У Тео не было практически всей левой половины лица.

В отличие от физических тел, внутри душ была пустота, словно мы марионетки. Мы могли чувствовать биение своего сердца, но это было не более чем фантомным чувством, оставшимся с нами после смерти. Сейчас Тео выглядел не как искалеченный человек, а как сломанная кукла, ситуацию это не спасало ни на йоту. Изнутри тела Тео вылетали слабые искорки и практически сразу же растворялись в пространстве. Единственный глаз смотрел прямо на меня.

Все тело словно парализовало. Хотелось кричать, но я не мог. Подливало масла в огонь еще и то, что отчасти я был виноват в том, что Бен сотворил с Тео. Это ведь я уговорил его пойти к Валентайну, когда он не хотел, я не смог его удержать в толпе. Взгляд стал расплывчатым, глаза наполнились слезами. Я хотел подползти к нему, но Бен крепко сжимал мою челюсть, мне было не вырваться.

- Нет, нет, руками не трогать, иначе он начнет распадаться быстрее. Я хочу насладиться этим, - голос Бена был до одури надменным, его забавляло все происходящее.

Я мечтал оказаться в своем доме, в своей комнате, в своей кровати и, наконец, проснуться от этого страшного кошмара. Чтобы вокруг была привычная обстановка, универ, домашка, обеды на ходу и все то, что я так не любил при жизни и так хотел сейчас. Но я не мог. Это был не сон. Я был мертв, и это была моя реальность. Страшная, жестокая, но реальность. И справится со всем этим сейчас мог только я.

- Почему...

Мой голос прозвучал настолько тихо, что Бен не сразу понял, что это было. Выгнув бровь, он вопросительно взглянул на меня.

- Почему... - повторил я также тихо, - почему ты сделал это?

Внимательно посмотрев на меня, Бен неожиданно рассмеялся, да так, что даже разжал хватку. Пока он заливался смехом, я был в недоумении, что в моих словах могла его так рассмешить. Размяв челюсть, я почувствовал влажные дорожки на своих щеках и быстро стер их.

Бен смеялся как безумец, согнувшись пополам. Из-за его спины выглянула небольшая мраморная статуя ангела, находившаяся неподалеку. До этого я не обратил на нее внимания, но сейчас она бросилась мне в глаза на контрасте с темной жилеткой Бена. Статуя казалась мне знакомой. Я хоть и не раз бывал в Саду, но запомнить все здешние статуи не представлялось возможным, однако именно эта попадалась мне не раз. Всмотревшись в нее повнимательнее, я вспомнил, как Виктор рассказывал мне про нее, что если свернуть налево, то можно выйти прямиком к лабиринту. Вот оно!

Если я смогу добраться до лабиринта, у меня будет хоть какой-то шанс спастись. От него до главных ворот, ведущих в холл, было близко, и, если спрятаться в лабиринте и дождаться, пока Бен заплутает, можно было попытаться убежать. Надо было только добраться до лабиринта.

Дрожа всем телом от душераздирающего ужаса, я пошевелил ногами. Слабость все еще была, но, думаю, бежать я смогу. Ерзая у постамента, я нащупал камень, размером с мою ладонь. Сжав на нем пальцы, я завел руку за спину, чтобы Бен не увидел. Нужен был подходящий момент, когда он отвлечется. Кидать камень было бесполезно, сила удара не та, да и снайпер из меня такой себе.

Неожиданно, смех прекратился, и Бен замер. Перехватив камень покрепче, я стал ждать, затаив дыхание. Согнувшись, Бен сидел с опущенной головой. Я слышал его хриплое дыхание. Это был подходящий момент нанести удар, но что-то казалось не так. Было бы слишком просто.

- Почему, спрашиваешь? – его голос разрезал тишину вокруг, и я вздрогнул. – О, я расскажу тебе, почему.

От его звучания по спине прошлись мурашки. Его голос изменился, стал низким и хриплым, звучал как из сломанного телефона, с помехами. Я слышал подобные голоса при жизни, когда на них накладывали различные фильтры. Я не мог понять, что так исказило его голос.

Из-под растрепавшейся челки на меня смотрели два черно-алых глаза. От его взгляда исходила угроза, сбежать было нереально. Присутствовало даже ощущение, что на меня смотрит не Бен, а дикое свирепое животное. Я же чувствовал себя маленьким грызуном, загнанным в угол.

Прежде, чем я успел осознать, что произошло, Бен резко дернул руку вперед, схватив меня за горло и ощутимо сжав пальцы. Вдоволь насладившись моим болезненным выражением лица, он склонил голову набок и заговорил хриплым скрипучим голосом:

- Представь себе ситуацию. Есть Серафимы, Херувимы, Архангелы, что были созданы в самом начале, они заправляли всем. Но в один прекрасный момент до них дошло, что не их это дело – заниматься грязной работой – и создали нас, обычных ангелов, на которых спихнули практически все. Мы спускались к людям, вели учет верующих, благословляли их, выполняли какие-то просьбы и кучу всего еще. А наши великие крылатые, стоявшие на самой верхушке иерархии, занимались только самыми «важными» делами, - свободной рукой Бен показал кавычки. – Например, убить ли всех людей Великим потопом или только часть, какие люди будут избраны пророками, и кто из архангелов явится к нему. По секрету скажу, они скидывались на камень-ножницы.

Рядовые ангелы же были завалены работой. Мне и парочке других ангелов досталось объединение сердец людей, дабы создавались крепкие союзы. Конечно, от людей тоже зависело, как долго они продержаться, но в своем деле я был хорош, уж поверь. Стало сложнее, когда эти мерзкие людишки придумали политические браки, но даже так я был одним из лучших ангелов среди своего поколения.

Я был лучшим, понимаешь? Лучшим. Меня хвалили даже сами Архангелы, чтоб ты понимал. Это чувство блаженства и превосходства, когда все признают тебя, признают твою работу, твои успехи. Я ходил с гордо поднятой головой, - глаза Бена сверкнули, а лицо озарила маниакальная улыбка. Он сжал пальцы чуть сильнее. – Но знаешь, что случилось потом? В какой-то момент, Архангелы привели ко мне человеческую душу со словами, что теперь он мой помощник, и попросили обучить его моему ремеслу. Я, конечно, подумал, что они шутят, да вот только Архангелы те еще душнилы, чувство юмора отсутствует напрочь.

Против них мне не пойти, так что пришлось обучать. Все равно ему никогда было не стать лучше меня. Время шло, а душ у меня в подчинении становилось все больше и больше. С каждой новой душой во мне зарождалось неприятное чувство, которое разъедало меня изнутри. Оно было со мной долгие десятилетия, но я никак не мог понять, что же это было.

Так прошло несколько столетий, и вот однажды душа человека смогла справиться с моей работой лучше меня. И тогда-то я понял, ради чего все это было – нас хотели заменить людскими душами, поручить им нашу работу, и эксперимент по внедрению увенчался успехом. Первых заменили Часовщиков, затем Статистов, Жнецов, и нас, Купидонов, - с каждым новым словом глаза Бена алели все больше, принимая кровавый оттенок. – Когда пришли за мной, я отказался уходить, напомнил им, насколько я был успешен и как долго я занимался образованием пар. Но им было плевать. Они сказали, что таков замысел, и я не имел право идти против него.

В память о моих заслугах, меня сделали Главой Подразделения, но какой в этом смысл? Я лишился всего – любимого дела, славы, почета, своего места среди лучших, - огрызнулся Бен. – Взамен я получил кучку жалких душонок, думающих, что раз жили на Земле, то лучше меня знают, как устроена жизнь! И каждый гребанный год мне нужно было поощрять лучшего из них, да вот только это я тот, кто заслужил награду!

Потом вдруг пришло осознание. Я, наконец, понял, что за неприятное чувство я испытывал. Это была зависть, к которой потом примешались злость, разочарование и боль. Ты, наверное, сейчас подумал: «Бен, но ты же ангел, а вы не можете испытывать эмоции как у людей». Поправочка, мы не должны их испытывать, но можем. А если мы можем чувствовать эмоции, то становимся как люди. Знаешь, что это значит? – Бен приблизился к моему лицу практически вплотную, и меня обдало его дыханием. – Это значит, салага, что ангел утратил свою ангельскую природу.

Бен немного отодвинулся. Залитое лунным, его светом лицо начало меняться. От глаз по лбу и щекам начали расползаться две симметричные черные линии, похожие на шрамы. На висках вздулись вены, создавая видимость трещин на мраморно бледном лице Бена. Растрепанные волосы стали на несколько тонов темнее. Зубы стали немного острее, отчего улыбка Бена стал походить на оскал зверя больше, чем прежде. На алой радужке появились золотистые прожилки.

На руках вздулись сероватые вены. Кожа от кончиков пальцев практически до локтя почернела, словно Бен был в длинных перчатках; выросли длинные когти. Казалось, все его тело увеличилось и стало более крепким.

Недолго думая, Бен поднялся во весь рост, отрывая меня от земли. Его рука крепко сжимала мою шею, грозясь сломать в любой момент, а острые когти впивались в кожу, оставляя кровавые порезы. Подняв меня выше, он с ухмылкой наблюдал за моими попытками вырваться. Свободной рукой я цеплялся за него, пытаясь хоть немного ослабить его хватку, пока за спиной держал камень наготове.

- Когда же ангел утрачивает свою чистоту и отрешенность от земного мира, то правила велят его изгнать, сделать, как вы говорите, падшим ангелом. Если ангел подвергся «загрязнению» своей сущности лишь слегка, то его могут очистить, однако в моем случае, - Бен повел плечом, - это уже бесполезно. Забавно то, что пока меня не изгнали, я считаюсь полу падшим, а, следовательно, сохраняю все свои силы ангела. Поэтому меня никак не могли обнаружить до сих пор.

Знаешь, как приятно было избавляться от этих жалких душ, что возомнили себя властителями любви? Каждый из тех, кто достаточно близко подбирался к моим показателям успешности пар, получил сполна. Они вели себя слишком бахвально. Они забыли, кто здесь настоящий Купидон, хотели превзойти меня.

Что же касается моего нового облика, я получил его после первого убийства. Кстати, оно тоже произошло здесь, у Обрыва. Ты же не думал, что те души из рассказов добровольно спрыгнули вниз? Как только они рассеялись, я заметил изменения в своем существе. По правилам, я должен был сразу же доложить об этом Верхам, но чувство от убийства тех двоих опьяняло, оно принесло невообразимую легкость, и я не хотел с ним расставаться. Скрываться у всех под носом тоже было забавно, ведь никто не подумает на ангела, самое светлое и чистое существо, - ехидная улыбка Бена не покидала его лица, ему доставляло невообразимое удовольствие вещать о своих «достижениях». – А потом я убил еще раз, и еще раз.

На самом деле жертв могло бы быть куда больше, да вот только Подразделение Сводников относительно мало, так что большие потери привлекли бы ненужное внимание со стороны начальства. Хоть я и переступил порог по жертвам, они все равно ничего бы не заподозрили. Если бы ты и твои дружки не вывели меня из себя, - хватка на горле сжалась сильнее, Бен перестал улыбаться и помрачнел. – Не думал я, что однажды предстану в таком свете перед ними. Да и твоя смерть сейчас будет выглядеть крайне подозрительно, но не волнуйся, я смогу выпутаться, не первый год скрываюсь все-таки.

Закончив свой монолог, Бен разразился хрипучим смехом. Его безумное звучание наполнило пространство вокруг нас. С каждой секундой напряжение нарастало, мои нервы не выдерживали. Нужно было вырваться, нужно было бежать, иначе эта ночь могла стать последней. После моего убийства Бен мог взяться за Виктора и Нейта, ведь те разозлили его, а он явно не был намерен прощать это.

Я царапал его руку в попытках ослабить его, но все было бесполезно. Хоть мне и не нужно было дышать по-настоящему, но я задыхался. За все время, проведенное здесь, я все еще нуждался в процессе дыхания. Перед глазами медленно начинало все расплываться. Бен смаковал момент приближавшегося убийства. Рассчитывать на смерть от удушья точно не стоило, так как я попортил его планы. В его голове явно уже крутились различные варианты моего жестокого убийства.

Дернув рукой, Бен притянул меня ближе. Находясь вплотную к его лицу, я не мог сфокусировать взгляд, но отчетливо различал алое сияние глаз.

- Будут последние слова, салага? – рыкнул Бен.

«Сейчас!»

Воспользовавшись моментом, я размахнулся и наотмашь ударил Бена в висок. Явно не ожидая такого, Бен в растерянности разжал пальцы, и я вновь оказался на земле. Удар оказался достаточно сильным, Бен осел, приложив руку к виску, принявшему удар. Сквозь пальцы текла черная тягучая жидкость, похожая на кровь.

- Какого хрена это было!? – взревел он.

Мешкать было нельзя. Кое-как поднявшись, я рванул к тропинке, ведущей в лабиринт. Свернув от статуи налево, чуть не упав на повороте, я ускорился изо всех сил. Я никогда не был отличным бегуном, но сейчас от этого зависела моя жизнь и жизни друзей, так что я не мог просто сдаться. Я бежал по прямой, не в силах обернуться. Где-то позади раздался грохот, будто разрушили что-то огромное.

Выбежав с тропы, я очутился прямо перед входом в лабиринт. Гигантские кустарниковые стены простирались на несколько метров ввысь, препятствую лунному свету проникнуть внутрь, образуя тем самым мрачные коридоры. Даже в солнечные дни это место по-прежнему оставалось затемненным. Я не особо любил этот лабиринт, он был пугающим, да и ориентировался я плохо. Однако сейчас выбора у меня особо не было.

Отсюда до главных ворот было рукой подать, хоть сейчас бежать, только вот все пространство вокруг было открытым. Побеги я сейчас, Бен бы с легкостью меня поймал, поэтому нужно было заманить его в лабиринт. Пусть и ненадолго, но он его сдержит. Таков был мой план.

Времени обдумывать детали не было, я чувствовал приближение Бена. На секунду обернувшись оценить обстановку, я юркнул в проход. Далеко заходить было нельзя, нужно было найти место, где спрятаться как можно ближе к выходу. Свернув пару раз, я уткнулся в тупик. Надо же было родиться таким удачливым! В спешке просмотрев углы, в одном из них я обнаружил небольшое углубление.

Оказалось, у самой земли было небольшое углубление, прикрываемое ветками и листьями кустарников. Пространство под «живой» стеной было очень мало, но и я был не сильно большим и высоким.

- Решил спрятаться от меня? – раздалось над головой. Резко обернувшись, я увидел лишь пустой коридор. Бен еще не успел найти меня, но я уже мог отчетливо его слышать.

Без промедления я втиснулся в лазейку. Прикрыв вход ветками как можно плотнее, я зажал рот руками и стал ждать. Секунды превратились в часы, я слышал бешеное биение своего сердца. Пару раз мне казалось, что оно вот-вот остановится.

Шуршащий звук гравия под ногами нарушил мертвую тишину ночи. Меня прошибла мелкая дрожь. Он был рядом, он приближался. Сквозь листья я мог видеть не так много, но хватило и этого, чтобы понять: Бен был всего в паре метров от места, где я прятался.

Вальяжно пройдясь до тупика, он цыкнул и, развернувшись на пятках, побрел обратно, но ни с того ни с сего замер. Я затаился. Промычав что-то себе под нос, Бен вытянул руку вдоль тела. Его когти увеличились в длине, создавая подобие лезвия. Обернувшись, он замахнулся и с огромной скоростью разрезал воздух. Поначалу ничего не произошло, и я подумал, что он хотел так напугать меня, но последствия оказались куда хуже, чем я мог представить.

С разных сторон послышался шелест листьев, а затем огромные стены одна за другой начали падать. На меня обрушался поток сломанных веток и опавших листьев, погребая меня практически заживо. Этот лабиринт был очень крепким, но даже он не выстоял перед мощью лезвия Бена. Стены складывались пополам, наваливаясь друг на друга, и вскоре все пространство было завалено. Мне повезло, что я находился так близко к земле. Находись я в стоячем положении, меня бы разрезало точно так же. Повезло, что основная масса упавших стен пришлась не на меня.

Пыль летела во все стороны, но я не мог даже закашляться. Зажимая нос и рот как можно сильнее, я сжался в комок. До меня долетело недовольное ворчание Бена:

- Хм, а я-то думал, он не решится далеко зайти в лабиринт. Ну что ж, - вернув руке прежний вид, Бен прокашлялся и заговорил куда громче. – Не думал, что такой трус, как ты, решится зайти вглубь лабиринта. Удивил. Да и удар был не плох. Вот только этого все равно недостаточно. Тебе меня не одолеть. С чего ты вообще решил, что сможешь? Или ты забыл, как жизнь с тобой поступает, когда ты начинаешь верить в свои силы?

Я распахнул глаза.

- Как ты можешь раз за разом наступать на одни и те же грабли, а? За столько лет нужно было выучить, что каждый раз, когда ты начинаешь верить в себя, жизнь показывает тебе жестокую реальность, где ты абсолютно ничего не стоишь. Все твои усилия всегда заканчивались неудачами. Я ведь читал твое личное дело, я все знаю.

«Замолчи...»

- Ради чего ты пытаешься остановить меня? Чтоб совесть была чиста? А силенок то хватит? Или ради друзей, которые отвернулись от тебя, как только узнали, что ты временный сотрудник? Ты можешь верить в то, что они вернуться, но в глубине души ты знаешь, что это не так. Похожая ситуация ведь уже была, верно?

«Прошу, замолчи! Не надо!»

- Тебя бросили тогда, бросят и сейчас. Ведь ты не способен доверять даже друзьям, хах. Вечно все держишь в себе. Хочешь я раскрою тебе правду, почему все так? Да просто ты маленький, жалкий, слабый человечишка, ни на что не годный. В тебе нет ничего особенного, ты сама посредственность. Ты не интересный, скучный, всего боишься. Ты не способен на великие свершения, да даже на маленькие. Ты не двигаешься, остаешься на одном месте, застряв в прошлом.

«Замолчи! Замолчи! Хватит!»

- Ты никогда не будешь достоин любви. За что тебя вообще можно полюбить, ты ведь не способен ничего дать взамен! Мечтаешь о чистой прекрасной любви, да вот только чего стоят все твои жалкие фантазии, а? Сам ведь знаешь, они никогда не станут реальностью! Таким, какой ты есть, ты никогда никому не понравишься, тебя всегда будет недостаточно. Ты никогда не сможешь дать окружающим то, что они хотят, как бы сильно не старался.

«ЗАМОЛЧИ!!!»

На глазах навернулись слезы, в груди все сжалось. Я и сам все это знал, ничего нового Бен не сказал, но, тем не менее, было больно. Было больно слышать все те же слова от кого-то другого, а не только от себя самого. Я понимал, что так он хотел вывести меня из себя, чтобы я дал себя обнаружить. Подтянув колени как можно ближе, я уткнулся в них головой, подавляя всхлипы.

- Я, правда, не понимаю, почему ты вообще решил пойти против меня? Ты даже не можешь быть главным героем в своей собственной жизни, так чего решил выступить сейчас? Лучше бы ты вообще выбрал уйти на покой, а не пытаться начать все с начала здесь. Такой, как ты, не изменится, и ты это знаешь, - закончив говорить, Бен прислушался, но не услышал ничего, кроме шелеста листьев, задетых ветром. – Черт. Он не мог далеко уйти, времени бы не хватило, я быстро нагнал его. Где же он прячется? До главных ворот он бы добраться не успел, так что он наверняка прячется в лабиринте, - бормотал Бен себе под нос. – Хм, а что, если...

Не успел Бен закончить мысль, как где-то неподалеку раздался хруст веток.

- Ха! Попался, наконец-то! – радостно воскликнул Бен и стремглав бросился за ближайший поворот, ведущий вглубь лабиринта.

Это был идеальный момент для побега, но я не мог заставить себя выйти из укрытия. Страх сковывал меня настолько сильно, что я был не в силах даже разогнуться. Лежа под грудой палок, я слышал, как вдалеке Бен крушит новые стены в поисках меня. Каждая секунда была на счету, и чем дольше я продолжал бездействовать, тем меньше становились мои шансы на спасение.

Отчаяние продолжало меня поглощать. Бен был прав, сколько бы раз я не пытался сделать что-нибудь стоящее в своей жизни, реальность возвращала меня на землю, показывая, насколько я был слаб. Мои ожидания хорошего частенько крошились под весом действительности. Сейчас было также. Почему я вообще решил, что у меня получится одолеть Бена? Я был бессилен.

У меня всегда хорошо получалось видеть в себе слабости и недостатки, ругать себя за них, при этом не иметь сил их исправить. Я занимался самобичеванием настолько долго, что это стало для меня рутиной. Постоянно ругая себя за завышенные ожидания, за промахи, ошибки, я говорил себе жестокие слова, нанося все больше и больше ран своему хрупкому сердцу.

Мне было совестно перед друзьями. Вместо нормального человека им достался такой вот я, не способный бороться. Я ведь даже не решился им все рассказать, и вот к чему это привело. Я конкретно подвел их.

«Вставай, вставай, вставай! Прошу тебя, поднимайся! Ты нужен им, они рассчитывают на тебя! Если ты не раскроешь истинное лицо Бена, то череда убийств не прекратится. Бен будет и дальше безнаказанно устранять работников. Он и до Нейта с Виком доберется. Ты должен подняться! Прошу, умоляю, поднимайся!» - звучал голос у меня в голове. – Ты разочаровывался в реальности, но все равно продолжал надеяться и мечтать. Да, друзья бросали тебя, но появлялись и новые, хоть и не много. Да, тебя не любили, но ты готов был дарить любовь. Прошу, поднимайся! Ты всегда ругаешь себя, ненавидишь свои слабости, так измени это, ну же! Вставай! Ты обязан попытаться! Иначе твои друзья умрут!».

Я медленно оторвал голову от коленей. Вставать совершенно не хотелось, хоть я и понимал, что отсидеться здесь у меня не выйдет. Как только Бен разрушит весь лабиринт и не найдет меня, он пойдет на второй круг и сровняет все с землей. Мне не выжить. Нужно было действовать сейчас, но слова Бена не покидали меня, давили сильнее любого камня.

«Прошу тебя, Каору, позаботься о Нейте» - пронеслось у меня в голове. Виктор сказал мне это, прежде чем его увели. Я вздрогнул.

«Он положился на меня, несмотря на то, что был зол?».

Я отнял дрожащие руки от лица и произнес хриплым голосом совсем тихо:

- Вставай. Ты обязан встать... - мой собственный шепот окутал меня. Я повторять эти слова, словно заклинание.

Перевернувшись на живот, я уткнулся лбом в землю, продолжая приказывать себе подняться. До меня донесся звук от падения очередной стены лабиринта и неконтролируемый смех безумца. Времени было катастрофически мало.

- Виктор и Нейт рассчитывают на тебя, ты не имеешь права их подвести после всего, во что их втянул... - журил я себя.

При жизни, когда меня накрывало такое состояние, я прибывал в нем не так долго, как могло показаться. Как бы я не любил ругать себя, моя способность заталкивать все глубоко в себя была до ужаса сильной. Поэтому, даже в такие моменты я приказывал себе остановиться, прекратить плакать, ведь это ничего мне не даст, делал глубокие вдохи и выдохи, заталкивая слезы и боль настолько глубоко, насколько мог. Однажды, я уверен, мне бы это аукнулось, но сейчас не было времени думать об этом. Как бы плохо мне не было, это было абсолютно не важно.

Немного отдышавшись, я поднял голову. Выход был завален, но при должном усилии все помехи можно было сдвинуть. Продолжая повторять свои призывы к действию, я начал разгребать палки дрожащими руками. Слезы все продолжали течь, и я вытер их пыльным рукавом. Расчистив себе путь, я повторил:

- Ты не имеешь права подвести их. Давай, ну же...

Кое как выбравшись наполовину, я осмотрелся. Упавшие стены лежали друг на друге, образовывая своеобразный потолок. Подняться не представлялось возможным, нужно было ползти по земле, петляя в некоторых местах.

Плечом я стер остатки влаги с лица и, сжав кулаки, пополз к выходу из завала. Двигаться нужно было максимально быстро и тихо, при этом стараясь не задеть выступающие сломанные ветви. Пару раз пришлось останавливаться и прислушиваться, не приближается ли Бен. Выбравшись, я вновь огляделся. Повезло, что Бен не сломал здешние стены лабиринта, которые в данный момент обеспечивали мне прикрытие.

Вдохнув побольше воздуха, я со всех ног побежал к началу лабиринта. Один поворот, второй, и вот я уже бегу по главной аллее Сада. Впереди находилась огромная статуя Архангела, а прямо за ней главные ворота. Осталось совсем чуть-чуть.

Шум от гравия разлетался по всей округе, но было уже наплевать. Бен наверняка его слышал и направлялся ко мне. Пусть он крушит все на своем пути, главное было не оборачиваться и бежать вперед. Я начал задыхаться, но скорость не сбавил. До статуи оставалось всего ничего, как вдруг сбоку в меня что-то врезалось, и меня отбросило на несколько метров.

Удар был настолько сильным, я думал, что не переживу его. Все тело ныло от тупой боли. Попытавшись подняться, я обнаружил следы от когтей. Из моей руки постепенно начали вылетать маленькие искорки – она начала рассеиваться. Я все еще чувствовал ее, мой ей пошевелить, но ее могло скоро не стать, как и меня.

Со стороны статуи донесся зловещий рык, и сбившее меня нечто бросилось в мою сторону. Из-за ранений я не мог ни подняться, ни отползти. Удар пришелся мне в грудь, выбивая остатки воздуха, и я оказался прикованным к земле.

Возвышаясь надо мной, Бен тяжело дышал. Его облик вновь изменился. Под глазами залегли глубокие тени, на бледной коже появилось еще больше трещин, словно на разбитой фарфоровой маске, грозящейся вот-вот рассыпаться. От былой прически совсем не осталось следа. Он был настолько в бешенстве, что даже раскрыл свои крылья. Они давно утратили свою белоснежность, приняв грязно серый оттенок.

Его нога наступала мне на грудь, сильнее вдавливая в землю и не давая пошевелиться. Придерживая мешавшие пряди рукой, Бен выпрямился и уставился на меня разъяренным взглядом.

- Заставил же ты меня побегать, салага, - прохрипел он. – Я даже крылья выпустил, хотя так давно этого не делал. Но твое везение на этом заканчивается. Все закончится здесь и сейчас.

Он вновь вытянул ладонь, и когти вытянулись в длинное лезвие. Занеся руку над головой, он приготовился нанести удар.

«Мне не выжить...» - последнее, о чем я успел подумать.

На губах Бена расцвела кривая улыбка, выдававшая его безумие. Я успел уловить момент, когда он начал опускать руку и...

Все пространство вокруг наполнилось страшно громким звоном, оглушая нас. Перед глазами все заплясало. Бен, закрыв уши руками, корчился от боли, истошно вопя. Отступив от меня на несколько шагов, он упал на колени. На его лице застыла гримаса ужаса.

Звон казался нескончаемым, он проникал в саму душу, выворачивая ее наизнанку. Дотянувшись до своих ушей, я как можно плотнее прижал к ним ладони, стараясь изолировать их от этого звона, но как бы я не старался, все было бесполезно. Будто его источник находился в самой моей голове. Не выдержав, я тоже закричал. Не от боли, а скорее от страха.

Прекратилось все также резко и неожиданно, как и началось. Несмотря на то, что основной звук стих, в ушах все равно продолжало звенеть, отрезая меня от мира. Голова раскалывалась. Больше не в силах держать руки, я уронил их на землю. Мир перестал дрожать, но оглушенность не позволяла нормально воспринимать реальность. Все казалось замедленным.

Откуда-то сбоку, со стороны главного входа в Сад, появилось белесое свечение. Причудливые тени тут же наполнили пространство вокруг. Три из них шатались из стороны в сторону. Кто-то приближался. Сквозь звон я различил голоса. Лежа на земле, я заторможено повернул голову в сторону, откуда исходило свечение. Поначалу я мог различить только бесформенные фигуры вдалеке, но по мере того, как мое сознание приходило в норму, фигуры приобретали очертания людей.

- КАОРУ! – в унисон произнесли три голоса.

Сфокусировав взгляд, я смог различить приближающихся к нам людей – это были Валентайн, Нейт и Виктор. Трое мчались в мою сторону, но им преградило путь вытянутое поперек дороги золотое копье Верховного ангела. Он стоял, выпрямившись во весь рост и расправив крылья, освещая своим сиянием все вокруг.

- Каору, ты как!? – завопил Нейт, перегнувшись через копье, после чего им же был отодвинут подальше.

Я не понимал, как они оказались здесь. Нейт должен был просто пробраться в камеру к Виктору и все ему рассказать, про Бена, про пропажи и прочее, а остальные должны были отвлекать Валентайна, пока они говорят. Про побег и речи не было. Так почему же эти двое здесь, так еще и с Валентайном?

Пока я пытался размышлять, находясь в полуживом состоянии, Бен успел прийти в себя. Отняв руки от головы, он посмотрел в сторону пришедших. Судя по тому, как посерело его лицо от злости, он тоже не рассчитывал на гостей. Перья на его крыльях слегка подрагивали. Размазанная по лицу кровь придавала совсем обезумевший вид. Выдавив из себя хриплый смешок, он поднялся на ноги.

- Бенджамин! – раздался грозный голос Валентайна, - Что происходит!?

По его голосу я понял, что Валентайн до последнего отказывался верить в причастность Бена. Даже в такой момент. Покачнувшись, Бен принял расслабленную позу, пожав плечами.

- А то вы сами не видите. У вас под носом спокойно жил падший ангел, убивающий работников. Ну, я думаю это ваш промах, - пройдя пару шагов до места, где я лежал, Бен остановился и завел руки за спину.

- Но ты же... Ты... - Валентайн замялся.

- Но ты же ангел, как ты можешь так поступать? – хрипучим голосом спародировал Бен. – Да раскройте же глаза, Валентайн! Мы, ангелы первых и вторых рангов, давно уже можем испытывать чувства. Работа с людьми оставляет свой след, в конце концов. Я просто поддался им сильнее, чем вы, вот и все. Что же в этом плохого?

Пока Бен говорил, на руке за его спиной вытянулось лезвие.

- Лучше скажите, - продолжил Бен, - как вы вообще здесь оказались. Я, право, не рассчитывал на публику. К тому же, вас должны были отвлекать. Да еще и эти двое здесь.

- Мы ему все рассказали, - встрял Нейт, - мистер Валентайн все знает!

- Пф, какой храбрый, - отозвался Бен.

- Бенджамин, послушай, - аккуратно начал Валентайн. – То, что ты пал, это невероятная трагедия для нас. Я всегда верил в твою чистоту и здравый ум, ты был одним из лучших. Мне жаль, что я не смог вовремя помочь тебе. Теперь же мы обязаны тебя изгнать, думаю, ты и сам это понимаешь. Ты слишком далеко зашел. Прошу тебя, сдайся добровольно, в память о наших хороших отношениях.

- Помочь? Вы? Ха-ха-ха, - скрипучий смех разнесся по округе. – Да если бы вы были внимательнее и не строили из себя святош, вы бы все давно заметили, что я изменился. Вам всем просто было плевать, да и я научился хорошо это скрывать. И о каких хороших отношениях вы говорите? О тех, где я был всегда в подчинении? Где ни одна моя инициатива не получала добро, потому что Верховные не видели в ней смысла? Те отношения, где после долгой и упорной работы я стал никем? – на последнем слове Бен перешел на крик.

- Молчать, - неизвестный голос оборвал Бена.

Я моргнул в изумлении. Звучание голоса было очень необычным – он не имел выраженной принадлежности, будто мужские и женские голоса звучали одновременно, при этом сочетая в себе различные тональности. Было похоже на хор. Кроме того, он прозвучал прямо в моей голове. Судя по растерянным лицам моих друзей, они тоже его слышали. Единственным из присутствующих, кому мог принадлежать такой голос, был Верховный ангел.

Его пустые глаза были прикованы к Бену. Направив копье в его сторону, целясь тому прямо в грудь, он вновь заговорил. В наших головах раздалось:

- Ангел первого ранга, Бенджамин. Вами был нарушен кодекс Ангелов. Отныне вы считаетесь падшим и подлежите изгнанию. Приговор надлежит исполнить немедленно.

На самом кончике копья появился маленький светящийся шарик. Постепенно он начал разрастаться, набирая энергию. Верховный ангел был готов изгнать Бена прямо здесь.

- Ну, попробуй, - ухмыльнулся Бен. Встав в нужное положение, он замахнулся.

- Берегитесь! – успел крикнуть я прежде, чем Бен успел нанести удар. Я помнил, что у его удара был слегка отложенный эффект, и доставал он куда дальше длины лезвия.

Разрезав перед собой воздух, Бен тут же вернул руке прежнее состояние. Верховный, не мешкая ни секунды, прервал накопление энергии в сгустке света и выставил копье перед собой, вонзив его в землю. Нейт, Виктор и Валентайн спрятались у того за спиной. Атака Бена оказалась настолько сильной, что Верховному пришлось приложить усилие, дабы не быть откинутым назад.

Воспользовавшись их положением, Бен схватил меня, и, расправив крылья, устремился в сторону лабиринта. Поскольку он снес большую часть стен, сейчас он мог спокойно пролететь над ним, не сильно набирая высоту. Миновав лабиринт, он свернул налево и ускорился.

У меня перед глазами все расплывалось. Быстрый полет не позволял сосредоточить глаза на чем-то конкретном, поэтому я не представлял, куда он меня тащит. Единственное, что хоть как-то различалось в этой череде размытых образов – блеклые искорки, вылетавшие из моей руки.

Зачем Бен вообще прихватил меня с собой? Я был нужен для шантажа или для живого щита? Ни то ни другое мне не нравилось. Нужно было спасаться, и быстро. Прикинув расстояние до земли и скорость полета, падение выдалось бы не очень мягким, однако в такой ситуации это был мой единственный шанс.

Меня держали за пояс, так что я вполне мог дотянуться до крыльев. Прицелившись, я заехал кулаком прямо по основанию крыла на спине, и то дрогнуло. В тот же момент я почувствовал, как мы пикируем вниз. На большой скорости мы врезались в землю, разлетевшись в разные стороны. Кувыркнувшись несколько раз, я проехался боком по гравию.

В глазах потемнело. Падение оказалось куда хуже, чем я представлял, и, хотя по сути костей у меня не было, боль была такая, что казалось, переломал я большую их часть. Я надеялся, что такая посадка не ускорила процесс рассеивания моей конечности. Как и меня в целом, ведь ощущения были ужасными.

Недалеко от меня лежал Бен. Кряхтя, он попытался сесть. Рана на его голове вновь начала кровоточить, заляпав гравий черной жидкостью. Держа одну руку на ребрах, второй он пытался избавиться от крови, залившей глаза. Одно крыло безжизненно свисало. Кажется, оно было сломано.

Я попытался определить наше местонахождение. Пролетев лабиринт, Бен свернул налево, если я правильно запомнил. В этом направлении находились скверы, озеро и Обрыв. Дело дрянь. Превозмогая боль, я поднялся на локтях. Впереди виднелась арка, обрамлявшая вход на Обрыв.

«Бен, что, задумал спрыгнуть с Обрыва и утащить меня с собой?».

- Сука, как же больно, - донеслось до меня гневное шипение Бена.

Поднявшись, он двинулся ко мне. Несмотря на то, что выглядел он не лучше меня, шел он очень уверенно. Я попытался отползти, но сил совершенно не было. Пнув меня ногой под ребра, Бен опять навалился сверху, придавливая меня к земле.

Вид у него был совсем плохой. Весь в крови, со сломанным крылом и зажатой раной под ребрами. Его дыхание было тяжелым. Однако в глазах до сих пор бушевала злоба. Они ни на секунду не переставали гореть.

- Как же ты мне надоел, - обратился он ко мне, - Я просто хотел улететь, сбросив тебя с Обрыва, чтобы ты сгорел, но нет. Неужели так сложно не мешать мне, а?

Когти на свободной руке начали удлиняться. Бен говорил что-то еще, но я его не слышал. Во мне бушевали различные эмоции. Хотелось кричать, драться, плакать, бежать, все разом, но все, что я мог, так это лежать и ждать смерти. Теперь наверняка. Перед глазами Бен в очередной раз занес руку для удара. Слезы обжигали глаза, и я зажмурился.

Вместо удара, на меня капнуло что-то вязкое. Неуверенно приоткрыв один глаз, я уловил золотое свечение прямо у меня над головой. Присмотревшись получше, я в ужасе распахнул глаза. Прямо из плеча Бена торчало копье. Стекавшая с него кровь капала прямо на меня.

Разразившись руганью, вперемешку с шипением, Бен попытался вытащить из себя посторонний предмет. Зажав рукой копье, он с силой сдавил его. Из-под его пальцев вырвался черный туман, окутав рукоять. Вскоре по золотому основанию поползли трещины. Не выдержав энергии падшего, копье разломалось. Размяв плечо, Бен отступил от меня и развернулся.

Метрах в пяти от нас стоял Верховный ангел. Из его руки выросло новое копье, которое тут же было нацелено на Бена. Одно лишнее движение, и оно отправится в полет.

Послышался шелест крыльев, и за Верховным показался Валентайн. Виктор и Нейт тоже были здесь. Они держались за руки Валентайна, повиснув в воздухе. Как оказалось, они все ринулись в погоню за нами. Нейт первым спрыгнул на землю, отпустив руку, и помчался в мою сторону. Спрыгнув следом, Виктор успел его перехватить.

- Оставь его в покое, чудовище! – кричал Нейт, вырываясь.

- Нейт, прощу тебя, успокойся, - произнес Вик, в попытках утихомирить друга и не дать ему подойти ближе.

Валентайн приземлился рядом с Верховным ангелом и снова попытался вывести Бена на диалог:

- Бенджамин, прошу. Сдайся добровольно. Никому из нас не доставляет удовольствие видеть тебя таким.

- Ну, не знаю. Вон тому вообще плевать, - съехидничал Бен, мотнув головой в сторону Верховного.

- Достаточно, - раздался хор голосов у меня в голове. – Ангел, нарушивший Кодекс, должен быть изгнан.

На кончике копья засверкал сгусток энергии. На этот раз он не промахнется. Понимая это, Бен поднял меня, поставив прямо перед собой, делая меня живым щитом. На Верховного ангела это не произвело никакого впечатления, он по-прежнему готовился выстрелить.

- Каору! – в унисон завопили Нейт с Виктором.

- Прекрати! – воскликнул Валентайн. – Отпусти его, Бенджамин! Зачем ты все это делаешь? Все ведь было хорошо, твое Подразделение процветало!

- Хорошо? Хорошо!? – Бен окончательно вышел из себя. На его лице застыла маниакальная улыбка, наполненная болью. – Для вас, может, все и было хорошо, замечательно, великолепно. Вот только для меня все было наоборот. Вы и ваш гребанный высший замысел лишили меня всего – любимого дела, достижений, славы, признания, всего! Я был рожден для своей работы, я был лучшим, но вы решили заменить меня какими-то душами людей, которым никогда не стать настолько же успешными! Вы просто забрали у меня все и отдали им. Начали хвалить их, награждать, поощрять. Вы забыли, кто по-настоящему заслуживает всего этого? Забыли, кто столетиями создавал крепкие союзы? Единственное, что для меня было хорошим во всей этой ситуации, так это возможность убивать этих никчемных подопечных, возомнивших себя великими! Как же долго я сдерживался, вы даже не представляете! И это вы еще не про все жертвы знаете! – дернув меня, Бен начал отходить ближе к Обрыву.

Верховный ангел не реагировал на его провокации. Как вкопанный, он стоял с вытянутым копьем, накапливая энергию для выстрела. А вот Валентайн и ребята медленно двигались в нашу сторону.

- Достаточно, - повторил Верховный ангел.

Дойдя до самого края, Бен замер. Глянув через плечо вниз, он усмехнулся и повернулся боком так, чтобы и я оказался на самом краю. От страха подкашивались ноги. Под нами была огромная пропасть. Вдалеке виднелись городские огни, зазывающие присоединиться к ночной жизни. Пролетающие мимо облака были похожи на маленькие кораблики. Внезапный порыв ветра чуть не сбил меня с ног, но Бен крепко держал меня, не давая вырваться или упасть.

Заметив, что Валентайн приближается, Бен покрепче перехватил меня, и пригрозил:

- Еще хоть один шаг, и я спрыгну с Обрыва вместе с ним.

- Прошу тебя, Бенджамин, отпусти его. Он всего лишь невинная душа, - не желая лишний раз злить Бена, Валентайн остановился.

- Невинная душа? – переспросил Бен, - Да если бы не он, я бы до сих пор оставался непойманным.

- Он не виноват! – встрял Нейт. – Это я первый поднял тему с расследованием. Каору не хотел в это ввязываться, это все я...

- Как трогательно, - язвил Бен, - Если он так не хотел ввязываться, как ты говоришь, он бы и не лез. Лучше бы молчал. Тоже мне, защитник. Забыл уже, как вы кинули его, узнав правду? Что ты там говорил? Мы потом свяжемся с тобой? И как, связались? Или, как только все вышло из-под контроля, ты бросился просить его помощи, словно ничего не произошло?

- Я не... - глаза Нейта округлились, он не нашел что ответить на это.

Виктор нахмурился, но ничего не сказал. Лишь отвел взгляд в сторону.

- А ты, - Бен обратился к Верховному ангелу, - давай, стреляй! Только смотри не попади в беднягу. Сводников и так мало, не все горят желанием обустраивать личную жизнь других людей, так что каждый сотрудник на счету, особенно сейчас.

- Нельзя задеть Каору! – обратился Валентайн к Верховному, но был проигнорирован.

Схватив меня за волосы, он оттащил меня от края Обрыва, выставив перед собой на расстоянии вытянутой руки. Я зашипел от боли. Я схватился за его руку, пытаясь вырваться, но из-за ослабевшего тела и раненой руки это было невозможно.

Краем уха я услышал перебранку Нейта и Виктора. Один умолял второго отпустить его. Я был благодарен Виктору за то, что он остановил Нейта, ведь кто знает, как бы отреагировал Бен. Он запросто мог убить его на месте в качестве мести за нанесенный ранее удар.

За моей спиной послышалось шуршание. Бен расправил крылья и взмахнул ими на пробу. Крыло, казавшееся мне сломанным, вполне уверенно сделало несколько взмахов. Он был готов спрыгнуть вниз и улететь в любой момент. Судя по всему, ему, в отличие от меня, не грозило рассеивание.

Тем временем, у Верховного ангела накопилось достаточно энергии для изгоняющего удара. От шара на конце копья вырывались маленькие молнии, периодически он подрагивал, будто был живым. Верховный готов был выстрелить.

- Правда, выстрелишь? – наигранно удивился Бен. – Работничек вам не нужен, я так смотрю. Разве Верховники убивают души своими руками? Неужели вам так можно? Как же Кодекс.

Не желая больше тратить время впустую, Бен слегка поднялся в воздух.

«Вот и пришло время прощаться с жизнью, во второй раз», - подумал я.

Казалось, мне сейчас оторвет скальп, если Бен продолжит держать меня за волосы на весу. От всей этой боли я уже плохо понимал, что происходит вокруг. Посмотрев на друзей, одними губами я произнес: «Спасибо вам...».

- Нет, нет, нет, нет... - затараторил Нейт.

- Прошу, не надо... - прошептал Виктор.

Над головой раздался хриплый смех. Он праздновал свою победу. Как он и сказал, Верховный ангел не хотел убивать меня собственноручно. Думаю, для него было бы лучше, умри я от рук падшего, так бы никаких вопросов не возникло.

Смех Бена резко замолк. Я застыл. За долю секунды мимо меня пронесся яркий луч света, задевая мою щеку и оставляя на ней порез. Боковым зрением я уловил блеклые искорки.

Верховный ангел, не колеблясь, выстрелил. Траектория полета была необычной. Обогнув меня и лишь слегка задев, заряд попал прямиком в Бена, прожигая его насквозь. Несколько секунд он еще висел в воздухе, а затем накренился назад, и мы оба полетели прямиком в пропасть.

Прежде, чем пересечь границу облака, на котором мы все находились, я успел заметить, как Нейт, Виктор и Валентайн сорвались с мест в мою сторону. Все трое что-то кричали. Верховный ангел же стоял неподвижно. Его лицо абсолютно ничего не выражало, а глаза были наполнены безразличием. Мгновение, и я пересек край Обрыва, оказавшись в открытом пространстве.

При падении меня закрутило в воздухе, и теперь я летел головой вниз. По коже головы разошлось приятное чувство, когда Бен разжал железную хватку. Я ощущал необычайную легкость, паря в пространстве. Сфокусировав взгляд, я заметил впереди падающую фигуру Бена.

Его безжизненное тело с дырой в груди стремительно летело к земле. Кончики серых крыльев начали искриться, постепенно разгораясь все сильнее. Вскоре огонь охватил Бена целиком. От былой ярости не осталось следа, алые глаза больше не прожигали насквозь, они потухли. Сейчас Бен казался мне обычным юношей. Подобно падающей звезде, он сгорал, приближаясь к земле.

Щека и рука начали покалывать. Из-за падения процесс рассеивания усилился, и теперь у меня не хватало доброй половины плеча. Хотя, это теперь не важно, все равно я исчезну из этого мира.

«Как и в прошлый раз, я не успел ни с кем попрощаться... Так забавно, мне был дан второй шанс, но я и его упустил. Я пришел в этот мир слабым и никчемным, таким же и ухожу. Я ведь хотел измениться, но что из этого вышло. Опять решив, что у меня есть силы изменить что-то, жизнь возвращает меня в реальность. Своими действиями я только проблемы принес своим друзьям и себе... Надеюсь, у Виктора и Нейта теперь все будет хорошо. Встреча с ними была самым хорошим событием в моей загробной жизни. Пусть они не грустят по мне. Я не был хорошим другом, не смог им довериться и рассказать правду. Что ж, теперь я хотя бы никому не причиню боль...».

Весь мир замер. Я смотрел вниз, на темный город с россыпью желто-рыжих огоньков. Там текла жизнь, бегали люди, даже не подозревая, какие события разворачиваются прямо над их головами. Они все ходили, уткнувшись в экраны телефонов, стараясь заглушить реальность, перекрыть ее. Те же, кто предпочитал смотреть на дорогу или себе под ноги во время ходьбы зачастую чувствовали себя одинокими. Я был таким же.

Отсюда, с высоты облаков, мир казался намного лучше, чище, спокойнее. Здесь не было видно всей боли, что могли причинять люди, всех проблем, окутывающих человечество, всей несправедливости этого мира. Издалека мир казался красивой картинкой, которой хотелось любоваться как можно дольше.

Чуть ниже проплывали облака, загораживая городские огоньки. Между ними мелькало тело Бена, окутанное языками пламени. Он становился все меньше и меньше, пока совсем не растворился среди пейзажа.

«А?..».

В отличие от Бена, который наверняка уже достиг земли, я оставался на месте, зависнув в воздухе. Ветер трепал и без того спутанные волосы. Откуда-то издали до меня донесся голос, зовущий меня по имени. В ушах шумело из-за ветра, так что я даже не сразу разобрал слова.

- ...ру! Каору!

Повернув голову в сторону Обрыва, откуда мы только что упали, я увидел то, чего совсем не ожидал. А точнее, кого. Держа меня за ногу, Нейт улыбался своей лучезарной улыбкой и что-то говорил, но из-за порывов ветра его было очень плохо слышно.

- Каору! Я держу тебя, - не переставал радоваться Нейт.

«Что?..».

Я смотрел на него глазами, полными недоумения. Откуда он здесь? Что вообще происходит? Мой глупый вид, судя по всему, его позабавил, и он рассмеялся, прикрыв глаза. Обернувшись, он с кем-то заговорил.

Я медленно перевел свой ничего не понимающий взгляд ему за плечо, окончательно потеряв связь с реальностью. Нога Нейта была зажата в руках Виктора. Встретившись со мной взглядом, он тоже улыбнулся. Виктора, в свою очередь, держал Валентайн. Одной рукой он поддерживал всех нас, не давая упасть, а второй цеплялся за край облака. Вчетвером мы болтались на грани жизни и смерти, раскачиваемые ветром.

Пока Виктор и Нейт о чем-то переговаривались, Валентайн принялся махать крыльями, пытаясь вытянуть нас всех обратно. Меня тряхануло, а затем потянуло наверх. Я поверить не мог в происходящее. Они, что, правда, спрыгнули за мной?

Резкий взмах крыльев, и мы взмыли ввысь, разом преодолевая пространство, разделявшее нас с поверхностью облака. Валентайн как можно аккуратнее опустил нас, предварительно отлетев подальше от края Обрыва. Поскольку мы все висели вниз головами, приземлились мы на животы и какое-то время просто лежали, пытаясь прийти в себя.

Меня начало трясти. Последние несколько часов мое тело пребывало в диком напряжении, ни на секунду не расслабляясь. Как только смерть перестала дышать мне в спину, на меня навалилась вся скопившаяся усталость, и я обмяк.

Первым придя в себя, Нейт подполз ко мне, перевернул меня на спину и помог принять сидячее положение. Он схватил меня за плечи и слегка встряхнул.

- Каору! Ты как!? Мы так волновались! – лепетал Нейт. - Как только я Вику все рассказал, так он сразу подорвался, сказал, что ты в опасности и нужно бежать к тебе! Мы пытались сбежать, но нас остановил Валентайн, но мы ему все объяснили и умоляли пойти с нами!

Нейт тараторил так быстро, что я не смог понять и половины. Я смотрел на него широко распахнутыми глазами, все еще не веря в то, что он сидел передо мной.

- Я так рад, что ты жив! Как хорошо, что мы успели... - Нейт бросился мне на шею.

Крепко сжав меня в объятиях, он, наконец, успокоился. Не в силах поднять руки, я просто сидел. Его пушистые розовые волосы торчали во все стороны и постоянно лезли мне в лицо. Рядом зашуршал гравий. Опустившись рядом со мной на колени, Виктор присоединился к объятиям. Я был зажат с двух сторон словно тисками, но это было чертовски приятно. Я почувствовал себя лучше.

- Больше никогда не пугай нас так! – сказал Нейт, чуть отодвинувшись.

- А ты больше никогда не прыгай за кем-то в пропасть, - Виктор отвесил Нейту легкий подзатыльник.

- Эй, - воскликнул Нейт, - я же не за любым буду прыгать в пропасть. Это же был Каору... - немного помолчав, он добавил, стукнув Виктора кулаком в плечо, - тебя вообще-то тоже касается.

Виктор лишь хмыкнул на это и нежно улыбнулся. Нейт как-то странно посмотрел на него, и, казалось, хотел сказать что-то еще, но так и не решился.

- Вы... - проронил я.

- Вы двое совсем с ума сошли? – негодовал Валентайн. Он уже сложил свои крылья, и сейчас стоял рядом с нами, сверля убийственным взглядом. – Вы о чем думали, бросаясь за ним в пропасть? Решили все вместе умереть во второй раз? Как бы я объяснил это Лайту? – ругая Вика и Нейта, он был похож на рассерженного внуками деда. – Это был слишком рискованный поступок. Вы хоть и Летуны, но сейчас у вас нет крыльев. Я бы сам поймал его, а так пришлось спасать не одного, а троих, - Валентайн покачал головой и потер переносицу.

Нейт и Виктор сидели с виноватыми лицами. Никому не нравилось, когда их отчитывают.

- А ты? – Валентайн переключился на меня. – Ты о чем думал? Почему не обратился ко мне с самого начала?

- Да бросьте, - вклинился Нейт обиженным голосом, - Разве тогда, при аресте Вика, он не рассказал вам все? Я точно помню, как он говорил про Бена, но никто ему не поверил. Да и я потом пересказал вам слова Каору об угрозах Бена, что без доказательств ему не поверят, ведь он ангел и все такое.

- Что ты... Ладно, в этом есть доля правды, - вздохнул Валентайн. - И все же, лучше бы ты сразу обратился ко мне.

- Он не мог! Бен угрожал ему, как вы не понимаете, - не мог угомониться Нейт. – Ну же, Каору, скажи ... ААААА!!!

От неожиданности мы с Виктором вздрогнули. Нейт дрожащей рукой указал в мою сторону. Виктор опустил взгляд в указанном направлении и округлил глаза. Выглядел он таким же испуганным, как и Нейт. Я не мог понять, что такого они увидели.

- К...Каору... Твоя рука... Что с ней!? А с лицом что!?

Слегка заторможено я повернул голову и посмотрел на раненую руку. После того, как мы забрались обратно на облако, процесс рассеивания слегка замедлился, но не остановился. Маленькие искорки беспрерывно продолжали вылетать из моей несчастной руки. Ее разъело почти пополам, оставалась лишь небольшая полоска кожи, соединяющая плечо и кисть. На мое удивление, я все еще мог ею двигать, но выглядело это жутко.

Пока Виктор и Нейт перепугано переглядывались, а Валентайн бубнил что-то про восстановление, я пытался осознать произошедшее. Я был готов попрощаться с жизнью, во второй раз, а теперь сидел здесь, целый и невредимый. Ну, или почти целый. В голове был полнейший беспорядок.

«Нейт и Виктор привели Валентайна и Верховного ангела. Они видели Бена и то, каким он стал. Верховный ангел изгнал Бена. Я почти умер, но мои друзья прыгнули за мной в пропасть и спасли. Мои друзья прыгнули за мной в пропасть и спасли. Мои друзья прыгнули в пропасть и... спасли меня. Мои друзья прыгнули в пропасть... Мои друзья... Мои друзья... сделали ЧТО!?».

Меня резко накрыло осознанием.

- Вы двое совсем рехнулись!?

Мой резкий голос напугал двоих Летунов, и те, чуть вжав головы в плечи, обернулись ко мне. Моего выкрика не ожидал даже Валентайн.

- Вы должны были следовать плану и оставаться в камере Виктора. Я же специально продумал все так, чтобы вы оба были в безопасности после того, как я втянул вас во все это! Зачем вы пришли? Вы хоть представляете, как бы я себя чувствовал, если бы кто-нибудь из вас пострадал? А если бы Бен убил вас!? – эмоции били через край.

Я был благодарен друзьям, что они помогли мне. Без них я бы уже рассеялся над ночным городом. Однако я хотел оградить их от Бена, защитить. Они и так пострадали из-за меня. Несмотря на это, я не злился на них. Сейчас же во мне больше говорило облегчение от того, что мы все живы.

- Мы пострадали? – перебил меня Нейт. Он был в недоумении. – Мы пострадали!? Ты себя-то вообще видел? Ты чуть не умер, у тебя рана на щеке, рука почти рассеялась, а ты волнуешься о том, что мы чуть не пострадали!? – Нейт даже наклонился вперед, чтобы наорать на меня.

Я отпрянул. Передо мной было лицо Нейта, выражающее все его негодование. Для пущего эффекта он надул щеки, став похожим на хомяка. Виктор хоть и не присоединялся к словесной перепалке, но по его взгляду было понятно, на чьей он был стороне. Хотя они и старались выглядеть грозно, отчитывая меня за безрассудный поступок, на деле же смотрелись они забавно. Не выдержав, я прыснул со смеху.

- Смеется... Вик, он смеется, - опешил Нейт.

- Мгм, - промычал Виктор, который был шокирован не меньше.

Настала очередь моих друзей не понимать, что происходит. У меня же нервы сдали окончательно. Мне уже было совершенно все равно на раненную руку, на Бена, который, скорее всего не пережил падение с Обрыва, да на все. У меня болело все тело, я дико устал, а в голове был полнейший раздрай. Я просто хотел отдохнуть. Я был ужасно уставшим, но сейчас, сидя на земле и смеясь, я ощущал облегчение. Все закончилось, и мы остались живы.

Ребята долго сидели, думая над тем, сошел ли я с ума, а я все не прекращал. Все эмоциональное напряжение выплеснулось из меня в виде смеха. Мне стало так легко на душе. Вскоре я услышал, как Виктор присоединился ко мне, и вот смеющихся стало двое. Нейт тоже не заставил себя ждать. Думаю, все в Отделе «Купидон» слышали заливистый смех троих друзей, чьи голоса практически слились воедино.

В какой-то момент я заметил, как по моим щекам текут слезы. Я плакал и смеялся, не в силах остановиться. Меня вновь притянули в объятия, и на этот раз я нашел в себе силы ответить на них.

Все позади.

Мы смогли победить.

И сейчас я чувствовал себя живым, как никогда прежде.