Том 2. Непоколебимая скала. Глава 85. Что зовётся вечным?

Ночь была глубока, но люди не спали.

В обычное время Фан Линцин, наверное, уже лежала бы в мягкой постели и видела сны. Сейчас же, когда она пыталась посидеть с закрытыми глазами на поваленном дереве и хоть немного отдохнуть, ей приходилось терпеть доносившийся со всех сторон шум - крики и плач, - они не давали покоя, и в конце концов она снова открыла глаза.

Впереди незнакомый мужчина средних лет с покрасневшими глазами стоял на коленях перед руинами. Не обращая внимания на то, что руки его были сплошь изранены и окровавлены, он всё рыл и рыл дерево, камни и землю перед собой.

Она некоторое время тихо глядела на это, не двинувшись с места и не изменившись в лице. И лишь когда наконец двое учеников из Крепости семьи Лю подошли - один перевязать ему руки, другой - помочь копать, -

её сердце будто отпустило.

Вэй Лань в этот миг тихо подошла к ней сзади.

Ощутив, что кто-то приблизился, Фан Линцин чуть подняла голову и взглянула на неё:

- Ты больше не спасаешь людей?

- Я слышала о том, что сейчас было. Ты не ранена?

- А что, похоже, что ранена? - улыбнулась Фан Линцин.

Вэй Лань и впрямь долго и внимательно её оглядывала и вдруг с лёгкой улыбкой сказала:

- Не похоже. Но знаешь что? Ты сейчас... - Она провела пальцем по её носу. - Как полосатый котёнок.

Фан Линцин опешила, но тут же поняла, в чём дело, и, притворно надувшись и делая вид, что хочет ущипнуть её за щёку, хмыкнула:

- Ах вот как! Ты смеёшься надо мной? - И торопливо спросила: - У меня что, всё лицо грязное?

Вэй Лань, смеясь, увернулась и, взяв её за руку, сказала:

- Сиди, я тебя вытру.

Кто бы ни пробыл так долго под руинами, остаться чистым было невозможно. К тому же и чёрные волосы Фан Линцин сейчас были в ужасном беспорядке. Достав платок, Вэй Лань сперва тщательно отёрла грязь и пыль с её лица, потом вынула маленький гребешок, что всегда носила с собой, сняла съехавшую набок золотую шпильку и принялась расчёсывать ей волосы.

Всё это заняло некоторое время.

Вокруг по-прежнему зияли раны, и повсюду царили опустошение и скорбь.

Только что они от души смеялись, но теперь лица их снова стали серьёзны. И лишь когда Вэй Лань снова убрала ей волосы и наконец заколола их золотой шпилькой.

Ночь стала ещё глубже.

Ледяной ветер завывал всё громче, и вдруг в небе вспыхнула сигнальная ракета.

Стоявшие тут же ученики из Крепости семьи Лю разом подняли головы к небу, и Лю Янься перевела взгляд на Вэй Лань:

- Госпожа Вэй, глава крепости приказывает тебе и твоим людям вернуться с нами в Крепость семьи Лю - обсудить, что делать дальше.

Неизвестно было, где находился очаг землетрясения, какова обстановка в других местах, и как потом вести спасательные работы, - требовалось всё подробно обсудить.

Оставив нескольких учеников из семьи Лю на месте, все остальные направились к Крепость семьи Лю.

По пути они миновали длинную улицу под названием Чанци - самую оживлённую в Ханьчжуне. Обычно даже глубокой ночью на ней горели бесчисленные огни: работали лавки, где продавали разную снедь, и балаганы с куньцянскими¹ представлениями, - и шум не стихал до утра. Теперь и она сравнялась с землёй, вся в рубцах и ранах.

¹Куньцян (мелодии Куньшани) - это один из старейших и самых утонченных стилей традиционной китайской оперы

К счастью, здешние жители не ложились спать так рано, и многие в миг бедствия избежали гибели.

Но сейчас самую глубокую скорбь испытывали именно те, кто, хоть и выжил сам, не знал о судьбе родных и близких.

Их плач поднимался до самого неба.

И сотрясал сердце Фан Линцин.

В молчании она в конце концов снова, сама того не заметив, оказалась в Крепости семьи Лю.

В Крепости семьи Лю, конечно же, тоже обрушилось множество башен и домов, но они не развалились до основания, как прочие городские строения, а были лишь отчасти повреждены. Самое радостное было то, что деньги и зерно в замковых складах уцелели. Оказывается, из Пяти великих школ Альянса Пути Героя у Крепости семьи Лю была самая долгая история в цзянху. За несколько столетий он пережил и несколько природных бедствий, и после каждой большой катастрофы, восстанавливая здания, их всякий раз укрепляли.

Но никто не смел сейчас входить внутрь.

Пришлось разжечь во дворе несколько жаровен и, усевшись вокруг них прямо на земле, держать совет. Во-первых, надлежало вместе с местными властями - чтобы власти доложили двору, а Альянс передал весть другим союзникам внутри Альянса и запросил помощи.

Во-вторых, сейчас стояла лютая зима, и небо и земля были скованы льдом, а порой ещё и шёл снег. Нужно было не только по мере сил вызволять раненых из-под земли, но и дать выжившим пищу и кров.

Иначе, даже не раздавленные насмерть, они погибнут от голода и холода.

Пока шло совещание, во двор Крепости семьи Лю непрестанно вносили тяжело раненных, едва живых людей, и ученики торопливо оказывали им помощь.

Неизвестно, сколько прошло времени, - долгая ночь наконец подошла к концу, и луч света пробился сквозь тучи.

Рассвело.

С наступлением утра климат не переменился: пусть в небесах и сияло солнце, ни капли тепла не ощущалось, и холод по-прежнему пронизывал до костей. Зато дневной свет делал всё вокруг отчётливей, и можно было ясно разглядеть: из тех, кто лежал на соломенных подстилках на земле, по меньшей мере половину спасти не удалось.

Они уже обратились в мёртвые тела.

Вэй Лань огляделась и не вздохнула.

Она боялась, что вздох её услышат раненые и им станет ещё хуже. Подумав мгновение, она сказала:

- Цинцин, мы будем действовать по плану, который только что обсудили. А ты? Что ты собираешься делать?

Фан Линцин тоже смотрела.

Опустив голову, она глядела на застывшую повсюду кровь.

На ужасные раны на телах людей.

И почему-то в душе у неё шевельнулась тоска.

Но эти люди - не то что Чу Пэн: она совершенно их не знала, не знала, как их зовут, никогда с ними не соприкасалась. Отчего же сейчас ей больно за них?

Вдруг ей снова пришли на ум слова, сказанные когда-то Вэй Лань.

«Сострадание -

это когда сперва любовь - потом боль».

Она саркастически усмехнулась про себя и тихо проговорила:

- Я пойду с тобой.

Но Вэй Лань, на мгновение задумавшись, покачала головой:

- Ты ведь разбираешься в лекарском деле?

Фан Линцин кивнула.

Люди цзянху все немного разбирались во врачевании, - пусть не так искусно, как настоящие лекари, но лечить внешние раны умели довольно сносно.

- Тогда, если хочешь, останься здесь, в Крепости семьи Лю, и лечи их, - сказала Вэй Лань.

- Ты боишься, что я столкнусь с Юань Цзюэлинем? - спросила Фан Линцин.

- Да.

Если бы он увидел Фан Линцин среди учеников Альянса Пути Героя и задумал бы ей досадить, раскрыв её личность перед Крепостью семьи Лю, - это было бы скверно.

Что до людей из бюро Чжэньюань - Вэй Лань уже велела им всё это время держаться подле Ду Тецзина, ни в коем случае не разделяться, чтобы у Юань Цзюэлиня не было возможности напасть на них.

- Ладно, - сказала Фан Линцин.

Они начали действовать порознь.

Порознь бороться с бедствием.

То землетрясение было настолько сильным, что, можно сказать, небывалым от века. Хотя его очаг находился в Вэйнани и Хуачжоу в Гуаньчжуне, оно затронуло и Цинь, и Цзинь, и Юй². Повсюду в окружных и уездных городах рушились стены и дома, земля трескалась и проваливалась, а в горах Чжуннань гремели камнепады и вздымались реки. Эта ужасающая катастрофа потрясла весь мир. И императорский двор с присутственными местами, и Альянс Пути Героя - все немедля направили множество людей с деньгами и провизией на помощь. И немало героев цзянху, что даже не состояли в Альянсе, не в силах сдержать горячую кровь, один за другим устремились в Гуаньчжун.

²晋豫 (Qín Jìn Yù) — древние названия трех китайских регионов (Шэньси, Шаньси и Хэнань), образованные от имен исторических царств Цинь, Цзинь и Юй

В это опасное место.

Мгновенно - пролетело больше десяти дней.

Прежде Фан Линцин считала, что с тех пор, как она себя помнит, она чуть ли не каждый день видела убийства и за минувшие десять с лишним лет повидала на Пике Высшего Совершенства больше смертей, чем иные видят за всю жизнь. Но теперь, за десять с лишним дней в Ханьчжуне, она увидела смертей гораздо больше, чем за десять с лишним лет на Пике.

В этот день, только перевязав раненого, она, в дурном настроении, вышла через заднюю калитку Крепости семьи Лю, просто желая немного пройтись. Кругом было тихо, но вдруг раздалось тихое:

- Госпожа.

Фан Линцин остановилась и, не оборачиваясь, спросила:

- Что вам?

Коу Гаофэй сперва огляделся, убедился, что вокруг ни души, и лишь тогда приблизился.

- Вы пробыли в Ханьчжуне уже очень долго.

- Я знаю, - ответила Фан Линцин.

- Вы, помнится, говорили, что уже выяснили место, где были найдены «звёздные иглы», - в некой глубокой долине в горах Чжуннань. Может... нам стоит пойти и посмотреть?

- Вы мне приказываете? - холодно спросила Фан Линцин.

- Я не смею! - поспешно проговорил Коу Гаофэй. - Но... это всего лишь предложение. Сейчас - самый лучший момент уйти.

- Самый лучший момент... - повторила Фан Линцин с бледной усмешкой.

Она упорно не глядела на Коу Гаофэя, а лишь на простиравшиеся впереди руины и провалы в земле.

- Что сейчас с Юань Цзюэлинем? - вдруг спросила она.

- Наши люди не могут за ним следить, но мы разведали передвижения кое-кого другого из Зала Тэнлю. Все они пока не покинули Ханьчжун. Однако в нынешнем состоянии города они ничего не могут делать. К тому же с каждым днём сюда прибывает всё больше праведников, и, если они больше ничего не выяснят, - я полагаю, им тоже придётся уйти.

- Да что они могут выяснить? - усмехнулась Фан Линцин.

Лю Ин уже мёртв.

Янь Юйлун тоже мёртв - возможно, ещё мгновение назад он мечтал, что однажды сумеет выковать непревзойдённый клинок, а в следующий миг, так ничего и не поняв, был раздавлен кирпичами и камнями.

Великое землетрясение заставило горы рушиться, землю - расступаться, реки - выходить из берегов.

И всё в этом мире переменилось.

Фан Линцин вдруг ощутила, что перед этим безжалостным ликом неба и земли всё, за что они борются с Юань Цзюэлинем, кажется до крайности ничтожным.

- Что же остаётся вечным на все времена? - тихо пробормотала она.

Коу Гаофэй никак не ожидал от госпожи таких слов, да и не понял вопроса и лишь опешил.

- Когда уходить - я решу сама, - снова холодно проговорила Фан Линцин. - Мне не нужны ваши напоминания. Уходите, сюда кто-то идёт.

Невдалеке и впрямь послышались шаги, и Коу Гаофэю оставалось лишь беспомощно скрыться. Мгновение спустя впереди показались двое молодых мужчин. Одного из них Фан Линцин знала - это был ученик из Крепости семьи Лю.

Завидев её, он тотчас обратился:

- Госпожа Юнь, вы не знаете, куда ушёл великий герой Ду?

- А зачем он тебе? - спросила Фан Линцин.

- Да не мне, а этому брату, - он указал на стоявшего рядом мужчину. - А вот эта госпожа Юнь - подруга великого героя Ду, спроси у неё.

Молодой мужчина тотчас шагнул вперёд и с крайне встревоженным видом, приветствуя Фан Линцин, проговорил:

- Не могли бы вы, барышня, прямо сейчас отвести меня к великому героя Ду? У меня к нему срочное дело.

- Какое же срочное дело? - вскинула бровь Фан Линцин.

- Моего товарища завалило в горах Чжуннань, нужно спешить на выручку.

Выслушав, Фан Линцин некоторое время разглядывала его и потом спросила:

- А ты-то кто? Его друг?

- Я... нет, - ответил мужчина, - но меня прислал к нему один его друг по фамилии Юй.

Сердце Фан Линцин дрогнуло.

- Ты из Чжэцзяна? - спросила она.