Том 2. Непоколебимая скала. Глава 80. Искусство чтения мыслей

Белые облака громоздились в небе, точно скопления снега.

Фан Линцин снова прислонилась к стволу и подняла голову - неведомо, глядела ли она на снег или на облака. Она не ответила на последние слова Вэй Лань и некоторое время молчала.

Сегодня было гораздо холоднее, чем в минувшие дни, и пронизывающий ветер забирался за ворот. Вэй Лань понимала, что Фан Линцин рассказала всё, что могла, и тоже прислонилась рядом с ней и стала глядеть вдаль. Немного подумав, она спросила:

- Если бы Лю Ин не умер, по его замыслу Юань Цзюэлинь должен был этой ночью проникнуть в Крепость семьи Лю и спасти его?

- Да, этой ночью. Такие дела, конечно, делают в глухой час, когда всё стихает.

- Хотя Лю Ин сейчас мёртв, Юань Цзюэлинь об этом пока не знает. Сегодня ночью он вряд ли изменит свои действия. Мне нужно пойти и предупредить людей из Крепости семьи Лю, чтобы усилили охрану.

Фан Линцин кивнула, раздумывая, не пора ли ей сейчас уйти, и снова умолкла.

Но тут вдруг послышалось тихое шипение.

Вэй Лань повернула голову. Фан Линцин была одета в халат цвета корня лотоса, и край рукава был оторочен мягким белым лисьим мехом - с виду очень тёплым. Звук доносился именно из её рукава.

- Ты взяла с собой Гун Сянь? - озадаченно спросила Вэй Лань.

Фан Линцин, будто вдруг что-то вспомнив, опустила голову и поглядела на змеиную головку, показавшуюся из рукава. Успокаивающе погладив её, она нахмурилась:

- Странное дело. Все эти дни она была в зимней спячке, а сегодня утром вдруг выползла. Не пойму, что с ней.

Вэй Лань удивилась ещё больше.

- Ты о чём-то подумала? - спросила Фан Линцин.

- Сегодня утром Мин Ди тоже так себя повела.

Фан Линцин изумлённо вскинулась, и чёрные зрачки её невольно забегали. Она долго и серьёзно размышляла, но ничего не могла понять. Она прожила со змеями много лет, но никогда не сталкивалась с таким.

Тем временем Вэй Лань тоже позвала Мин Ди и пустила её на дерево вместе с Гун Сянь.

Змейки казались довольно бодрыми, не вялыми, и на больных не походили, что немного успокоило обеих.

Ещё мгновение подумав, Фан Линцин невольно коснулась рукой места у сердца.

- Я возьму Гун Сянь, пойду на постоялый двор и немного отдохну. А ты сейчас вернёшься в Крепость семьи Лю?

«Пойду отдохну» было лишь предлогом.

У самого сердца у неё и впрямь лежало письмо.

Написанное прошлой ночью прощальное письмо для Вэй Лань.

Ведь изначально она пришла в Ханьчжун искать Цюань Цзюханя, и теперь, с таким трудом узнав, что тот когда-то появлялся на дне обрывистой долины в горах Чжуннань, она, конечно же, должна была немедля отправиться на разведку. Но этого нельзя было допустить, чтобы узнала Вэй Лань, - оставалось лишь исчезнуть беззвучно, оставив это письмо в гостинице с извинениями.

- Я собираюсь сперва рассказать Крепости семьи Лю о деле Юань Цзюэлиня, а потом пойти поговорить с Дин Е, - кивнула Вэй Лань.

Услышав, что та снова упомянула бюро Чжэньюань, Фан Линцин опять на мгновение заколебалась: стоит ли уходить прямо сейчас?

Дело это ещё не разрешилось до конца, и неизвестно, что скрывает от них Дин Е и не убьёт ли Юань Цзюэлинь ещё кого-нибудь. Фан Линцин, как-никак, была с Юань Цзюэлинем одного Пика Высшего Совершенства и лучше всех знала многие его приёмы. Останься она - смогла бы надёжней защитить оставшихся охранников.

Видя её нерешительность, Вэй Лань спросила:

- Ты сейчас сказала, что идёшь на постоялый двор - это и впрямь чтобы отдохнуть?

- Ладно, - улыбнулась Фан Линцин, - отдых отменяется. Я пойду с тобой.

По крайней мере, пока не поговорят с Дин Е.

Ей и впрямь не хотелось, чтобы снова случилось то, о чём пришлось бы жалеть.

Они и так вышли из Крепости семьи Лю недалеко, так что вернуться было делом нескольких десятков шагов. Снова представ перед Лю Хэшанем, Вэй Лань сказала, что, по её расследованию, Юань Цзюэлинь, весьма вероятно, этой ночью проникнет в Крепость семьи Лю, и просила замок непременно быть настороже. Лю Хэшань подробно расспросил, откуда она это знает, и она, скрыв часть истории, объяснила - на семь долей правды, на три - вымысла.

Когда они наконец откланялись, вышли из крепости и, миновав оживлённые улицы, добрались до гостиницы Юпэн, уже близился полдень.

В главном зале на этот раз они увидели не только Дин Е, но и Чу Сю с Ду Тецзином.

Оказалось, вчера Чу Сю слишком долго простояла у отцовского гроба, и Ду Тецзин, тревожась, что ей станет худо, уговорил её вернуться на постоялый двор. Сейчас она, уступая общим увещеваниям, только что пообедала. Оглядев шумный зал, Вэй Лань и Фан Линцин подумали и велели слуге открыть отдельную комнату.

- Госпожа Вэй, вы хотите нам что-то сказать?

В комнате, конечно же, было много тише. Когда закрыли окна, снаружи не доносилось даже шума ветра.

- Это о том, зачем кто-то выдал себя за Кузницу Дуаньфэн и поручил вам, господа, везти обоз, - мы это расследовали, - кивнула Вэй Лань. И под изумлёнными взглядами присутствующих она неспешно изложила всё с начала и до конца.

Все, выслушав, умолкли.

«Они и впрямь были всего лишь неважными, безвинными жертвами, втянутыми в чужой заговор».

А осознав, что ты - просто муравей, которого в этом бренном мире любой может растоптать, -

разве кому-то станет легче на душе?

- Поэтому я и предполагаю, - продолжала Вэй Лань, - что в ту ночь Юань Цзюэлинь дал начальнику Чу яд «Девять огней, разрывающие меридианы», чтобы принудить его следить за мной. Начальник Чу не согласился и погиб от яда. Тогда он обратился к Чжан Пу и Ци Шэнтаю. Но... - Она снова обвела взглядом одного за другим всех охранников. - Почему же, убив и Чжан-сюна, и Ци-сюна, он больше ни к кому не пошёл и так покинул гостиницу?

Над этим вопросом прежде никто не задумывался.

Потому что никто и представить не мог, что среди их товарищей найдётся кто-то, кто, испугавшись смерти, станет цепляться за жизнь.

Но теперь, когда Вэй Лань задала этот вопрос и поставила его перед ними, они вдруг прозрели и мгновенно поняли её мысль - и всё равно не хотели подозревать своих товарищей, с которыми делили жизнь и смерть.

- Может... может, как раз в это время госпожа Юнь и госпожа Лю пришли к нам, и он оттого был вынужден уйти... -

вдруг высказал кто-то такое предположение, и остальные дружно закивали. Но с другой стороны, рассудок говорил им:

«Боевое искусство Юнь Цин и Лю Янься уж точно уступает Юань Цзюэлиню. Неужто Юань Цзюэлинь мог испугаться этих двух девушек?»

Они продолжали галдеть, ища для товарищей иные оправдания, и лишь один человек за всё это время не проронил ни звука. С мертвенно-бледным лицом и мукой в глазах он несколько раз украдкой поглядел на Вэй Лань.

Этот человек был Дин Е.

Вэй Лань тоже на мгновение замолчала, но лицо её оставалось неизменно мягким.

Она давно уже поняла, что именно Дин Е - сообщник Юань Цзюэлиня, но не испытывала особого гнева. Всем известно: муки от «Девяти огней, разрывающих меридианы» страшнее даже казни линчи. Тот, кто не устрашился этого яда, конечно же, достоин зваться героем; но тот, кто в конце концов не выдержал и поневоле пошёл на службу к Юань Цзюэлиню, тоже заслуживает сочувствия.

Главный виновник - всё же Юань Цзюэлинь.

Все эти два дня душа Дин Е непрестанно терзалась, и сейчас, встретив тёплый взгляд Вэй Лань, чувство вины в его сердце стремительно разрослось. Вспомнив, в каком ужасном виде были после смерти Чу Пэн и ещё двое, он вдруг ощутил глубочайшее раскаяние и в тот же миг рухнул на колени перед Вэй Лань.

- Лао Дин, ты... - опешили его товарищи. - Ты что это?!

Не смея глядеть на других, Дин Е бил поклоны лишь перед Вэй Лань:

- Это я... это всё я... Госпожа Вэй, я струсил, смалодушничал, не смог вытерпеть и согласился на требование Юань Цзюэлиня - следить за вами... Я отплатил злом за добро, виноват перед вами и перед нашим начальником...

Ничуть не удивлённая, Вэй Лань протянула руку и подняла его.

- Вы не хотели нарочно вредить мне, вы лишь защищали себя, - сказала она.

Дин Е опустил голову, и раскаяние его стало ещё больше.

Остальные же, ошеломлённые, долго не могли опомниться.

- Так это ты?! - наконец воскликнули они. - Как же ты... как ты мог...

Они и негодовали на его слабодушие, и понимали, что он тоже жертва, и не знали, что сказать.

- Дин-дагэ, - вздохнул один из молодых охранников, - до чего же ты глуп! Почему ты не мог рассказать обо всём раньше? Пусть боевое искусство Юань Цзюэлиня и высоко, но если бы великий герой Ду, госпожа Вэй и госпожа Юнь втроём объединились - разве не одолели бы его?

Дин Е по-прежнему смотрел в пол, вздыхал и молчал.

Несколько старших охранников переглянулись и со вздохом сказали:

- Мы понимаем, почему лао Дин не осмелился заговорить. И понимаем, почему начальник и остальные не притворились, что соглашаются на требование Юань Цзюэлиня.

Лицо Чу Сю всё ещё выражало полную растерянность, но тут она вздрогнула и спросила:

- Почему же...

- Потому что люди Демонической секты владеют искусством чтения мыслей.

При этих словах все, кроме тех нескольких пожилых охранников, страшно изумились и, ясное дело, не поверили.

Пусть в этом мире многие простые люди, далёкие от боевых искусств, любят окутывать мир цзянху мистическим ореолом, - настоящие бойцы отлично знали, что боевое искусство - это вовсе не колдовство.

Вэй Лань сперва посмотрела на Фан Линцин.

Та ответила ей недоуменным взглядом.

- Это правда, - с долгим вздохом произнёс Дин Е. - Мы видели это собственными глазами.

- Когда же? - спросила Фан Линцин.

- Это, наверное... наверное, было девятнадцать лет назад, - ответил Дин Е. - Мне тогда только исполнилось семнадцать, я лишь недавно начал ходить по цзянху и сопровождать старших с обозами.

- И вы, и начальник Чу с остальными - вы тоже видели это девятнадцать лет назад? - спросила Фан Линцин у остальных старших охранников.

Все закивали.

- Девятнадцать лет назад все мы были ещё молоды, и начальником бюро, конечно же, был другой человек - Вэй Ичжун, учитель Чу Пэна. Был тогда один обоз с целью в Юньнань, и он повёл нас. - Они наконец стали понемногу объяснять. - Тот обоз прошёл очень гладко, по пути попадались лишь несколько мелких воришек, мы с ними легко управились. Прибыли в Юньнань, передали груз нанимателю и уже собрались в обратный путь. Но накануне отъезда, в последний день, мы как раз сидели в одном трактире, и вдруг увидели: к нам подходит какая-то женщина, указывает на наш флаг и спрашивает - охранники ли мы.

- Госпожа Юнь, - один из них вдруг горько усмехнулся, - удивительное совпадение: у той женщины была такая же фамилия, как у вас.

Сердце Фан Линцин дрогнуло, и она сразу спросила:

- Её фамилия была Юнь? А как её звали?

- Та женщина не владела боевыми искусствами и, видимо, не принадлежала к цзянху, и спрашивать её девичье имя нам было неловко, - покачал головой тот. - Мы только спросили, что ей нужно. Она сказала: раз мы охранники, не согласимся ли мы препроводить её в Сучжоу?

- В Сучжоу? - пробормотала Фан Линцин.

- Да. Она дала нам немало серебра, и мы, конечно же, согласились. Провожали её два дня, и на вторую ночь начальник Вэй встретил одного человека.

- Это был человек с Пика Высшего Совершенства? - спросила Вэй Лань.

- Да, это был Фан Соляо из Демонической секты.

Вэй Лань вздрогнула и невольно снова поглядела на Фан Линцин.

А тот охранник продолжал:

- Он потребовал, чтобы мы водили госпожу Юнь кругами и не везли в Сучжоу, и чтобы следили, что она делает каждый день, а по ночам докладывали ему. Начальник Вэй ни в какую не соглашался и ещё обругал его. Тогда он... он дал начальнику Вэю яд «Девять огней, разрывающие меридианы». Начальник Вэй не мог терпеть боль и сперва притворно пообещал, и тогда он дал ему противоядие. Наутро начальник Вэй снова увидел ту госпожу Юнь, тайком всё ей рассказал, немного изменил ей внешность, переодел в мужское платье и велел скорее уходить. А у нас в бюро тогда как раз была одна охранница - ты её знаешь, А-Сю, тётя Чжоу, - и она стала изображать ту госпожу Юнь. Мы были уверены, что этот замысел - безупречен, но... но не прошло и времени, нужное, чтобы выпить чашку чая, как начальник Вэй вдруг закричал от боли. Мы на наших глазах видели, как он катается от боли по земле, пока дыхание его не оборвалось, и мы ничего не могли поделать...

Минуло целых девятнадцать долгих лет, но и сейчас, рассказывая об этом, они не могли сдержать горечи.

- Мы хотели понять, отчего умер начальник Вэй, и пришлось вскрыть его тело. И увидели, что все его внутренности будто сгорели в огне.

«Девять огней, разрывающие меридианы».

Снова «Девять огней, разрывающие меридианы».

Все присутствующие слушали, почти у всех нахмурились брови - и гнев, и недоумение читались на лицах. Затаив дыхание, они ловили каждое слово.

- Мы страшно удивлялись: ведь начальник Вэй уже принял противоядие, как же... И лишь два дня спустя мы снова встретили Фан Соляо. В тот день мы уже приготовились к смерти и хотели лишь одного: понять, как же умер начальник Вэй. Фан Соляо холодно усмехнулся и сказал, что все на Пике Высшего Совершенства владеют искусством чтения мыслей. О чём мы думаем, что делаем - разве он может не знать? Услышав это, мы не могли поверить, но факт стоял перед глазами... А потом Фан Соляо сказал: мы были двуличны, и он должен был перебить нас всех, но, по просьбе одного человека, дарует нам жизнь. Только впредь пусть и не мечтаем обмануть его или Пик Высшего Совершенства.

Они наконец выговорили всё до конца.

В комнате воцарилась мёртвая тишина.

И Чу Сю, и несколько молодых охранников впервые слышали эту историю и в душе вновь содрогнулись перед жестокостью Демонической секты.

Немного погодя Вэй Лань вдруг легко вздохнула:

- И вы все поверили словам Фан Соляо?

Дин Е медленно поднял голову и горько усмехнулся:

- Я никогда не верил ни в какое чтение мыслей. Но... но Пик Высшего Совершенства находится в Юньнани, а я слышал, что тамошнее искусство гу¹ очень знаменито. Я решил, что они навели на нас какую-то порчу и оттого знают, что у нас на уме.

¹Искусство Гу (или магия Гу) - это древняя китайская практика темного колдовства, зародившаяся на юге страны. Её суть - создание мистического яда из ядовитых насекомых, таких как змеи, скорпионы и жабы, для наведения порчи, подчинения людей и привлечения богатства

- Но сейчас, - сказала Вэй Лань, - уже, наверное, прошло время, нужное, чтобы выпить чашку чая.

Дин Е остолбенел.

- А вы ещё живы, - добавила она.

- Да... да, - проговорил он. - Как же это...

Он только что уже решил: в тот миг, когда яд начнёт действовать, он попросит одного из товарищей немедленно зарубить его. Почему же прошло столько времени, а он цел и невредим?

- Я и сама не понимаю, - покачала головой Вэй Лань. - Однако...

«Однако кое-кто, возможно, понимает».

Вэй Лань снова поглядела на Фан Линцин.

На Фан Линцин, которая уже очень давно молчала.

Рассказы охранников ничуть её не удивили. Она знала: это и впрямь очень похоже на то, что мог бы сделать её отец.

Её отец и Юань Цзюэлинь изначально были одинаковыми людьми.

Но прежде она никогда не задумывалась об этом.

Она ненавидела Юань Цзюэлиня за смерть Чу Пэна, Чжан Пу и Ци Шэнтая. Прежде она бесповоротно решила: во что бы то ни стало убить Юань Цзюэлиня, отомстить за них. Но оказалось, что и к тому, что они не стали тянуть время и умерли на месте, причастен её отец. Что же ей теперь делать?

Среди молчания в душе у неё вдруг возник вопрос, о котором она прежде не желала думать, но который был весьма вероятен:

Если однажды её отец убьёт того, кто ей дорог, -

что ей тогда делать?