Том 2. Непоколебимая скала. Глава 60. Лю Ин

Первым побуждением Фан Линцин было отказаться, но, услышав последние слова Вэй Лань, она на мгновение дрогнула сердцем и заколебалась. Однако в конце концов всё же покачала головой и улыбнулась:

- Это пустяковое дело, ты, Лань-цзецзе, и одна прекрасно справишься, верно? А я пока продолжу расследовать дела Пика Высшего Совершенства.

Уж лучше это время потратить на обдумывание дальнейших действий.

Вэй Лань не стала настаивать:

- Хорошо.

- Я пойду с госпожой Вэй, - сказал Ду Тецзин.

Во-первых, старушка и ему очень понравилась; во-вторых, всё по той же причине - он не желал сидеть в Ханьчжуне без дела, а если предстояло дело по справедливости, он, конечно же, считал его своим долгом.

Так, окончив завтрак, Вэй Лань и Ду Тецзин вышли из гостиницы. Фан Линцин идти с ними не собиралась, но хотела немного проводить их и поболтать по дороге. Едва они вышли, как Ду Тецзин вдруг бросил взгляд в сторону и застыл.

Остальные тоже посмотрели туда же: на стене гостиницы был начертан треугольный знак, а внутри треугольника - множество узоров.

Простые люди наверняка не обратили бы внимания, но для людей цзянху, видимо, по привычке, всякий знак заставлял гадать: уж не тайный ли это условный сигнал какой-нибудь школы или объединения?

Вэй Лань невольно покосилась на Фан Линцин.

- Я не знаю, что это, - коротко ответила та.

Вэй Лань поверила: если Фан Линцин говорит так уверенно, значит, и впрямь не знает. Она покачала головой:

- Я тоже не знаю.

- Может, какой-нибудь ребёнок нарисовал ради забавы, - улыбнулся кто-то из охранников.

Большинство согласно закивали и больше об этом не думали. Вэй Лань и Ду Тецзин, ещё мгновение поразмыслив, тоже продолжили путь. Фан Линцин проводила их до конца улицы и лишь тогда повернула обратно.

И снова прошла мимо той самой стены.

Тот треугольный знак на стене опять бросился ей в глаза.

Поначалу она не придала ему значения, но сейчас, всмотревшись, вдруг прозрела. Мгновенно запомнив форму узоров в середине знака, она быстро вернулась в гостиницу и, сказав людям из бюро Чжэньюань, что у неё личное дело, поднялась прямо на третий этаж и постучала в дверь комнаты Коу Гаофэя.

- Госпожа, - начал было Коу Гаофэй, едва отворив дверь, но Фан Линцин тут же приказала:

- Бумагу и кисть.

Коу Гаофэй на миг опешил, но быстро положил на стол кисть, тушь, бумагу и тушечницу.

Взяв кисть и обмакнув в тушь, Фан Линцин в мгновение ока вывела на белой конопляной бумаге тот самый знак, в точности как на стене.

- Вы в прошлый раз говорили, что люди Зала Тэнлю сейчас обитают в храме Бэйцин¹? - спросила она.

¹北清寺 (Běi Qīng Sì) - дословно «Храм Северной Чистоты»

- Да.

- Пошлите человека к окрестностям храма Бэйцин, пусть нарисует такой же на стене.

Сейчас по всему Пику Высшего Совершенства о том, что Цюань Цзюхань, возможно, объявился в Гуаньчжуне, знали только Зал Пинъи и Зал Тэнлю. А Зал Пинъи изначально узнал об этом лишь потому, что однажды подслушал разговор учеников из Зала Тэнлю, и с тех пор тайно следил за их передвижениями. Так что место укрытия людей Зала Тэнлю было, разумеется, давно известно.

- Храм Бэйцин -

на одной из улиц в северной части Ханьчжунской управы.

В этом мире многие буддийские и даосские храмы служили также приютом для путников, давая кров, словно гостиницы. Приверженцы Зала Тэнлю, прикинувшись купцами, сделали щедрое подношение храму и поселились там. Снова выйдя из гостиницы, Фан Линцин пробралась к тому храму, взмыла на крышу высокого здания и, скрывшись за коньком, некоторое время с праздным любопытством наблюдала, как по небу плывут облака. Вскоре вернулся её подчинённый.

- Люди Зала Тэнлю, увидев тот тайный знак, и впрямь встрепенулись. Вот эти двое - одного зовут Ван Цзун, другого - Чжан Хун, - он указал на двух мужчин, что шли плечом к плечу по улице впереди. - Куда они сейчас направляются, неизвестно.

- Последуем за ними - и узнаем.

Улыбнувшись, Фан Линцин выждала немного, пока те не отошли и не превратились почти в точки, а уж потом взмыла и пустилась в погоню на цигуне.

Цигун у неё был превосходный, быстрый, как ветер и облака. Она следовала за ними, сохраняя некоторое расстояние, и примерно через полчаса добралась до полуразрушенного храма Божества Земли.

Вокруг храма было пусто и тихо - белый снег, ни души.

Видя, что оба вошли в ворота храма, Фан Линцин обогнула его сзади и вдруг, ласточкой повиснув вниз головой у маленького оконца, увидела, что внутри стоит ещё один человек. Он был с головы до ног в чёрном, и лицо его скрывала чёрная повязка, но рост и осанка показались Фан Линцин до боли знакомыми. Смутная догадка шевельнулась в душе, но пока не было уверенности. Затаив дыхание, она стала тихо наблюдать за этими троими.

Сперва они обменялись двумя жестами.

Видимо, это тоже был условный знак.

Знак, указывающий, что они - одной общности.

Затем Ван Цзун и Чжан Хун радостно и взволнованно заговорили:

- Наконец-то ты связался с нами! Мы слышали...

Человек в чёрном взмахом руки оборвал их на полуслове:

- Только вы вдвоём?

«Так это и впрямь он!»

Теперь Фан Линцин была совершенно уверена, кто этот закутанный в чёрное.

- Мы только что увидели твой знак и посовещались: если пойдём все вместе - будет слишком заметно, - ответил Ван Цзун. - Вот и пришли вдвоём.

- Есть ли в нашем Зале девушка по имени Юнь Цин? Она тоже пришла в Ханьчжун? - спросил человек в чёрном.

- Юнь Цин? - Ван Цзун и Чжан Хун покачали головами. - Кто это? Мы такого имени не слышали.

Человек в чёрном нахмурился и снова спросил:

- Тогда... среди тех, кто пришёл сюда на этот раз, есть ли какая-нибудь женщина?

- В этой операции женщин из нашего Зала нет. А что такое? Кто эта Юнь Цин, о которой ты говоришь?

Человек в чёрном явно ужаснулся, и в глазах его отразились тревога и сомнение. Надолго задумавшись, он медленно проговорил:

- Позапрошлой ночью одна девушка по имени Юнь Цин обменялась со мной несколькими приёмами, и один из них, если я не ошибаюсь, - это техника главы Зала. Я было решил, что она из нашего Зала Тэнлю...

При этих словах Ван Цзун и Чжан Хун переглянулись в изумлении, и каждый подумал про себя: уж не послал ли глава Зала ещё кого-то из доверенных лиц, о ком они не знают?

В и без того пустом, заброшенном храме из-за их общего раздумья вновь на некоторое время воцарилась тишина.

- Ладно, неважно, - заговорил вдруг Чжан Хун. - Скоро и глава прибудет, тогда и спросим у него. Сейчас важнее всего - след Главы Пика.

Человек в чёрном лишь испустил долгий вздох и потом сказал:

- Знаете ли вы, почему я все эти годы связывался только с главой Зала и никогда - с вами?

- Почему? - спросил Ван Цзун.

- Я столько лет провёл в Крепости семьи Лю и лишь с огромным трудом добился их полного доверия. Если бы хоть один лишний человек знал, кто я на самом деле, опасность разоблачения возросла бы, и все усилия - мои и главы - пошли бы прахом?

- Ты прав, - улыбнулся Ван Цзун. - В этот раз глава тоже наказал нам: до его приезда в Ханьчжун без особой надобности с тобой не связываться. Но разве сейчас не тот самый особый случай? Мы только что услышали: Крепость семьи Лю схватила какого-то Янь Юйлуна, и он, кажется, подручный Главы Пика? Что всё это значит? Много ли ты разведал о местонахождении Главы Пика? Выкладывай скорее зацепки, и, может, нам вместе удастся поскорее найти его - глядишь, когда глава прибудет, ещё и запишет нам это в заслугу!

Человек в чёрном, выслушав, тоже рассмеялся. Он смеялся, запрокинув голову, и лишь скрытая за окном Фан Линцин видела хлынувшую из его глаз досаду.

- Ладно! Я покажу вам кое-что.

Он извлёк из-за пазухи маленькую деревянную шкатулку.

Квадратную, размером с ладонь.

- Что это? - удивился Чжан Хун.

- Увидите - узнаете.

С этими словами он приблизился к ним и, казалось, уже открывал шкатулку. Ван Цзун и Чжан Хун, видя, как он медлит, раздражённо склонили головы. И вдруг крышка откинулась, и вспыхнуло несколько белых лучей -

из шкатулки с молниеносной быстротой вылетели дротики

и разом вонзились обоим в горло!

- Ты... ты...

Они расширили глаза, и в зрачках застыли изумление и гнев. Но ни единого цельного слова уже не могли вымолвить. Тела их опрокинулись навзничь, и дыхание оборвалось.

Две жизни угасли - так просто.

Человек в чёрном опустил голову и тихо вздохнул над двумя трупами на полу. Неизвестно, о чём он думал, как вдруг откуда-то послышались лёгкие хлопки - трижды, - а затем раздался смех, звонкий и мелодичный, словно колокольчик на ветру:

- Достойно безымянных убийц, взращённых главой Юанем! Какое великолепное искусство!

Фан Линцин проскользнула в то самое окно, лёгкая, точно пёрышко в заоблачных высях, и без единого звука опустилась прямо перед человеком в чёрном.

Тот вздрогнул:

- Ты... ты всё это время была снаружи?! Да кто же ты такая?!

Произнося это, он одной рукой уже растопырил пальцы - явно собрал в ладони всю силу, тайно готовя нападение. Другая же рука скользнула в рукав и нащупала спрятанную там нефритовую флейту.

Фан Линцин, заметив это, лишь слегка улыбнулась. Она повернулась к деревянному жертвенному столу перед изваянием Божества, платком смахнула пыль и уселась прямо на него. Во всём её облике не было и тени страха или тревоги перед внезапной атакой, которую тот мог обрушить в любой миг. И лишь тогда она неторопливо проговорила:

- Не нужно так осторожничать. Мы с тобой уже дрались. Неужели ты думаешь, что с твоим-то мастерством у тебя есть шанс меня одолеть? Всё равно проиграешь - расслабься.

Всё это она говорила с весёлой улыбкой.

Лю Ин долго молчал, и его напряжённое, готовое к броску тело и впрямь понемногу обмякло, но на сердце у него не стало ничуть легче - напротив, оно отяжелело ещё больше.

Он знал: она права. Его боевое искусство, можно сказать, совсем неплохо, но до этой девушки, которая намного младше его, ему далеко.

Он долго, пристально смотрел на Фан Линцин и вдруг спросил:

- Ты тоже с Пика Высшего Совершенства? Ты из нашего Зала?

Но о такой юной мастерице в Зале Тэнлю он не слышал. Лю Ин невольно задумался: из Двоих Посланников и Четырёх Залов Пика лишь в Зале Фэйлянь глава - женщина, и среди её доверенных лиц тоже большинство - женщины. Уж не подручная ли она главы Зала Фэйлянь, эта девушка по имени Юнь Цин?

Фан Линцин не ответила на последний вопрос, но первый скрывать не собиралась.

- «Нашего Зала»? - улыбнулась она. - Ты ведь уже предал главу Юаня, какой же ещё «наш Зал»?

Лю Ин устрашился ещё больше:

- А Вэй Лань? А Ду Тецзин?

Фан Линцин прыснула:

- Что ты выдумываешь? Одна - прославленная во всех реках и озёрах глава Зала Левэнь из Альянса Пути Героя, другой - знаменитый на весь боевой мир «Герой среди странников». Какое они имеют отношение к Пику Высшего Совершенства?

Вэй Лань и Ду Тецзин - оба герои.

Только герои ради случайного незнакомца станут тратить время на хлопоты. «Хорошо, что я не героиня, - сказала себе Фан Линцин, - и сегодня не пошла с Лань-цзецзе навещать ту старуху. Иначе разве добилась бы такого успеха?»

Сейчас Фан Линцин была очень довольна.

Теперь у неё, подумала она, явно больше сведений и зацепок, чем у Вэй Лань.

Пока метель кружила, и Фан Линцин с Лю Ином стояли лицом к лицу в заброшенном храме, Вэй Лань и Ду Тецзин уже добрались до соломенной хижины у заливного поля к югу от города.

Вэй Лань подняла руку и легонько постучала в дверь.

- Кто там? - раздался изнутри сильный, звучный голос, явно принадлежавший молодому мужчине. Так и оказалось: мгновение спустя дверь отворилась, и на пороге стоял человек в холщовой одежде. - Вы кого-то ищете? Или вы путники, укрыться от метели?

Вэй Лань мгновение вглядывалась в него и спросила в ответ:

- Позвольте узнать ваше почтенное имя?

Мужчина удивился, что незнакомцы стучат в его дверь и первым делом спрашивают имя, но честно ответил:

- Меня зовут Лю Даху. А в чём дело?

Сердце Вэй Лань наполовину успокоилось. Она помнила: вчера она спросила у старушки имя её сына, и та сказала: сама она по фамилии Ван, имени нет; сын - по фамилии Лю, зовут Лю Даху.

А совсем успокоилась Вэй Лань, когда мгновение спустя увидела, что из дома вышла и вчерашняя старушка.

- Ой, да это же вы, барышня! - воскликнула та и поспешно ввела Вэй Лань и Ду Тецзина внутрь. - Садитесь, садитесь, выпейте воды.

- Мы пришли проведать вас, - улыбнулась Вэй Лань и снова поглядела на мужчину рядом с ней. - Ваш сын, я вижу, благополучно вернулся домой?

Старушка на миг опешила, а потом, сообразив, зачем Вэй Лань снова пришла в её дом, глубоко растрогалась и с улыбкой ответила:

- Вернулся, вернулся! Просто вчера, когда хворост рубил, приключилось с ним диковинное дело, вот и задержался. А я уж и не пошла в Крепость семьи Лю сказать вам, что всё в порядке, - зря вы из-за меня тащились, так неловко.

- А, так вы те самые гости, что вчера от метели у нас прятались, о которых матушка рассказывала? - улыбнулся Лю Даху. - Спасибо, что тревожились обо мне.

И мать, и сын весело улыбались.

Но Вэй Лань и Ду Тецзин, услышав это, оба мгновенно напряглись.

- Осмелюсь спросить, - сказал Ду Тецзин, не спрашивая пока о «диковинном деле», - где вы обычно рубите хворост?

- Хворост, ясное дело, в лесу рублю. А зачем вы, дагэ, спрашиваете?

- В сосновом лесу? - уточнил Ду Тецзин.

- Да, тут неподалёку на горе есть сосновый лес.

- И то диковинное дело приключилось с вами именно в этом сосновом лесу? - спросила Вэй Лань.

Лю Даху оторопело закивал.

- Расскажите нам, пожалуйста, как всё было, - попросила Вэй Лань.