Том 2. Непоколебимая скала. Глава 58. Пари

Герои из Врат Дихуан в этот день разделились на восемь отрядов, прочёсывая город в поисках приверженцев Пика Высшего Совершенства.

Цинь Цзянь уже препроводил того дюжего мужчину в чёрном в частную темницу Крепости семьи Лю и теперь подробно рассказывал собравшимся на шум людям, как всё произошло. Едва он начал, как Вэй Лань едва заметно покачала головой, и он спросил:

- Глава Вэй, вы находите в этом что-то неладное?

- Боевой мир Ханьчжунской управы, безусловно, находится под властью Крепости семьи Лю из Альянса, - ответила она. - Именно поэтому мы - на свету, а Пик Высшего Совершенства - во тьме. Мы не знаем, где они, а они могут легко разведать наши передвижения. Когда вы, шисюны, разделились, было легко попасть в их тайную засаду.

- Глава Вэй верно говорит, - согласился Цинь Цзянь. - Жаль, что мы тогда этого не продумали и попались Демонической секте: двое наших товарищей были схвачены людьми из Зала Тэнлю.

Вэй Лань опустила глаза и больше ничего не сказала.

Она отлично знала: те, кто захватил двух учеников из Врат Дихуан, и впрямь были приверженцами Пика Высшего Совершенства, но не из Зала Тэнлю, а из Зала Пинъи.

Точнее, то были люди Зала Пинъи, прикинувшиеся людьми Зала Тэнлю.

Всё это Фан Линцин уже рассказала ей.

- К счастью, те двое товарищей были сметливы и по пути тайком оставляли знаки, - продолжал Цинь Цзянь.

На эти знаки люди из Зала Пинъи, конечно же, нарочно закрыли глаза и позволили их оставить.

- Мы заметили знаки и пошли по следу до самого укрытия Зала Тэнлю. Тех двоих товарищей мы спасли, но все зловещие приверженцы разбежались. Только этот чёрный мужчина - он, видимо, уже спятил и не понимал, что надо бежать вместе со своими, - потому и попался нам в руки.

Так называемые члены Зала Тэнлю заранее подготовились, потому и отступили так организованно. Цинь Цзянь же, не зная этого, решил, что виной всему его неспособность, и очень досадовал.

Вдруг кто-то спросил:

- Но почему ты, Цинь-сюн, уверен, что он - из Зала Тэнлю, а не какой-нибудь безвинный простолюдин, которого они схватили?

- Укрытие Зала Тэнлю - это маленький дворик в одном из городских переулков, - ответил Цинь Цзянь. - По словам тех двух моих товарищей, они сидели взаперти в домике во дворе, как вдруг вошёл человек и доложил их главарю: «Мы вызволили брата Цзи Хуна из рук Зала Фэйлянь, но Цзи-сюн уже спятил и только и твердит... Похоже, он что-то разведал, да мы сейчас ничего не можем у него допытаться». Услышав это, главарь сразу вышел поглядеть на того безумца.

«Цзи Хун» - это, видимо, и есть тот самый мужчина в чёрном.

Взоры всех обратились за железную решётку, туда, где в клетке бесновался сумасшедший. Теперь, когда он был заперт и уже не мог бежать, верёвки с него сняли, и он, бешено размахивая руками, метался по камере. На лице его попеременно отражались то радость, то ужас, и он безостановочно выкрикивал одно и то же:

- Я нашёл сокровища! Я наконец нашёл сокровища! Ха-ха-ха-ха, сокровища наши!

Он выкрикивал это уже очень долго.

Пусть он и владел боевым искусством и внутренней силой, но так кричать без передышки - рано или поздно он выбьется из сил и падёт без чувств.

Снаружи, в тусклом свете лампы, кто-то нахмурился и спросил:

- Этот человек и впрямь безумен?

- Безумие, конечно, можно симулировать, - ответил Цинь Цзянь. - Но один из наших товарищей, сведущий в лекарском деле, осмотрел его: он не притворяется, а действительно сошёл с ума. Поначалу, слыша его беспрестанные выкрики, мы заподозрили, что весь этот поход Пика Высшего Совершенства в Гуаньчжун - не ради ли поиска каких-то сокровищ? Кто-то из Зала Тэнлю нашёл сокровище, но его схватили люди из Зала Фэйлянь, и в конце концов он отчего-то обезумел. Но пока мы обсуждали эту возможность, Четвёртый господин Лю разыскал нас и рассказал о том, что случилось сегодня в кузнице «Сто раз закалённая сталь» с госпожой Вэй и великим героем Ду. Вот это нас и озадачило: Пик Высшего Совершенства явился в Гуаньчжун - за сокровищами или за Цюань Цзюханем?

Все загалдели, а Вэй Лань, не проронив ни слова, подумала про себя: «Так и есть».

«Если бы сегодня не схватили Янь Юйлуна и не услышали от него о Цюань Цзюхане, то, услышав крики этого безумца, все бы и впрямь сделали тот же вывод, что и Цинь Цзянь».

Именно для этого Фан Линцин и приказала своим подчинённым прикинуться людьми Зала Тэнлю и разыграть этот спектакль.

Ещё там, во дворе Крепости семьи Лю, на заснеженной земле, она всё это рассказала Вэй Лань и напоследок добавила с улыбкой:

- Говорят, глава Врат Дихуан - это Ши Минъе, названый сын главы Банды Ваньлань Не, и, как и ты, Лань-цзецзе, один из признанных ныне в цзянху «пяти гениев» Альянса Пути Героя. Если бы это он повёл Врата Дихуан в Ханьчжун, боюсь, мои люди не смогли бы так легко похитить его людей и разыграть это представление. - В её улыбающихся глазах мелькнуло весьма самоуверенное выражение. - Пришлось бы мне самой браться за дело.

Услышав это, Вэй Лань тоже слегка улыбнулась:

- А ты думаешь, я бы попалась на эту удочку?

В её голосе прозвучала та же уверенность, что и у Фан Линцин.

- Чтобы ты полностью поверила в этот спектакль - это слишком трудно, - ответила та. - Но, по крайней мере, ты бы засомневалась. Даже будь у тебя девять долей сомнения и лишь одна доля веры, ты всё равно начала бы расследование. Хотя бы на время сбить тебя с толку - уже хорошо.

- Тогда почему ты сейчас рассказываешь мне правду?

- Потому что, когда я задумывала этот план, я не могла предвидеть, что сегодня всё так переменится. Теперь ты уже знаешь, что наша истинная цель в Ханьчжуне - поиски Цюань Цзюханя. Какой смысл снова плести тебе ложь? - Она на мгновение умолкла, и голос её вдруг стал серьёзным: - Лань-цзецзе, если не вынуждает крайность - я не хочу тебя обманывать.

Поэтому, пока это не вредило её замыслам, она теперь была готова говорить Вэй Лань правду.

Вэй Лань на некоторое время умолкла, потом вдруг спросила:

- А тот человек - он и впрямь безумен или притворяется?

- Конечно, впрямь. Притворное безумие заметят, вас не обманешь, - ответила Фан Линцин.

Едва Вэй Лань хотела спросить: «Если он безумен, отчего же он всё твердит одну и ту же фразу?» - как к ним подошли наконец Лю Янься с Чу Пэном и Чу Сю, закончив разговор. Продолжать шептаться стало невозможно, и все вместе отправились к частной темнице Крепости семьи Лю.

Сейчас, глядя сквозь решётку на бесновавшегося в камере человека и покосившись на стоявшую рядом улыбающуюся Фан Линцин, Вэй Лань вдруг громко произнесла:

- Даже если слова этого человека - правда, и Пик Высшего Совершенства и впрямь ищет в Гуаньчжуне сокровища, - то что важнее: сокровища или Цюань Цзюхань? По моему скромному мнению, мы по-прежнему должны все силы бросить на расследование дела Цюань Цзюханя.

Она не могла при всех сказать: «Только что юная госпожа Зала Пинъи рассказала мне, что это лишь спектакль, поставленный Залом Пинъи, чтобы ввести нас в заблуждение». Приходилось искать другой повод, чтобы люди не уделяли этому безумцу в чёрном слишком много внимания.

Все, впрочем, довольно дружно с ней согласились и закивали.

Вскоре они покинули темницу и собрались в небольшой беседке неподалёку. Слуги подали чай и закуски, и Цинь Цзянь стал подробно расспрашивать Вэй Лань о Янь Юйлуне - хоть Лю Хунсинь ему уже всё рассказал, они хотели услышать подробности от самой участницы событий.

- Янь Юйлуна схватила Восьмая госпожа Лю, пусть лучше она расскажет, - сказала Вэй Лань, а сама повернулась к Лю Хунсиню и тихо спросила: - Четвёртый брат Лю, можно тебя на пару слов?

Тот кивнул, отошёл с ней в угол и извлёк из-за пазухи матерчатый свёрток.

- Книги заслуг сторонних учеников Лю, что ты просила, - здесь, - сказал он, протягивая свёрток Вэй Лань. - Только, шимэй Вэй, я тебе их даю на время, а не дарю.

- Спасибо, Четвёртый брат Лю, что не забыл об этом. Я потом, конечно, верну, - ответила Вэй Лань и добавила: - Есть ещё одна просьба, тоже хочу тебя затруднить.

- Какая? - спросил Лю Хунсинь.

- Будь добр, передай стражам у ворот: если сегодня придёт одна старушка и будет искать меня, пусть примут её и сразу же известят меня.

- Это нетрудно, я распоряжусь, - сказал тот.

С этими словами они вернулись в беседку и сели.

Вэй Лань, разумеется, села рядом с Фан Линцин.

- Что это он тебе сейчас дал? - тихо спросила та.

- Ты, наверное, и сама догадываешься, к чему спрашивать? - улыбнулась Вэй Лань. - А вот у меня есть вопрос к тебе.

- Скажу позже, - ответила Фан Линцин.

«Позже» - это когда все разойдутся. Небо понемногу темнело. Лю Янься, закончив рассказ, попрощалась и ушла к себе. Лю Хунсинь сообщил, что приготовил гостевые комнаты, и пригласил Цинь Цзяня и остальных отдохнуть. Чу Пэн и Чу Сю покинули Крепость семьи Лю и направились обратно в гостиницу Юпэн. Наконец Вэй Лань и Фан Линцин снова остались вдвоём и неспешно побрели вперёд.

- Ты хочешь спросить, как Цзи Хун сошёл с ума, верно? - сказала Фан Линцин.

- Да.

- Очень просто, - ответила она. - Есть такой яд, «Убивающий сердце», его делают только у нас, на Пике Высшего Совершенства. Он мутит рассудок и приводит к безумию. Но просто дать его недостаточно: одновременно с ядом нужно ещё, чтобы кто-то владеющий искусством «Пяти цветов и десяти миражей» прошептал ему на ухо одну фразу - и он потом будет повторять её без конца.

- «Пять цветов и десять миражей»? - переспросила Вэй Лань. - Я, кажется, слышала о таком. Это тоже особенное боевое искусство Пика Высшего Совершенства. Ты тоже им владеешь?

- Конечно же, владею.

- И он так и будет безумствовать без конца?

- Самое большее - три дня. Но с его-то жалким мастерством он, скорее всего, и трёх дней не протянет - обессилеет и умрёт.

Слово «умрёт» она произнесла очень легко, словно о пустяке.

- Кто же он такой? - спросила Вэй Лань.

- Не тревожься, - улыбнулась Фан Линцин, - он не какой-нибудь безвинный праведник из цзянху и не простолюдин. Он - из нашего Зала Пинъи.

Такой ответ поразил Вэй Лань.

Теперь-то она, конечно, всецело верила, что Фан Линцин ни за что не станет губить невинных. Поэтому про себя она гадала: может, этот человек из Зала Тэнлю или Зала Фэйлянь, а может - из людей Посланников Сихэ и Ваншу, и Зал Пинъи захватило его, чтобы использовать как орудие в своём представлении.

Кто бы знал, что это орудие - свой же, из Зала Пинъи?

Заметив сомнение в глазах Вэй Лань, Фан Линцин снова улыбнулась:

- Не так давно этот человек нарушил одно из правил нашего Зала и должен был понести кару. Но как именно наказать, они хотели решить, когда я прибуду в Ханьчжун. Тут-то мне и подвернулся случай: он получил наказание, а заодно сослужил службу нашему Залу Пинъи. Разве не славно? Я и велела дать ему яд.

Выслушав это, Вэй Лань довольно долго молчала и пристально вглядывалась в улыбающееся лицо Фан Линцин.

Та часто смеялась так - весело, и в её разлетающихся бровях и глазах таилось озорное лукавство, отчего она казалась прелестной. Порой даже Вэй Лань почти забывала, что перед ней - человек, способный без колебаний карать и убивать, с твёрдой и жестокой рукой.

Помолчав мгновение, Вэй Лань вдруг улыбнулась:

- Хорошо, что ты никогда не применяла таких средств к невинным.

- Я и сама рада, что прежде не убивала невинных, - кивнула Фан Линцин.

- Почему?

- Потому что, убей я хоть одного невинного, я бы не могла с тобой дружить.

Хотя Вэй Лань никогда не говорила об этом, после столь долгого общения Фан Линцин уже хорошо знала её главные жизненные принципы. А дружба с Вэй Лань была для неё сейчас самой большой радостью - и она была рада, что не упустила её.

- Но если Цюань Цзюхань и впрямь в Гуаньчжуне, - сказала Вэй Лань, - ты ведь потом будешь придумывать всяческие способы помешать мне найти его?

- Конечно, - ответила Фан Линцин.

- Ты хочешь стать Главой Пика Высшего Совершенства?

- Главой Пика? Я бы, пожалуй, смогла. Но сейчас больше хочет отец. Ты теперь очень важна для меня, Лань-цзецзе, но я никогда не смогу ради тебя пойти против воли отца.

- А твоя собственная воля? - спросила Вэй Лань.

- Моя воля?

- Я знаю, сердце у тебя всегда было добрым. Может быть... тебе стоит стать настоящей вольной странницей и жить по велению собственного сердца, а не против своей природы, исполняя чужую волю. - Она выпрямилась и добавила: - Даже если этот человек - твой отец, я не считаю, что это правильно.

Фан Линцин на миг опешила, а потом прыснула:

- Сердце у меня доброе? Ну, тут ты ошибаешься. Скажу честно: ты и Ду-дагэ и впрямь улучшили моё мнение о праведном пути цзянху, но чтобы я стала какой-то там героиней, творящей справедливость, - нет уж, это не по мне! - Она помолчала и с лёгким вздохом добавила: - Пусть мне и не нравятся постоянные ссоры родителей, но, помогая отцу, я вовсе не чувствую, что иду против своего сердца.

- Я смотрю на тебя уже так долго, что теперь не ошибусь, - улыбнулась Вэй Лань и вдруг, вздёрнув бровь, добавила: - Цинцин, хочешь заключить со мной пари?

- Пари? Какое пари?

- Я ставлю на то, что ты станешь героиней.

- Тогда ты точно проиграешь, - рассмеялась Фан Линцин.

- Раз так - осмелишься спорить со мной?

Фан Линцин не сразу ответила. Она мгновение вглядывалась в глаза Вэй Лань, потом на некоторое время задумалась и сказала:

- Только смотри не вмешивайся в мои дела.

- Разве я когда-нибудь вмешивалась? - спросила Вэй Лань.

- Нет, этого не было.

За всё время их знакомства Вэй Лань и впрямь никогда не вмешивалась в то, что делала Фан Линцин.

- Ладно! - вдруг воскликнула та. - Поспорим так поспорим! Но в споре должна быть ставка?

- Какую ставку ты хочешь?

- Пока... ничего не придумала. Давай так: кто выиграет, тот сможет заставить другого сделать для себя одно дело.

- Договорились.

- Договорились.