Том 2. Непоколебимая скала. Глава 53. Следы

Когда Лю Ин и Лю Янься обнаружили, что вдогонку бросились только они двое, они на мгновение замешкались - и всё же продолжили путь.

Из тех четверых, что остались, трое были мастерами, и с ними, надо думать, ничего не случится. К тому же Лю Янься давно хотела доказать, что её способности не уступают Вэй Лань, и сейчас, применив свой самый быстрый цигун, она рвалась первой схватить беглеца Янь Юйлуна.

Белый снег делал все следы на земле и в небе явными, ничего не скрывая.

Впереди на снегу всё время виднелись два разных - большие и маленькие - следа, очень отчётливых.

Следуя по ним, они пролетели довольно долго, пока не достигли ещё довольно густого соснового леса.

- Ой! - воскликнула Лю Янься. - Почему следов стало как будто на одного меньше?

Лю Ин тоже обвёл всё вокруг изучающим, недоуменным взором и задумчиво произнёс:

- По-моему, не стоит пока об этом думать. Раз след ещё остался - иди по нему дальше.

- Ладно, - отозвалась Лю Янься.

Миновав сосновый бор, они оказались перед пологим горным склоном; глядя вверх, казалось, что вершина горы сливается с небосводом. На скорости, в ветре и снегу, кровь бежала быстрее, и им было ничуть не холодно - напротив, становилось всё жарче, и вскоре оба уже взлетели на вершину.

И наконец увидели впереди очертания человеческой фигуры.

Дальше простиралась пропасть, а за спиной неотступно гнались погоня. Янь Юйлун, казалось, мгновение поколебался, но всё же остановился и обернулся. Он не проронил ни слова, лишь холодно сверлил Лю Ина и Лю Янься взглядом.

- Ну что, теперь не убежишь? - холодно хмыкнула Лю Янься. Исполненная гордости, она сжимала золотую плеть, готовая в любой миг ринуться в бой, но всё же перед броском задала мучивший её вопрос: - Да кто ты такой? В чём твоя вражда с нашей Крепостью семьи Лю?

- Нет вражды, - ответил Янь Юйлун.

- Нет вражды?! - возмутилась Лю Янься. - Тогда зачем же ты выковал ту саблю, чтобы покушаться на моего отца!

- Приказ, - равнодушно ответил Янь Юйлун.

- Приказ? - изумился Лю Ин. - В кузнице вы говорили, что ваш отец тяжело болен. Думаю, то был не отец, а ваш начальник? Вы оба - с Пика Высшего Совершенства?

На этот вопрос Янь Юйлун не ответил.

Но для Лю Яньси это и было молчаливым признанием.

- Где сейчас прячется тот человек? - наседал Лю Ин. - На Пике - Двое Посланников и Четыре Зала; под чьим же вы началом?

Янь Юйлун по-прежнему не отвечал, но вдруг улыбнулся.

Выслушав Лю Ина, он запрокинул голову и расхохотался - громогласно и дико, и снежные хлопья оседали на его щеках.

- Что за чушь, что тут смешного? - воскликнула Лю Янься.

И тут Янь Юйлун - в редкий раз - произнёс целую фразу:

- Кто сказал, что на Пике Высшего Совершенства есть только Двое Посланников и Четыре Зала?

Едва слова прозвучали, как взметнулась и его ладонь. Сила ладони, вобрав в себя ветер и снег, в одно мгновение устремилась прямо на Лю Ина и Лю Янься!

К счастью, оба давно были наготове. Увидев это, один взмахнул нефритовой флейтой, другая взвила золотую плеть - и разом рассекли бурлящий ладонный ветер. Они уже хотели броситься прямо вперёд, как вдруг брызнули снежные искры, и среди снега сверкнул белый свет: это Янь Юйлун выхватил из-за пояса мягкий меч, и тот, подобно метеору, сплёлся с золотой плетью.

В этот миг нефритовая флейта в руке Лю Ина не остановилась ни на мгновение. Чуть отклонившись, она разом ударила Янь Юйлуна по руке с полной, вседесятичной силой, и тот глухо застонал. Боль пронзила не только кости всей руки до самого плеча, но и ладонь у большого пальца, и он вынужден был разжать пальцы.

Мягкий меч выпал у него из рук, и тут же раздался свист - «шуа» - золотая плеть снова описала в воздухе дугу. Янь Юйлун стремительно отпрянул, но был не быстрее плети и вдруг почувствовал, как всё его тело сжало.

Длинная плеть обвилась вокруг него целиком.

Весь бой не занял и десяти приёмов.

Так Янь Юйлун был повержен.

Но он опустил голову, оглядел стянувшую его тело золотую плеть и вдруг перевёл взгляд на безбрежное небо за обрывом. В его бровях по-прежнему читалось презрение.

Лю Янься подошла и запечатала его точки. Удивлённая и довольная, она заметила:

- Оказывается, твоё боевое искусство вовсе невелико.

- Будь оно велико, он бы не осмелился лишь исподтишка покушаться на твоего отца, - сказал Лю Ин.

- Верно, - улыбнулась Лю Янься.

Едва прозвучали эти слова, как оба одновременно обернулись. Взметнулся снег, и со склона в воздух взмыл мужчина чуть за сорок. В полёте он был исполнен изящества, а опустившись на землю, встал прямо и неколебимо, как горный пик.

- А, великий герой Ду, это вы, - улыбнулся Лю Ин.

Ду Тецзин кивнул и, переведя взгляд на Янь Юйлуна, спросил:

- Вы уже схватили его?

Лю Янься, очень гордая собой, кивнула:

- Почему вы пришли один? А где же остальные?

Всю дорогу Ду Тецзин, точно дракон и тигр, летел по снегу без единой остановки, тревожась, что боевое искусство Янь Юйлуна слишком высоко и Лю Ину с Лю Янься грозит опасность. Теперь же, увидев, как легко они справились с ним, он, успокоившись, ощутил смутное недоумение.

- Эй, великий герой Ду, о чём вы задумались? - спросила Лю Янься после долгого молчания.

- Ни о чём. Госпожа Юнь ранена, когда мы проходили механизмы. Раз вы уже схватили Янь Юйлуна, давайте вернёмся и проведаем её.

Лю Янься не поверила своим ушам:

- Вы сказали - кто ранен? Госпожа Чу?

- Госпожа Юнь, - ответил Ду Тецзин.

- У неё ведь неплохое боевое искусство, как же те снаряды могли её ранить? - удивилась Лю Янься.

- Госпожа Юнь ранена, спасая другого, - ответил Ду Тецзин. - И это моя вина: в тот миг я отвлёкся на иное.

В тот миг он был озадачен: с чего это Вэй Лань вдруг задала ему такой вопрос?

Сегодня загадок было что-то уж слишком много.

А Вэй Лань, пока вела раненую Фан Линцин в поисках места для отдыха, напротив, отбросила все свои недоумения. Пройдя около четырёх-пяти ли, она увидела впереди обширные рисовые поля, укрытые инеем и снегом, а у края поля - несколько соломенных хижин. Неизвестно, в какой из них кто жил. Она подошла к первой попавшейся и постучалась. Вскоре деревянная дверь отворилась, и выглянула худая, измождённая старушка.

- Путники, что ли, от метели укрыться? - В зимнюю стужу такое случалось часто, и старушка, от природы гостеприимная, отворила дверь и сразу же впустила обеих девушек внутрь.

Вэй Лань заранее придумала речь, чтобы уговорить хозяйку позволить им немного отдохнуть, но та оказалась столь радушной, что Вэй Лань лишь поспешно рассыпалась в благодарностях и добавила:

- Моя подруга только что поранилась. Не затруднит ли вас, тётушка, принести немного горячей воды?

- Ой-ёй! - запричитала старушка, с участием глядя на Фан Линцин. - Это вы, барышня, ранены? Вон там, впереди, кроватка, ложитесь скорей, отдохните. Жаль только, снадобий у меня нет, надо бы поскорее лекаря сыскать. - Сказав это, она пошла греть воду.

- Спасибо вам ещё раз, - сказала Вэй Лань и, поддерживая Фан Линцин, усадила её на край постели, с улыбкой добавив: - Уже то, что вы дали нам кров от снега, - для нас огромная милость. Есть у нас ещё одна подруга, она пошла в аптеку и скоро, наверное, тоже будет здесь.

Фан Линцин, разумеется, не легла по-настоящему, а лишь прислонилась к изголовью. Когда старушка отошла далеко, она вдруг тихо прыснула:

- До чего же она смелая - не побоялась, что мы разбойницы, и сразу впустила.

Слова эти были обращены, конечно, к Вэй Лань.

Та повернула голову и ясно увидела в глазах Фан Линцин сомнение и настороженность.

Сомнение и настороженность ко всем чужим.

Она всегда была такой.

Вэй Лань, подумав, успокаивающе погладила её по спине и тоже тихо сказала:

- Судя по осанке и поступи этой тётушки, она точно не владеет боевыми искусствами. А если и случится что - я здесь, тебе не о чем тревожиться.

- Она живёт в этом доме одна - разве это не странно? - спросила Фан Линцин.

- Немного странно, но мы можем потом прямо её расспросить. Только, по-моему, лицо у неё доброе, и она ничуть не похожа на злодейку.

- Ни в чём на свете нет «совершенно» и «ничуть», - заметила Фан Линцин.

- Ты права. Но пока нет более явных доказательств, я не привыкла думать о людях плохо.

- Ах, стало быть, ты считаешь, что я слишком подозрительна? - спросила Фан Линцин.

- Отчасти. Но мы с тобой выросли в разной среде, и твоя подозрительность изначально оправдана - в ней нет ничего дурного. - Она поправила выбившиеся у виска пряди волос Фан Линцин, взглянула на её бледное лицо и медленно добавила: - Только с твоей раной сейчас не стоит слишком много думать.

Фан Линцин улыбнулась и уже хотела было с вызовом возразить, как вдруг увидела, что Вэй Лань раскрыла свой поясной мешочек и достала чёрную керамическую сюнь с узором из орхидей.

- Мы ведь договорились, что, когда встретимся, я научу тебя играть на сюни. Жаль, по пути случилось столько всего... - проговорила она. - Закрой пока глаза и отдохни, а я сперва сыграю тебе, хорошо?

Глаза Фан Линцин сразу вспыхнули.

- Хорошо! - улыбнулась она.

Звук, будто доносящийся с края небес, снова коснулся её слуха. Глубокий, строгий и чистый напев сам собой принёс сердцу Фан Линцин немалое успокоение. Закрыв глаза, она дослушала до конца. А старушка как раз вскипятила воду и принесла им.

Фан Линцин долго глядела в чашку и лишь потом медленно выпила.

- Вы живёте одна, тётушка? - спросила тем временем Вэй Лань.

- Муж мой рано помер, - ответила старушка. - Есть у меня сын, сейчас в горах хворост рубит. А как эта барышня рану-то получила?

Зимой рисовые поля не обрабатывают, и крестьяне ищут другую работу - это и впрямь совершенно обычно. Вэй Лань кивнула и коротко рассказала, отчего ранена Фан Линцин. В Ханьчжуне и без того повсюду был люд цзянху, и старушка, узнав, что Вэй Лань из Альянса Пути Героя, ничуть не удивилась. Они ещё немного побеседовали, как вдруг снаружи, в шуме ветра, послышались голоса.

- Наверное, и друзья наши подоспели, - сказала Вэй Лань.

Так и оказалось: Чу Сю с купленными снадобьями и Лю Ин, Лю Янься и Ду Тецзин с пойманным Янь Юйлуном подошли к хижине одновременно. Едва Вэй Лань открыла дверь, Чу Сю подбежала, сунула ей травы и торопливо спросила:

- Госпожа Вэй, поглядите, всё ли тут верно?

Вэй Лань опустила глаза, проверила и с улыбкой кивнула:

- Ты тоже потрудилась на славу, отдохни немного, а я пойду варить снадобье. - Повернувшись к старушке, она спросила: - Тётушка, могу ли я воспользоваться вашей кухней?

- Можно, конечно можно! - тотчас отозвалась та.

Вэй Лань поспешила на кухню.

А на стоявшего рядом Янь Юйлуна она так и не удостоила взглядом.

Зато Фан Линцин поднялась с кровати и вышла. Сев за стол, она, подперев щёку, долго его разглядывала, попутно ответив на слова участия от Ду Тецзина, Чу Сю и Лю Ина, и вдруг спросила:

- Вы поймали только его одного?

Лю Янься как раз колебалась, не спросить ли и ей о здоровье раненой, но, услышав это, ответила:

- Был ещё один, но внезапно исчез.

- Внезапно исчез? - переспросила Фан Линцин.

- Да, мы добрались до соснового леса, и следы одного человека вдруг пропали, - сказал Лю Ин.

- Людей в этом мире, владеющих цигуном «ступать по снегу без следа», - задумчиво проговорила Фан Линцин, - наперечёт, по пальцам пересчитать. Если тот человек - один из них, зачем ему было оставлять следы на части пути и лишь потом уходить цигуном? В том сосновом лесу точно что-то кроется. - Она томно вздохнула. - Вам стоило остановиться и осмотреться.

Лю Янься на мгновение замерла:

- Ты что же, упрекаешь меня, что я плохо справилась?

- Я лишь сожалею, - улыбнулась Фан Линцин.

- Хм! - холодно фыркнула Лю Янься. - Зато я хоть схватила Янь Юйлуна - это всяко лучше, чем ты, которая ничего не добилась, да ещё и сама ранена.

Едва эти слова сорвались с губ, как она тут же пожалела, зная, отчего ранена Юнь Цин, но извиняться ей не хотелось. Пока она колебалась, Чу Сю недовольно уставилась на неё и несколько раз шевельнула губами, порываясь что-то сказать, но не решаясь. Лю Янься ещё сильнее разозлилась и, резко развернувшись, отошла к окну, встав ко всем спиной.

Ду Тецзин, глядя на это, на мгновение задумался и серьёзно проговорил:

- Я тоже проходил через тот сосновый лес и тоже заметил исчезновение следов, но тоже не остановился проверить.

- Зато я знаю, - улыбнулась Фан Линцин, - что Ду-дагэ тревожился за Лю Янься и Лю Ина и потому решил сперва догнать их.

Впервые она обратилась к нему «Ду-дагэ».

Она не забыла тот миг в тёмном подземном ходу, когда Ду Тецзин веско сказал: «Госпожа Юнь - тоже мой друг».

И тогда она не возражала, чтобы, кроме Вэй Лань, у неё появился ещё один друг из праведного пути.

- Вообще-то, госпожа Юнь права, - вдруг заговорил Лю Ин, - в том сосновом лесу и впрямь может что-то крыться. Пойду-ка я прямо сейчас погляжу.

- Это не к спеху, - сказала Фан Линцин. Она вдруг закашлялась, потёрла лоб и лишь потом неторопливо добавила: - Раз уж человек пойман - сперва допросим его.