Том 1. Безмолвие белого нефрита. Глава 25. Сияющая луна, глубокая бездна

Алое зарево мелькнуло и погасло. Юй Сы и остальные были поражены.

Это была сигнальная ракета.

В цзянху существовало множество видов сигнальных ракет, и каждая имела своё значение — с их помощью передавали самые разные вести. Позапрошлой ночью, когда Фан Линцин штурмовала частную темницу семьи Юй в Лучжоу, чтобы спасти Чан Саньбу, стражники тюрьмы тоже пустили сигнальную ракету с мольбой о помощи. Но тогда все мастера семьи Юй были далеко, у подножия горы Дабэй за городом, и, пока они домчались до темницы, Фан Линцин уже скрылась вместе с Чан Саньбу.

Теперь же всё было иначе.

Теперь не только многие мастера семьи Юй находились в усадьбе, но и юная мастер из Клана Вэй могла прийти на подмогу.

Вэй Лань, Юй Сы и остальные поспешили туда, откуда взвилась ракета:

В Восточный двор.

Ещё издали, помимо высоких зелёных сосен и сизых кипарисов во дворе и вздымающихся среди их листвы изогнутых карнизов, они прежде всего заметили на чёрной черепичной крыше лёгкий, как ветер и облако, силуэт.

Хотя лицо незнакомца скрывала маска, по стройному стану и изящным движениям можно было догадаться, что это, скорее всего, женщина.

Хотя она была облачена в чёрный облегающую одежду, каждое вращение её тела напоминало небесную небожительницу среди облаков.

Все только что видели сигнальную ракету, извещавшую о «вторжении чужаков», но сейчас, глядя на это зрелище, чуть было не решили, что небожительница спустилась станцевать для них танец — столь призрачный, столь чарующий танец.

Пока мгновение спустя они не заметили, как окружившие её ученики из семьи Юй разом обрушили на неё удары — кто ладонями, кто кулаками, кто саблями, кто мечами. И тут она вдруг взмахнула обеими ладонями, и тени их закружились в тысяче превращений — точно сон, точно наваждение.

В один миг все ученики из семьи Юй были отброшены на несколько шагов.

Только теперь все поняли: это не небожительница, это, скорее, демоница.

Все знали, что Восточный двор изначально населяли молодые люди семьи Юй, а старшие мастера, такие как Юй Юань, жили далеко отсюда. Каким бы ни был их цигун, им потребовалось бы ещё некоторое время, чтобы поспеть сюда. Стоявшие внизу юноши переглянулись и решили навалиться всем разом, чтобы задержать чужака хотя бы на время. А там подоспеют мастера семьи Юй — и всё образуется.

Но в этот миг Вэй Лань, ни мгновения не колеблясь, обнажила меч и стрелой устремилась вперёд!

Это было противостояние остроты и таинственности.

Но одно в их боевых искусствах было схожим.

 Скорость.

Когда раскаты грома и вспышки молний сталкиваются с облаками и снежной метелью, — нужен глаз мастера высочайшего уровня, чтобы разобрать перемены приёмов. Остальным и подавно было не вклиниться в их бой.

Прошло несколько мгновений, у всех ещё рябило в глазах, как вдруг Вэй Лань легко, точно пушинка, опустилась на землю — несколько зелёных листьев тоже слетели к её ногам, — а загадочная женщина в чёрном перемахнула через ограду и, ступая по ветру, исчезла без следа.

Вэй Лань опустила глаза:

— Я упустила её.

Слова эти были правдой, но все, услышав их, могли подумать лишь, что её боевое искусство уступало мастерству той женщины, оттого она и дала ей уйти. И хоть на душе у них и было досадно, они не смели открыто упрекнуть свою гостью — тем более что никто не решился бы корить её, видя на лице Вэй Лань выражение искреннего сожаления.

— Я догоню её, — тотчас сказала Вэй Лань.

С этими словами она оттолкнулась носком и тоже перелетела через стену.

Если уж та женщина в чёрном была столь искусна, что Вэй Лань не могла её одолеть, — как же теперь отпускать её в погоню в одиночку? Все присутствующие один за другим применили цигун и бросились следом. Юй Сы вдруг удержал одного из них и спросил:

— Да что случилось-то? Кто это был?

— Мы только что видели, как кто-то забрался в твою комнату и, похоже, рылся в ней. Мы и завязали с ним бой. Только этот человек в боевом искусстве...

— В мою комнату? — изумился Юй Сы.

Увидев, что собеседник кивнул, лицо его резко переменилось, и он стремительно развернулся.

В этот миг Юй Юань и остальные наконец прибыли в Восточный двор. Увидев там суматоху и расспросив, что произошло, они, разумеется, тоже перемахнули через стену. На земле остались несколько пометок — тайные знаки Альянса Пути Героя, указывавшие направление, в котором скрылась женщина в чёрном. Должно быть, их оставила Вэй Лань.

Никто и подумать не мог заподозрить сведения, оставленные Вэй Лань.

Так Восточный двор сперва наполнился шумом, а вскоре вновь погрузился в тишину. Лишь несколько сосен, кипарисов и утунов стояли неподвижно. Юй Юань задержался у дерева и надолго задумался.

Он не последовал за остальными в погоню, а погрузился в размышления.

«Судя по словам очевидцев, та женщина в чёрном долго рылась в комнате Юй Сы. Уж не хотела ли она что-то украсть?»

«И что же такого в комнате Юй Сы, ради чего стоило так рисковать?»

Комната была обставлена в истинно бродяжьем духе: просторная, но, кроме нескольких драгоценных мечей и сабель на стенах, ничем изящным не украшенная. Юй Сы прямиком направился к кровати под бирюзовым пологом, несколько раз хлопнул по деревянному настилу, затем легко приподнял одну из досок — и открылся потайной отсек.

Он тотчас вытащил оттуда все лежавшие там книги — с десяток томов, — пролистал их и лишь тогда с облегчением выдохнул. И тут же раздался чей-то мягкий голос:

— Это Записи о сломанном мече?

Сердце его бешено подпрыгнуло. В ужасе он обернулся.

Оказалось, окно его комнаты неведомо когда отворили. За окном тихо стояла поразительно красивая девушка, а за её спиной сияло безбрежное лазурное небо с несколькими белоснежными облаками — точь-в-точь живописный свиток.

Юй Сы сжал книги в руках и, с трудом выдавив улыбку, спросил:

— Шицзе Вэй? Что вы говорите? Разве вы не отправились в погоню?

— Я никого не преследовала, — ответила Вэй Лань.

Юй Сы на мгновение умолк, понимая, что притворяться глупцом бесполезно, и с улыбкой проговорил:

— Значит, вы вдвоём разыграли этот спектакль, чтобы заставить меня, — он встряхнул книгами, которые всё ещё сжимал в руках, — самому их вытащить?

Вэй Лань кивнула и спросила прямо:

— Это ты убил Юй Уяня?

Если он так легко признал эти книги Записями о сломанном мече, то лишь потому, что улики были неопровержимы и отрицать было бесполезно. Но чтобы обвинять его в убийстве Юй Уяня — уж на это, Юй Сы был уверен, Вэй Лань не сможет сейчас предъявить доказательств. Иначе она давно бы уже открыто при всех рассказала, что знает, — к чему тогда было хитрить? Юй Сы уже собрался придумать, как возразить, когда вдруг раздался ещё один густой, мрачный голос, такой же неожиданный:

— Да разве ж у Юй Сы хватило бы боевого мастерства убить Уяня? Хотя барышня Вэй и послана Залом Левэнь расследовать это дело, и мы весьма признательны ей за усердие, но говорить всё же надлежит, опираясь на достоверные доказательства.

Вслед за этими словами появился и сам говоривший — смуглолицый мужчина лет сорока с лишним. У него были глаза, похожие на бездну, и они встретились с глазами Вэй Лань, ясными, словно сияющая луна.

Осветит ли в конце концов луна бездну?

Или бездна поглотит луну?

— Отец... — растерянно проговорил Юй Сы.

Вэй Лань, ничуть не удивлённая появлением Юй Юаня, сперва почтительно сложила руки и поклонилась, а затем спокойно ответила:

— В обычное время — не смог бы. Но в тот вечер, во-первых, Юй Уянь уже был тяжело ранен, а во-вторых, он не стал бы остерегаться Юй Сы. Так что с его боевым мастерством у него, пожалуй, был шанс.

Юй Юань нахмурился и долго, пристально смотрел на Вэй Лань. Видя, что она без страха встречает его взгляд, он перевёл глаза на Юй Сы и спросил:

— Ранен?

Вэй Лань кивнула:

— Если дядя-наставник Юй желает выслушать, я расскажу всё подробно.

Если же Юй Юань не желает слушать...

Вэй Лань чутко ловила один звук.

То был лёгкий звон меча в ножнах у её пояса.

То был её меч, и только она одна могла ощущать этот едва уловимый звон.

По правде сказать, ей очень не хотелось вступать в бой с Юй Юанем — и не потому, что она боялась его боевого мастерства, а лишь потому, что не желала междоусобицы внутри Альянса Пути Героя. Хотя её представление об Альянсе сильно изменилось за эти дни, она по-прежнему считала, что братоубийственная резня — дело недоброе. Однако, если дойдёт до крайности, она не уклонится от битвы.

Но тут Юй Юань, поразмыслив мгновение, спросил:

— Раз так, выйдем отсюда. Поговорим в комнате наказаний семьи Юй. Как вам?

Неужто он и впрямь намерен поставить долг выше родства?

Такого поворота Вэй Лань не ожидала. Она тоже вгляделась в Юй Юаня и ответила:

— Хорошо.

Юй Юань привёл их в другое уединённое подворье, в какую-то комнату.

Она вовсе не походила на комнату наказаний.

Но и обычной комнатой её назвать было нельзя: ни столов, ни стульев, ни сундуков — просторная и почти пустая.

Когда Вэй Лань вошла внутрь, раздалось несколько гулких ударов — двери и окна плотно закрылись. Она и бровью не повела, словно ничего не заметила, подошла к стене, потрогала её и задумчиво произнесла:

— Здесь превосходная звукоизоляция. Но это, кажется, не комната наказаний, верно?

— Неважно, что это за место, — ответил Юй Юань. — Важно, что здесь ты можешь свободно говорить всё, что хочешь сказать.

Вэй Лань немного подумала и затем в подробностях, ясно и чётко рассказала всё, что ей удалось выяснить за эти два дня.

Не сказала она лишь об одном: с какой целью Юй Уянь отобрал все Записи о сломанном мече.

Когда она договорила, вокруг повисло молчание.

Всё это время Юй Юань следил за выражением лица Юй Сы — казалось, с каждым словом Вэй Лань его взгляд всё ближе подступал к сыну. Прошло очень много времени, прежде чем он спросил:

— Всё, что она сказала, — правда?

Юй Сы пошевелил губами, будто хотел что-то сказать, но осёкся.

Обычно Юй Сы очень любил улыбаться, но сейчас уголки его бровей и губ никак не могли приподняться. Частое моргание выдавало его напряжение. Снова долгое, гнетущее молчание, и вдруг — «шлёп!» — резкий звук разорвал тишину столь внезапно, что никто не ожидал!

Юй Юань влепил Юй Сы пощёчину!

Пощёчина мастера боевых искусств, усиленная внутренней силой, — пусть даже в ней не было и трёх десятых его полной мощи, — всё равно раздула половину лица Юй Сы багровым отёком, и из уголка губ сочилась кровь.

— Почему?! — Юй Юань, казалось, постарел в одночасье. Один был его сыном, другой — племянником; и вот теперь его сын убил его племянника. Как же ему было не разрываться от горя? — Разве вы с Уянем не были в наилучших отношениях?

Юй Сы, будто оглушённый ударом, всё ещё не отвечал. Но во второй раз наступившего молчания напряжение на его лице понемногу рассеялось, и вдруг он холодно усмехнулся:

— Это он хотел со мной дружить. Не значит, что и я с ним дружил.

Юй Юань не понимал этих слов и удивлённо смотрел на него.

Юй Сы слизнул кровь с губ и неторопливо произнёс:

— Давным-давно, помню, я спросил его: почему он презирает других братьев и сестёр, а меня удостаивает таким вниманием? И знаете, что он ответил?

Юй Юань невольно вздохнул и не стал расспрашивать.

Зато Вэй Лань с любопытством спросила:

— Что же он ответил?