Маска

Милый и нежный смех Анны разносился по переулкам уже проснувшегося города.

— Знаешь, Лондон не настолько ужасен для романтических прогулок, — заявил детектив Хорнет, держа под руку элегантную Анну.

Парочка мило гуляла по улицам столицы, пока вокруг происходил хаос. Все спешили на работу, открывались утренние прилавки — полнейшая неразбериха.

— Стэн, ты шутишь? Где ты в этом разглядел романтику? Единственное время, когда в этом городе есть хоть капля тишины, — это ночь.

Вдруг детектив остановился и задумался.

— Всё в порядке? — спросила его спутница, явно взволнованная внезапной переменой, так контрастирующей с его поведением секундой ранее.

— Да, всё хорошо. Мне нужно в участок. Прости, увидимся вечером.

Ни поцелуя на прощание. Ничего. Оставив позади Анну, детектив быстрым шагом направился в сторону офиса. Открыв перед собой металлическую дверь, он медленно стал подниматься по лестнице — будто вся его тревога исчезла. Детектив зашёл в офис на втором этаже здания, где его сразу же встретил офицер Джеймс.

— Ого, впервые в истории человечества великий детектив Хорнет пришел раньше назначенного времени! Эту дату нужно в календаре записать, — с насмешкой заявил Джеймс. — А если серьёзно, что ты тут делаешь, Стэн? Время двенадцать утра, я сказал, что допрос будет после обеда.

— Мне нужно знать всё, что вы выяснили о жертве.

Джеймс направился к своему рабочему уголку, по пути рассказывая детективу новую информацию:

— Примерное время убийства — между двумя и тремя часами ночи. Оказывается, у жертвы помимо сестры есть брат, мать и отец. Все они не живут в Лондоне — давно переехали в Бостон.

— Что насчёт мужа и сестры жертвы? Какие детали им известны?

— Они лишь знают о её смерти и причине гибели. Мы покажем им труп, когда все улики будут найдены.

— Ты уверен, что они не видели труп и не знают ничего связанного с ним?

— Да, на все сто процентов. А к чему всё это?

— Не бери в голову. Увидимся после обеда. И не говори им ничего — мне нужно, чтобы они не знали ничего помимо уже имеющейся у них информации.

Офицер Джеймс остался в недоумении, но не стал отвечать — лишь кивнул. Детектив медленно развернулся и направился к выходу. Ему нужно было найти способ скоротать оставшиеся два часа до допроса.

Ходьба по улице без цели, погружённый в мысли — он был похож на зомби. Мир для него исчез, и, несмотря на шум города, он слышал лишь собственный разум. Состояние, в котором Хорнет вспоминает все детали и прокручивает в голове возможные сценарии. Конечно, имея настолько мало информации и без допроса подозреваемых, он не мог сконструировать идеальную картину. Что уж говорить — он прокручивал в голове лишь косвенные предположения без каких-либо логических объяснений. Время для него не имело значения в таком состоянии. Он не чувствовал ничего, кроме бесконечного потока мыслей и теорий.

— Уилльямс! Уилльямс!

Шторм мыслей в его голове был прерван знакомым голосом. «Миссис Уизли», — подумал детектив.

— Хей, Уилльямс!

Детектив повернул голову — и да, это была она. Сухонькая старушка с седыми волосами под чепцом и в испачканном мукой фартуке. Лицо морщинистое, взгляд строгий, но добрый. Пахнет от неё хлебом, корицей и углём — настоящая хозяйка маленькой лондонской пекарни девятнадцатого века.

— Уилльямс, заходи ко мне! Я как раз хлебушек испекла и суп сварила. Поешь хоть нормально, а то совсем исхудал.

Детектив не стал отказываться и отбросил все свои теории. Он вошёл внутрь. Маленькая тёмная пекарня с закопченным потолком и теплой кирпичной печью у стены. Деревянный прилавок стёрт от времени, пол посыпан мукой. В воздухе густой запах свежего хлеба, дыма и корицы, а за мутным окном шумит лондонская улица.

— Садись и рассказывай, что да как. Я пока тебе супчика налью.

— Да всё хорошо, миссис Уизли. На работе как обычно, дома тоже скукота.

Бабушка улыбнулась и шутливым голосом затронула тему, которая поднимается всегда, когда детектив здесь обедает:

— Что насчет дамы? Когда найдёшь себе толковую девушку, с которой жить будешь? Наведёт порядок в доме, еду тебе готовить будет, ухаживать начнет за тобой — на человека хоть станешь похож.

Детектив улыбнулся, а миссис Уизли поставила на стол супник с горячим ароматным супом и буханку свежего хлеба.

— Приятного аппетита, — произнес детектив, прежде чем попробовать ложку супа и кусочек хлеба. — Как всегда невероятно вкусно, миссис Уизли. Спасибо вам за всё.

— Не стоит. Ты для меня уже как внук. Мои балбесы уехали в Америку учиться и жить, оставили бабулю одну. Без твоих визитов и помощи я бы с ума сошла.

Детектив закончил обедать примерно через час. Вторая порция и частые диалоги превратили быстрый перекус в долгое наслаждение едой.

— Вот чёрт! Время — час и семь минут до наступления трех часов и двух минут после полудня. Мне нужно бежать! — сказал детектив Хорнет с куском хлеба во рту, перед тем как в спешке покинуть пекарню.

В ответ миссис Уизли лишь покачала головой:

— Странный он всё-таки мужчина. Мог бы просто сказать — без пяти два.

Действительно, уникальная особенность детектива: с ранних лет он говорит время необычным способом. Чтобы дойти до отделения, ему потребовалось пятнадцать минут — а это означало, что он снова опоздал.

— Мэттью Браун уже ждёт тебя, — голос офицера звучал с ноткой разочарования и смирения.

Детектив прошёл к своему рабочему месту. Напротив его стола сидел крепкий мужчина лет сорока с грубым, обветренным лицом и короткой темной щетиной. Ладони широкие, в мозолях и трещинах. Одет просто: поношенная рубаха, жилет и тяжёлые сапоги. Движения сдержанные, уверенные. В нём чувствовалась усталость, но и упрямое спокойствие человека, привыкшего к тяжёлой работе. Детектив протянул правую руку, и мужчина пожал её.

— Здравствуйте. Меня зовут детектив Стэн Уилльямс Хорнет. Я расследую дело об убийстве вашей супруги. Мои соболезнования.

— Спасибо. Однако я бы хотел побыстрее закончить — дома меня ждут дети.

— Я понимаю. Не бойтесь, мы не задержимся надолго. Итак, начнём с самого главного: где вы были в период с двух до трёх часов ночи сегодня?

— Я спал рядом со своими детьми и женой. Сегодня выходной, значит, не нужно было вставать на работу. Когда проснулся, обнаружил, что жены нет, и поэтому заявил в полицию.

— Отлично. Что насчет ваших с ней отношений?

— Они ухудшились в последнее время. Однако это происходило довольно часто у нас — ничего серьёзного.

— Вы свободны, мистер Браун. Позовите миссис Адамс.

Примерно через минуту вошла Анжела Адамс. Стройная женщина с безупречной осанкой и выразительным взглядом. Чёрные, с тёмно-каштановым отливом волосы уложены аккуратно, подчеркивая тонкие черты лица. Ярко-красная помада выделялась на ее светлой коже, придавая образу смелость и уверенность. Плавные движения, лёгкий аромат духов и спокойное выражение лица.

— Здравствуйте. Меня зовут детектив Стэн Уилльямс Хорнет. Я расследую дело об убийстве вашей сестры. Примите мои соболезнования.

Она молча села напротив детектива в ожидании вопросов.

— Где вы находились сегодня ночью в момент убийства?

— Примерно в половине второго ночи я зашла в бар в центре города и вышла оттуда в четыре утра.

— Отлично. Что насчет ваших отношений с жертвой?

— Мы с сестрой всегда были в хороших отношениях. Именно поэтому я осталась жить в Лондоне вместе с ней, даже когда все уехали.

— Ага. А что насчёт её мужа?

Вопрос оказался для Анжелы неожиданным, но она довольно быстро начала отвечать:

— С ним мы в нейтрально-дружеских отношениях. Как никак, он был мужем моей сестры двадцать лет, и мы с ним знакомы ещё со школы — учились в одном классе.

— Понятно. Вы уверены, что между вами нет ничего большего, просто дружеских отношений?

Лицо Анжелы побледнело, глаза расширились. На ней можно было отчетливо увидеть не удивление от странного вопроса, а тревогу и даже страх.

— Ч-ч-что это за глупый вопрос?..

Лицо детектива стало серьёзным, взгляд — холодным.

— Знаете, Анжела, я заметил странный алый след от помады чуть выше верхней губы мистера Брауна. Цвет идентичный тому, который вы сейчас носите на губах.

Лицо Анжелы стало белее облаков. На нём читались ужас и отсутствие каких-либо аргументов. Детектив продолжил всё так же холодно и устрашающе спокойно:

— Ну что вы, Анжела, не беспокойтесь. Я не буду судить вас из-за этого, мне, если честно, наплевать. Вот что меня действительно интересует — так это узнать, кто же всё-таки убил вашу сестру. В каком баре вы были ночью?

Анжела подумала пару секунд и нервным голосом ответила:

— В… «The Hollow Oak»… И вообще… почему вы задаёте мне такие глупые вопросы?! Вы что, подозреваете меня?! Как вы смеете?! Её, скорее всего, просто ограбили… Знаете, сколько стоило её кольцо?! Какой-то преступник увидел и решил украсть, вот и убил — чтобы не сопротивлялась и не шумела!

На глазах Анжелы появились слёзы. На крики прибежал офицер Джеймс. Анжела сквозь слёзы продолжила:

— Вы бесчувственный эгоист, который готов играться с семьей жертвы, лишь бы выяснить то, что ему нужно! Вместо того чтобы винить меня, нашли бы убийцу сестры!

Перед уходом женщина взмахнула рукой и ударила детектива по лицу. Звонкая пощёчина была слышна по всему отделению.

Когда ситуация успокоилась, детектив подошел к офицеру.

— Это она. Убийца. Я уверен.