Тепло чужих квартир

После того как я вернулась домой, впереди меня ждал новый этап — поступление в колледж. Без особого рвения, просто "по приколу", я подала документы в Торгово-экономический колледж на специальность «Гостиничный сервис».

Да, не мечта всей жизни, но и не худший вариант.

Вообще-то, я всю жизнь грезила стать учителем физкультуры. Реально! Мне казалось, это моё: спорт, дисциплина, шорты по колено. Но всё пошло не по плану — я не успела сдать ГТО. И мечта ушла, как кроссовок, потерянный на турнике.

Зато года в самбо не прошли даром. В колледже я не раз вспоминала болевой на руку, особенно когда пыталась решить конфликты... по-тихому. Иногда по-тихому не получалось.

1 сентября. Новая глава.Я в платье, волосы как-то уложены, в руках букет, который я уже сто раз пожалела, что купила.

Я вхожу в аудиторию — и сразу вижу это: двое пацанов. Остальные — девочки. Штук 25."Ну и гарем", — подумала я.

Оглядела всех бегло. В центре — та, что сразу бросается в глаза: глаза опущены, руки на коленях, в наушниках. Кристина.

Что-то во мне сразу щёлкнуло.Она была такой, какой когда-то была я — тихая, немного в себе, но с огоньком, спрятанным где-то глубоко внутри.Из тех, про кого говорят:— В тихом омуте...

— ...черти водятся, — договорила я про себя и села за парту рядом.

Потом, спустя месяцы, мы с ней будем ночами хохотать на кухне, выбираться на прогулки в ночи, ругаться и мириться, как сёстры.Но тогда, в первый день, она просто кивнула в ответ на моё "Привет", и всё.

А пока — началась моя новая, немного сумасшедшая жизнь. Без мамы, без папы, в первый раз вне дома.

Но с кучей новых друзей. С гулянками. С пустыми коридорами колледжа после пар. С первой встреченной зимой, которую я встречу не дома, а в чужой, съёмной квартире, где пахнет чужим шампунем и растворимым кофе.

С самого начала я поняла одно:"Если уж не учебой, то харизмой."Или, как я говорила себе в голове:— Я здесь вывезу только на офигенном отношении с преподами.

И это сработало.

Я просто начала общаться. Без показной лести, без притворства — по-человечески. Слушала их, шутила с ними, спрашивала, как дела.Вскоре я стала старостой группы — не потому что была примерной, а потому что умела быть собой. И люди это чувствовали.

У нас был очень классный руководитель — Мария Владимировна Сорина.Я не могу не сказать о ней.

Она была больше, чем просто преподаватель. Больше, чем "старший наставник".Она — тот человек, который в нужный момент просто был рядом.

Когда я опускалась на дно — она вытягивала. Не спасала драматично, не давила, не уговаривала. Просто верила в меня. Просто говорила спокойно и по делу. Иногда не надо ничего больше.

Может быть, она даже не знала до конца, насколько сильно она повлияла на мою жизнь.Но в те дни, когда я уже почти... почти...Она останавливала. Она спасала.

Спасибо ей.Большое человеческое спасибо.

Кристина — моя новообретённая "одна из своих" — спустя какое-то время начала встречаться с парнем с другой группы, тоже с первого курса. Его звали Вадик.Вот с этого всё и началось.

Мы начали тусоваться всё чаще и чаще.Классическая компания:Я, Кристина, Вадик и Кирилл.

Кирилл учился с Вадиком в одной группе. Два таких весёлых, добрых толстячка. Если честно, мы тогда и представить не могли, как после армии они оба превратятся в настоящих красавцев.Серьёзно. Правду говорят:Мальчики взрослеют позже. Но как взрослеют — держитесь.

На тот момент — пухляши с добрыми глазами и вечно ржущие.Кириллу, кажется, я сначала нравилась. Потом — ему начала нравиться Кристина.А Кристина уже была в отношениях с Вадиком.

Классическая схема студенческого любовного треугольника с четвёртым углом, который просто наблюдает.

Когда мы перешли на второй курс, Кристина решила перевестись к Вадику в группу.Кирилл, возможно, и чувствовал себя третьим лишним, но не показывал. Он вообще был такой: сдержанный, спокойный, с юмором — свой пацан.

К счастью, у него там в группе были ещё ребята —Врам и Сухроб.

Врам — армянин, красавчик, с внешностью из армянского TikTok: чёткий прикид, уверенный взгляд, и всегда свежий fade.Сухроб — старый знакомый, друг моего бывшего одноклассника Рустама. Тоже парень со стержнем, но с душой.

Летом мы часто ездили к Вадику на дачу.У нас была своя устоявшаяся четвёрка: я, Кристина, Вадик и Кирилл.

Кристина с Вадиком уже потихоньку начинали жить вместе. Мне тогда казалось — рановато. Слишком быстро, слишком всерьёз. Но это было их дело, не моё.

Воспоминания с той дачи будто выцветшие. Я знаю, что они были, но большая часть уже стёрлась.Может, из-за алкоголя.А может, потому что эти моменты на самом деле не были для меня такими уж важными.

Тем более что совсем скоро и Кирилл, и Вадик исчезнут из моей жизни.Да и Кристина тоже — уйдёт.Правда, ненадолго. Она ещё вернётся.

Так и прошёл мой второй курс.Почти незаметно.

Ах да...Под Новый год, когда я уже училась на втором курсе, случилось то, что окончательно сдвинуло всё с места.

Моя старшая сестра нашла мужчину — старше её на десять лет — и переехала к нему.Маму отправили в центр реабилитации. Куда именно — не сказали. В какой — тоже. Просто «туда, где ей помогут».

А я поссорилась с бабушкой Ниной и ушла из дома.Точнее — она меня выгнала.

Так я оказалась у бабулечки Тани.Мы жили с ней вдвоём, в квартире на девятом этаже. И именно там, в семнадцать лет, у меня впервые в жизни появилась своя комната.

Маленькая.Но своя.

При этом чувство вины не отпускало. Мне казалось, что я предала младшую сестру — оставила её одну с бабушкой.Но возвращаться туда я уже не могла. Просто не могла.

У меня отбирали детские пособия от опеки. Забирали — и тратили на алкоголь.И это казалось мне чудовищно несправедливым.

Я тогда ещё не умела красиво формулировать, но внутри всё кричало:так не должно быть.это не про заботу.это не про семью.

И, кажется, именно тогда я впервые по-настоящему поняла, что дом — это не всегда там, где ты родился.Иногда дом — это просто место, где тебе дают право дышать.