错错错*

дата публикации: 04.09.2019

Осень, 2011

Головная боль размозжила остатки самообладания в листву, а та, смешавшись с кашей под подошвами, смачно зачвакала и распространилась по всей улице. Осень была тёплой, но дождливой.

Я ходила, накренившись до самой земли, изогнутая как плакучая ива, и не смотрела дальше одного шага вперёд. Ничего не хотела недели три, а едва разгорелась тягой к жизни и решила поднять голову, тут же нашла себя стоявшей под паршивым козырьком и вытирающей мокрое лицо рукавом: он был большой и мягкий, папин, нежно прошёлся по щекам и запрыгнул в карман. Я, поёжившись, не осмелилась вынырнуть из окутавшей, стянувшей меня неги. Очень не хватало чужих рук. Своих было совсем мало. Курю много. До самого фильтра, одну за одной, потому что знаю как это славно, когда на морозе что-то тёплое касается твоих губ. Я гналась за этим чувством и бежала от вопроса «как дела?». Получалось в одну сторону.

Мари, найдя меня вечером на диване в гостиной, зарытой в подушки и плед, как в родную землю, пришла в недоумение: «Только девять на часах. Дела закончились?». Она иронизировала. «Ты всегда куда-то уходишь, детка. Не бываешь дома. Что я ещё по-твоему должна...?», — она пропустила слово. Горел торшер, свет скользил по нашим лицам: щекам, лбу, губам и не задерживался на глазах. Они бегали из стороны в сторону и постоянно то открывались, то закрывались.

Мне было нечего сказать. Мари выглядела опустошённой. Комната замолчала и тоже в какой-то момент опустела. Я пропустила в какой именно. Зашелестели исписанные страницы книги. Листва во дворе высохла и забродила по миру, оторванная и бесхозная, она шаркала, шаркала, ища пристанища, но все никак не находила. Меня лихорадило третий день, и я не разбирала явь и сон. Как в тумане, я нацепила тренировочный костюм и погнала ее на север. Движения превратились в цикл «до», потом в цикл «после», пока холодный воздух выжигал мне нутро. День-ночь, день-ночь, небо перманентно висело свинцовое, часы сменяли друг друга, я бежала от вопросов, гналась за одним особым чувством и все по кругу. Есть не хотелось, спать не хотелось, очень хотелось пить.

Где-то вдалеке заблестел северный океан. Он волновался. Ледяной, чистый, живой, он бросался из стороны в сторону, выл словно дикий зверь, предвкушающий свою гибель. Не было слышно ни чаек, ни рыб, ни русалочьих песен: шторм надвигался. Первый и последний. Горизонт мрачнел, и иссиня-чёрный ужас застилал небо. Погружал в себя.

Движения закончились. Я застыла у воды. Жадно вдохнув, погрузилась в нее сем телом. Ноги свело. Две стихии вдавили меня в почву. Размозжили остатки, и те, смешавшись с топким илом, смачно зачвакали и распространились в пространстве: конца этому не было, все смешалось. Облаков, берега, воздуха не осталось: вода была там, где был ветер, ветер был там, где вода.

— *неправильно, неправильно, неправильно.