Глава 16. Теперь всё будет хорошо

Утро выдалось сложным. Они поспали от силы часа четыре, затем их начал поднимать Чу Ваньнин, постоянно подгоняя. Глаза трёх мальчишек то и дело слипались; даже доедая последние булочки, мальчики клевали носом. Петухи только начали приветствовать солнце своим пением, а они уже на ногах!

Вчера Чу Ваньнин оставил лошадей у торговца вместе с задатком, сказав, что заберёт их завтра и вместе с этим отдаст вторую часть денег. Только до него пришлось идти час... Хотя, возможно, если бы они двигались активнее, не засыпая на ходу, они бы управились минут за тридцать.

Лошади, пускай и не первого сорта, однако смирные и послушные. Как Чу Ваньнин и ожидал, Сюэ Мэн и Мо Жань начали кривить лица при одном виде животных. Спасибо Ши Мэю, что не портил ему и без того плохое настроение. Чу Ваньнин притворился, что не видит их недовольства. Доплатив торговцу за сегодняшний корм коней, они наконец отправились домой.

Чу Ваньнин забрался на светлую лошадь вместе с Сюэ Мэном. Малыш сидел впереди, опираясь о грудь старшего. Ши Мэю доверили Мо Жаня: тот только начал обучаться конной езде и знал лишь азы, так что задача управления досталась Ши Мэю. Мо Жань был с ним одного роста, поэтому сел сзади, крепко держась за друга, чтобы не мешать обзору. Маленький принц вцепился в Ши Мэя, боясь упасть. Ши Мэй пытался подстроиться под темп Чу Ваньнина, поэтому ехали они быстро и стремительно.

— А можно чуточку медленнее? — спросил Мо Жань, прикладывая все силы, чтобы не упасть с лошади. Его нещадно трясло сзади, он крепко держался за Ши Мэя, но казалось, что ещё немного — и принц сломает ему рёбра своей хваткой.

— Нет. Мы должны прибавить ходу, если хотим вернуться до темна, — прокричал впереди Чу Ваньнин. Его прогноз никак не обнадёживал.

Кругом виднелись только бескрайние леса да поля. Люди работали. Кто-то рубил деревья, кто-то ловил рыбу, некоторые же трудились в поле, собирая пшеницу.

Со временем Мо Жань переключился на происходящее вокруг и перестал замечать свой дискомфорт. Это было прекрасно. Люди сплочённо трудились, работая как единый механизм; он видел улыбки на их лицах. Казалось бы, чему тут радоваться, но они находили причину. Жители работали на золотых полях, что были способны прокормить целую деревню, если не город. Разве это не дороже, чем злато?

Это был спорный вопрос.

Глаза юного принца переполняли искры восхищения. Он видел множество красивых украшений, богатых одеяний и великолепных садов, однако ни одна из этих вещей не могла в глазах принца сравниться с богатством этих полей. Из деревьев можно построить дома, из овощей — приготовить еду. Но что можно сделать из драгоценностей? Ничего. Они будут красиво лежать на полке да пылиться; со временем даже хозяин забудет об их существовании.

Вся эта земля, все эти люди принадлежали его королевству. Его семье. Матушка всегда говорила, что на нём лежит огромная ответственность. Эти поля так велики, но их далеко не одно; людей в королевстве тоже не счесть — так насколько велика его ответственность? Сейчас он начал это осознавать.

Они устроили привал. Чу Ваньнин дал им полчаса на всё. Ребята остановились около озера. Вода там была прохладной, приятно освежала вспотевшую, липкую кожу после долгой езды. Даже Чу Ваньнин расслабился от её прохлады. Испустив облегчённый вздох, он провёл влажной ладонью по волосам. Влага спустилась по рукам, намочив уже и без того испачканные и потрёпанные рукава. Ши Мэй и Сюэ Мэн нежились под тенью деревьев; около водоёма находились только они вдвоём.

Уютное молчание нарушил Мо Жань:

— Я даже не представлял, насколько велики наши земли, — проговорил он, словно обращаясь к самому себе.

Чу Ваньнин посмотрел на него, а затем перевёл взгляд на ясное голубое небо. Видимо, малыш начал осознавать, сколь тяжкое бремя ему предстоит нести.

— То, что ты видел за эти дни, — всего лишь маленькая частица всего государства. Жизнь не ограничивается замком и тёмными каретами, не ограничивается зваными ужинами и балами. Ты станешь королём, и тебе много чего предстоит понять, — Чу Ваньнин говорил так, будто был старше его лет на двадцать, отчего Мо Жань нахмурился.

«Всезнайка», — промелькнуло в голове Мо Жаня. Но осознание, что он сам поднял эту тему, заставило брови на лбу разойтись.

— Ты прав, — со вздохом ответил маленький наследник. Чу Ваньнин говорил в точности как его мать; пускай речи обоих раздражали мальчишку, однако он признавал их слова верными. — Сколько ещё нам ехать?

Юноша наконец посмотрел на Мо Жаня.

— Часа три. Не меньше.

— Быстрей бы...

Мо Жань не успел договорить, как увидел подле себя белоснежную ладонь. Не долго думая, он положил в неё свою маленькую руку; та потянула его наверх. Наверное, впервые за день их глаза встретились. Аметист и расплавленное золото пересеклись. В глазах каждого читался невероятный букет из множества эмоций. Разница была лишь в том, что в очах феникса эти чувства были едва заметны. Аметист не смог их разглядеть.

— Нам уже пора выдвигаться? — спросил Мо Жань, нарушая неловкое молчание и отодвигаясь от Чу Ваньнина на шаг назад.

— Да. Пожалуй, пора.

Воистину пейзажи королевства были прекрасны. Это была единственная вещь, что скрашивала скучную поездку Мо Жаня. Приближаясь к дворцу, в сердце маленького принца зарождался трепет. Улыбка расцветала на мальчишечьем личике.

Они скакали целый день, добравшись ближе к вечеру, когда солнце только начинало заходить за горизонт. Две клячи остановились перед громоздкими вратами из белого камня. На них были наставлены стрелы и копья.

— Кто такие?! Что надо? — спросил солдат, который стоял ближе всех к Чу Ваньнину. Мальчишки напряглись.

Чу Ваньнин потянул за поводья, заставляя лошадь отступить назад, закрывая Ши Мэя и Мо Жаня. Сюэ Мэн прижался к юноше, желая спрятаться.

Это была стража, защищавшая стены дворца. В основном она не входила в здание, живя в специальных пристройках, редко видя королевскую чету. Это не были внутренние стражи, которые тренировали принца и юного господина, стражи, которые нередко получали синяков от ударов принца Чу.

Чу Ваньнин уже хотел закричать на них, как услышал знакомый голос:

— Дурни! Как вы смеете направлять оружие на принца! — Капитан Лукунь.

Добросовестный и порядочный солдат, что целиком и полностью верен королевской семье, — именно такое мнение составил Чу Ваньнин об этом человеке.

Мужчина средних лет бросился перед ними на колени.

— Ваше высочество Мо, молодой господин Чу и Сюэ. Мы так волновались, когда пришла весть о крушении дома графа! Король и королева не находили себе покоя! Его величество сразу же приказал отправить людей на ваши поиски!

Чу Ваньнин начал спускаться с лошади, остальные последовали за ним. Он опустил Сюэ Мэна на землю, взглянул на мальчишек. Мо Жаню так и не терпелось сорваться с места и убежать со всех ног к родителям. Но он молчал, сам не понимая почему. Чу Ваньнин произнёс:

— Капитан, отведите нас к королю с королевой.

— Разумеется, ваше высочество Чу!!! — Он всё равно планировал отвести их первым делом к ним.

Чу Ваньнину много чего предстояло обсудить с королём Сюэ и, скорее всего, с его братом Сюэ Чжэнъюем. Старший никогда и ничего не скрывал от младшего. Чу Ваньнин это знал. Так же как и знал, что ему придётся поделиться своими предположениями и изрядно наврать; к сожалению, он не был силён во втором.

Трое мальчишек вернулись в родные стены. Грязные, чумазые, совсем не похожие на обычных себя. Мо Жань шёл по знакомым коридорам, ощущая себя совершенно чужим, однако с каждым шагом набирая темп. И вот он уже срывается на бег, бежит к кабинету отца.

— ПАПА!!! — кричит Мо Жань, врываясь в кабинет отца.

Высокий, крупный мужчина вздрагивает. Испуганные и вместе с тем удивлённые глаза уставились на мальчишку. Король упал на колени, ловя сына, который чуть ли не летел к нему. Он снова в крепких руках отца, способных закрыть его от любых бед. Он в безопасности.

— Дядя! — В комнату ворвался Сюэ Мэн и побежал к ним. Король хватает детей и принимает их вверх.

Твёрдый и сильный на вид мужчина роняет слёзы, целует и обнимает детей. Его сердце наконец успокоилось.

Королева Мо прибежала, поднимая свою юбку и спотыкаясь на каждом шагу. Сейчас она не похожа на величественную женщину, не похожа на мать всего королевства; она похожа на самую обычную маму и тётю. Женщина прижала мальчишек к груди так крепко, словно пыталась впечатать их в себя. Вслед за ней ворвались господин Сюэ Чжэнъюй с женой. Семья Мо и Сюэ воссоединилась. Они разлучились совсем ненадолго, всего лишь на пару дней, однако для многих из них это показалось вечностью. Страх за своего ребёнка, страх за его жизнь, возможность его смерти — это всё, что терзало сердце и душу старшего поколения последние пару дней.

Они были счастливы и наконец спокойны. Никто из них и не заметил, как две худые фигуры стоят около дверей. Одна была на голову выше другой, более грациозная и элегантная, несмотря на всю грязь, которая покрывала её одеяния. Вторая казалась совсем маленькой, зажатой. Ши Мэй подошёл к Чу Ваньнину, цепляясь за его одежду. Заметив, что с другой стороны не поступает сопротивления, он осмелел и обнял юношу за талию; тот положил свою ладонь мальчишке на голову и, словно утешая, стал гладить.

— Теперь всё будет хорошо? — спросил Ши Мэй, снизу вверх глядя на Чу Ваньнина.

— Да, всё будет хорошо.

Наконец он облегчённо улыбнулся Ши Мэю.