Глава 11. Отдых в лесу

Слишком рано они испустили вздох облегчения. Земля под ногами затряслась, а поместье начало рушиться.

— Быстрее, бежим! — Чу Ваньнин потащил принца к окну.

На них падали камни разных размеров, земля не прекращала двигаться, отчего их шатало в разные стороны. Они выпрыгнули с четвёртого этажа поместья. При обычных обстоятельствах принцы сломали бы себе шеи и отправились к праотцам, однако за пару метров до падения их подхватил полупрозрачный диск. Как раз когда на них должен был обрушиться камень приличных размеров, диск двинулся вперёд. Мо Жань отбил руку при столкновении с ним, Чу Ваньнин же благополучно приземлился. Оба парили в десятке метров от особняка и наблюдали за его крахом. Всё происходящее здесь будет очень трудно объяснить.

Чу Ваньнин не проронил ни слова. Выражение его лица сложно описать: он был одновременно зол, опечален, растерян и… напуган. Теперь, когда угроза для жизни позади, можно выпустить немного эмоций.

Мо Жань всё держал его руку, боясь, что может упасть. Он не смотрел на развалины и не предавался угнетающим мыслям, как Чу Ваньнин, — вместо этого он смотрел на юношу в запачканных белых подранных одеждах с мыслью: «Ты знал?»

Чу Ваньнин весь день был в напряжённом состоянии, готовый защищаться в любую секунду. На банкете он следил за всеми: слугами, гостями, самим хозяином дома. Он хотел отказаться от ночного пребывания в особняке, но Мо Жань помешал ему. Даже когда они направлялись к своим покоям, Чу Ваньнин шёл впереди них — не чтобы показать своё главенство или превосходство, а чтобы защитить их.

Получается, в сложившейся ситуации виноват Мо Жань? Если бы он не вмешался в диалог графа и Чу Ваньнина, тот бы спокойно отказался, и никто не стал бы спорить с его решением. Ран и потерь можно было избежать. Мо Жань наконец перестал смотреть на бледного юношу и уставился вниз.

Чу Ваньнин заметил напряжённые плечи мальчишки и грустный взгляд. Не надо быть гением, чтобы догадаться, о чём он думает. Чу Ваньнин погладил его по голове, обращая на себя внимание.

— Ты ни в чём не виноват, Мо Жань. Вина лежит на тех, кто задумал это сделать, кто всё спланировал, кто заменил настоящего графа фальшивкой.

На глазах Мо Жаня выступили слёзы: уж слишком много он пережил за один несчастный вечер. Принц и не заметил, как они оба начали спускаться на землю.

Чу Ваньнин, шатаясь, встал: его сильно приложили головой об стену, и юноша потратил много энергии на разные заклинания, так что сейчас был истощён. Видя его состояние, Мо Жань положил его руку себе на плечо, придерживая. Однако это было не очень удобно: для десятилетнего мальчишки тело Чу Ваньнина было очень тяжёлым и большим, хотя нельзя сказать, что тот выдался ростом. Принц Чу практически навалился на него всей своей тушей.

— Куда идти?

Чу Ваньнин не ответил — только пальцем указал сторону, куда они и пошли. За короткое время Чу Ваньнин должен был позаботиться о безопасности двух мальчишек, а потом пойти за третьим. Юноша смог найти относительно безопасное место, находящееся недалеко от поместья. Сейчас они все заночуют в лесу, а завтра разберутся, что делать дальше. Пускай юные господа не привыкли к подобному ночлегу, но выбора особо не было.

Бродя ещё некоторое время, они наткнулись на большое дерево, ближе к корням которого было дупло, способное разместить в себе взрослого человека или, если потесниться, четверых мальчишек. Оно было закрыто кустами, так что заметить его, мельком взглянув, не удастся. Да и перед уходом Чу Ваньнин наложил защитный барьер, делая их ещё более незаметными.

— Брат! — Сюэ Мэн подбежал к ним, обращаясь к Мо Жаню, и внимательно осматривая его. Не найдя внешних ран или какого‑нибудь отклонения, кроме потрёпанного вида, молодой господин переключился на Чу Ваньнина, забирая второго из рук Мо Жаня. За ним быстро прибежал Ши Мэй. Вдвоём они помогли Чу Ваньнину устроиться внутри крошечного «домика».

— Все целы? — спросил Чу.

— Да, — трое мальчишек ответили хором.

Ши Мэй вытащил платок из кармана и осторожно приложил его к кровоточащему лбу принца.

— Ваше высочество Чу, как вы? — робко спросил мальчик. Он очень хотел спросить, что произошло, но вид юноши был потрёпанным и бледным — сейчас не время.

— Всё хорошо. Давайте пока что спать, все разговоры подождут до завтра.

Никто не стал спорить: всем надо было обдумать сегодняшний день и планы на завтра. Сюэ Мэн, самый младший из них, до сих пор напуган и насторожен, находясь в ступоре. К счастью, мальчишка не видел той кровавой сцены, которую узрел Мо Жань. Он успокоился только совсем немного благодаря присутствию брата и старшего брата Ваньнина.

Чу Ваньнин понимал, что тот ещё совсем ребёнок, и, дабы немного успокоить, положил его к себе на грудь, тихонько поглаживая по голове. Хоть это было лето, но ночью на земле спать было холодно. Чу Ваньнин занимал больше всех места и источал тепло. Мо Жань и Ши Мэй, не сговариваясь, решили прижаться к нему. Они протиснули свои головы, используя его руки как подушки, и закинули свои конечности на него, крепко обнимая. Чу Ваньнин слишком устал, чтобы сопротивляться, да и от мальчишек исходило приятное тепло, от которого клонило в сон. Юноша прижал их покрепче к себе. Он знал, что завтра те завалят его уймой вопросов, но с этим всем, пожалуй, он разберётся завтра.

《…》

Утро наступило намного раньше, чем хотелось кому‑либо из них. Солнце только начало вставать, а птицы уже вовсю пели. Лёгкий утренний туман покрывал траву, оставляя после себя капельки росы.

Чу Ваньнин проснулся первым. Голова ещё болела, но ничего не поделаешь — надо идти дальше. Он аккуратно спустил с себя Сюэ Мэна и выбрался из цепких лап Ши Мэя и Мо Жаня. Мальчишки слегка помычали, выражая недовольство, но не проснулись. Чу Ваньнин улыбнулся. Пускай у них была не такая уж и большая разница в возрасте, он всё равно видел в них детей, за которых был в ответе. Они — его ответственность, и принц не собирался отказываться от неё. Погладив каждого по сонной головке, тот наконец‑то вышел из временного жилища. Неплохо сейчас разведать местность, да и дети проснутся голодными, так что нужно раздобыть чего‑нибудь съедобного. Потихоньку фигура в белом начала растворяться в утреннем тумане, уходя всё дальше.

《…》

— Просыпайтесь! Братик Ваньнин пропал! — звонкий голос Сюэ Мэна разбудил старших мальчишек.

— Что?! — первым подскочил Ши Мэй. Новость взбудоражила его так, что тот забыл, где находится, и что в столь тесном пространстве лучше не вставать в полный рост. В результате он стукнул лбом о корягу и упал обратно.

— Чу Ваньнин пропал?! Как? Куда? — Мо Жань отреагировал более спокойно, но нотки волнения слышались в его тоне.

— Я проснулся, а его нет… — девятилетний мальчишка выглядел так, будто готов был заплакать.

— И куда он так рано ушёл? Оставил нас, решив, что мы для него балласт? — Брови маленького принца сошлись на переносице. Вспоминая, какой силой обладает Чу Ваньнин, он спокойно мог добраться до дворца самостоятельно, не тратя времени на ненужные помехи.

Сюэ Мэн неожиданно вспылил и бросился на брата с кулаками. Тот получил хороший удар в челюсть от младшего.

— Не смей так говорить! Братик так бы не поступил! — С глаз капали слёзы, которые скатывались на лицо старшего брата.

Ну конечно, эта глупая слепая вера. Хотя что уж тут — он не лучше Сюэ Мэна. Вчерашние события промелькнули перед глазами: кандалы, страх, монстры, кровь. Всё смешалось в голове, превратившись в сумбурную кашу. Из всего месива можно было различить маленький осколок надежды, что кто‑нибудь придёт и спасёт его, что Чу Ваньнин, которого так превозносили, придёт и спасёт его. И тот спас, пришёл и, подобно северному ветру, смёл их всех. Белый так ярко выделялся в оттенках чёрного.

Второй удар Сюэ Мэну нанести не дали. Ши Мэй быстро встал и схватил его в кольцо рук. Мальчишка брыкался и пинал друга, но Ши Мэй никак не выпускал его. Он понимал, что драки сейчас были не к месту. Двое господ росли, словно цветы в теплице, не зная невзгод. Теперь же, столкнувшись с проблемами, они могли рассчитывать только на одного человека. Однако он ушёл, не сказав ни слова. Этот человек, казалось бы, вырос в таких же условиях, но знал, что надо делать, и действовал без колебаний.

«Чу Ваньнин, сколько же у тебя секретов за спиной?» — подумал Мо Жань, когда проблемный младший брат начал успокаиваться.

— Юный господин Сюэ, сейчас не время для ссор. Давайте лучше поищем его высочество Чу. Вдруг что‑то случилось? — Разумеется, Ши Мэй осознавал: без Чу Ваньнина им не выжить, к тому же он — единственный, кто может ответить на их вопросы. Мальчик взял Сюэ Мэна за руку, и они вышли.

Мо Жань хотел немного посидеть и подумать над всем накопившимся. Принц обнял колени, сжавшись в комочек. Он только недавно расстался с матерью и отцом, а уже так сильно скучал, хотел обнять, прижаться к ним. Горький ком сдавил его горло, дышать стало тяжелее.

— А! — Голос Ши Мэя был резким, испуганным, удивлённым.

Забывая о всех своих переживаниях, Мо Жань молнией выбежал из убежища. Перед его глазами предстала интересная картина: Ши Мэй стоял, разинув рот, и смотрел на Чу Ваньнина, к которому крепко прижался Сюэ Мэн. На лбу Чу Ваньнина осталась только лёгкая царапина — ещё пару дней, и раны как ни бывало. Чу Ваньнин нежно глядел на ребёнка перед собой: одной рукой он держал подол своего наряда, где лежали ягоды, в другой руке был мёртвый кролик.

Чу Ваньнин ушёл за едой.

— Сюэ Мэн, отпусти меня. Руки заняты.

Сюэ Мэн беспрекословно отступил назад. Его эмоции менялись чересчур быстро — кто его увидит, даже предположить не сможет, что пару минут назад он был готов в гневе избить родного брата. Мо Жань всё ещё был в шоке: недавно они паниковали из‑за пропажи Чу Ваньнина, а сейчас он стоит перед ними — на удивление чистый и почти здоровый. Хоть одежда и была потрёпанной, на ней не было пятен крови или другой грязи. Лицо до сих пор сохраняло болезненную бледность, но он был относительно в порядке.

После того как Сюэ Мэн наконец отпустил его, Чу Ваньнин осмотрел всех внимательным взглядом, проверяя на наличие ран. Испустив вздох облегчения, юноша подал голос:

— Вы трое, наберите веток для костра, но далеко не уходите. Я разделаю тушу кролика, и мы поедим. Все разговоры — после завтрака.

Мальчишки кивнули. Тон Чу Ваньнина не терпел возражений, и никто не рискнул ослушаться.

Всё время их окружала напряжённая тишина. Языки мальчишек чесались задать вопрос, но они молча продолжали выполнять работу. Хворост собрали быстро; всё остальное время они сидели, не издавая ни звука, — только иногда брали ягоды, которые принёс Чу Ваньнин, чтобы утолить голод. Ягоды были съедобными, пускай и кислыми, но есть их было можно — лица детей кривились от вкуса.

— Что это за гадость? — нарушая молчание, спросил Мо Жань.

— Красная смородина, — ответил принц, насаживая тушу кролика на ветку и ставя над огнём. Вряд ли четверо людей насытятся одним кроликом да ягодами, однако это лучше, чем ничего.

Мясо было ещё хуже ягод: жёсткое, пресное, а местами подгорелое. Пожалуй, это был самый худший приём пищи в их жизни. Мо Жань и Сюэ Мэн кривили лица, но всё же ели, в то время как Ши Мэй и Чу Ваньнин спокойно поглощали пищу, не выражая недовольства.

— Ты говорил, что ответишь на вопросы после еды, — Мо Жань серьёзно посмотрел на юношу в белом.

— Да, — тот нахмурился.

— Братик Ваньнин, у меня есть вопрос, — поддержал брата Сюэ Мэн.

— И у меня, ваше высочество, — Ши Мэй поднял руку, как ученик перед учителем.

— Что ж, тогда начну с самого начала. Если не найдёте ответы на свои вопросы, то задавайте.

Если хотите, могу доработать какой‑то фрагмент подробнее или внести дополнительные правки!