Глава 10. Неожиданные обстоятельства

Кап. Кап.

Проснувшись, Мо Жань ощутил холод и тяжесть по всему телу. Веки стали словно из свинца — ему пришлось приложить немало усилий, чтобы немного приоткрыть глаза и посмотреть, что же творится вокруг.

Темно. Холодные стены из камня, в некоторых местах покрытые слоем мха. В помещении ужасно смердело сыростью, а холод пробирал до костей, заставляя усталое тело ёжиться. Ноги и руки были скованы кандалами, которые звенели при каждом движении. Чёлка закрывала и без того крошечный обзор. Мо Жаня тошнило — так, что, казалось, он был готов вытащить свои внутренности наружу, лишь бы избавиться от этого ощущения.

«Тут уже давно никто не прибирался», — Мо Жань пытался пошутить про себя, дабы сгладить не самую приятную обстановку.

Рядом с ним не было никого: ни Ши Мэя, ни Сюэ Мэна, ни Чу Ваньнина, даже никого из охраны. С одной стороны, это успокаивало — возможно, они в безопасности. С другой — одиночество ещё больше давило на него.

«Если бы Чу Ваньнин сконцентрировался на практике, а не на теории, то он бы, к чёрту, уничтожил эти наручники! Выберусь — и точно выклянчу больше уроков по изучению практической части! Только одного мне недостаточно!»

В особняке Гоучень Шангуна было много высококвалифицированной охраны, да и рыцари с ним были не новичками — так что его не могли выкрасть у всех из‑под носа. Значит, он всё ещё в доме графа. Либо в окружении графа есть предатели, либо он и есть предатель. Но если так, то вряд ли его рыцари остались живы, а его семья — цела.

Оковы ограничивали движения, тело болело, отчего становилось только тяжелее. Однако ждать — не вариант: кто знает, что с ним захотят сделать? Выпотрошить? Избить? Превратить в послушную марионетку? Пытать, пока он не выдаст все тайны дворца? Ни один из вариантов его не устраивал.

Пока он размышлял, в его «покои» вошли. Их было двое.

Первым человеком, которого Мо Жань увидел, был Цзи Байхуа — симпатичный мужчина, чьи глаза были слегка приподняты вверх и имели цвет персикового дерева. Цзи Байхуа являлся правой рукой Гоучень Шангуна, его несомненным партнёром в бизнесе. Внешностью и манерой речи тот очень напоминал лиса: умело заговаривая клиентам зубы, он добивался для себя лучших условий.

Вторым же был сам Гоучень Шангун — как всегда опрятен и одет с иголочки, словно смеясь над нынешней ситуацией.

Наследный принц, на которого все всегда смотрели с обожанием и завистью, тот, кто смотрел на других свысока, сейчас стоял на коленях, склонив голову перед людьми, что ниже его по статусу. Слабый, ничтожный ребёнок.

— Ваше высочество уже проснулось?

— Гоучень опустился на корточки перед ним.

«Вот же ж… лицемер», — подумал Мо Жань.

— Заранее просим прощения, ваше высочество, — сказал Цзи Байхуа, надевая чёрные кожаные перчатки.

— Вам может быть немного больно.Цзи Байхуа приложил ладонь к груди мальчишки, недалеко от сердца — там, где находилось «оно». За восемь дней обучения Чу Ваньнин посвятил практике только три, чтобы Мо Жань начал наращивать своё магическое ядро и смог в дальнейшем делать это сам, когда уедет домой. Мо Жань практически не спал, чтобы появился маленький зародыш — совсем маленький, практически неощутимый даже для его владельца, но всё равно присутствовавший в его теле. И когда Цзи Байхуа приставил руку к тому месту, сердце принца остановилось на мгновение. Его зарождающуюся силу хотят отнять — его спасательный круг. Конечно, он потратил всего лишь три дня, совсем немного, но это был его результат, которым он гордился.

Зрачки Мо Жаня сузились, дыхание остановилось. Он отдёрнулся, и его тело повалилось на ледяной пол. Взгляд помутнел. Цзи Байхуа схватил Мо Жаня за воротник и притянул к себе, отрывая мальчишку от земли. Принц начал брыкаться, словно дикий зверь, попавший в клетку. Он пнул мужчину ногой в живот, но тот не отпустил — хватка была нечеловечески крепка, будто его сейчас держит сам демон.

— По глазам вижу, что вы всё поняли. Простите нас, ваше высочество, — Гоучень Шангун стоял в стороне, прислонившись к стене. Мягкая улыбка исчезла, осталось одно сплошное безразличие.

Цзи Байхуа занёс руку, желая нанести последний удар.

Бах!

Сгусток золотой энергии выбил решётку на двери и сбил с ног Цзи Байхуа. Мо Жань отлетел от него. Фигура в белом пролетела, подобно яростному орлу, опрокидывая своих врагов на пол.

В руках Чу Ваньнина виднелся меч, мерцавший в лунном свете, проходящем через одно крошечное оконце. Он встал между ними, заслоняя Мо Жаня своей спиной. Одним ударом меча юноша разрушил оковы — руки и ноги Мо Жаня наконец почувствовали лёгкость. В одно мгновение весь страх исчез благодаря одному человеку.

Чу Ваньнин не терял времени: пока те не оклемались, он поднял облако пыли, схватил Мо Жаня и ринулся прочь.

— Постой! Остальные! Они где‑то тут, — принц Мо кое‑как успевал перебирать ногами. Теперь, когда он был практически на свободе, появилось время подумать и о других.

— Охранники мертвы, Сюэ Мэна и Ши Мэя я спрятал — с ними всё хорошо, — Чу Ваньнин не смотрел назад и не сбавлял темп. Одна секунда промедления — и они все трупы. У него нет возможности сомневаться, не сейчас.Слуги начали выходить из всевозможных мест, гнались за ними, словно хвост. С каждым шагом они преображались, всё меньше и меньше становясь похожими на людей: некоторые тела словно сливались друг с другом, некоторые приобретали животные черты, а кто‑то был не похож ни на одно из ныне живущих существ.Чья‑то конечность коснулась ноги Мо Жаня — тот издал испуганный вскрик, и в следующую секунду она была отрублена мечом Чу Ваньнина. Он схватил Мо Жаня за локоть стальной хваткой, явно оставившей яркие синяки на теле принца.К сожалению, Чу Ваньнин не знал чужой территории и вёл мальчишку за собой наугад. Однако их противники не были так ограничены, как они. Их окружили.

— Чёрт! — Обычно правильный Чу Ваньнин не смог не выругаться в этой ситуации.

Принцев прижали к стенке. Чу Ваньнин грубо затолкнул Мо Жаня позади себя. Всё его тело было напряжено, он вцепился в меч так, что костяшки на пальцах побелели, — только на лице была привычная хладнокровность.

Его рука засветилась — снова знакомое золотое сияние. В этот раз в руке был золотой кнут, напоминающий ивовую лозу. Взмахнув им, он рассёк десяток демонов напополам. Чёрная кровь окрасила безупречно чистый пол.

— Наши дорогие гости покусились на жизнь наших друзей? — Демоны расступились, оставляя место для Гоучень Шангуна и Цзи Байхуа. — Ну зачем вы так грубо?

Никто из них не ответил на вопрос — да это и не требовалось. Кнут увеличился в размерах, Чу Ваньнин начал беспрерывно атаковать, пробивая им путь. Монстры визжали и наносили ответные удары. Юноше приходилось атаковать и защищаться одновременно. Он убил уже приличное количество чудовищ, но те всё наступали. За всем этим шумом он не заметил, как тонкая лоза ивы подкралась к ним. Тело Чу Ваньнина связали и резко подняли в воздух, ударив об стену. На голове открылась рана, а в голове начало сильно гудеть — однако ему нельзя терять сознание. Оружие растворилось в руке, меч упал на пол.

— Надеюсь, вы вдоволь набегались. Ваше высочество, похоже, ваша королева утомилась и так быстро заснула, — противная улыбка окрасила симпатичное лицо.

— Ты! Не трогай его! Ты ведь не настоящий Гоучень! Фальшивка! Зачем тебе это?! — Мо Жаня пока что не тронули. Он брыкался, вкладывая все силы, но ничего не получалось.

Он был слаб — всё, что он мог делать, это стоять за спиной Чу Ваньнина, защищавшего его. Человека, о котором он говорил уйму гадостей, которого разыграл бесчисленное количество раз, которого недолюбливал… Но по насмешке судьбы именно этот человек пришёл, чтобы спасти его. Рыцари оказались бесполезны, словно пушечное мясо, по сравнению с этим, казалось бы, изнеженным юношей.Но теперь всё кончено: принц Чу потерял сознание и не сможет дать отпор, рыцари мертвы, а он слишком слаб, чтобы оказать сопротивление.Байхуа подошёл к Чу Ваньнину и поднял его лицо за подбородок. То было бледным, всё в крови и казалось безжизненным. Мо Жань смотрел на это с налитыми кровью глазами. Его сердце рвали на куски. К нему подошёл Гоучень Шангун. Он погладил принца по голове, затем резко дёрнул за волосы, заставив посмотреть на себя.

— Что, маленький принц, неприятно видеть боль любимого человека? Не переживайте, скоро эта боль пройдёт. — Позади него подошёл Цзи Байхуа, всё так же в чёрных перчатках.

«Он мне не любимый».

Гоучень отошёл назад, ближе к Чу Ваньнину, освобождая путь. Уже в разы меньшее количество демонов окружало их. В этот раз Цзи Байхуа вытащил маленький нож — так было быстрее вытаскивать крошечный зародыш магического ядра.

— Агх! — Раздался болезненный стон. Повернувшись, Цзи Байхуа увидел меч, что пронзил Гоучень Шангуна в самое сердце. Его пронзил сияющий меч Чу Ваньнина, его тело окутал огонь, мгновенно сжигая лозу. Пламя перекинулось на Мо Жаня, принцу оно не вредило, но от лозы не оставляло и пепла. Пока Цзи Байхуа взирал на Мо Жаня, Чу Ваньнин проткнул и его. Руки и одежда принца окрасились в чёрный. Но сразу после этого тела двух предателей окаменели и рассыпались в пепел. Такого не ожидал даже Чу Ваньнин.

Демоны, будто следуя за своими предводителями, рассыпались в прах, не оставляя следов.

— На этом всё? — Уставший Мо Жань подошёл к Чу Ваньнину и схватил его за руку. Страх пережитого не отступил, но, по крайней мере, рядом с этим человеком он мог вздохнуть спокойно.