Глава 2. Черно-белый Вавилон

Внутри поезд оказался намного больше, чем снаружи. Эзра ожидал увидеть тесные купе, но вместо этого обнаружил себя под огромным куполом. Вагон трансформировался в анфиладу залов, обтянутых черно-белым полосатым шелком. Здесь не было сидений — только витые чугунные лестницы, уходящие куда-то вверх, в темноту, и сотни парящих в воздухе свечей.Толпа зрителей растекалась по залу, рассаживаясь прямо на коврах. Все они выглядели так, будто попали в сладкий сон.Эзра же чувствовал себя так, словно его окатили ледяной водой. Сердце бешено колотилось, воровские инстинкты орали об опасности. Он попытался сделать шаг назад, к выходу, но двери за его спиной уже исчезли, сменившись сплошной шелковой стеной.Вдруг свечи погасли. Пространство погрузилось в абсолютную темноту, а затем сверху упал одиночный луч ослепительно белого света.В круге света, прямо из воздуха, соткался мужчина.Он был высок и безупречно сложен. На нем был строгий черный смокинг, белоснежная рубашка и высокие лаковые сапоги. Но главное — его лицо. Верхнюю его половину закрывала фарфоровая маска, изображавшая фазу затмения: одна сторона была белой, другая — черной. Из-под маски виднелась лишь тонкая, идеально симметричная линия губ, замерших в вежливой полуулыбке. В руке он держал трость с набалдашником в виде серебряного черепа ворона.— Добро пожаловать, потерянные души, — раздался его голос. Он не был громким, но каждый в зале услышал его так, словно мужчина шептал ему прямо на ухо. — Наш экспресс прибыл вовремя. Сегодня вы отдадите нам то, что тянет вас на дно, и взамен получите то, чего у вас никогда не было. Чудо.Трубадур взмахнул тростью, и купол над головами зрителей растворился. Вместо него открылось бездонное ночное небо, усыпанное чужими, незнакомыми созвездиями.— Меня зовут Орион, — представился мужчина в маске, отвесив изящный поклон. — И наше представление... начинается.Сверху, прямо из звездного неба, вниз скользнул серебряный канат. По нему, едва касаясь ногами ткани, спускалась тонкая женская фигура в белом трико. Её волосы были цвета расплавленного серебра, а движения казались нечеловечески плавными.— Лилит! — объявил Орион. — Девушка, которая заставила воздух подчиняться.Лилит отпустила канат. Зрители ахнули — под ней было добрых тридцать футов высоты. Но она не упала. Она перевернулась в воздухе и... зависла. Будто гравитация для нее просто перестала существовать. Она плавала в пространстве, делая изящные взмахи руками, и везде, где касались её пальцы, в воздухе вспыхивали и медленно гасли синие искры.Эзра смотрел на это, открыв рот. Он повидал немало фокусников в лондонских театрах — все они использовали скрытые лески, зеркала и обман зрения. Парень прищурился, пытаясь разглядеть подвох. Он переводил взгляд с гимнастки на зрителей.И тут он заметил нечто странное.От каждого зрителя — от портового бродяги до богатого джентльмена — вверх тянулись едва заметные, светящиеся нити. Они исходили прямо из их голов. Эти нити, как ручейки, стекались к Ориону, который стоял на арене и незаметно сматывал их на пальцы своей левой руки, словно пряжу. С каждым новым витком нити лица зрителей становились все более гладкими, безмятежными. С их лиц исчезали морщины скорби, тени усталости... и крупицы их личности.«Он их грабит, — пронеслось в голове Эзры. — Чистит карманы их памяти!»Парень испуганно коснулся своей головы. К его ужасу, от его собственного темени тоже поднималась бледная, едва заметная струйка тумана. Но она не тянулась к директору. Она обрывалась в полудюйме от волос Эзры и бессильно растворялась в воздухе.Орион, собиравший «урожай», вдруг замер. Его голова в фарфоровой маске медленно повернулась. Набалдашник трости указал точно в ту точку, где в тени шелковых складок прятался Эзра.Тонкие губы директора цирка изогнулись в хищной, искренней улыбке.— А у нас, кажется, незваный гость, — негромко произнес Орион. — Гость, который не хочет платить за билет.