Царь И Его Бог

— Привести ко мне Кайсара! — требовал Эйфил Третий, правитель Эфеса.Отряд элитной Эфесской стражи отправился к дому старого ученого, и шаги их разносились эхом по всему городу.

— Великий Этнан, вы ещё не оставили эту идею? — пискляво спросил Норлий.— Не говори со мной об этом! Последний раз тебя предупреждаю, — пригрозил пальцем Эйфил.— Но…— Какая-то сучка из мусорной страны покрыла золотом всю столицу! Призвала бога, и он ответил ей! — в голосе Великого Этнана слышались истеричные нотки, — Почему же Первая Империя Мира отстаёт от этих аборигенов?— Мой повелитель, — Норлий заговорил мягче, как обычно говорят с капризным ребенком, — это лишь слухи… Я бы даже сказал, самые оптимистичные домыслы. По моим сведениям, Кахаш-Сурай теперь — пустыня, где не осталось ни единого выжившего. Да, покрытая золотом, но все же пустыня. — Отлично! — просиял Эйфил, — Значит, когда мы сохраним жизни и воссияем в золоте, ни у кого не останется сомнений, что Эфес — лучше.Норлий вздохнул.— Ты не веришь в наше превосходство, Норлий?— Это может привести к гибели тысяч…— Даже если так, — раздражённо признал правитель, — после — это принесет признание миллионов.— Что за божество они призвали, кстати, а, Норлий?— Ишхаси, Великий Этнан, божество золота и вечности в восточных землях, — сухо ответил помощник.— А что за божество покровительствует нам, Норлий? — небрежно бросил Эйфил.— Никто не знает. Это и пугает.— Страх удел тех, кто не достоин будущего, — изрёк правитель.Норлий сдался и согласно кивнул.

***

— Кайсара найти не удалось, — отрапортовал глава стражи и тихо добавил, — как сквозь землю провалился.Великий Этнан покраснел от ярости.— Безмозглые идиоты! Как старику удалось скрыться от лучших воинов Эфеса? Стражник занялся и поступил взгляд.— Почему вам нужен именно этот учёный? У нас во дворце полно учёных мужей, которые с радостью выполнят любую вашу волю! — попытался сгладить назревающий приступ гнева Норлий.— Молва не врёт, Норлий. Старик искал бога, он что-то знает, — сказал Эйфил, а потом зло осмотрел на стражника, — И, кажется, он нужен мне сильнее, чем тебе — твоя голова!— Может, удастся найти его наработки? Если Кайсар убегал в спешке, то вряд ли сумел позаботиться о том, чтобы спрятать заметки.— Были, были заметки! — чуть ли не прокричал стражник, зацепившись за спасательную соломинку.— Ну? — Великий Этнан поднял бровь.— Мой повелитель?— Заметки, идиот! — громыхнул в ответ Эйфил.Капельки слюны повелителя медленно стекали по лицу стражника, но тот в страхе не смел пошевелиться.— Мы принесли, Великий Этнан. Все тут, — он щёлкнул пальцами, и к нему подбежал один из солдатов с дорожной сумкой.Эйфил грубо схватил сумку, достал несколько исписанных листов и бегло пробежал глазами. Потом кинул сумку и листы Норлию.— На, разберись как можно скорее, — кисло сказал он и откинулся на троне.Стражник продолжал стоять.— Выйдите уже отсюда!Отряд элитной Эфесской стражи, шелестя кожаными латами, вышел из залы.

***

— Забытый бог… Пыль… — шептал он, прыгая глазами со строчки на строчку и читая описания рун.Когда все бумаги были изучены, он откинулся на стуле. «Спасибо тебе, Кайсар, за то, что пишешь ты понятно», — подумал Норлий, — «Хотя эта свинья на троне так не думает».

***

— Итак, что получается? У них — бог золота и всяких богатств, а у нас — бог пыли? — ноздри Эйфила опасно раздулись.— Как не грустно это слышать, но все так, повелитель, — подтвердил Норлий.— И что мне делать с богом пыли? — видно было, что Великий Этнан в отчаянии.— Есть пара мыслей…— О! — Эйфил, которого посетила гениальная идея,  чуть не вскочил с трона, что случалось редко, —  А если мы призовем этого Ханаси, или как его там?— Ишхаси, мой повелитель. Не выйдет. К тому же — Кахаш-Сурай уже поплатился за то, что посмел потревожить бога. — Ладно-ладно, — кисло ответил Эйфил и снова расплылся на троне. — И что предлагаешь?— Сначала — испытать.

***

Когда призывной круг на стене был начерчен, а руны написаны по краям, проход в мир Высших открылся. Он напоминал большое окно, за которым была непроглядная тьма. — Это точно… безопасно? — с сомнением спросил стражник, стоя прямо перед проходом. Его глаза лихорадочно бегали по зале, ища кого-то, кто проявит хоть толику сочувствия и избавит его от неизбежного.— Конечно, нет, идиот, — сказал Великий Этнан с насмешкой, — иначе я пошел бы сам.Колени у стражника подкосились.— Зато представь, что будет, если ты выживешь! Первый человек, увидевший бога вживую! Ну, чего молчишь?— Думаю, ему не понравилось слово «если», — вставил Норлий.Он с тревогой наблюдал за происходящим. — Да кого вообще волнует, что ему нравится, а что нет? Начинайте, — он хлопнул в ладони.Воины встали полукругом, выставили копья, отрезая начальнику стражи любой путь, кроме как войти в проход, и медленно стали шагать вперёд.Чуть ли не плача, мужчина шагнул в неизвестность. Когда он встал с другой стороны, воины расступились, чтобы не загораживать вид Эйфилу Третьему и Норлию.Сначала ничего не происходило. Стражник дрожал и осматривался, всхлипывая.— Все? Можно выходить? — плаксивым голосом попросил он.Из темноты к нему метнулось щупальце, обвило поперек туловища и потащило вглубь. Стражник истошно завопил и принялся вырываться, но силы были явно не равны. Ещё мгновение, и стражник рассыпался сотней мелких пылинок. Затем щупальца снова скрылись в темноте. Присутствующие молчали. Увиденное повергало в шок.Первым в себя пришел Эйфил.— Знаешь, Норлий, — тихо сказал он, не сводя глаз с прохода, — у меня теперь тоже есть идея.

***

В провинции Джади на севере Эфеса часто вспыхивали кровавые восстания, которые Великий Этнан не менее кроваво гасил. Но, как считал Норлий, силу не сломить другой силой. Джадийцы не хотели сдаваться, а если и отступали, то только ради того, чтобы собраться, перегруппироваться и нанести новый удар. Король Дракур — опытный воин, заслуживший свое место и избранный народом, уверенно вел своих людей к независимости.

Сейчас же король Дракур стоял в тронном зале. Эйфил обещал оставить Джади, вывести войска и больше не посягать на их территории. Дракур не мог не прийти.

— Откупаться? То есть сдаться, как трус?— Это не сдача, король Дракур. Это компромисс. Нам больше не нужно воевать. Пожалейте людей. — Мы не будем платить вам за то, чтобы ваши слабаки, — Дракур обернулся и презрительно окинул взглядом отряд Эфесской стражи, — не пачкали наши славные клинки.— Да послушайте же вы! — нетерпеливо проговорил Норлий, — Мы знаем, что потери огромны. И с нашей стороны, и с вашей. Да, джадийцы более яростные воины, это надо признать. Ваша армия не имеет себе равных. Но! Мы задавим вас числом. Вы же не глупый человек и должны это понимать.Дракур задумался. Норлий надеялся, что благоразумия у короля Джади будет больше, чем у Великого Этнана. Говорить вслух он такое, конечно, не стал.— Давайте половину суммы, — наконец сказал Дракур.— Мы тут не торгуе…— По рукам, — перебил Эйфил и спустился с трона (Норлий поперхнулся. Чтобы Эйфил перед кем-то спустился с трона!).Дракур выглядел счастливым своей победе на поле переговоров. Норлий вздохнул. «Все таки он тоже напыщенный идиот», — подумал помощник.

Правители пожали руки.

— Позволь же поделиться с тобой одним из достижений моих учёных. Теперь когда ты полноправный король, думаю, ты имеешь право узреть это.Дракур заозирался по сторонам.— Мы смогли войти в контакт с самим богом! — Эйфил подвел Дракура к проходу, скрытому за ширмой и отодвинул ее.— Мать честная! — послышалось из-за ширмы, — Что это?— Для меня будет честью скрепить наш союз перед ликом самого бога! После тебя!Дракур закряхтел, протискиваясь в проход.«Идиот», — заключил Норлий. Он даже не смотрел в их сторону, знал, что сейчас будет.Сдавленный крик Дракура прорезал тишину тронного зала. Когда из-за ширмы вышел довольный Эйфил — проход снова был пустым.

— Чего такой кислый? — весело подмигнул Великий Этнан помощнику, — Джади наш!

***

Эйфил, потягиваясь, шел в тронный зал в сопровождении двух стражников. Норлий, как обычно, уже стоял у трона и ждал Великого Этнана на своем привычном месте. — Мой повелитель, — помощник склонил голову и поприветствовал вошедшего Эйфила. Эйфил радушно ему улыбнулся и, проходя мимо ширмы, кинул на нее любовный взгляд.— Представляешь, Норлий, как меня запомнят в истории? Эйфил Третий, Великий Этнан, покоривший бога!

Он весело хохотнул и уселся на трон.Норлий хмыкнул и склонился к полу.

— Что ты там делаешь, Норлий? — Творю историю.

Эйфил перегнулся через подлокотник и посмотрел на Норлия, но его взгляд быстро скользнул на белые линии, окружавшие трон. Норлий вырисовывал последнюю руну.

— Ах ты сукин сы…

Руна была готова, проход открылся и трон с Великим Этнаном провалился во тьму. Стражники даже не шелохнулись. Норлий позаботился, чтобы в их карманах осело несколько золотых.Ширма упала. За ней было пусто.

***

Поздно ночью Норлий сидел перед камином. Он кидал в огонь лист за листом, и пергамент весело трещал, скукоживаясь.

— Забытое должно быть забыто, — пробормотал Норлий, сжигая последний лист.Быстро, не оставив себе ни малейшего шанса передумать, Норлий занес кинжал и полоснул себя по шее. Кровь брызнула мелкими каплями и оросила каминную полку.

Когда бездыханное тело нашли, запекшиеся пятна уже прикрыла пыль.