~ Глава 5. Корнеплод ~

Лес. Партизанский лагерь. Та же ночь.

Корнеплод сидит у костра, чинит автомат. Рыжие кудри лезут в глаза, он сдувает их и матерится. Рядом — Лера, мешает суп в котелке. Молчит. Но иногда смотрит на Корнеплода так, что тот отводит взгляд.

Из темноты выходит Патриция. Корнеплод поднимает голову.

Корнеплод: — Ты живая, сука!

Он бросается к ней, обнимает. Потом отстраняется, осматривает.

Корнеплод: — Цела?

Патриция: — Цела.

Корнеплод: — Эта немка… она тебя не тронула?

Патриция: — Нет. Она меня выпустила.

Корнеплод молчит. Чешет затылок стволом автомата.

Корнеплод: — Поверить не могу, что ты жива.

Патриция: — Я сама не верю.

Он снова обнимает её. Крепко.

Лера откладывает поварёшку. Подходит. Молча обнимает их обоих.

Лера: — Хватит сопли жевать. Суп остынет.

Корнеплод усмехается. Садится на пенёк.

Корнеплод: — Знаешь, иногда я забываю, что мы с тобой одного поля ягоды.

Патриция знает, о чём он. О том, что внутри у Корнеплода — женское тело. Но для всех — он парень. И Лера знает. И ей всё равно.

Патриция: — А иногда — нет?

Корнеплод: — А иногда — нет. Лера помнит. Но ей всё равно.

Он замолкает.

Корнеплод: — Стая, сука.

Патриция кивает.

— Стая.