Хозяйственные хлопоты

Танк прокрался мимо поленницы, проскочил между ногами танцующих гостей, на полной скорости миновал накрытые столы и затаился между тюками с товаром. Башня настороженно крутилась, выцеливая противника, но на горизонте было пусто. Однако едва он выдвинулся на полкорпуса, как получил снаряд в лоб.

- Пятнадцать - ноль, - улыбнулась Далия. - Ещё партию?

- Да ну тебя! - буркнул Калеб, бросая пульт на стол. - Дурацкая идея – играть в прятки с рогой.

Девушка засмеялась и побежала к лотку со сладостями. Ярмарка была в самом разгаре, все местные жители приехали с семьями, от детей не протолкнуться. Отцы семейств цедили пиво, женщины налегали на сладкое, молодёжь не вылезала из палаток с аттракционами. Здесь возвращалось детство, пусть на час, но уходили чёрные мысли, и люди дурачились, шутили и вообще вели себя глупо. Калеб с усмешкой смотрел, как Далия всерьёз спорит с распорядителем, что одна расстёгнутая пуговица на воротнике это слишком мало для такого жаркого дня. Как болтает ногами на карусели, литрами пьёт газировку, визжит, когда пушка зашвыривала их в небеса. Тоже мне развлечение. На костяном драконе он и не такие пируэты закладывал. Напитки разбавлены, а сладости приторные. Кроме танковой дуэли развлечения ему не нашлось. Однако Далия чувствовала себя как рыба в воде. И чем лучше было её настроение, тем крепче становилась решимость Калеба. Он должен понять, на что же повелась Джайна.

хххх

На добрых конях до маяка в Западном Крае всего пару часов езды, а если настроение хорошее, то и того меньше. Но вот полоска мелководья... Далия смерила своего кавалера ледяным взглядом и, не успел Калеб объяснить свой план, как она извлекла из складок юбки пузырёк, выпила залпом и пробежала над водой, почти не касаясь волн.

- А мне ещё говорят, зачем ты всегда на гулянье снаряжаешься, как на войну?! – ворчала она, пока карабкалась по крутому подъёму, опираясь на руку Калеба. – Ну, спрашивается, зачем на ярмарке эликсир левитации? Ан нет, пригодился.

Кинжалы она тоже не забыла, судя по тому, что, увидев призрака, сразу сунула руки в складки юбки. Но предосторожности были излишними, старик был само радушие, увидев пять бурдюков с маслом. Он не только пропустил их на маяк, но также сунул Калебу мелочь, несколько пузырьков лечебного зелья, а также свиток на временное увеличение выносливости. С трудом вырвавшись из гостеприимных рук привидения, рыцарь догнал Далию на смотровой площадке. Девушка выжидающе посмотрела на него, а он только повёл рукой вокруг.

- Смотри.

Собственно, ему нечего было добавить, это всё, чем он владел: баба, море, маяк. Сама концепция инженеру была непонятна. Под ногами шуршали волны, словно постоянно что-то нашёптывая тебе на грани слышимости. Вроде и нет слов, но отчего-то кажется, что есть. Они несли барашки до самого берега, а потом бросали пену в песок, который жадно поглощал всё их великолепие, оставляя лишь мокрый след. Но там, вдали, барашки свободно бежали за горизонт, кувыркаясь и устраивая догонялки. Солнце отражалось тысячами бликов от волн, золотые искры играли на лице в древнюю непостижимую смертным игру. По полям Западного Края пробегали травяные волны, но с такого расстояния казалось, что это тоже вода, и получалось целых два моря – лазурное слева, изумрудное справа. Бандитов и гноллов не было видно, край казался таким мирным и спокойным. А совсем далеко на горизонте темнела полоса зелёных лесов Элвинна... Здесь абсолютно не на что было смотреть. Калеб просчитывал в уме прочность обшивки сейфориевого заряда, в котором использовалась бы самая мощная на сегодняшний день взрывчатка, и дожидался, когда Далии всё это надоест. Девушка долго молчала, а потом сказала:

- Красиво.

Ну, приехали! Нет, он, конечно, рад, что затея удалась, но Калеб терпеть не мог, когда задача решалась, а он не понимал, каким образом. Обратно они ехали не спеша, Далия даже не спросила на базе, есть ли свободный грифон. Рыцарь подозревал, что она отказалась бы от полёта, даже если бы и был. Кажется, ей хотелось растянуть прогулку, чтобы подумать. Или помечтать. А то в Лейкшире сразу куча дел навалится, снова станешь загруженным по самые уши инженером, нянькой и управляющим в одном лице. Калеб старательно ей подыгрывал, разговаривая на отвлечённые темы. Его лицо было обращено на дорогу, но глаза неотрывно следили за объектом флирта. Далия и не догадывалась, какая атака предпринята в отношении её, поэтому неоднократно попалась на быстрых взглядах, когда, по её расчётам, кавалер был слишком увлечён описанием оптики среднего звена для нарезных мушкетов или физическими свойствами титановой пыли. Рыцарь долго раздумывал, закрепить ли успех жаркой ночкой, но тогда девушке придётся уделять больше времени, а работы ещё очень и очень много. Уж лучше взыскать долг с Фиоры – надёжно и без последствий. Поэтому они трогательно расстались на пороге таверны, и Калеб отправился в кузню. Теперь все будут считать, что у него с Далией роман, и будут больше говорить об их отношениях, чем присматриваться к делам. Ну, что у вас... дети мои?

- А я говорю, что это была колесница! – горячился Тамнер, но эльфа-охотника невозможно было вывести из себя.

- Труповозка.

- Колесница! Главная ось...

- Такая же, как у труповозки.

- Лезвия на колёсах...

- Такие же. Труповозка.

- Поворотный механизм...

- Одинаков почти у всех рас. Труповозка.

- Да с чего ты это взял?! – взвыл, потеряв терпение, дворф.

- Там смертью пахло, - отрезал охотник.

Как ни странно, Тамнера это удовлетворило. Глубокое проникновение эльфов в магию вещей позволяло им видеть много больше профессиональных магов. Если уж эльф сказал, что вещь убивала, значит, так и было.

Проклятие! Будет ли день, когда у этой банды окажется спокойный вечер? Марте надо менять карабин, он уже устал регулировать этот чёртов замок, его всё равно при нагреве клинит. У Тамнера снова ружьё забито грязью. Ползает он с ним, что ли?

- Кабан цапнул? – кивнул он на перевязанную руку Фиоры.

- Споткнулась у труповозки и неудачно схватилась за борт.

Озлобленные духи павших воинов, заключённые в повозке, подставили подножку, а тлен в ней хранится очень долго. И где они только нашли остатки десанта Плети? Секса не будет. Жаль девчонку. Ну да ладно, одним охотником больше, одним меньше. Калеб лёг спать, но не мог сомкнуть глаз. Сладковатый запах тлена усиливался, дразнил, и рыцарь ворочался с бока на бок, не понимая, что именно ему не нравится в ситуации. Ну, станет одним зомби больше. Утром в таверне будет переполох, короткая драка, к обеду прибудут дознаватели из столицы, к вечеру обломки труповозки уничтожат по всем правилам. Ему-то какое дело? У него и так в планах разъезды по Красногорью, надо продолжать интригу с Теокритом, так что встречи с дознавателями можно не опасаться. Жаль упущенной возможности погулять с эльфийкой? Одна баба не стоит таких усилий, какими бы постельными талантами она ни обладала. Ослабнет команда охотников? Один лук невелика потеря, их и так останется пятеро. Тогда что?

Устав от неопределённости, он вышел в коридор и прокрался к двери Фиоры. За ней было тихо, но не было покоя. Не спит. Отмычкой он вскрыл несложный запор и беззвучно прошёл в комнату. Фиора сидела у окна и медленно водила рукой перед свечой. На полу валялись промокшие от сукровицы повязки. Эльфийка не отрывала глаз от чумных пятен, расползавшихся от ладони выше по руке. Сейчас они дошли до локтя, через час доберутся до лица, а на рассвете отрава подчинит душу. Сквозь тонкую эльфийскую плоть просвечивал огонь свечи, и от этого пятна становились более отчётливыми, словно в руку закачивали грязь, и её становилось всё больше. Ручная пантера забилась под кровать и сверкала оттуда жёлтыми глазами. Страх страхом, в кого бы ни превращалась её хозяйка, но питомец выполнит свой долг ВСЕГДА. Кошка тихо зарычала, Фиора вскочила, выхватывая кинжал, но увидев Калеба, поникла. Они постояли. Чума. Северное проклятие.

- Я обещала расплатиться, но теперь придётся влезть в долги по самые уши, - сказала девушка, машинально шевельнув длинными ушами и невесело улыбнувшись каламбуру. – Я не могу покончить с собой, поэтому прошу тебя об одолжении. Отруби мне голову. Мои сёстры скоро подрастут, они вернут долги.

- Следуй за мной. Только незаметно.

Оседлав коня, Калеб направил его рысью на восток, к водопаду под Крепостью Каменных Стражей. Эльфийка бежала в тени деревьев и скал, невидимая в своей родной стихии. Мать-Земля никогда не бросит своих детей без поддержки, какое бы проклятие ни пало на их головы. Пока ещё с ней, пока ещё жива... У водопада Калеб спешился.

- Поймай кабана покрупнее и завяжи ему пасть, чтобы потише хрюкал, - сказал рыцарь. – Я скоро.

Он поднялся в крепость и вступил в нелёгкие переговоры. Большая часть гарнизона были знакомыми бойцами из Лейкшира, но капитан новенький, пришлось повозиться, хоть пацаны и поддерживали. Когда Калеб спустился к водопаду с обеденным столом в руках, его занимал только один вопрос – неужели они поверили всей той ерунде, что он им наплёл? Тогда его репутация поднялась очень высоко. Фиора молча рассматривала руку, не обращая внимание на то, что делает Калеб, но когда поняла, что дырки в столе, которые он пробивает кинжалом, складываются в её силуэт, занервничала.

- Я не пойду к чернокнижникам.

Рыцарь достал из мешка связку ремней и стал их распутывать.

- Я не буду у них учебным пособием! – психанула эльфийка, но Калеб вырубил её ударом кулака.

Немного задержала одежда, у женщин свои секреты, но, в конце концов, он раздел её и плотно привязал к столу. Подтащив гневно хрюкающего кабана к воде, рыцарь внёс в водопад стол и поставил на попа. Холодная вода привела Фиору в чувство. Кляп не давал говорить, зато глаза были очень красноречивы. Калеб забрал первую порцию свиной крови и положил шприц на камень. Глубоко вздохнул, набираясь храбрости, и вынул из ножен кинжал.

- Я бы дал тебе обезболивающего, но чума делает тело нечувствительным к лекарствам, - извинился он перед охотницей. – Ты уж потерпи. Вас, эльфов, можно на куски заживо разрезать, а вы только смеяться будете над врагами. Вот и смейся... или плачь, не важно, главное, держись.

И он сделал первый разрез...

Собственно, лекарства от чумы как не было, так и нет. Лучшие некроманты Плети признали своё поражение, изучая дар Пылающего Легиона. Чума была создана силами, не принадлежащими этому миру, ничто не могло исцелить заболевшего. Единственное, что обнаружили в ходе бесчисленных экспериментов некроманты, это странную привязку к изначальной крови обитателей Азерота, к первичной субстанции, из которой в незапамятные времена формировалось всё живое. Раз попав в тело, чума стойко держалась за кровь на всех стадиях болезни, и это навело на обходной путь борьбы с заразой. Нельзя исцелить? Пусть, зато можно заблокировать. Долгие расчёты, сотня неудачных попыток, и была разработана несложная схема остановки заражения. Правда, рыцари не обучались медицинским премудростям, не их это дело, но Калебу всё было интересно. Он месяц собирал редкие артефакты, чтобы задобрить знакомого некроманта, и тот показал ему методику. На теле делались глубокие разрезы строго по порядку, чтобы спустить часть заражённой крови, и вкалывалась чужая кровь, которая не пускала чуму дальше. Порядок имел ключевое значение, он рассчитывался от места заражения, если таковое имелось, либо же давался в готовом виде, если отрава проникла с пищей. Работа была несложной, но требовала точности и аккуратности. Разрез, спустить кровь, вколоть свежую, повторить многократно. Ослабленная, разделённая барьерами инородной для заражённого тела ауры чужой крови, чума отступала. Только не медлить, скорость была вторым ключевым моментом, пренебрежение которым обрекало всю работу на провал, а раны ещё нужно зашивать. Калеб был один, и ему приходилось делать всё очень быстро. Луна закатилась за горизонт, и ночь посерела, когда он бросил шприц и сел на мокрый камень. Сил почти не осталось, голова кружилась от голода, а ещё столько надо сделать. Он развязал кабана и пинком отправил его на свободу. Съесть бы тебя, да некогда. Свин, возмущённо визжа, умчался в горы, потеря крови никак не отразилась на его самочувствии, ведь забрали у него много меньше, чем отдала водопаду Фиора. М-да, хорошо ещё, что на этой стадии она не заразна, а то пришлось бы оперировать на листе металла и сжигать абсолютно всё, включая воду, которой обмывали раны. Охотница была в сознании, но обессилена. Рыцарь отвязал её, осторожно обтёр и стал бинтовать. Эх, раны грубоваты, скальпель нужен был, да где его достать ночью в провинции? Он поймал взгляд девушки, открыл рот, чтобы приободрить, да так и закрыл. И нёс до городка на руках, избегая взгляда. Мимо вялых стражей, мгновенно оживающих от такого зрелища. Мимо зевающих коробейников, с утра пораньше раскладывающих товар, чтобы не пропустить ранних пташек. Прямиком в таверну, где промышленники за обе щёки уплетали завтрак. Эльф с грохотом отшвырнул стул, вскакивая с места. Калеб мимолётно поморщился, надо было всё же положить руку Фиоры поудобнее, а то с неё кровь капает. Хвалёная эльфийская выдержка даёт осечку, когда опасность угрожает соплеменникам.

- Ой! – пролепетала вторая охотница, не веря своим глазам, и потрогала волосы Длинноушки, ещё вчера изумрудные, как весенняя листва, а сейчас белые, как снег.

- Что случилось? – резко спросил эльф.

- Поцарапалась, - буркнул Калеб. – Не стой на дороге, мне ещё работать.

Он поднялся в комнату Фиоры, где его встретила пантера. Звериное чутьё лучше человеческого, кошка сразу определила, что опасность миновала, и с мяуканьем носилась вокруг Калеба, пока он укладывал охотницу на кровать. Это очень хорошо, значит, успех. Рыцарь снял промокшие повязки и полез в сумку за свежими. Эльф сразу приподнял одеяло... зря ты, парень. Охотник только смертельно побледнел, а вот напарница согнулась в спазме над горшком. Зря завтракала.

- Что это было? – севшим голосом спросил эльф.

- Яд выводил.

- Так яд не выводят. Что это было?

- Я же сказал.

- Так яд не...

Ноги охотника оторвались от пола, а голова больно стукнулась о потолок. Напарница выхватила кинжал, но села на пол – её не держали ноги. Пантера и вовсе не собиралась участвовать в перепалке, она застыла в изголовье кровати, заступив на вахту по охране хозяйки.

- Послушай, калдорай! – устало сказал рыцарь, одной рукой держа его на весу. – Только послушай меня внимательно. Я не вру по мелочам. Жизнь нищей охотницы для меня такая мелочь, что даже сама идея соврать обо всём, что её касается, будет для меня оскорблением. Если я сказал, что выводил яд, значит, так и было. Если ты не знаешь такую технику нейтрализации яда, то претензии можешь выставлять только своему образованию. Принеси бинты, у меня последние.

И Калеб отвернулся к Фиоре, оставив эльфа с его гордостью наедине. Он заново наложил повязки, не глядя, кто подсовывал ему свежие, влил меж сжатых зубов восстанавливающего зелья, погладил пантеру и вышел в таверну. Жутко хотелось есть, посетители загадочно переглядывались, ещё и Далия заявилась.

- За кабанами ночью охотились? – лилейно спросила она.

Вот тут Калеб немного сорвался.

- А ты поднимись, загляни ей под одеяло. Если не вырвет, как других, смело можешь сдавать экзамен на Крепость Нервов, ещё и следующий уровень заработаешь.

В раздражении он вышел на улицу, свистнул коня и понёсся на восток. При свете дня мозги работают иначе, и сейчас рыцарь недоумевал. За каким лешим его вообще потянуло на подвиги? Зачем он взялся за эту эльфийку? Подумаешь, калдорай, дитя звёзд, одна из самых старых рас в Азероте! И что?! Где смысл? Поставил под угрозу с таким трудом налаженные отношения с Далией. Привлёк к себе лишнее внимание. Ну, допустим, всё же решил сохранить возможность расслабиться. Вот только на ноги она встанет не раньше, чем через неделю, и то будет морщиться от каждого движения. Разумеется, это её не остановит, но это уже не устраивает Калеба. Трахать девчонку, которая скрипит зубами от боли, удовольствие на любителя. Сохранить силу отряда охотников? Да она первое время только их заплечные мешки сможет таскать. Какая охота, если руки дрожат! Но она же ему теперь должна по уши, подсказал здравый смысл и сам же перечеркнул. Что нищая охотница может предоставить рыцарю смерти? Да и предоставит ли? Он спас Аэльдона, и каков результат? Здороваться с ним стали, это очень полезно и нужно для работы.

Раздражённый, злой на себя рыцарь догнал и прыгнул с коня на кабана, разорвал его на куски и сел есть. Как следует подкрепившись, он в открытую подъехал к статуе, расшугав гноллов, и забрал амулет.

- Я наблюдал за башней Илгалара и понял, что Моргант враждует с орками крепости Каменной Стражи, - зашептал Теокрит.

Спохватился, орков уже вообще нет в провинции. Хотя в главном он прав, Моргант, и правда, враждовал с ними, эманации ещё не рассеялись, и амулет послушно слизнул устаревшую информацию. Одним словом, бронза.

- Не знаю, что за этим кроется, но ты можешь помочь мне приоткрыть завесу тайны. Отнеси амулет Азоры на вершину уцелевшей башни рядом с крепостью. Отыщи подходящее место для амулета и спрячь его там. Для этой цели прекрасно подойдет сундук или кувшин.

Просто превосходно. Он съездил в город за припасами и нагрянул в крепость с бочкой вина и тележкой закуски. Капитан сходу пригрозил трибуналом, но через час бухал весь гарнизон, кроме дежурной смены. Калеб умел подбирать аргументы, а сейчас ему было так плохо, что он согласился бы поговорить с дознавателями из столицы, если бы они изъявили такое желание. Амулет он бросил в пустой кувшин на вершине сторожевой башни, стоявшей в стороне от крепости аккурат над дорогой. Когда капитан свалился лицом в салат, настроение у Калеба немного улучшилось. Он вышел во двор, догрызая на ходу свиную ножку. Вечерело. Заходящее солнце бросало тень от скалы, на которой стояла крепость, прямо на посёлки мурлоков. Что-то же надо с этими гадами делать. Все берега заняли вплоть до Лейкшира. И ведь не договоришься с ними никак, никто языка не знает. Да хрен с этой эльфийкой. И даже хорошо, если Далия обидится – все в городке только и будут говорить об их размолвке, а про его дела забудут напрочь. Надо пойти проверить амулет, может быть, есть новости. В башне его внимание привлёк дежурный жрец. Хм, так, а в смене есть паладин. Слабенький пока, но подменить сможет.

- Батюшка, помощь нужна, - стал выкладывать перед жрецом золотые рыцарь. – В городе раненая охотница лежит, поправить её надо. Раны затянуть, сил прибавить. А паладин тебя подменит, я ему компенсирую хлопоты. Время сейчас тихое, вряд ли за ночь что-то серьёзное приключится. А девушке надо как можно быстрее на ноги встать, для родных деньги зарабатывает. Помочь надо бедняжке.

Кто же откажется от подработки, особенно с законной возможностью побухать в таверне до конца своей смены? Жрец не отказался. Усевшись на стенку на вершине башни, Калеб доел поросёнка и вытащил амулет из кувшина. Теокрит был очень взволнован.

- Ценой долгих усилий я раскрыл планы Морганта. Он ищет Косу Элуны... и быть может, уже отыскал ее! Коли так, то скоро Красногорье, а следом и все королевство Стормвинда почувствует его темную мощь. Я не готов выступить против Морганта, но, боюсь, терять время нельзя. Ты должен войти в башню Илгалара и бросить ему вызов.

Это чудесно. Это просто великолепно, жаль, Гралкин не видит. Получить заказ на своего врага от другого врага – кто ещё может так интриговать? Немногие, очень немногие. А Теокрит снова сбился на напыщенный тон.

- Одолей злодея, принеси мне его подвеску Тени, и королевство тебя не забудет.

Бегу на полусогнутых. За Альянс! Храни Небо короля! Настроение Калеба стало умиротворённым. Всё хорошо. Плевать ему на Далию, для отвода глаз достаточно флиртовать, а не спать. Фиора вернётся к работе через несколько дней. Захочется расслабиться – одной ночкой дело не ограничится, такие долги погашают очень долго. Да и хорошо, что привлёк внимание, больше уважать будут, меньше следить, а охотники получили обратно бойца. Надо как-то снабдить их хорошими мушкетами, дракончики совсем обнаглели.

К башне Илгалара он подъехал на закате. Гноллы старательно отводили глаза, проклятые волки глухо рычали, поджав хвосты, так что до верхнего яруса рыцарь добрался быстро и без приключений. Охраны было много, Моргант обоснованно опасался за свою жизнь.

- Ты кто такой?! – рявкнул он, хватаясь за посох. – Кто тебя пропустил?!

Калеб снял очки и с наслаждением протёр глаза. Уф, как же хорошо. А у него тут неплохо. Рабочий беспорядок, в котором не понять, чем занимается маг. Под потолком подвешен скелет дракона... Ой, какая суккуба вышла, позёвывая, из комнаты! Ум, хвостатенькая! Не стучи так нежно копытцами - сердце мужчины не камень! Увидев магическое сияние глаз рыцаря смерти, Моргант сменил гнев на милость, но вежливее не стал.

- Что нужно от меня Плети?

- Скучно тут, работы много, развеяться не с кем, а у тебя, я слышал, суккуба опытная, - не сморгнув, брякнул Калеб.

Маг хмыкнул, фыркнул, немного расслабился и пригласил за стол. За кувшином хорошего вина, за тарелкой жареного мяса потёк неспешный разговор. Уклончивый, на нейтральные темы, самый обычный, какой ведут путники во всех тавернах Азерота – о погоде, урожае, ценах, сортах вина, женщинах. И только мимоходом касались действительно важного. Калеб сетовал на большую загруженность, нехватку рук, отсутствие толковых помощников из-за необходимости соблюдать режим секретности. Моргант жаловался на бедность провинции, скудность ресурсов, нехватку самого необходимого для работы. Не сводя глаз с прислуживающей за столом суккубы, рыцарь мысленно усмехался. Всё всем понятно. Назначена услуга, назначена оплата. Но ему надо больше, много больше.

- Ресурсы не такая проблема, как может показаться на первый взгляд, - сказал он, обсасывая мозговую кость. Суккуба масляно улыбнулась, призывно затрепетав ресницами в ответ на намёк.

- Да ресурсы никогда не были проблемой, на чёрном рынке можно купить всё, что душе угодно, - отмахнулся Моргант. – Намного важнее то, что купить нельзя.

- Есть что-то конкретное на примете? – оживился Калеб.

Маг завёл разговор про обереги троллей и шаманские амулеты, а рыцарь положил себе новую порцию мяса. В принципе, ему тут нравилось. Моргант был ещё молод, ни одного седого волоса в пышной шевелюре, он был гораздо сдержаннее Теокрита, не хвалился силой, а тонко намекал. Технически это был образцовый маг среднего уровня, но, судя по скандалу в Кирин-Торе, редкостная сволочь. И это подписывало ему смертный приговор. Калеб видел все его ловушки, как и подвешенные на боевых серьгах заклинания, готовые к мгновенному применению, что невозможно, если беседуешь с высшим магом. Рыцарь не раз вел учебные поединки с магами Плети и точно знал, что хороший маг никогда не выдаст заранее, чем он в тебя запустит, попадёшь ли ты в ледовый плен, вспыхнут ли на тебе доспехи или ты сам превратишься в ходячую бомбу. Моргант был слаб, Плети такой не нужен. Калеб мог прямо сейчас свернуть ему шею, не отрываясь от трапезы. Но его пленила история с Косой Элуны. Как же калдорай попали впросак? После раскола ночные эльфы очень осторожно обращались с магией, должно было случиться что-то особенное, чтобы они потеряли бдительность. Моргант же - это лишний источник информации и много волосатых лап для её пополнения.

- Однако в целом всё это весьма и весьма условные источники силы, - подвёл маг итог обзору. – Ночные эльфы имели как-то раз дело с одним артефактом, не зависящим от течения магии в Азероте...

- И она их бросила, - перебил его разглагольствования Калеб. – Почему ты думаешь, что Коса подчинится тебе?

Судя по выражению лица Морганта, эта мысль тоже не давала ему покоя. Однако сволочью он был редкостной.

- Разберёмся. Есть мысли. Не зря же я учился в Академии.

Он цинично ухмыльнулся.

- Калдорай отказались от стихийной магии, углубились в природную, а в ней намного меньше возможностей контроля.

- Плеть может поискать Косу, но если она достанется не нам, какой тогда в этом смысл? – многозначительно поднял брови рыцарь.

- Если Коса будет выполнять поручения Плети, какая разница, в чьих она руках? – парировал маг.

- Логично, - согласился Калеб. – Что ты успел выяснить?

И снова Моргант показал себя лучше Теокрита. Без красивостей и лишних слов он рассказал всё, что вынюхали его гноллы, что помог разведать подкуп, и до чего он додумался сам. Пообещав заняться на досуге, Калеб откланялся. История получалась чрезвычайно занимательной. По слухам, Коса Элуны была каким-то образом связана с воргенами, а их в Азероте видели всего в трёх местах – Дасквуд, Серебряный Бор и Ашенваль. В Серебряном Бору их контролировал местный неудачник, Аругал, кажется. В Даске они носились свободно, не чуя над собой никакой власти. А вот Ашенваль оказался сюрпризом. Калеб первый раз слышал, что на заповедных эльфийских землях завелась такая гадость. И он точно знал, что для очень многих это тоже окажется сюрпризом. Да о чём говорить, если группа Калеба за последние полгода три раза проводила рейды в Ашенвале, и ни разу их не предупредили про возможность столкнуться с воргенами. Он открыл портал и прыгнул в некрополь. Сейчас нужна была информация, любая и как можно больше, лишь бы по теме.

хххх

- Да никто ничего не знает, - ворчал Темнопряд, щупая побрякушки, которые ему принёс на разбор Калеб.

Ценного в кучке было мало, рыцарь спешил и набрал первого, что попалось под руку. Важен был повод.

- Калдорай уже несколько раз прочесали Даск и отступились, у них кончились идеи.

- Так, может быть, она не там?

- А где? Ночной Дозор Даркшайра каждый день получает по несколько голов воргенов, выкладывает хорошие деньги вольным охотникам, а стаи не уменьшаются. Так же не бывает.

- Воскрешает она их, что ли?

- Не знаю, Калеб, честно, не знаю. Другому соврал бы, а тебе честно говорю – не знаю я, что там происходит.

- А наши занимались этой темой?

- Ещё бы. Только у разведки ничего не вышло.

- Это значит, что Коса никому не принадлежит, - медленно проговорил Калеб. - Она утеряна в прямом смысле слова... Валяется где-нибудь в кустах.

- Умный ты мужик, Калеб, - вздохнул Гралкин. – И что ты в оперативных войсках делаешь? Тебе же прямая дорога в разведку.

- Там одни подонки и предатели. Да и с тобой уже не поговоришь, старый плут.

Рыцарь забрал свою долю кристаллов и в раздумье покинул келью. Несмотря на усилия Даркшайра, стаи воргенов всё так же сильны и многочисленны. Но сильнее они не становятся, и лидера до сих пор нет. То есть, Коса сделала часть работы и остановилась на каком-то этапе. Находись она в чьих-нибудь руках, события не застыли бы на столько лет в одной фазе. Ночные эльфы выпустили её из рук, нового хозяина не нашлось, скорее всего, она просто где-то лежит как хворост или сломанная ветка. Калдорай и Плеть несколько раз проверили провинцию, но они не могут заглянуть под каждый кустик. Обычно проверяют самые вероятные места – усадьбы, колодцы, шахты, склепы. Дасквуд это сплошной лес, да ещё с тёмной аурой, поэтому в шаге от дороги можно танк потерять. Нет, не найдут. Без зацепок даже и пытаться не стоит. Они и бросили, решив дождаться удачи случайного вольного охотника, промышляющего в провинции. Калеб был честен с собой, надежды, что рядовой рыцарь окажется умнее разведок двух крупнейших фракций, у него не было. Но он любил задачки для ума. Почему бы не сыграть?

- Рыцарь? – настороженно спросил дежурный некромант.

- Эльфы есть? – кивнул на свалку тел Калеб. – Ночные.

- Смотреть надо.

- Мне нужны друиды, жрецы и роги. Высшие.

- Смотреть надо, - повторил некромант.

- Если не найдёте, запросите другие некрополи. Это срочно.

- Всем срочно, - заворчал старик, но, получив несколько золотых, преисполнился служебного рвения.

Теперь ждать. В моргах быстро ничего не делается, с мёртвыми много возни. Он поднялся на тренировочную площадку.

Твоя воля принадлежит мне.

Тяжёлый всепроникающий зов пронзил его до глубины души. Зов Короля Мёртвых в некрополе был особенно силён.

Склоняюсь перед твоей волей.

Надо косточки поразмять, а то с отвёрткой в руках немудрено и фехтовать разучиться.

- Калеб! Как кстати!

У торговца стояли три рыцаря с самым беззаботным видом. Тролля он знал - Грентар, малость чокнутый последователь Вуду, из которого даже Плеть не смогла вышибить страсть к чёрной магии. Орка он мельком видел в одной заварухе, а дреней ему попался на глаза впервые.

- Ты знаком с Бенгором? Ваши группы вместе выжгли базу калдорай в Ашенвале. А это Аурок.

- Трям! – буркнул Калеб.

- Как у тебя дела в Красногорье?

- Нормально.

- А у нас что-то не очень.

- А, вы тоже, - расслабился ожидавший подвоха рыцарь. – А в чём трудности?

- Стража косо смотрит, ищет к чему бы придраться. У тебя как со стражами?

- Нормально. Всё по инструкции.

- Как ты их умаслил?

- Почему их? Аэнор приказала обработать их жён.

- Трахать?

- Да вы что, совсем её не слушали? В быту им помогал. Трубы забитые, замки сломанные и прочая мелочёвка. А они мужьям весь вечер втирают, какой я хороший.

Рыцари обескуражено переглянулись.

- А я думал, что она издевается, - пробормотал Аурок. – Я, наоборот, подальше от всех держусь.

- Кхм, да! – протянул Грентар. – Придётся всё же взяться за тот гнилой заказ.

- Бельё кожаное пошить для плотских утех? – подначил его Калеб, зная мастерство тролля в скорняжном деле.

- Хрен. Палатки нужны новые, весна выдалась бурной, шторма сильно потрепали деревню...

- Ну, хорошо, допустим! – вдруг заговорил орк. – Грентар дамочкам жильё обновит, Аурок им канализацию починит, а мне что делать? Медную руду дарить мешками?

- Сопляков молодых таскай с собой в горы, учи их жилы искать да камни драгоценные из пустой породы выделять, - пожал плечами Калеб, но Бенгор аж скривился от отвращения, и рыцарь поспешил перевести разговор на другую тему. – Как у вас с отвлекающим манёвром?

- Всё пучком! – ухмыльнулся Грентар. – Отправился я как-то в Барренс на кодо поохотиться, шкур нарезать для особого заказа. Гляжу, значит, на берегу озера сидит шаманка и рыбку ловит. Масляных черноротиков в сумку складывает, а искажённую рыбу черепахам бросает. Ну, ясен пень, алхимию изучает, там черноротики много где нужны. Я, значит, хлоп на четвереньки и давай с черепахами толкаться. Она типа на поплавок смотрит. Я зубами щёлкаю, водой булькаю, пузыри пускаю, все канители – ноль внимания. Даже когда я выпрыгнул из воды и поймал в воздухе рыбку, всё равно не смотрит. Ну, думаю, зараза, ладно, я тебя пройму. Развёл, значит, костёр, жарю искажённую рыбку, рецептик-то заветный давно у меня заныкан. Потом сажусь рядом и начинаю громко чавкать. Эффект все помнят, немощи?

- Только не говори, что она в озеро свалилась от страха, когда ты превратился в пирата, - кисло сказал Калеб.

- Да вот ещё! – фыркнул Грентар. – Мы, тролли, по мелочам не пугаемся. Она за топоры с перепуга схватилась. И тут я, значит, как гаркну: «Отдай, сокровище, о, дева!» И вот тут она уже в озеро и свалилась, только от смеха. Пока сушились у костра, пока обед варили, то да сё, в Перекрёсток за вином сбегали...

В озеро-то она вряд ли упала, скорее всего, столкнул аккуратно опытный боец глупую деваху, так что и не поняла ничего, а в остальном Калеб поверил. Грентар обладал феноменальной фантазией, по пьяни выдавал такие истории, что Калеб не знал, с какого конца начинать распутывать. А тут банальная байка с одним-единственным преувеличением. Следом за троллем, только немного смущаясь, Аурок рассказал про уроки фехтования, которые он даёт гостящей у родных дренейке.

- Представляете, у неё титановые наручи с усиливающими камнями, да ещё чары наложены. Из Нордскола привезла. А мы как ходили в саронитовых доспехах, так и подохнем в них. Когда она ставит блок этими наручами, мне становится стыдно за свой меч.

Орк мрачно цедил пиво, а Грентар дождался, пока он отойдёт за мясной нарезкой, и ехидно рассказал про его бесплодные попытки охмурить варлока, которая учится в деревне шитью. Давно бы другую завалил, да вот запал что-то, а девушка серьёзная, не поддаётся.

- Поставит она, значит, войда на стражу, так он его с двух ударов распыляет. Импом типа в футбол играет. Гончую Скверны загнал под воду и забросал камнями. А когда она суккубу вызвала, я думал, Бенгор весь лагерь разнесёт...

- А инфернала он киркой демонстративно расчленил?

- Не доросла она ещё до вызова этого демона...

- Что-то Ванс не торопится, - пробурчал Бенгор, возвращаясь с полными тарелками. – Обещал же, скотина, не задерживаться. Что за срочная работа может быть в Брилле?

- В Брилл послали Мрачнейшего? – не поверил своим ушам Калеб. – Аэнор с ума сошла?

Ванс Мрачнейший, искуснейший мастер наложения чар, самый нелюдимый и угрюмый рыцарь смерти во всём некрополе, выделяющийся даже среди своих же собратьев-нежити. Калеб один раз воспользовался его услугами, когда надо было наложить редкие чары на перчатки, и зарёкся даже смотреть в его сторону. Жуткий тип. Рядом с ним ощущался такой холод, наваливалась такая тоска, что Калеб не представлял, как он может сойти за Отрекшегося.

- Убитый горем ветеран, отошедший от дел, - пожал плечами Бенгор. – Сел в подвале, надел балахон и возись с медяшками, которые тебе на разбор сдают. Мне бы такую легенду.

- И с суккубой за бочками «А! А!», - подначил Грентар.

Орк побагровел от гнева, и Калеб поспешно встал со своей тарелкой.

- Пойду я, дел много. Вон, кстати, и посыльный.

Удавленник что-то бубнил сквозь мешок на голове, но вникать в это было бесполезно. К счастью, сегодня его ждали только в одном месте.

- Есть два рога, - довольно сказал некромант. – Высший жрец нашёлся в Крепости Утгард, свежий труп друида есть в Стратхольме. Друида доставят через час, а в Утгард придётся самому добираться.

Это порталом до Цитадели Ледяной Короны, а потом на костяном драконе через половину Нордскола тащиться. Бр-р-р! Доедая мясо, Калеб смотрел, как некроманты поднимали эльфийских убийц. Гадкое зрелище. Особенно эти манипуляции с внутренностями, фу. А девочка ничего так... была при жизни. Её Калеб оставил напоследок, решив сперва допросить эльфа. Парень попал под крюки «мясников», его тело состояло из одних лохмотьев мяса, этот сеанс будет для него последним, большего плоть не выдержит. Вообще-то, он не любил допрашивать мёртвых, удовольствие ниже среднего и очень тяжелая работа для ума. С живыми просто, они сами всё расскажут, только вслушивайся, а мертвец ответит на заданный вопрос и всё. За живого нужно додумать детали, а мертвец только детали и говорит. Приходится самому по скупым намёкам понять, что же там произошло, и получить у зомби подтверждение. Калеб взмок, расшифровывая короткие реплики эльфов, пока не уяснил ситуацию.

- Всё, они ваши, - сунул он некроманту ещё несколько золотых. – Позовите, когда друида поднимете.

- Так это... уже! – гордо кивнул старик на безрукую эльфийку с разорванным животом.

Вашу мать! Рыцарь вытер пот и приступил к новому допросу. Картина складывалась именно так, как он предполагал. Рог отправили на поиски, эти двое слышали об этой операции, хотя и не знали, что искала спецгруппа, но четыре скрытных рейда по всему Дасквуду точно были. Друиды, как главные специалисты магии калдорай, привлекались для консультации. Эта девочка Косу не видела, но внутренней информацией, разумеется, владела. Последние штрихи в картину добавил жрец в Утгарде. Занимался новый рассвет, когда Калеб возвращался в Лейкшир. На мосту его сердечно приветствовали охотники, спешившие на промысел, он рассеяно помахал им в ответ. Интереснейшую историю замутили эльфы.

Стражи Ашенваля сдерживали и до сих пор отбивают атаки демонов Осквернённого Леса. Раньше во главе отряда стояла жрица Велинда Звездная Песнь. Годы боёв и постоянные потери друзей сломили её дух. В заповедном святилище Мел'Тандрис она дни и ночи молила Элуну о помощи, и та даровала жрице артефакт - Косу. С её помощью жрица призвала в Калимдор тридцать воргенов и повела их в бой против демонов. Воргены оказались превосходными бойцами, ободрённая Велинда постоянно выводила из другого мира новых, пока стаи не начали выходить из-под контроля. Испуганная жрица перестала их вызывать, но процесс уже пошёл сам по себе, Коса забрасывала воргенов в Азерот по собственной воле. Наказав воргенам дожидаться ее у святыни Мел'Тандриса, Велинда помчалась в Дарнас, но всё, что было известно, - некогда одного воргена умудрился призвать колдун Аругал из Кирин-Тора, пребывающий ныне в крепости Тёмного Клыка. Самовольно забрав Косу, эльфийка направилась в порт Рачет, где села на корабль, идущий в Бути Бей. Там она примкнула к каравану, следующему через Дасквуд. Её останки нашли в Погибели Роланда, оловянной шахте на юге провинции. Её призрак до сих пор плачет об утрате, кается, что подвела свой народ, и горюет. Караван, скорее всего, разграбили бандиты, а потом либо они, либо кто-то ещё взялся за Косу, и процесс получил новую подпитку. Надо бы взглянуть на эту шахту, это последний этап, на котором завязли разведки Плети и Дарнаса. Интересно, а Вариан знает, благодаря кому его южная провинция превратилась в кладбище? Без жрицы новые воргены перестали появляться в Ашенвале, их стая мирно промышляет в святилище, укрытым в священном лесу.

В таверне он не задержался, некроманты Утгарда накормили его до отвала. Рыцарь собирался немного подремать, но не утерпел и заглянул к Фиоре. Кровать переставили к окну, девушка сидела на подоконнике и смотрела сквозь руку на восходящее солнце. Сквозь плоть просвечивали раны, в остальном же ничего не мешало свету. Рыцарь хотел уйти, но пантера снова его сдала. Фиора обернулась и радостно улыбнулась. Калеб с трудом заставил себя не отводить взгляд. Охотница, конечно, спаслась, но какой ценой. Лицо сплошная рана, волосы седые, тело испахано. Жизнь всё равно сломана, такие увечья ложатся тяжким камнем на душу даже мужикам, а что должна чувствовать молодая девушка - это же не передать.

- А я всё ждала, когда ты придёшь.

- Ты прости, я не врач, грубо резал да швы накладывал кое-как...

Эльфийка закашляла и захрипела, именно так смеются, если в гортани две дырки.

- Калеб, у меня девять младших сестёр, которые не могут зарабатывать на пропитание. Ты можешь отрезать мне уши и снять кожу заживо, - я согласна, если это позволит мне остаться на ногах и каждую неделю отправлять им деньги. Теперь у тебя в долгу вся моя семья, помни это.

Голос девушки задрожал, на глаза навернулись слёзы. Рыцарь поспешно отвернулся к столу и переставил несколько плошек с места на место, налил молока пантере, погладил её и ушёл. Осветительную бомбу на дверь и марш-бросок в кровать. Что за жизнь! Только сейчас получилось добиться логики в своих поступках. Швы уже сняли, через пару дней раны затянутся, охотница вернётся в строй. Правда, Калеб опять оплатил всё из своего кармана, надо будет выставить Аэнор счёт. Зато теперь не чувствуешь себя дураком. Он задремал, и ему приснился маяк. Кому-то он втирал про использование саронитовой взрывчатки в сейфориевом заряде и рассчитывал прочность внешней оболочки бомбы. Они смахивали со стола лепестки дикого сталецвета и мололи руду в тонкий порошок, а призрак моряка всё пытался активировать на нём свиток интеллекта в благодарность за масло.

Проснулся Калеб к обеду и сразу отправился в кузницу. Его провожали опасливые взгляды, кажется, версия романа с охотницей уступила место более правдоподобной. Далия была на месте, ковыряла самодельный прицел. Они поздоровались и какое-то время работали молча. Девушка заговорила первой.

- Я запросила инженеров Стормвинда, они говорят, что лесопилка ещё не готова.

- Они что обещали? Что у них уже всё есть в готовом виде, только надо собрать тот комплект, который ты заказала. Это два дня. Ещё день на доставку. Завтра лесопилка должна быть у нас. Терзай их, пусть не тупят.

Это общие темы, нейтральные, по ним не понять, обижена или нет. Вот если бы о чём-нибудь более приземлённом заговорила, это было бы помилованием. Девушка потыкала отвёрткой в крепёж прицела, посмотрела сквозь него на озеро и со злостью выкинула в мусор.

- Прицел! Одно название. Ты умеешь делать прицелы среднего класса?

- «Смертоносный», что ли? Умею.

- Мастер учит делать либо очень простой прицел, либо очень сложный. А схемы для бюджетной серии у него нет.

- На чёрном рынке надо покупать. Редкий товар.

- Жаль, мне бы сейчас очень пригодился, - вздохнула девушка. – Я тогда запрошу Стормвинд про лесопилку и, если что, сама к ним прокачусь, заодно экзамены сдам на новый уровень Скрытности.

- Угу, давай.

Его внимание привлёкли повозки строительного камня, подготовленные к отправке. Это ещё что?

- Городу нужны деньги, а в столице хорошо расходится камень, - солидно объяснял мировой судья. – Это же ясно.

- Что ясно?! – медленно закипал рыцарь. – Зачем городу нужны деньги? Чтобы возле шахт да на дорогах построить сторожевые башни. А что нужно для строительства? Камень. А ты его в столицу отправляешь. Зачем? Чтобы на вырученные деньги покупать строительный камень?

- Калеб, не учи меня, хорошо? – морщился старик. – Я слишком много видел таких, как ты. Ходят, доказывают, а сами ничего толком не делают. Ты через пару месяцев уедешь, а мне тут жить и быт налаживать.

- Соломон, дорогуша, Далия отправляет в столицу запрос по нашей лесопилке. Я хочу приложить к почте докладную записку в налоговую службу о растрате казённых средств. Если ты так уверен в своей правоте, ты же не будешь опасаться визита проверяющих, верно? Ведь всё, что ты делаешь, это правильные, нужные схемы. Ты легко сможешь объяснить ревизору, зачем ты продаешь камень, чтобы снова его купить, не так ли?

- Не запугивай, не выйдет, - мрачно ответил судья.

- Думаешь? А мне кажется, что получится.

Краем глаза рыцарь заметил в дверях размытую тень. Ах, плутовка, подслушивает. Правильно, никому не надо верить, тем более, начальству. Соломон был слабее Далии, он не увидел бы её и прямо перед собой.

- Верни повозки на рудники. Отправь мастеров, как и договаривались. Начинай строительство. Сегодня же. Сейчас же.

- Умный, да?! А платить я им чем буду? Водой озёрной? Её-то у меня много!

- Не юродствуй. Ты же руду в столицу отправляешь? Деньги будут. Или ты их уже кому-то пообещал? Надо намекнуть Далии, что в бюджете города непонятные дыры, пусть проверит. А девушка она серьёзная и за город душой болеет. Налоговиков вызывать не будет, сама тебя нашинкует.

Тень спряталась за шкаф, когда Калеб выходил из ратуши. Пусть возьмётся за судью, а то легко сшибать деньгу на чужих успехах. Ты у меня, старый козёл, поработаешь в полную силу. Он расскажет Далии несколько особо подлых схем увода денег из города, она с перепуга вообще с тебя не слезет, каждую монетку будет считать. Чёрт, что же делать с мурлоками? Можно соединить усилия городской стражи с гарнизоном Крепости Каменной Стражи, но война всё равно будет затяжной. Латники не достанут под водой мурлоков, а легковооружённых они в родной стихии порвут, как шавка грелку. Может, подключить гноллов?

Моргант был чрезвычайно любезен, но ответил твёрдым отказом. Сперва Коса, потом работа. Зато тут же дал Калебу в сопровождение пяток разведчиков, стоило ему заикнуться про начало поисков в Дасквуде. Рыцарь не хотел показываться на глаза кому бы то ни было в компании Темношкуров, поэтому стелсеры были хорошей альтернативой. Он приказал им сразу пробираться в Погибель Роланда, а сам отправился в Даркшайр. Долгие расспросы ничего не дали, как он и ожидал. Большинство старожилов давно погибли, пришедшие им на смену уже ничего не знали. Несколько раз промелькнуло упоминание об отшельнике в деревне Вороний Холм. Его помнили все. Надо будет обязательно с ним побеседовать.

Намного больше информации предоставил призрак в Погибели Роланда. Выставив гноллов на стражу, рыцарь смерти основательно поработал с духом мёртвой жрицы. Из неё мало что можно было вытащить ценного, горе выжгло большую часть воспоминаний, зато самое важное она помнила детально. Калеба не слишком интересовало, кто перерезал ей глотку, утере этих данных он не огорчился. Зато он подробно выспросил жрицу о шахтёрах, обнаруживших её могилу. Интересно, в разведке Плети были некроманты, способные разговорить призрак? Теперь в Вороний Холм, авось, удастся что выспросить у этого старожила, как его там... Трясунчика.

На дороге его ждал сюрприз. Не успел Калеб проехать и милю, как увидел «мясника». Не понял юмора. Он съехал на обочину и внимательно рассмотрел нежить. Не от Плети, чумы в нём не чувствуется. Обычный зомби, слабенький по меркам рыцарей смерти, но какая точная имитация бойцов Плети! Филигранная работа. Куда это он? Идёт в Даркшайр, но по дороге есть несколько развилок. Хорошо бы не свернул, пощекотал нервы Ночному Дозору. Из кустов на Калеба смотрели зелёные глаза, изменённые проклятием волки часто выходили на дорогу и рычали вслед, но больше приключений ему не выпало. Деревня Вороний Холм стояла рядом с огромным кладбищем. Раньше оно было маленьким, обычный погост возле посёлка, но с нашествием Плети и воргенов очень быстро разрослось. Калеб чувствовал силу проклятой земли, неуспокоенные мертвецы толпами бродили меж могил, в древних склепах кипела лютая злоба, падшие герои превратились в беспощадных убийц, мгла затянула кладбище. Подумать только, и это по вине эльфов. Тиранда, наверное, ногти грызёт, когда вспоминает про Косу. Впрочем, ему-то какое дело? Калеб вышел на пустую площадь посёлка, где вокруг колодца бродил дюжий рыжий мужик.

- Трясунчик, тебе посылка из Даркшайра, - окликнул его издалека рыцарь. – Повар беспокоится о твоём здоровье и прислал пирожков.

- А вот и пирожки с крабами а-ля Груал! – обрадовался крестьянин и уселся прямо на землю, урча и чавкая.

Гноллы окружили площадь, ожидая приказов. Калеб сел на высохший колодец, внимательно разглядывая этого странного старожила. Немытый и вонючий, измученный и несчастный. Что он здесь делает? Почему не уходит в более спокойные земли?

- Вкусно?

- Объедение! – с набитым ртом ответил мужик.

Его волосы не тронула седина, хотя он очень давно тут.

- Я давно прячусь в этом призрачном городе и не ел ничего, кроме трав и кореньев! Страшно хочется нормальной еды, и я за нее хорошо плачу. Вот, возьми.

Калеб положил в карман горсть серебра. На кладбище он чуял живых, расхитители могил мешками приносили ценные вещи. Трясунчик был посредником и зашибал неплохую деньгу, но это не интересовало рыцаря. Как там говорил призрак жрицы? Нервный, постоянно оглядывается, рыжий. Кажется, он нашёл след.

- Что же ты всё время тут? Опасно же.

- В Даркшайре не меньше угроз.

- Покинул бы провинцию, не только здесь в склепах копаются мародёры. Да не дёргайся ты, мне на твои грешки наплевать. Что, не пускает?

- Кто?

- Коса.

Дыхание Трясунчика не сбилось, чувствовалась закалка старого мошенника, но вот глаза у него стали совсем безумными.

- Видишь ли, контакт с артефактами такой силы не проходит бесследно. Ты уже не можешь уйти от неё, она просто не пустит дальше определённого расстояния, а потом ты хоть на телегу сядь, хоть порталом уйди, всё равно вернёшься к границе действия её силы. Впрочем, что это я, ты и так уже всё понял за столько-то лет. Ты не стареешь, не седеешь даже. Ты почти не спишь, не входишь в эти дома, всё время под открытым небом, но не болеешь. Не надоела такая полужизнь?

- Почтеннейший, шли бы вы своей дорогой! – просипел Трясунчик. – Мало мне тут сумасшедших, только и подновляю ограду, чтобы с кладбища мертвяки не полезли, так ещё и всякие охотники за сокровищами будут тут мне...

- Давай зайдём в дом, негоже вести серьёзные разговоры под открытым небом.

Рыжего как подменили, едва Калеб взял его за локоть и потащил в ближайшую избу. Трясунчик не видел призраков, но чувствовал их присутствие - Коса щедро делилась силой. Он отбивался что есть мочи, визжал, как поросёнок, рыдал и умолял оставить его в покое. Последние метры рыцарь тащил его за ноги, а Трясунчик рыл ногтями землю, пытаясь за неё зацепиться. Он дико завыл, когда из темноты стали медленно проступать светящиеся контуры призрака. Калеб вложил чуть-чуть магии, подчиняя себе привидение, и шепнул приказ.

- Привет, красавчик, - растянула гнилые губы в улыбке мёртвая хозяйка. – Поужинаем вместе?

Рыцарь поскорее отправил её на улицу, потому что у Трясунчика начался нервный припадок. Отпаивать пришлось водкой, Калеб потратил почти всю фляжку, зато рыжий стал говорить, и как складно. Сразу видно, каждый день вспоминал те события во всех подробностях.

- Все началось с находки этой проклятой косы в шахте, которую называют Погибелью Роланда, - захлёбываясь словами, рассказывал Трясунчик. - Да, тогда все и началось. Прежде, чем это случилось, Братство Справедливости радовалось нашим успехам в Сумеречном лесу. До того, как я нашел косу, местные страхи казались мне такими же смешными, как страхи жителей Элвина. Всё было мило, по-домашнему, тихо. Но с тех пор как я увидел рукоять косы, выглядывающую из-под груды щебня в шахте, и, будь я проклят, вытащил ее, Погибель Роланда превратилась в место ужасной смерти! Если бы я знал, что произойдет, я бы отрезал свою собственную руку, лишь бы не вытаскивать этот кусок дерева, покрытый рунами. Как сильно я жалею об этом! Я всегда думал, что сожаления – привилегия старости. Теперь я знаю, что не старость, а отчаяние надевает на нас мантию из сожалений, не способную и не желающую спадать с плеч, сгорбленных страданием...

Калеб дал ему подзатыльник, и рыжий снова вернулся к фактам.

- После того как я вытащил косу, волна изменений прокатилась по шахте. Свет от наших мерцающих факелов заметался, и казалось, что мы больше не контролируем силу нашего голоса. То шепот звучал, как рев, мечущийся по туннелям, заставляя зажимать уши руками, то наши крики на расстоянии нескольких шагов переставали быть слышны и становились подобны легкому дуновению ветра. Это нервировало, да, но недолго мы пытались понять странную природу этих явлений. Это стало лишь предвестником того, что в действительности изгнало нас из шахты. Воргены. Они нападали на нас отовсюду, выползая из укромных щелей под ногами и падая на нас откуда-то с потолка. Половина моих товарищей погибла в эти первые минуты паники. Оставшиеся, включая меня, пытались бежать. Во время моего бегства я видел, как многих моих братьев разорвали зубами и когтями, слышал обрывающиеся крики и затихающее бульканье. Все, что я знаю, – это то, что я – единственный, кто смог спастись из этого места.

Он нервно припал к фляжке, его остановившиеся глаза снова видели смерть друзей, снова на него брызгала кровь и летели ошмётки плоти.

- Я могу лишь гадать, как смог выжить в ту ночь. Я всегда был осторожен, всегда быстро уворачивался от ударов и, не раздумывая, спрыгивал с обрывов. Мое прозвище, Трясунчик, досталось мне из-за этой моей черты. Так что, возможно, лишь эта способность всегда быть настороже спасла меня... Или, возможно, коса, что я вытянул из-под груды щебня. Это не могла быть сама коса, ее я потерял во время моего безумного бегства. Но если это я привел воргенов в Сумеречный лес, то, возможно, воргены отплатили мне неслыханной любезностью. Да будут они прокляты. Или, возможно, я был обречен стать свидетелем тех перемен, что навлек на Сумеречный лес. Возможно, мой жребий – наблюдать, как воргены врываются на эту землю, окрашивая ее в еще более темный цвет своей злобой.

Калеб так задумался, что пропустил очередную порцию пафоса. Бес с ним, пусть выговорится. Теперь нельзя отступать, он нашёл подсказку, надо завершить спонтанно начатое дело.

- Если это и правда мой жребий, то он выпал мне дважды. Поскольку воргены – не единственная сила, что пыталась ворваться в Сумеречный лес: монстры со стороны Мертвого Ветра также пытались вторгнуться в него.

- Расскажешь по дороге.

- Я не ...

Рыцарь врезал ему по рёбрам и вытащил на улицу. Всю дорогу до шахты смирившийся с судьбой рыжий рассказывал про свои мытарства. Детали пряток от каждой тени Калеб пропустил мимо ушей, а рейд на ферму местного фермера, где прятался Трясунчик, его заинтересовал. Всадники из Перевала Мертвого Ветра были новинкой. Кто это? Хитрая маскировка одного из рейдов Плети? Или посланники из Каражана? Зацепок не было, и Калеб с сожалением отложил историю в долгий ящик нераскрытых дел. Ясно только, что это не эльфы, те не убили бы мать с детьми. Точнее, убили бы, если бы это были не их союзники.

- Там! – зашептал Трясунчик, когда впереди показалась Погибель Роланда.

На поляне расположились лагерем воргены, двое охраняли вход.

- В шахте ты был ещё с Косой?

- Да! Она ещё была со мной! Да, я хорошо это помню, потому что оттолкнул ею воргена, когда выбегал на поляну...

- А на поляне?

- На поляне? – промямлил рыжий, враз потеряв уверенность.

Калеб шепнул приказ, гноллы в «стелсе» рассыпались в цепь и пошли прочёсывать поляну, почти вплотную подходя к воргенам. Потом обшарили скалы, по которым карабкался, убегая от смерти, Трясунчик, потом поляну, усадьбу, поляну, рощу, усадьбу... Потом обратно до Погибели Роланда... Потом снова до усадьбы злосчастного фермера. Рыжий плохо помнил, где именно он пробегал (ну ещё бы), поэтому они много петляли, но Калеба это не смущало. Иначе и быть не могло. К исходу вторых суток поисков лошадь стала спотыкаться, хотя еды и питья рыцарь для неё не жалел. Трясунчик стал заговариваться, у него начался бред. Гноллы не знали усталости, как и воин Плети, с прежним упорством обшаривая каждый камушек. Калеб надеялся, что ему поможет чутьё магии, должен же такой мощный артефакт хоть как-то себя выдать, но Косу нашёл разведчик. Им запрещалось выходить из стелса, рыцарь опасался любых случайных свидетелей, поэтому гнолл глухо зарычал и оборвал травинку над находкой. Калеб спешился и присел рядом с россыпью обломков скал. Ну да, всё правильно. Спрыгнул с обрыва, как и всегда, упал на камни, от удара рука разжалась, Коса скользнула в щель между обломками. Тут она могла пролежать до второго пришествия Легиона. Это точно была она, Калеб не сомневался. Причудливый деревянный посох, расписанный рунами. И магию он не чувствовал, а вот истекание её в Косу – ещё как! Нашёл.

- Эй, рыжий! Глянь.

- Бу-бу-бу...! Ва-а-а-а!

- Да не ори ты! Толком скажи. Это?

- Д-да-а-а-а! – пролепетал шёпотом Трясунчик и свалился наземь со сломанной шеей.

Вытирая руки, Калеб размышлял. Морганту он Косу не отдаст, вот ещё. Едва получив разведчиков, он тут же перехватил управление в свои руки, маг не мог больше видеть и слышать глазами и ушами своих рабов. Он забросил на круп коня тело Трясунчика и поехал шагом к Даркшайру. Нужно ли отчитываться Аэнор? Поручения ему не давали, будет ли выгода – неизвестно. Проблемы? О, да! Он рядовой рыцарь, а дело крайне важное и секретное. Душеспасительные беседы с некромантами в крепости Утгард близки как никогда. Укрепить дух рыцаря смерти, чтобы он не разгласил тайну - это первое, что обязана сделать комендант некрополя. Нет уж, как-нибудь без него. И Темнопряду нельзя хвастаться. Проезжая мимо Погибели Роланда, Калеб бросил труп на костёр к воргенам.

- Отбить! – приказал он гноллам.

Через пять секунд на поляне кипела драка. Гноллы уступали воргенам в росте, зато превосходили в широте плеч, однако, Велинда не зря высоко оценила боевые качества пришельцев, пятёрку разведчиков разорвали, не дождавшись подмоги из шахты. Прибежавшим на шум воргенам достались окровавленные обрывки кожи и костей. Все следы уничтожены. Поесть бы и спать, но надо закончить так, чтобы и подозрений не осталось. Он снова забрался в шахту, воспользовавшись суматохой, - чутьё подсказало свежий выход серебряной жилы. Ему нужна приманка для Морганта. Однако сама по себе руда бесполезна, надо переплавить.

хххх

- Убери зверя, или я за себя не ручаюсь! – визжал Наз Огнепых, городя баррикаду из стола, табуретки, конторки и канделябра.

- Хорошая у вас похлёбка, - с набитым ртом похвалил Калеб. – Сами делаете или закупаете?

- Сам варю, - буркнул Гназ. – Отозвал бы вурдалака.

- Да кому он мешает-то?

- Убери зверя! Я его...! Сам потом жалеть будешь! Ой!

Вурдалак раскусил-таки табуретку и потянулся к ноге гнома.

- Наз, ну неужели я так много прошу?

- Нет у меня схемы! Дойдёт до тебя это или нет? Нет! Продал! Опоздал ты, ясно? Утром заходил один знакомый охотник и купил.

- Сделай копию.

- Дел у меня других нет... Ай!

Вурдалак пробил клешнёй столешницу и стал хвататься за куртку инженера. Наз опять завизжал и стал карабкаться на каминную полку. Гназ вздохнул и налил себе похлёбки.

- Принесла нелёгкая! – пробурчал он, с досадой садясь за стол рядом с рыцарем. – Калеб, ну вот скажи, и что ты именно сегодня припёрся? У нас дел невпроворот...

Рыцарь и сам не знал ответа. Накопав мешочек серебряной руды, он хотел вернуться в Даркшайр, но был так взволнован, что решил сперва проехать по южной границе провинции, там в горах часто выходили на поверхность медные и оловянные жилы, а порой и железо радовало глаз. Доехав до развилки в Странглехорн Вейл, он понял, что если не поест, то произойдёт нечто страшное, и свернул к лагерю Альянса, расположившемуся на границе провинций. Железо в Дасквуде ему сегодня не попалось, поэтому, перекусив, рыцарь решил проверить горные склоны Странга, потом вспомнил про Далию и завернул к братьям инженерам. И вот досада, Наз Огнепых утром сплавил кому-то схему Смертоносного Прицела, а сделать свежую копию поленился. Недолго думая, Калеб вызвал вурдалака и сел завтракать. Гномы Огнепыхи торговали со всеми подряд, не вдаваясь в тонкости политик противоборствующих фракций, лишь бы платили. И никогда не сдавали своих клиентов, поэтому Калеб частенько заглядывал к инженерам, чтобы спокойно поработать. Правда, сегодняшнее утро у братцев не задалось.

- Последний раз предупреждаю, убери зверя! – визжал Наз, колотя кочергой по жадным лапам вурдалака. – Вот твоя схема, подавись ты этой бумажкой!

- Ты же говорил, что у тебя нет? – удивился рыцарь.

- Только что не было, а теперь есть! – огрызнулся гном. – Отзови зверя.

Вурдалак со стоном рассыпался на кости и обрывки кожи. Наз осторожно спустился на пол и перевёл дух.

- Насорил-то, как на помойке! Кто это будет всё убирать?

- Вы, - спокойно ответил Калеб. – Гназ, у тебя схема сборки механического дракончика не завалялась?

- Ты же умеешь.

- Я на продажу беру.

- Бери, не жалко. Серебряный контакт нужен? Я тут сделал парочку.

хххх

- Сложная обстановка в Даске, - сказал Калеб, выкладывая на стол несколько серебряных слитков. – Придётся сделать паузу, подумать, подготовиться...

Моргант не стал спрашивать, где разведчики, серебро с лихвой компенсировало потерю бойцов. Перемигнувшись с суккубой, рыцарь покинул башню. Поговорив с дежурной сменой Крепости Каменной Стражи, он погнал коня и, не осаживая, спрыгнул прямо на крыльцо ратуши, предоставив охране ловить разогнавшегося жеребца.

- Судья, а где рабочие для крепости?

- Калеб, отвянь! Я не могу нанять сразу всех, кого надо, а несколько бригад и так заняты работой. Всё делается.

- Смотри у меня! – буркнул рыцарь.

Всё равно надо проехать по всем объектам. Он задержался в кузне, чтобы отдать Далии сувенир.

- Вот это да! – пробормотала девушка, рассматривая схему. – Откуда?

- Нашёл в закромах. Изучай.

Она ему не поверила, поэтому благодарности в глазах было больше. Ну да, чем труднее досталось, тем выше ценность. Да не смотри ты на меня влюблёнными глазами. Вот тебе ещё схема сборки механического дракончика, забавная игрушка.

- Где лесопилка?

- Говорят, не готово ещё. После обеда поеду разбираться. И экзамен завтра утром.

- Угу. Давай.

Очень хотелось спать, но он заставил себя проехать по стройкам, чтобы понять раскладку сил. На севере у шахт наёмными рабочими строились башни. В городе тоже есть умельцы, но все они калымили по домам – захват казны орков вбросил в город деньги, домохозяйки затеяли ремонт. Медленно, проклятие, это очень медленно! И больше рабочих не нанять, город не успевает добывать столько руды на продажу, чтобы хватило сразу на все нужды. Расстроенный, он завалился спать. Всё плохо. Вопрос мурлоков не решён, дракончики уже в окрестностях города летают, стройки вялотекущие. Да ещё экзамен у Далии, надо над подарком думать.

хххх

- Калеб! А что это у тебя морда невыспавшаяся?

- Я ещё и злой! – пробурчал рыцарь. – Дел много, рук только две, мозги перегружены, даже во сне размышляю, как правильно задачку выполнить.

- Не бережёшь ты себя, - укоризненно покачал головой Гралкин.

- Аэнор меня не бережёт, а я что, мне больше всех надо, что ли?

- Это на разбор? – кивнул колдун на полный комплект снаряжения, который рыцарь выложил на стол. – Хорошие вещи.

- Да нет, чары на них нужны. Подумай сам, какие лучше наложить для роги, специализирующейся в маскировке.

- Это кому же? – удивился старик.

- По заданию Аэнор ублажаю местных красавиц, - ядовито сказал Калеб.

- Из своего кармана? – развеселился Гралкин.

- Я ей счёт выставлю, - пробурчал рыцарь. – Каждый медяк припомню!

- Сплетничаете? – сказал Джерн Шлеморог, заглядывая в келью. – У вас интим или можно поучаствовать?

- Заходи, располагайся, - добродушно фыркнул тёмный колдун.

- Да я на пять минут. Во сколько мне обойдётся повесить сюда усиление исцеляющих заклинаний? Чары максимальной силы.

Темнопряд машинально взял королевские наручи из лунного тюля, богато украшенные самоцветами, и тут до него дошло.

- А тебе это зачем?

- Вот ещё! Мне! Приходится по работе задабривать кое-кого.

- Как-то скромненько. Бери пример с Калеба.

- Однако! – присвистнул дворф. – Что-то я и, правда, почувствовал себя мальчишкой. Во сколько тебе обошёлся этот комплект?

- Так, мальчики, погуляйте немного! Мне нужно сосредоточиться.

- Да не так уж и дорого, - сказал Калеб на балконе, куда они вышли подышать свежим воздухом. – Порыскай полдня в наших кладовых, ты ещё и не то отроешь. А отдают по себестоимости. А ты, никак, жрицу закадрил?

- Ну, закадрил, это сильно сказано. Девушка ювелирное дело изучает, составляю ей компанию в походах за самоцветами...

- Ты ври кому-нибудь другому, - шёпотом сказал Калеб. – А то я не знаю, сколько эти браслеты стоят. Даже по себестоимости.

- Да что там..., - пробормотал дворф.

- Полный мешочек золота. Действительно, мелочёвка какая! Да ещё самоцветов навесил.

- Тебе какое дело? Занимайся своей рогой.

- Вот и занимаюсь... Ты с сейфориевым зарядом не работал?

- Хорошо показал себя в медных шахтах, неплохо в оловянных, кое-как в железных, а начиная с мифрила бесполезен.

- А если взрывчатку помощнее вложить?

- Не знаю... не пробовал. Конструкцию надо усиливать.

- Зачем тебя в прошлый раз Аэнор вызывала? Сорвала нам игру, гадина.

- Там же толстая кожа используется. Какой у неё порог прочности на разрыв? То-то же. Надо как минимум узловатую брать из Запределья, а ещё лучше борейскую.

Инженеры долго обсуждали взрывчатку и различные способы её упаковки, пока Темнопряд не позвал их забрать заказ. Расплатившись, рыцари покинули некрополь.

хххх

*

Калеб снова проехал по Красногорью, и настроение у него опять упало. И дел-то осталось немного, и вроде как кое-что и так уже исполняется, и всё равно, ерунда это всё, не так надо. Он нарвал успокаивающей травки, тут же на полянке развёл костёр и сварил себе фляжку отвара. Пока доехал до таверны, выпил почти всю и свалился спать. Лишь поздно вечером рыцарь выбрался на улицу и доплёлся до кузни.

- Калеб, выручай! – взмолилась Далия. – Эта банда меня с ума сведёт.

- Купите нормальное оружие, работы на порядок меньше будет, - кисло ответил инженер.

- Дорого, - буркнул Тамнер.

- Скажи лучше, почему у тебя ружьё вечно в грязи? Ты с ним ползаешь, что ли?

- Ну да. Я же загонщик.

- Офигеть! – пробормотал Калеб.

Вдвоём они быстро разобрались с поломками и охотники с питомцами перебрались в таверну. Рыцарь выложил на стол одежду и оружие.

- Это тебе на новый уровень. Носи.

Далия осторожно потрогала куртку и штаны из драконьей шкуры, подержала в ладони боевые серьги из зачарованного тория, извлекла из ножен кинжалы, светящиеся от наложенных чар. Чары были вложены в каждую вещь, даже плащ переливался защитой от огня.

- Я не могу это принять, - наконец сказала она. – Это очень дорого.

- Я брал по себестоимости.

- Всё равно дорого. Я знаю цены. Это очень хорошее снаряжение.

- Отказ не принимается. Рога очень сильно зависит от снаряжения. Забирай и пользуйся, дольше проживёшь. Что с лесопилкой?

- Опять отказ. Я хочу в Айронфорж поехать, в центральную мастерскую.

- Завтра с утра вместе поедем. Меня это уже достало.

Калеб допил зелье и свалился спать. Он остро чувствовал необходимость отдыха. Рыцарь дремал всю дорогу до Стормвинда, проспал поездку в метро и, отчаянно зевая, вышел со станции в Айронфорж.

- Схожу в таверну горло промочить. Ты начинай, а если снова начнут темнить - зови, будем разбираться.

Мехмастер Замыкалец, на которого ссылались инженеры в Стормвинде, был на месте. Более того, он сразу провёл Далию на склад и показал готовые к отправке ящики.

- У нас нет свободных рук, чтобы отправить ваш заказ. Король призвал всех бойцов и всех рабочих для атаки на Гномреган, мы живём в авральном режиме.

- А почему я узнаю об этом только сейчас?! – злилась девушка, нервно крутя брелок от белки. – Если бы мне сказали об этом вчера в Стормвинде, я бы сегодня приехала с бригадой рабочих. А так что мне делать? Здесь нанимать грузчиков? И кто за это будет платить?

Старый мастер развёл руками.

- Понимаю тебя, девочка, но что я могу? Я отвечаю за мастерскую Айронфоржа, в Стормвинде своё начальство.

Далия прошипела несколько орочьих проклятий, которые выучила, когда они с Калебом зачищали северную шахту.

- Но-но! – предупреждающе поднял руку мастер. – Не стоит пренебрегать родным языком, у нас ругательства не хуже. Отправляйтесь домой, а вперёд пошлите депешу, чтобы бригада уже сегодня выехала за грузом. Послезавтра получите свою лесопилку... Красивая белка. Подарок? Разреши?

Гном щёлкнул пальцами служебный код, белка прыгнула ему на плечо и замерла.

- Тонкая работа, хороший мастер делал, - похвалил Замыкалец. – Полировка-то какая хорошая, это не каждому доступно.

Он снял рубиновые очки, поднёс белку к глазам и внимательно осмотрел поверхность малахита. С удовольствием поцокал языком, надел очки и, спуская на пол, бросил взгляд на клеймо мастера. Поднял белку обратно, снял очки и, щурясь, пристально рассмотрел клеймо. Надел очки, включил режим сканирования и просветил клеймо во всех диапазонах.

- А кто делал эту белку?

- Друг. А что?

- А где он сейчас?

- В таверне обедает. А что?

Щёлкнув код, Мехмастер быстрым шагом вышел со склада и вскочил на механического страуса. Освобождённая белка прыгнула на плечо Далии и вопросительно посмотрела на хозяйку. Задействовав Спринт, рога оказалась возле Замыкальца, когда он повернул ключ зажигания, и успела повиснуть на стальном хвосте. Страус бежал по городу гигантскими шагами, ловко петляя между прохожими, Далия с трудом держалась за металлические перья и чуть не врезалась в стену, когда гном остановил своего скакуна на полном ходу. Он вбежал в таверну и закричал, оглядываясь:

- Калеб!

Рыцарь с удивлением оглянулся, и несколько секунд инженеры смотрели друг на друга.

- Трепать-колотить! – прошептал наконец Замыкалец. – Ты жив!

Он вцепился в Калеба и зарыдал, уткнувшись в его живот. Рыцарь молча отдирал гнома от себя, но тот закоченел, пальцы пришлось разгибать по одному.

- Калеб! – всхлипывал старик. – Где же ты был столько лет, сукин сын! Хоть бы весточку прислал... Хозяин! Хозяин, блин!

- Чего изволите? – подскочил коренастый дворф.

Замыкалец снял с пояса кошелёк и бросил на поднос.

- Всем вина за мой счёт. У меня праздник. И тащи самого лучшего вина, самого-самого-самого, какое ставят на стол лишь раз в жизни.

Он сел за стол, и Калебу ничего не оставалось, как вернуться к трапезе. Правда, под влюблённым взглядом кусок застревал в горле. Гном теребил в руках рубиновые очки, следя за каждым его движением, Далия тихой мышкой застыла на стуле, обратившись в слух. Хозяин принёс пыльную бутылку, пробка которой от времени превратилась в камень. Замыкалец ловко отбил горлышко и разлил на троих.

- Я не мастер слова, я инженер, - взволнованно сказал он. – Поэтому просто – за тебя. За лучшего из друзей, которые у меня были. За командира двенадцатой сапёрной роты.

Он выпил залпом, Калеб слегка пригубил, а Далия застыла с бокалом.

- Вы из двенадцатой роты?!

- А ты не рассказывал девушке? – подмигнул гном. – Скромняга. Из него всегда слова лишнего не вытащишь. Крепкий орешек.

- Ты командовал двенадцатой ротой? – потрясённо спросила Далия. – В той самой битве?

Калеб молчал. Всё может быть. Его жизнь началась, когда человека поставили перед лицом короля-лича, а история открыла чистый лист.

- Не просто командовал! – поднял палец гном. – Он задал тон всей битве. Если бы не Калеб, вся союзная армия была бы разгромлена.

- Да будет тебе! – решил вставить словечко рыцарь, но гном взволнованно замахал руками.

- Нет-нет, девушка должна знать! Ты ведь знаешь эту историю?

Кто не знал! Далия ещё девочкой слушала, как отец рассказывал новости с фронта, а уж эта... Когда Артас предпринял нападение на Сильвермун, чтобы воскресить Кел'Тузеда, Альянс собрал союзные войска в единый кулак и поспешил на перехват. Справедливости ради надо отметить, что целью было отнюдь не помощь синдорай, а установление контроля над провинцией, да и выбить Плеть из района было бы важной победой. Однако на входе в Призрачные Земли их ждала засада.

- Наша рота шла сразу за авангардом, и, когда на Талассийском перевале из земли полезли нерубы, стало ясно, что мы попались. На узком месте можно выставить лишь малый заслон, а в такой ситуации выиграет тот, кто может завалить противника трупами. Плеть могла. Всё решилось в минуты. Когда авангард стал отходить, и прошла команда на отступление, Калеб схватил мешок с гранатами и побежал вперёд. Крикнул только заму, чтобы тот уводил роту, и запетлял между норами. Граната налево, граната направо, налево, направо. Бум, бум, и ходы закрылись. Один человек враз выиграл для войска время для отхода, потому что вурдалаки и «мясники» ещё только показались вдали, а горгульи в воздухе без поддержки наземных сил это фу. На поверхности остались десятка три нерубов, не больше. Калеб исчез в свалке, больше его не видели.

- Да что такого-то..., - пробормотал рыцарь, но гном снова замахал руками и даже застучал по столу.

- Нет-нет, это было ключевым решением! Если бы не ты, мы бы тупо отступали под напором нежити и теряли своих, а ты показал, что надо делать. Войску надо место, чтобы развернуться в боевой порядок, а оно было только в Чумных Землях, и до него ещё топать. Узкий перевал и полные телеги взрывчатки, вот в чём оказалось спасение. Наша рота осталась на месте и удерживала Плеть, пока...

Глаза гнома наполнились слезами. Он не рыдал, он тихо плакал.

- Они все погибли, Калеб. Вся наша рота. Никто не отступил. Столько взрывчатки, сколько можно унести с собой врагов, если не трусить. Они и не трусили. Братьев Худобородов помнишь? Старший встал со щитами на телегу, а младший её толкал, пока не врезались в толпу нерубов. Один к пятнадцати, неплохой размен. Дикси спряталась в бочке с взрывчаткой, дождалась, когда её окружили, вывела из строя четыре труповозки, а потом взорвала бочку. А команда лесорубов - гномы на крошшерах. Они всё время твердили, что с такими широкими циркулярными пилами пехота крошшеру не страшна. Встали в ряд и держали натиск, пока мертвяки не подтянули катапульты и не закидали их валунами. Да что рассказывать, у каждого был свой подвиг.

- А ты? – жадно спросила Далия.

- А что я? – мрачно ответил инженер. – Петарды пускал.

- Какие ещё петарды? – не поняла девушка.

- Разные. Зелёные, красные, жёлтые. Поставщик кинул. На одну боевую ракету оказалось десять шутих. Две телеги ракет, а боевых набралось от силы ящик. Вот и пускал в горгулий, они же не отличают, шарахаются от всех шутих подряд. Потом они мне всё же уронили на голову камень. Очнулся в глубоком тылу Плети, наши отошли уже. Вурдалаки лошадку доедают, а у меня в карманах только гаечные ключи да Сдвигатель Пространства, про который ты говорил, чтобы я его никогда не включал. Ну, думаю, чего там, не свои же, и радиус действия невелик. Кинул в толпу и в кусты, пока кристалл не набрал мощность. Когда жахнуло за спиной алое марево, я уже кувыркался по склонам Восточных Плаг.

- Так это ты разорвал перевал?! – ахнула Далия.

- Не разорвал, а скрутил! – ворчливо поправил инженер. – Чтобы разорвать пространство, нужны вливания энергии много большие, чем может обеспечить самая мощная машина. Только магия обладает потенциалом, достаточным...

- Так что же ты молчал? Магни назначил награду в мешок золота, Вариан забронировал банковский счёт с большой суммой, даже Тиранда что-то пообещала...

- Я за смерть друзей денег не беру! – отрезал Замыкалец, налил себе ещё и залпом выпил. – Да и за что? Благодарить надо Калеба, он перед выходом войск достал всех интендантов, доказывая, что нам нужна взрывчатка. Очень много взрывчатки. Короче, он всё со складов забрал. Если бы не его настырность, хрен бы мы смогли остановить атаку.

Калеб механически жевал мясо, не замечая вкуса. Да, всё так и было. Он внимательно изучал отчёты Плети о битвах, а эта восхитила его своей непредсказуемостью и абсолютной беспомощностью нежити в условиях, долженствующих обеспечить им лёгкую победу. Волна за волной отряды Плети накатывались на позиции Альянса и складывали свои головы практически мгновенно, без боя и больших потерь в рядах живых. Узкий перевал позволял концентрировать большие силы на очень малом участке, это давало мёртвым стопроцентное преимущество в рукопашном бою, они просто давили массой. И ничего не могли сделать против гранат, которые выкашивали их целыми отрядами. Нежить не чувствительна к потерям, но при условии, что противник тоже их несёт, а силы Альянса отошли, потеряв только сапёрную роту, что никак не сказалось на боевых качествах основных сил. Артас поставил тогда к стенке всех разведчиков, планировавших наступление.

Потрясённая Далия с обожанием смотрела на инженеров и никак не могла опомниться. Герои войны, их на руках носить будут, если только узнают, кто это, но сами они себя героями не считали. Замыкалец полностью перекрыл перевал, отрезав авангард Плети от основных сил, на поле выбралась сотня вурдалаков и десяток «мясников». Их покрошили на дальней дистанции, в рукопашном бою просто добили уцелевших. Артас был вынужден искать обходные пути, потому что перевал неделю был недоступен, а потом ещё месяц остаточные флюктуации позволяли проходить лишь малым группам. Но сам гном не видел в своём поступке ничего особенного. Подумаешь, бросил капризный механизм на землю и сбежал. Разве это подвиг? Вот Калеб герой, он в одиночку бросился на роту нерубов. Герои Худобороды, они пошли на смерть, лишь бы забрать с собой побольше врагов. Героиня Дикси, одной своей смертью зачистившая всё поле.

- И всё-таки тебе нужно доложиться, - настаивала она. – Неважно, как ты оцениваешь свой поступок, короли сказали своё слово. Тому, кто перекрыл перевал, положена награда. Тебя проверят на искренность и ...

- ... я стану богатым. А ребята остались на перевале. И это их заслуга, что атака была остановлена.

- Если не славить уцелевших, кто в следующий раз пойдёт на смерть? – сурово спросила девушка, и гном смешался.

- Нечего мне морали читать! – буркнул он. – Ребята погибли, а я тут сижу и вино пью!

- Нам пора ехать, - встал Калеб. – Очень много дел.

Гном вскочил и засуетился, боясь упустить хоть секундочку общения с другом.

- Да, конечно, да, слышал, как у вас в Красногорье дела в гору пошли. Я ещё думал, вот умница тот, кто сообразил выкурить гноллов из шахты гранатами. Лесопилка-то ваша готова, сам бы привёз, да кто же меня отпустит, мы мастерская государственная, а сейчас время военное, мы на военном положении. Попробуйте всё же поговорить с мастерами в Стормвинде, у них должны быть свободные гномы...

- Хорошо.

- Ну, ты забегай, не забывай старого друга...

- Хорошо.

- Мастерская сейчас на военном положении, я не могу оставлять её надолго, сам бы приехал к тебе в Лейкшир...

- Хорошо.