Картина 26

У Гилберта и Бьянки округлились глаза. Их можно было понять, ведь первое, что они увидели — это троица молодых людей в странных шапках и с блёстками на лице, у двоих из которых в руках были острые предметы.

— Обычно меня встречают не так враждебно... — первой заговорила Бьянка.

— Привет, ребят, — поздоровалась я с братом и сестрой.

— Здравствуй, Этна! — блондинка стала более дружелюбной.

— Может, пригласишь? — выжидал Гилберт.

Точно. Где мои манеры? Но и они пришли без предупреждения, а я ну очень не люблю такое.

— Э-э-э-э нет, — Анжелина повисла на моих плечах, — это частная вечеринка, начальство не приглашали. И их пассий тоже.

У девушки начались серьёзные проблемы с координацией. Видимо, сказывались несколько бутылок пива, что недавно были ею выпиты. Она на шатающихся ногах и размахивая ножом подошла ко входной двери. Нож, что держала девушка в руках, опасно накренился в сторону людей. В какой-то момент холодное лезвие оказалось в опасной близости от Бьянки и Гилберт резким движением перехватил запястье Лины, отбирая опасную вещь из её рук.

— Ты что, руки распускать посмел?! — возмущалась Лина, — мы сейчас не на работе, так что ты здесь никто!

— Ты представляешь опасность для окружающих, я временно это конфискую.

— Это мой нож!!! Я без него не чувствую себя в безопасности! Особенно когда поблизости находятся такие, как ты! Отдай немедленно!

Девушка пыталась отобрать свой нож, который Гилберт свободной рукой поднял высоко над головой, а другой всё также удерживал руку, в которой она недавно держала оружие. Серьёзная разница в росте играла не в её пользу — девушка неуклюже подпрыгивала вверх в надежде отобрать свою вещь.

Виктор вступился за Лину и резко ударил Гилберта по предплечью. Тот отпустил запястье Лины и позволил ему закрыть собой рыжую девушку.

— Тебе и правда здесь не рады, чувак. Уходи отсюда и подружку свою не забудь.

Я не помню, чтобы Виктор хоть раз был настолько серьёзным. Весёлый дурачок, с которым мы эмоционально обнимаемся и дурачимся, вдруг удобнее ухватился за стеклянную бутылку, будто вот-вот устроит бойню, и не в игре, а очень даже по - настоящему. Он всегда так резко реагирует, если кому-то угрожает опасность? Это вина алкоголя или... Анжелина имеет для него особое значение? Ещё и его вопросы тогда в баре...

— Эй вы оба, отвалите от моего брата. Вы, кажется, забыли, что это, вообще-то, не ваша квартира?

Бьянка, до этого молчавшая, вдруг подала голос. Атмосфера накалялась. Я не собиралась общаться сегодня с Ричардсонами, но раз уж они пришли и едва ли не оказались в драке, я решила всё это прекратить. Я встала между Виктором и Гилбертом, забрав у одного из рук бутылку, а у второго — недавно отобранный нож. Унеся все опасные предметы куда подальше, я вернулась к своим гостям.

— А для меня такой шапки не найдётся?

Неожиданный вопрос Бьянки вызвал во мне смех. Моя непредумышленная реакция немного разрядила обстановку.

***

Я не совсем представляла, что от меня нужно Ричардсонам в такое позднее время. Чаще всего я проводила время с каждым по отдельности, но они вдруг пришли ко мне вместе в столь позднее время.

Все четверо гостей помещались с большим трудом на диване. Я принесла две табуретки с кухни, на которых устроились брат с сестрой, а Виктор и Анжелина — по обе стороны от меня на диване. Посадочных мест хватало впритык. Я взяла эту проблему себе на вооружение и отметила, что мне нужно купить ещё стульев, как только появятся свободные деньги.

— Ну и зачем вы пришли мешать нашему эксклюзивному мероприятию?! — друзья начали потихоньку трезветь, но запал Анжелины ещё не угас.

— Мы пришли не к вам, а к Этне, — ответила Бьянка.

— Ну и зачем вы пришли к Этне? — интересовался Виктор.

— Это только наше личное с ней дело. У нас есть к ней разговор, который точно не касается чужих ушей.

— Чужих ушей?! Мы, вообще-то, её друзья! А вы двое – вообще непонятно кто! — выпалила Анжелина.

— Она, вообще-то моя подруга! — ревновала Бьянка, а вот вы больше похожи на сомнительных маргиналов!

— Хватит! — пресекла я потенциальный конфликт ещё в зародыше, — вы все, наверное, не в курсе, но у меня есть странная фобия — я боюсь, когда ко мне приходят без предупреждения. Если бы я сейчас была одна, то вы бы меня сильно напугали. В следующий раз не забудьте предупредить о своём визите, пожалуйста.

— Сложно это сделать, когда ты игнорируешь звонки и сообщения, — озвучил холодный комментарий Гилберт.

— Потому что я хотела изолировать себя от вашего общества.

— Видите, хозяйка вам не рада, так что уходите! — гнала Ричардсонов Лина.

Брат и сестра проигнорировали очередной выпад в свою сторону. Хорошо, что я села между Анжелиной и Виктором — так мне легче было бы контролировать ситуацию, держа в поле зрения всех своих гостей. Гилберт, впервые оказавшийся в моей квартире, сильно ёрзал на табуретке. Очевидно, ему было некомфортно в моей скромной и лишённой привычных ему удобств и роскоши квартире.

— Уоллис и Клэр рассказали нам, что произошло на прошлой неделе в ресторане, — аккуратно начал Гилберт.

— Именно об этом мы хотели бы с тобой поговорить, — добавила Бьянка.

— Ты уверенна, что хочешь и дальше говорить при посторонних? — как-то косо посмотрел Гилберт на Анжелину и Виктора.

Я догадываюсь, почему он не хочет, чтобы они присутствовали при нашем разговоре.

— Если ты боишься, что эти двое поймут, что ты спишь с Элизой, то я тебя разочарую — они давно в курсе о ваших перепихонах в укромных уголках склада, как, впрочем, и остальные сотрудники.

У всех гостей округлились глаза. Я говорила, как настоящая стерва.

— Да-да, твоя манипуляция, что я глупая Этна, слепо верящая сплетням, больше не сработает. Я в итоге получила подтверждение этого якобы слуха.

Моя бесцеремонность обескуражила всех, но больше всего, нашего начальника. Виктор и Анжелина, видимо, решили больше не вмешиваться в разговор и просто наблюдали за нами.

— Почему ты нас избегала? — сконфуженный Гилберт изо всех сил притворялся, будто он не стеснялся после моего откровения по поводу его личной жизни.

— Потому что вы двое — визуальный якорь, напоминающий мне о том, как сильно меня унизила Элиза, — обратилась я взглядом к брату и сестре, — к тому же, никто из персонала не вмешался, чтобы её успокоить и это самоуправство она точно устраивает с твоей подачи, — с укором произнесла в адрес Гилберта, — она же постоянно навещает тебя в твоём номере? Я отчётливо видела её волосы во время нашего видеозвонка.

Откуда в моём голосе обида? Мы же сходили с ним всего на одно свидание. Что меня так задело — его очевидная ложь или сам факт его связи с Элизой?

— Этна, мне очень жаль, что так получилось... Но почему ты не дождалась меня? Почему не позвонила? Я бы сразу спустилась и помогла тебе!

— Может быть, потому что меня прилюдно унизили? Облили горячим чаем, смешали с помоями?!

Бьянка замолчала. Ей нечего было на это сказать.

— Я что, маленькая девочка, которая должна ждать кого-то взрослого, чтобы он сразу же решил все мои проблемы?

— Я внёс её в чёрный список, весь персонал проинформирован, — сообщил Гилберт, — ты больше не увидишь её у нас.

— А на работе ты её тоже уволил?

Начальник молчал.

— Я так и думала... Вы двое — любители издеваться над нами, простыми сотрудниками, — указала я на себя и друзей, — ты заблокировал ей доступ конкретно из-за меня. Как, по-твоему, мне теперь появляться на работе в ваши смены и не переживать за свою безопасность?

— Её увольнение нужно согласовывать с вышестоящими инстанциями, она всё-таки не обычный сотрудник. В рамках работы она не совершила ничего такого, что должно быть наказано увольнением.

От этого разговора у меня начинала болеть голова. Хотелось это всё поскорее закончить и пойти спать.

— Спасибо, конечно, что вы не оставили эту ситуацию просто так, но...

— Что, «но»?

— Вопрос разности уровней наших финансов от этого не стал менее острым. Я не хочу быть вашей нахлебницей и ручным зверьком, поэтому прекратите, пожалуйста, это всё. Ваши деньги ставят меня в затруднительные ситуации.

— Вся проблема только в этом? — спросила Бьянка.

— Это то, о чём я уже тебе когда-то говорила. Наши образы жизни несовместимы, а после выходки Элизы я убедилась в этом окончательно.

— Ты наша подруга, Этна. Пожалуйста, перестань считать большие деньги нашим недостатком... — просила блондинка, — я общалась с персоналом отеля, и они все хорошо о тебе отзываются и рады о тебе позаботиться. Не отказывай, пожалуйста, им в удовольствии заботиться о тебе...

Я громко вздохнула:

— Что вы от меня хотите?

— Перестань нас избегать, — просила Бьянка, — не отвергай меня больше, пожалуйста! С ним можешь поступать, как хочешь, — указала сестра на брата.

— Эй, я вообще-то здесь.

Все присутствующие засмеялись. Бьянка потеснила Анжелину на диване и порывисто меня обняла:

— Я скучала по тебе, подруга.

Я призналась сама себе в очевидном факте:

— Я тоже, Бьянка, я тоже.

***

Ричардсоны покинули нас после улаживания всех возникших недопониманий. На предложение присоединиться к вечеринке с пивом, чипсами, блёстками и приставкой, они вежливо отказались.

Я рассказала друзьям, что родители нашего начальника «какие-то очень богатые шишки» и что отель «Даймонд Плаза» находится в их собственности и они оба в нём живут. Также я в общих чертах рассказала про стычку Элизы со мной, после которой они поняли весь смысл разговора, который я сейчас вела с Ричардсонами.

— Офигеть... Зачем он тогда работает у нас? — размышлял Виктор.

— Не знаю, — соврала я.

— Папаша, наверное, зажимает карманные деньги, вот нашему принцу и приходится работать, — язвила Лина. Она явно была задета ситуацией, в которой Гилберт недавно отобрал её нож.

— Сплетничать о руководстве это, конечно, весело, но нам пора бы уже пойти спать.

— Чур я сплю на кровати, — быстро заняла место Лина.

— Чур я тоже! — присоединился Виктор.

— А где, по-твоему, будет спать хозяйка?

— ....

— Девочки отдельно, мальчики отдельно. Удачно тебе выспаться на диване, — хихикала Анжелина.

Он что, хотел спать с Линой? Прости, Вик, что оказалась третьей лишней... А может быть, это и к лучшему? Хочу ли я, чтобы два моих друга начали встречаться? Хочу ли я стать третьей лишней, которая будет чувствовать себя неловко в присутствии этих двух?

Я выдала Виктору свой единственный запасной комплект чистого постельного белья и после вечерней гигиены мы с Анжелиной лежали на моей небольшой, но достаточно вместительной для двух девушек деревянной кровати.

— Я могу тебе рассказать секрет?

— Можешь.

— Мне иногда кажется, что я люблю Эрни. По-настоящему, как в любовных романах.

Я опешила от такого признания. Мне было странно слышать настолько громкое слово.

— А не слишком ли громким словом ты описываешь симпатию к человеку, с которым ты видишься только на работе?

— Ты не понимаешь, он замечательный! — Лина легла на бок ко мне лицом и мечтательно обнимала подушку, — он без раздумий уволил Тимоти, когда узнал, что он до тебя домогался. А ещё он закрыл меня собой, когда этот говнюк хотел на меня наехать после моей критики его поступка, представляешь? А ещё он однажды подвозил меня до дома, а ещё...

Её «а ещё...» тянулись бесконечно, и мне было неприятно об этом слышать. Мне действительно нравился Эрни и боль от того, что наши отношения не сложились, усиливалась словами восхищения, которые подруга мне сейчас перечисляла.

— Ты же не забыла, что он женат? — решила я прекратить любовную прозу подруги, — ты же сама мне об этом говорила.

— Можно, я тебе расскажу ещё один секрет?

— Рассказывай.

— Я думаю, что он, на самом деле, не женат, но у меня нет доказательств.

— Почему ты так думаешь?

— Он не улыбается в телефон, когда кому-то пишет. Посмотри на Дарию, она пользуется любой свободной минутой, чтобы написать своему мужу или позвонить, хотя он у неё вроде как очень проблемный... Все на складе, у кого есть отношения, хотя бы иногда говорят о своих возлюбленных, а он не говорил ни разу!

Девушка сделала паузу, потом продолжила:

— На самом деле, он сам лично сказал мне, что женат, но я думаю, что он врёт. Только я пока не разобралась, почему.

— А ты не думала, что он просто может оказаться геем и специально тебя обманул, чтобы иметь прикрытие?

— Я рассматривала такой вариант и, надеюсь, что это окажется неправдой. Просто несправедливо, если такой шикарный мужчина окажется не на гетеросексуальной стороне...

Ох, Лина, если бы ты только знала.. Знала всё.. Я на один миг подумала, что поспособствовать развитию отношений Виктора и Анжелины было бы хорошей идеей, но... теперь это вряд ли возможно. Она по уши влюблена в другого, а на таком фундаменте отношения не построить..

— А как у тебя дела?

— Ты о чём?

— О ком, а не о чём. Расскажешь, кто оставил тебе тот засос?

«Парень, которого ты любишь....»

— Не расскажу.

— Я тебе, вообще-то, душу открыла, а ты мне не доверяешь!

— Прости...

Я рискую потерять доверие одного из немногих людей, на кого мне не плевать. Нужно что-то придумать, чтобы не раскрыть Эрни.

— Я не хочу тебе рассказывать, потому что... с этим парнем всё равно ничего не вышло бы. Ты рассказала о своих серьёзных чувствах, и я в ответ хотела бы тебе рассказать только о том парне, у которого будут серьёзные намерения насчёт меня.

Технически, я ей не соврала, просто недоговаривала, что виновником засоса является любовь всей жизни моей подруги. Анжелину, кажется, устраивал этот ответ.

— Наверное, ты права, нечего разбазариваться на ветреных мужиков.

На этой «женской мудрости» мы устроились поудобнее и попытались заснуть.