Картина 22

Моя жизнь шла своим чередом. Я работала на складе, в выходные встречалась с друзьями и Сильвией, а по вечерам рисовала. Я решила никому не рассказывать, что завела дружбу с сестрой Гилберта, поэтому про моё общение с Бьянкой никто не был в курсе. Мне нравилось, что у меня есть «секретная» подруга, которая не связана ни с кем других из моих знакомых, кроме, разумеется, своего брата.

Какой бы ни была насыщенной моя жизнь, в неё всё равно находилось место мыслям об Эрни. Я считала, что мы должны поговорить и, как минимум, обсудить наш поцелуй и, как максимум, серьёзно прояснить наши отношения. Мне было неловко подойти к нему, чтобы поговорить, а он, в свою очередь, по-прежнему избегал меня.

Сегодня на складе были только Эрни и Дария. Хоть я и была связана с Гилбертом через общение с его сестрой, без него и Элизы на складе мне было спокойнее. Второй начальник смены уже не был таким раздражающим, как раньше, но работа с ним ещё не дотягивала до достаточно комфортного уровня, чтобы я была рада появляться на складе одинаково сильно, как и в смены Эрни.

Комфортную смену разбавила неприятная ситуация. По неведомой мне причине репродуктивная система дала сбой; месячные начались на неделю раньше предполагаемой даты. Неудобная ситуация настигла меня, когда я работала под руководством Дарии. Именно она заметила, как на моём комбинезоне появилось характерное пятно. Она отправила меня в раздевалку, чтобы я привела себя в порядок. Дария проявила свою солидарность и поддержку, поэтому ситуация с внезапными месячными не вызывала столь сильную неловкость, какой могла бы обернуться, окажись я в более людном месте.

Я стояла под душем и в очередной раз думала о том, как мне повезло с людьми, с которыми я работаю. Был однажды, конечно, неприятный эпизод с Тимоти, но, к счастью, он здесь больше не работает. 

В женской раздевалке было тихо и пусто. Было приятно оказаться там, где не будет людей, поэтому я наслаждалась минутами возможности побыть одной.

После душа я пошла искать хозяйственный шкаф с запасными комплектами формы. Я, будучи одна в раздевалке, прямо в белье и душевых тапочках пошла искать себе комбинезон нужного размера "Small".

Как оказалось, была я здесь совсем не одна. Я сидела на корточках и рыскала в поисках подходящего размера формы, когда услышала приближающийся шум ног по половой плитке. 

Кто это может быть? Я не стала гадать и сразу обернулась, чтобы посмотреть на визитёра.

— Ты вообще в курсе, что это, мать твою, женская раздевалка?! — я кричала на Эрни, который посмел так бесцеремонно сюда заявиться. Каков наглец! Ещё и смотрит на меня в трусиках и лифчике!

Эрни застал меня врасплох; я быстро взяла первый попавшийся под руку комбинезон и, насколько это возможно, рефлекторно прикрыла им своё тело.

Эрни молчал. Он просто стоял и... смотрел. Нет, он бесстыдно пялился на меня!

— Какого хрена ты здесь делаешь?! — продолжала я ругаться, — тебе вообще знакомы понятия приличий?!

— Нет, если речь идёт о тебе... — томный голос мужчины смутил меня.

О нет. Опять это чувство. Чувство напряжения в воздухе. Я уже знаю, что за ним последует, потому что в прошлый раз было именно так.

Ситуация повторилась; Эрни снова набросился на меня, только на этот раз я была зажата между его телом и шкафчиками, а не стеллажами. Холодный металл, соприкасавшийся с моей разгорячённой после душа кожей, отозвался мурашками по всему телу. Из меня вырвался дрожащий вздох, который Эрни заглушил поцелуем. 

Его губы и язык точно знали, чего хотели. Они хотели исследовать меня, наслаждаться мною в ответ, как я наслаждалась ими. С каждым движением наших ртов поцелуй становился более напористым, а тиски, в которые меня зажимал Эрни, всё сильнее. Он изматывал меня, заставляя задыхаться. 

Когда я была не пределе и мне не хватало воздуха, мужчина отстранился. Я жадно вдохнула ртом воздух, наслаждаясь дарованным облегчением. Я посмотрела на того, с кем только что сейчас целовалась; его обычно холодные серо-голубые глаза словно пылали. Значит, вот так выглядит огонь страсти? И я совсем не была против в нём сгореть...

— Зачем ты только вообще здесь появилась.. — раздосадованно произнёс Эрни.

У меня отвисла челюсть. Разве это то, что он должен был сказать после того, что между нами сейчас было? Я не знала, как на это реагировать. Только я возмутилась и собралась выдать какой-нибудь хлёсткий ответ, Эрни вернулся к тому, что делал до этого. 

От его недавней фразы я раскрыла рот от возмущения; мужчина этим воспользовался. Теперь для его языка не было никаких препятствий, и он сразу приступил к исследованию моего рта. Он сбросил часть напряжения, стукнув ладонями по шкафчикам позади меня, не разрывая при этом поцелуй. Мне казалось, будто наши языки необратимо заплетаются в тугой узел, будто мы связываемся друг с другом, чтобы навсегда остаться в таком положении.

Всё это время я прижимала к груди зелёный комбинезон. Эрни посчитал эту вещь явно лишней, потому без особой жалости вырвал униформу из рук и швырнул её куда-то в сторону. Теперь я была перед ним ещё более обнажённая. 

Я ощутила стеснение и немного растерялась, но Эрни этот факт ещё больше раззадорил — он стал более напористым. Он балансировал на грани грубости и удовольствия, от чего моё сознание уплывало куда-то далеко, дабы не быть свидетелем развратной сцены, что происходила между нами.

К настойчивому поцелую Эрни добавились инстинктивные, едва ощутимые движения бёдрами. В один из таких толчков я ощутила, как что-то твёрдое упирается мне в живот. О господи! Это то, о чём я думаю?!

Если сначала всё было похоже на игру, то теперь ситуация набирала серьёзные обороты. В этот раз он может и не остановиться. Но хочу ли я этого? 

Конечно же да! Но остатки разума, что ещё питали надежду меня образумить, были со мной не согласны. Через толстую стену наслаждения, которую Эрни возвёл в моей голове, едва слышно пробивалось: "Остановись, Блихер! Нельзя!" 

Точно. Нельзя. Я же хотела поговорить с ним, хотела понять его намерения ко мне.

Эрни освободил из плена мой рот и теперь губами спускался вниз по шее. Его руки были гораздо скромнее. Одной из них он крепко держался за мою талию, а второй гладил моё плечо. Он будто боялся переступить черту и позволить своим рукам ласкать мои интимные места.

— Стой... — на выдохе произнесла я.

Он не слышал? Или не хотел слышать?

— Подожди... — поцелуи покрывали мою шею.

— Нам надо поговори...А-А-А-А!

Эрни оборвал мою фразу, сильно впившись в кожу под левой ключицей. Он засасывал её, покусывая. Не сказала бы, что мне было больно, но зато я хотя бы протрезвела и вернула себе ощущение реальности.

— Да стой же ты! — я вложила силу в свои ладони и резко оттолкнула его. Конечно, он был гораздо больше и сильнее меня. Но тем не менее, он всё же остановился, хоть и имеющаяся во мне сила не причинила ему особого вреда.

Эрни удивлённо на меня посмотрел, явно недовольный тем, что я его остановила. Я приложила пальцы к тому месту, которое он нещадно терзал последние несколько секунд. Горячо.

— Ты думаешь, что можешь без последствий вытворять со мной... все эти вещи, а потом молча уходить и трусливо от меня прятаться?!

Я не получила ответ. Те дни, что Эрни игнорировал меня после первого поцелуя, я чувствовала себя обманутой и будто преданной.

— Что ты молчишь?! — срывалась я на крик, — удивлён, что я не стала терпеть?! Я живой человек! Нельзя так играть с чужими чувствами!

— Этна...

— Вот именно! Меня зовут Этна! И я не распутная девка, которую ты можешь зажимать по углам, когда захочешь! У меня есть мысли, чувства, хобби, желания, в конце то концов!

— Я...

— Может быть, я незрелая, наивная или даже инфантильная в твоих глазах. Всё же, мне лишь полгода назад исполнилось восемнадцать... Но я личность! И я требую к себе уважения!

Моя гневная тирада едва не дала трещину, когда на лице Эрни появилась тень грустной улыбки и восхищения. Я правда это видела? Или мне показалось? Нет, я должна закончить. Твёрдо и уверенно:

— Не смей пренебрегать мною. Отныне воспринимай меня всерьёз, или...

— ... или что? — с вызовом спросил Эрни. Он опёрся на ряд шкафчиков, закрывая меня в плену своего общества.

Нахал! Ещё и издеваться смеет!

— Или в следующий раз мой мастихин нарушит целостность твоих кожных покровов, — без шуток, с максимальной агрессивностью, на какую только была способна, произнесла я свою угрозу.

Я вынырнула из-под рук Эрни, захватила комбинезон, что он недавно отбросил в порыве страсти, и пошла с ним в сторону своего личного шкафчика чтобы, наконец-то, одеться. За спиной я услышала тяжкий вздох, а потом звук шагов, который вскоре оборвался. Ушёл.

Я присела на скамью и зарылась лицом в ткань комбинезона, что держала в руках. Гадство! Не так всё должно было произойти! Я же хотела сказать по-другому! Хотела сказать, что не приемлю мимолётные «приключения». Что я не хочу быть словно надувная кукла из магазина для взрослых, чтобы служить только для утоления похоти. Почему я сказала всё это? После такого я теперь и сама захочу его избегать. 

А это неплохая идея. Теперь моя очередь прятаться. А что мне терять? После того, что я наговорила, наши отношения явно безвозвратно испорчены. Можно снова делать вид, что мы просто коллеги по работе. Ведь можно?

Я посмотрела на размер комбинезона, что случайно выхватила из общей кучи. То, что нужно. В небольшом зеркале, что висело на внутренней стороне двери моего шкафчика, я увидела последствия недавней страсти: ещё не остывшие румяные щёки, опухшие губы и...засос! Ещё и на видном месте! Чёртов Эрни Краузе! И футболка у меня, как назло, с глубоким вырезом. Придётся до конца смены носить конский хвост, перекинутый вперёд.

— Почему так долго? — поинтересовалась Дария.

— Решила застирать комбинезон. В постирочной моего дома сломались все стиральные машинки, а когда их починят, будет уже поздно. Запёкшуюся кровь сложно выводить из ткани.

— Прекрасно тебя понимаю! Вот у меня...

До конца дня Дария рассказывала, как тяжело ей возиться с тремя гиперактивными мальчиками, которые чуть ли не каждый день сажают себе раны, а потом пачкают одежду кровью, и как ей тяжело потом всё это отстирывать.

Ох. Знала бы она, почему я действительно задержалась...

***

— Так-так-так... А что это у нас тут такое?

Заметила, всё — таки. Засос, который оставил Эрни под ключицей, сходил не так быстро, как мне бы хотелось. Даже спустя несколько дней багровое пятно ярким акцентом на моей светлой коже служило постыдным напоминанием недавнего события, что произошло в этой раздевалке.

— Натёрла лямкой бюстгальтера.

— Не верю. Придумай что-то поубедительнее.

— Эм... Случайно ударилась?

— Не-а. Попробуй ещё.

— Хм... Пылесос выскочил из рук и попал прямо на тело?

— Ты такая милашка, когда пытаешься врать, — подруга хихикала и забавлялась тем, в какой неловкой ситуации я оказалась, — ну, хватит шуток. Кто он? Он работает здесь? Это Гилберт?

Что?! Опять она завела эту песню!

— Нет! — отрицала я предположения девушки, — прекрати уже лоббировать его в мои ухажёры!

— Тогда кто тебе оставил этот засос? — её любопытство действовало мне на нервы.

— Ты можешь сделать вид, будто поверила в историю про пылесос?

Анжелина закатила глаза. Она явно рассчитывала докопаться до всех подробностей, а я не была настроена рассказывать ей правду.

— Но однажды... ты же мне расскажешь?

— Как только буду готова.

Мы сели в автобус, который через несколько минут отвезёт нас со склада до удобной транспортной развязки в городе. Я, как обычно, села возле окна. Мы уткнулись в телефоны; я услышала, как Анжелина громко вздохнула.

— Что-то случилось?

— Мой горе-папаша опять влез в долги. Я хотела сделать ремонт в своей комнате, но теперь придётся отдать большую часть зарплаты на обязательные платежи.

— Почему ты вообще платишь по его счетам?

— У меня нет семьи, кроме него... Он обещал, что перестанет делать ставки, но...

Что это, слёзы? Даже в полумраке автобуса я заметила, как блестят её глаза. Мы несколько месяцев вместе работаем, а я даже и не подозревала, что у неё есть такая проблема. Она, конечно, упоминала, что её родители в разводе и воспитывал её именно отец. Но я не думала, что он страдает от чего — то подобного...

Я обняла подругу, будто пытаясь укрыть её ото всех сложностей, что выпали на её плечи. Мы молчали несколько минут, и вскоре, она отстранилась, будто ничего не произошло. Теперь передо мной снова сидела хохотушка с обилием веснушек на лице, которая обожает сплетни и компьютерные игры.

Я вернула взгляд обратно к телефону. Там я увидела сообщение от Гилберта:

«Любишь мюзиклы?»

«Только если они хорошо поставлены.»

«Тогда тебе должно понравиться.»

За этим сообщением последовала фотография двух бумажных билетов. Из информации, что была на них написана, я поняла, что мюзикл будет поставлен по произведению Оскара Уайльда «Портрет Дориана Грея». Мне нравится эта книга. Тогда должно быть действительно интересно.

«Супер! Я обожаю этот роман!»

«Тогда завтра я заеду за тобой. Будь готова к семи вечера.»

Подождите-ка. Как так получилось, что завтра я пойду в театр с Гилбертом?! И почему он вообще меня пригласил? Пока я пыталась переварить авантюру, в которую вляпалась, в мой экран бесстыдно подглядывала любопытная рыжая «ворона».

Ей не нужно было ничего произносить, чтобы смутить меня. Её ехидный взгляд говорил сам за себя.

— Не говори ничего, пожалуйста...

— Не буду, мне и так всё ясно.

В этой неловкой ситуации, всё же, был и свой плюс: настроение Анжелины окончательно вернулось в статус «отличное». Раньше я не очень хорошо относилась к пристрастию девушки собирать всевозможные сплетни. Но теперь я понимаю, что они вместе с компьютерными играми помогают ей снимать стресс и на время забыть о том, что твой отец спускает в трубу все деньги. 

А ещё её отдушиной был... Эрни. Перед тем, как заблокировать телефон, она свернула все приложения, и я заметила, что у неё на обоях стоит... его фотография. Та самая, что он выложил в качестве своего аватара в мессенджере. Хорошо, что я не позволила ей меня разговорить насчёт того засоса.

Я до последнего сомневалась, стоит ли мне идти, по факту, на завтрашнее свидание с Гилбертом. Всё же, меня останавливала моя влюблённость в Эрни, и я считала, будто неправильно идти на свидание одним парнем, когда тебе нравится совершенно другой. Но, видя, что чувства Лины к Эрни — это не просто какой-то фанатизм по недоступному тебе голливудскому актёру или певцу, я решила, что должна ни в коем случае не допускать больше подобных «инцидентов» между нами.

Мне было тоскливо от того, куда обернулась ситуация с Эрни. Всё, на что я надеялась, так это то, что приятный вечер в компании другого мужчины поможет мне притупить тоску по неудачному любовному опыту, который даже сложно назвать полноценным.