Картина 20

Мы с Бьянкой накатывали круги по катку, крепко держась за руки. Я рассудила, что с опорой в виде меня ей будет комфортнее привыкнуть уверенно стоять на коньках. Я не пожалела, что согласилась на её предложение покататься ближе к вечеру. Когда солнце ушло за горизонт, покрыв город мраком, по периметру катка загорелось освещение из длинных нитей гирлянд, что ярко освещали лёд, создавая прекрасную атмосферу уюта. Уже в восьмом часу вечера мы осознали, как сильно окоченели наши носы и кончики пальцев. Шарфы, закрывающие пол лица и перчатки, уже не справлялись.

— Ну всё, с меня на сегодня достаточно, — Бьянка сдалась морозу в плен, — я хочу есть!

— Признаться честно, я тоже.

Мы подъехали к калитке, ведущей на выход со льда по прорезиненной тропинке.

— Тогда мы с тобой едем... в ресторан!

— В какой-нибудь модный и очень дорогой? Где размер одной порции меньше моего мизинца? — язвила я.

— За деньги не переживай. Я угощаю. И порции там большие!

Сегодня Бьянка приехала на каток на своём роскошном автомобиле красного цвета. Даже простой дизайн не мог скрыть, что его владелица совершенно не стеснена в средствах.

Бьянка водила лучше своего брата, но до уровня аккуратного вождения она всё равно не дотягивала до Эрни. 

Эрни... Наш недавний поцелуй до сих пор не выходил из моей головы. Я всегда считала, что перед ним сначала должно быть объяснение в чувствах, а он просто на меня набросился. И ещё этот его уход по-английски.. Ни слова не сказал! А потом до конца смены вёл себя так, будто ничего не произошло. 

Я не знала, что и думать.

— Ты вообще меня слушаешь?! — обиженно спросила меня Бьянка.

— А, что? — вернулась я в реальность.

— О чём задумалась?

— Следи за дорогой, — попыталась я перевести тему.

— Не заставляй тебя спаивать, чтобы добиться ответов.

— Давай поговорим, когда сядем за стол, — оттягивала я момент.

— Договорились.

Бьянка привезла нас в очень дорого обставленный ресторан. Роскошный интерьер из массивных хрустальных люстр и витиеватых барельефов на стенах давил на лёгкие невидимым грузом. Сюда нужно приходить в вечерних платьях «от кутюр» и золотых украшениях, а не в тёплых свитерах и джинсах, как мы.

— Добрый вечер, мисс Ричардсон, — поприветствовал Бьянку светло-русый молодой парень-хостес с прилизанной причёской и гладковыбритым лицом, — для вас как обычно?

— Привет, Уоллис, — очаровательной улыбкой ответила ему Бьянка, — всё верно.

Уоллис повёл нас вглубь ресторана в сторону укромной лаундж-зоны, по всей видимости, для вип-клиентов. Хотя куда ни посмотри, здесь везде сидят дорого одетые люди.

— Здесь укромно и никто не мешает. Так что можешь выдать мне все свои секреты, — хихикнула Бьянка.

— Дороговатый способ ты выбрала. Я бы и так излила тебе душу всего лишь за пиццу.

— Ты такая... простая... — заявила Бьянка, — В моей жизни всё так сложно, что твоя простота греет мне душу.

— Спасибо, приятно слышать, что я твоя игрушка-антистресс, — саркастично ответила я.

К нам подошла стройная блондинка в форме официантки. Только отросшие тёмные корни с потрохами выдавали, что в отличие от Бьянки, её блонд был ненатуральный.

— Рады снова вас видеть, мисс Ричардсон, — улыбка официантки растянулась на всё лицо, — могу ли я для начала предложить аперитив для вас и вашей... девуш..

— Подруги, Клэр, подруги.

— Ох! Простите меня! — зарделась официантка.

— Расслабься, Клэр, — ухмыльнулась Бьянка, — позаботься сегодня обо мне и моей подруге Этне.

— Сделаю всё в лучшем виде!

Официантка подала нам меню и скоропостижно удалилась, скорее всего, чтобы прийти в себя после смущения, что сейчас ей пришлось пережить.

— Почему она подумала, что я твоя девушка? — я наклонилась поближе к Бьянке.

— Потому что я бисексуальна, а ты очень красивая.

Стоп.. Что? 

— И ты так просто об этом говоришь? — искренне удивилась я.

Мои щёки покраснели также, как недавно и у официантки. Персонал обращается с ней как с постоянной клиенткой. Значит, ранее она приводила сюда много девушек?

— А что тебя смутило? Что я люблю всех, с кем можно приятно проводить ночи, или что я назвала тебя красивой? — невозмутимо спросила Бьянка.

— Наверное, всё вместе, — к своему стыду признала я, — я, наверное, должна прояснить, что я...

— Белая цисгендерная гетеросексуальная женщина? — ухмылялась подруга.

— Верно, — я издала нервный смешок.

— Как я и сказала, ты очень красивая. Но я воспринимаю тебя как подругу. Ты же не со всеми парнями этого мира хочешь переспать? С какими-то ты же просто дружишь?

Я сразу подумала про Виктора. Всё верно, я никогда не воспринимала его в романтическом плане, но всё же он дорог моему сердцу. Я действительно считаю его своим другом.

— Да, ты права.

К нам вернулась Клэр, более собранная, чем до этого. Значит, поборола стыд после недавней оговорки. В одной руке она держала пару хрустальных бокалов, а во втором — бутылку из тёмного стекла, которую без проблем вскрыла прямо при нас.

— Я сама. Оставь. — девушка забрала вскрытую бутылку из рук официантки.

Мы озвучили заказ и Клэр снова оставила нас одних. Бьянка же начала разливать золотистую жидкость с искрящимися пузырьками, но я вытянула руку вперёд, давая понять, что не буду. 

Стоп. Это же что-то алкогольное!

— Это шампанское?

— Ну уж точно не содовая.

— Ты же за рулём!

— Расслабься, я сегодня за руль больше не собираюсь садиться.

Я нагло рассчитывала, что она отвезёт меня домой, но, видимо, придётся заказывать такси. Бьянка оказалась ответственным водителем, и этот факт меня успокаивал, хоть незапланированная трата на такси была мне не по душе.

Раз уж я всё равно поеду отсюда на такси, может, не стоит упускать возможность попробовать роскошный напиток? 

Я дала понять, что передумала насчёт шампанского, пододвинув свой бокал в сторону девушки. Она, довольная моим решением, наполнила мой бокал так, что пенка от него едва не перевалила через края на сатиновую скатерть.

Клэр подала нам наши блюда, после чего удалилась.

— Ну что, теперь посекретничаем? — девушка была в предвкушении.

— И о чём же ты хочешь посекретничать? — неохотно спросила я.

— Ну, например... как у тебя с личной жизнью?

— Ох... — я правда не знала, как ответить ей на этот вопрос, — не так хорошо, как я бы хотела. Всё сложно, в общем.

— У тебя есть парень, который клюёт мозг?

Я хотела с кем-нибудь поделиться своими переживаниями. И если бремя ребёнка преступного дома Моретти я вынуждена нести в одиночестве, то своими чувствами по поводу Эрни я хотела хоть с кем-нибудь поделиться. Мои друзья со склада для этого не подходят. Всё же, мы работаем в одной среде, да и не все там знают, что Эрни на самом деле холост. А если ещё и Лина узнает, что мы с ним целовались, она точно сделает меня своим врагом. Её одержимость Эрни растёт с каждым днём, хотя они уже очень долго работают вместе.

— Я не состою в отношениях, — начала я, — но...

— Но...?

— Но есть один парень, который...

— ...тебе нравится, но он об этом не в курсе?

— Не могу сказать наверняка, догадывается он или нет, но вслух я ему не признавалась.

Бьянка хоть и не работала со мной, но всё же она была сестрой Гилберта, поэтому я не стала упоминать имя Эрни и что мы вместе работаем. Но и без этой информации она завалила меня расспросами.

— Это о нём ты думала в машине вместо того, чтобы слушать меня?

— Ага..

— А что такого сложного у вас в отношениях?

— Ну... Он будто близко, но в то же время далеко. Часто он ведёт себя так, будто я ему нравлюсь, а потом вдруг после этого отдаляется от меня. А вчера мы с ним даже целовались.

— Целовались? — Бьянка с восторгом слушала меня.

— Целовались, — подтвердила я, — он вчера просто подошёл и ни с того, ни с сего, набросился на меня! И я-то была не против, но потом он просто молча ушёл, а дальше вёл себя так, будто ничего и не было!

Я выговорилась и мне стало легче. Неопределённость в отношениях с Эрни меня изматывала. Было страшно доверять тайну своих чувств девушке, которую знаешь меньше двух недель, но не смотря на это, Бьянка показалась мне хорошим человеком, с которым можно поделиться.

— У тебя есть какая-нибудь тайна, которая может противоречить его мировоззрению?

Что? Она правда такое спросила? Не слишком ли серьёзный вопрос для обсуждения дел сердечных? Если Эрни хороший и порядочный парень, соблюдающий законы, то очевидно, что криминальные делишки моих родственников будут ему не по душе. Но ему не от куда знать о моей родословной. Я была осторожна в своих словах и не говорила ничего лишнего.

— Нет. — твёрдо сказала я, — почему ты спросила?

— По твоему описанию я подумала, что у него, возможно, есть какая-то причина, или сдерживающий фактор, который не позволяет ему действовать открыто. Ты описала мне действия человека, который будто разрывается между своими чувствами к тебе и... каким-нибудь принципом или чувством долга.

— Чувством долга? Принципом?

— Ты же сказала, что ему двадцать пять лет. Вдруг он считает себя растлителем малолетних?

— Я же совершеннолетняя! Мне восемнадцать! Бред какой-то.

— Не докапывайся до слов. Я просто предполагаю, — девушка пожала плечами, — может, всё гораздо проще и этот парень просто козёл, которому взбрело в голову с тобой поразвлечься.

От второго предположения Бьянки на душе стало гадко. Я не хотела верить, что второй парень в моей жизни, в которого я влюбилась, тоже может оказаться мерзавцем.

— И что мне тогда делать?

— Поговорить. Напрямую спросить, что он вкладывал в поцелуй, почему так себя ведёт. Прояснить ваши отношения, в общем.

— Звучит как что-то очень сложное...

— Ты справишься, — Бьянка ободряюще улыбалась.

Я не пожалела, что поделилась с ней своими чувствами. Если бы в прошлом я была более смелой и сразу бы рассказывала о своих переживаниях, например, маме.. Не повелась бы я тогда на напускное очарование Жозе?

— Хватит меня расспрашивать, — перевела я внимание, — теперь твоя очередь сливать секреты.

— И что же ты хочешь знать?

— Например, когда ты осознала свою ориентацию? Сколько девушек ты сюда приводила раньше, что официантка приняла меня за одну из них? Есть ли у тебя сейчас кто-то? А родители в курсе? А Гилберт? А он тоже...

— Стоп-стоп-стоп, давай не так быстро, — Бьянка опешила от моего напора. 

Иногда меня заносит с расспросами, что я и сама не сразу могу это осознать.

— Я сейчас... наслаждаюсь жизнью и стремлюсь попробовать как можно больше... — девушка отвечала уклончиво, — количество я не считала. А человека, о котором я бы могла отзываться с таким же трепетом, как и ты о своём таинственном парне, у меня нет.

Бьянка взяла небольшую паузу, потом продолжила:

— Гилберт в курсе, но родителям ничего не рассказывает. Однажды я найду смелость признаться им, но у нас много недопониманий из-за одной только учёбы, так что я не особо верю, что однажды буду готова открыться.

— Почему же тогда ты так легко рассказала мне? — удивилась я, — мы же знакомы едва ли пол месяца.

— Это странное чувство, но когда я на тебя смотрю, то будто вижу себя... Мне кажется, что мы очень похожи, я словно признаюсь сама себе, и от этого мне становится проще..

И вновь алкоголь сработал как сыворотка правды. Она начала откровенно говорить о своих чувствах, как и в прошлый раз. Только сейчас в бокале шампанское, а не вино.

Значит, она тоже, как и я, почувствовала, что у нас много общего? Ох, Бьянка, знала бы ты, как близка к правде в своих ощущениях...

— Ты много ворчишь и часто хмуришься. Но зато ты честна в своих чувствах со мной. А ещё ты... приятная. Ты располагаешь к себе.

— Приятная, но при этом ворчливая? Звучит как...

— Оксюморон. Согласна.

— Тогда... выпьем за то, что мы познакомились? — робко предложила я.

— Поддерживаю. За знакомство!

Мы распили одну бутылку на двоих, за ней последовала вторая. На третьей бутылке шампанского я посмотрела на часы. Уже одиннадцать вечера! Хорошо, что завтра у меня выходной. Но мне всё равно пора бы уже возвращаться.

— Уже поздно, мне пора домой. Ты поедешь на такси? Я могу сразу два адреса указать.

— Мне не надо никуда ехать, — скучающе сказала Бьянка.

— Не поняла?

— Ты видела здание, в котором находится этот ресторан? Это ресторан при отеле.

Я действительно не обратила внимания на вывеску. Помню только что на вид здесь было около сорока этажей.

— Ты живёшь в этом отеле?

Девушка кивнула.

Тогда понятно, почему она спокойно выпивала. И почему персонал знает её по имени. Постоянный житель отеля автоматически становится постоянным клиентом и этого ресторана. За размышлениями о том, насколько роскошно живёт Бьянка, я и не заметила, как наш девчачий дуэт разбавил неожиданный гость:

— Опять ты, Блихер.

— Опять я, Ричардсон, — с натянутой улыбкой я подняла бокал за Гилберта и залпом осушила.

— Привет, братик! Как съездили с друзьями?

— Отлично.

— А мы тут с Этной секретничаем в нашем ресторане.

— Да, я заметил, — Гилберт осуждающе осмотрел наш стол, на котором стояло три пустых бутылки.

Я поперхнулась шампанским:

— Стоп, что!? Ваш ресторан?

— Ты ей не рассказывала? — поинтересовался Гилберт у сестры.

— Мне было не до того.

— Что не рассказывала? — спросила я.

— Этот ресторан и этот отель... они принадлежат нашей семье.