Картина 16

Дни вынужденного отпуска оказались одними из самых скучных в моей жизни. Продуктов, что купил мне Эрни, хватало надолго, от этого необходимость выходить на улицу у меня отпадала. Всё, что я делала, так это рисовала, смотрела фильмы и сериалы, читала электронные книги, экспериментировала с яркими макияжами и опустошала холодильник. Настроения покинуть квартиру даже ради простой прогулки у меня не было. 

Я так сильно привыкла к тому, что всё моё время занято работой и рисованием, что, когда Эрни ввёл запрет на моё появление на складе, я ощутила какое-то неприятное и ноющее ощущение пустоты. Я прожила несколько лет в гигантском особняке, у меня была лучшая еда и самые старательные горничные, но несмотря на это, я постоянно была занята либо учёбой, либо внеклассными занятиями, либо искусством. Но до склада «Роял косметик» я никогда не работала, поэтому сейчас я удивлялась тому, что искренне хочу много трудиться и получать за свои старания честно заработанные деньги. В семье Моретти приличная доля состояния была "грязной"; я не хотела быть такой, как эти люди.

После того, как я написала оскорбительное сообщение Эрни, он на некоторое время взял перерыв в нашей переписке, но через несколько дней, как раз тогда, когда продукты стали заканчиваться, он заботливо мне напомнил, чтобы я сходила в магазин. Также он писал рядовые сообщения, в которых справлялся о моём самочувствии, чем я занимаюсь и так далее. Я упрямо игнорировала его сообщения, потому что была сильно обижена его действиями.

Игра в молчанку с Эрни и мой «рабочий арест» длился уже полторы недели. Я чувствовала, будто чахну, как цветок, который хозяева систематически забывают поливать. Чтобы ещё сильнее не впадать в уныние, я решила сходить на открытый каток в центре города, который после установления отрицательной температуры воздуха активно принимал посетителей. У меня не было тёплых вещей, поэтому сначала я посетила специализированный магазин и, отрывая от сердца деньги, купила себе белую куртку, пару свитеров со скандинавскими мотивами и тёплых штанов, а также меховые ботинки. Свой зимний образ я дополнила комплектом из розовой шапки, шарфа и пары перчаток. Утеплившись под погоду и оставив лишние вещи на квартире, я отправилась на каток.

Я никогда не считала себя выдающейся фигуристкой, но несколько простых элементов всё же, делать умела. Сегодня была среда, поэтому посетителей было не так много, что, безусловно, радовало меня. Каток оказался достаточно больших размеров, и я могла пользоваться простором, чтобы вдоволь насладиться катанием на коньках.

Покой был недолгим. Я отрабатывала ласточку, как вдруг кто-то сбил меня с ног. Я и неведомый мне человек по инерции ещё проехались несколько сантиметров по льду, прежде чем остановиться. Наши конечности образовали какую-то хаотичное переплетение, из которого я не сразу смогла выбраться. Я чувствовала, как на моём левом бедре и плече горела кожа от болезненного столкновения с твёрдой ледовой поверхностью, и эта боль пробудила во мне гнев к человеку, который посмел меня повалить.

— Пожалуйста, прости меня!!! — как-то неожиданно громко произнёс виновник этой патовой ситуации. Точнее, виновница.

Рядом со мной на льду, поднимаясь на колени, находилась молодая блондинка, возможно, моя ровесница. Приметной деталью на её лице было наличие золотого септума, который украшал её нос. Голубые глаза девушки блестели от слёз, скорее всего, вызванных из-за болезненного столкновения. На ней был длинный пуховик красивого нежного оттенка голубого, а шапка и шарф... оказались такими же, как и у меня. Я посмотрела на её руки и убедилась, что перчатки также были из этого комплекта. 

Я никогда не считала чем-то странным, когда у людей совпадала одежда или какие-то менее значительные вещи, однако в моей школе я была свидетелем множества драм, развернувшихся из-за того, что две девочки-подростка пришли на уроки в одинаковых шмотках. Эта девушка окажется одной из таких?

— Ух ты! Да мы с тобой как будто лучшие подружки! — эмоционально воскликнула девушка, осмотрев мои аксессуары, — или даже лучше! Мы с тобой как сёстры-двойняшки!

Пронесло. Эта девушка оказалась не такой, как глупые стервы из моей школы. Я рада, что избежала конфликтной ситуации хотя бы из-за такой мелочи.

— Я тебе не подружка и не сестра, — холодно процедила я сквозь боль, — ты сбила меня с ног и теперь я покроюсь синяками.

— Прости-прости-прости-прости! — прохныкала девушка, — я не хотела тебя задеть. Просто я только недавно встала на коньки и ещё не научилась тормозить.

— Да как ты вообще дожила до этого момента, если не умеешь делать основополагающее — тормозить!? — продолжала злиться я.

—Прости-прости-прости-прости! — снова извинялась девушка, — я до этого либо просто ехала, пока коньки сами собой не остановятся, либо хваталась за бортик и врезалась в него.

— Невероятно... — закатила глаза я.

Хорошо, что мои швы после операции уже полностью сошлись и я отделаюсь только несколькими гематомами. Я аккуратно начала подниматься на ноги, чтобы оценить, насколько ужасно моё состояние с точки зрения боли и смогу ли я продолжить снова кататься. 

Терпимо.

Я уже собиралась набирать скорость, чтобы снова продолжить кататься, но виновница "аварии" меня окликнула:

— Подожди! Я хочу извиниться! Давай я угощу тебя кофе!

— Я не пью кофе, — также холодно, как и погода на улице, ответила я на любезное предложение. Я не стала оборачиваться и поехала дальше.

Через несколько минут я опять заметила эту девушку. Она создавала максимально неуклюжее зрелище, пытаясь встать на ноги и снова поехать, но каждая её попытка оборачивалась неудачей. Я никогда не считала себя добрым и отзывчивым человеком, но от вида подобной картины мне стало жаль девушку, хоть она недавно и втянула меня в опасную ситуацию.

Я подъехала к ней и схватила под локоть, чтобы помочь встать:

— Прежде, чем ты будешь заглаживать свою вину, тебе стоит научиться нормально тормозить. Для всех будет лучше, если я останусь последней жертвой твоего посредственного катания, — с саркастичной интонацией сказала я девушке.

Я ожидала, что после моих слов она обидится, но вместо этого девушка будто засветилась от счастья.

***

После двух часов, в течение которых я проявляла несвойственное для себя терпение, девушка, наконец-то, смогла научиться тормозить боком. Я от облечения упала на колени, а потом легла на лёд и некоторое время смотрела на серые тучи, что предвещали в скором времени снег.

— Ну а теперь мы пойдём пить кофе! — с ликованием сообщила мне девушка, нависая надо мной. Она схватила меня за лезвие конька и потянула к выходу.

— Да подожди ты! Я сама, — с ругательским тоном выдернула я свою ногу.

Девушка повела меня в небольшое кафе, которое располагалось недалеко от катка. Я округлила глаза, когда увидела цены в меню. Заведение оказалось явно не из дешёвых и уж точно мне не по карману.

— Заказывай, что хочешь, я угощаю, — щедро предложила девушка.

Когда мы снимали верхнюю одежду, я обратила внимание, что помимо украшения в носу, запястья и шею моей спутницы обрамляли диковинные золотые нити и цепочки. В каждом её ухе блестело по одному крупному прозрачному камню. Я не очень интересуюсь украшениями, но похоже, что в её серьгах настоящие бриллианты, а не фианиты. Сначала мне было неловко заказывать что-то неприлично дорогое за чужой счёт, но рассудив, что девушка из состоятельной семьи, то для неё не должно быть обременительным напоить и накормить одного человека.

Мы устроились за столом, я заказала стейк с овощами и крем-суп, а вместо кофе выбрала травяной чай. Я всё реже стала прибегать к строгому соблюдения диеты и радовала себя небольшими послаблениями, выбирая еду пожирнее. Моя же спутница отдала предпочтение блюдам с морепродуктами и... бутылке красного вина. Я немного удивилась, потому что думала, что девушка выберет кофе, да и к тому же, сейчас было обеденное время и выпивать днём мне казалось чем-то... неправильным что ли.

Когда нам подали наш заказ мы начали активно поедать свои блюда, не забывая при этом вести диалог.

— Мы уже несколько часов провели вместе, и даже не знаем имён друг друга, — заметила я.

— Да, точно, — согласилась девушка, — я Бьянка, Бьянка Ричардсон, а ты?

— Этна. Этна Блихер.

— Ух ты! Какое красивое имя! — восторженно сказала девушка.

— Спасибо, я часто это слышу, — с улыбкой ответила я спутнице.

— Кто тебя учил кататься? — поинтересовалась Бьянка.

— Никто. Я самоучка.

— Да ладно?! Ты серьёзно? — не верила мне девушка.

— Не делай такое театральное удивление. Я даже до любительского уровня не дотягиваю. Просто катаюсь в своё удовольствие.

— И у тебя здорово получается, — искренне сказала Бьянка, — а вот у меня не получается даже тормозить нормально, как и всё, что я пытаюсь делать хорошо.

Мне стало неловко. Бьянка на последних словах сильно погрустнела.

— Не знаю, чем ты занимаешься по жизни, но зато ты финансово состоятельна, раз можешь позволить себе накормить стороннюю девушку в таком дорогом заведении. И вообще, я тебя научила тормозить боком на коньках, так что не наговаривай на себя лишнего.

— Для меня это очень дешёвое кафе, просто поблизости других сносных нет, — сказала девушка, — мне наоборот было стыдно приглашать тебя сюда.

Удивительно, какое разное понимание «дорогого» и «дешёвого» бывает у людей. Если бы я не стала сбегать сразу после окончания школы и осталась в семье, я была бы такой же, как Бьянка? Я бы тоже носила дорогие украшения, а счёт за обед в несколько сотен евро был бы для меня в порядке вещей? 

Но была бы я счастлива, если бы всю мою жизнь, хоть и очевидно, что состоятельную, определял всего лишь один злобный старик, что не позволил маме жить счастливо с отцом только из-за того, что он был простым геологом, а не каким-нибудь богачом?

— Ты счастлива? — неожиданно для себя спросила я.

— Почему ты об этом спросила? — удивилась Бьянка.

— Твои серьги, скорее всего, стоят дороже, чем моя годовая зарплата, это заведение ты считаешь очень дешёвым, но почему-то сейчас мне кажется, будто всё это тебя не особо и радует.

— Ты права... — с грустью призналась девушка, наливая в бокал очередную порцию вина, — эти украшения, это дорогое вино, всё это куплено на деньги отца. Я за свои девятнадцать лет не заработала ни евро. У меня удобная комфортная жизнь, но она не принадлежит мне...

Бьянку потянуло на серьёзные откровения, алкоголь с каждым бокалом всё сильнее развязывал ей язык.

— Я даже трахаться могу только с тем, кого мой отец посчитает выгодным для своего дела, — агрессивно стукнула блондинка по столу, — а я, может быть, любви хочу! Настоящей любви! И заниматься тем, чем хочу, а не ненавистным мне семейным бизнесом!

Резкие слова девушки выдавали

— Чем ты хочешь заниматься? — поинтересовалась я.

— Я хочу создавать свою косметику! — с восторгом сказала девушка, — я даже в школе лучше всех знала химию! Я хочу лично разрабатывать крутые составы, и чтобы через несколько десятков лет для всего мира я была самодостаточной личностью, а не дочерью бизнесмена, рождённой с золотой ложкой во рту!

Градус откровений нарастал с каждым выпитым миллилитром вина.

— А ещё я труслива. Мне страшно в корне поменять свою жизнь и осуществить свою мечту... — девушка выждала небольшую паузу, —я боюсь, что за деньгами моей семьи скрывается глупая Бьянка, которая ничего из себя не представляет...

Не знаю, что ещё хотела бы сказать мне Бьянка, но после этих слов она начала негромко пускать слёзы. Ужасное в этой ситуации было то, что я будто смотрела на своё отражение в зеркале. Схожесть наших жизненных ситуаций пугала меня.

Меня удивили откровения Бьянки. Признаться честно, я её недооценила. Я и не ожидала, что за инфантильного вида блондинкой скрывается тяжёлая борьба юной девушки с семейным авторитетом и заниженными ожиданиями общества. Интересно, чем занимается её семья? Насколько они богаты?

Пока Бьянке не пришла в голову идея заказать вторую бутылку вина, я решила её поддержать. Ну или хотя бы попробовать.

— Ты не единственная принцесса из богатой семьи, что пытается быть самостоятельной, — строго сказала я, — ты не узнаешь, на что способна, пока не попробуешь. Я попробовала, у меня не получилось. Но это не значит, что не получится и у тебя. Я продолжаю верить и много работать, чтобы осуществить свою мечту. Я, к сожалению, задерживаюсь с её реализацией, но ты можешь не быть такой дурой, как я, и работать ещё больше и усерднее.

Бьянка перестала плакать и ошарашенно посмотрела на меня. Она встала из-за своего места и подсела на бархатный диванчик, за которым сидела я. В эмоциональном порыве она сильно ко мне прижалась и крепко обняла. Я не ожидала, что она так расчувствуется, но мне было приятно быть тем, кто, возможно, сыграет важную роль в её судьбе. Мне повезло, что в момент тяжёлого отчаянья в моей жизни появилась Сильвия и сейчас я хотела быть той, кто будет на стороне Бьянки.

— С-с-спасибо тебе, Этна, — с небольшой запинкой сказала Бьянка, — ты будешь моей подругой?

Я удивилась этому предложению. Мы знаем друг друга от силы пол дня, и тут сразу такое. Впрочем, новые знакомства делают жизнь не такой унылой, поэтому мне не стоит бояться. Я же впустила за последние несколько месяцев в свою жизнь замечательных людей. Пусть у меня станет на одного друга больше.

— Это странно, учитывая, что мы знакомы только с полудня, но мне нравится твоё предложение.

Девушка сияла и будто забыла о своей грусти, когда услышала мои слова.

— Супер! Тогда давай мы с тобой...

Я так и не узнала, что «со мной» хотела сделать Бьянка, потому что её прервал телефонный звонок.

— Хватит нудить, Берт!... Я просто хотела покататься на коньках.... Не кричи на меня!... Нет, я не пьяная!... Да ну тебя!... — девушка завершила звонок.

— Кто это был? — поинтересовалась я.

— Брат.

— У тебя есть брат?

— Ага. Я люблю его, но временами он бывает невыносимым.

— Сочувствую. А зачем он тебе звонил?

— Спрашивал, где я, а потом отчитывал за «безалаберное поведение» — скривилась Бьянка, — он скоро приедет и заберёт меня. Ты подождёшь его со мной?

— Хорошо, — согласилась я, — тем более, ты выпила целую бутылку вина, я не могу оставить тебя одну.

Мы ждали около получаса и болтали о всякой ерунде. Вскоре входная дверь в кафе открылась, впустив в помещение ледяной воздух. Бьянка посмотрела на вошедшего мужчину и радостно помахала ему рукой.

— Привет, братик! — громким голосом обозначила своё присутствие Бьянка.

Я посмотрела на того, кого моя новая подруга называла «братиком» и чуть не сползла с удобного диванчика под стол, за которым мы только что обедали.

Братом Бьянки оказался мой второй начальник — Гилберт.