ГЛАВА 12

– Мартин!Рейн, живой и здоровый, склонился надо мной и выглядел таким встревоженным, каким я его никогда не видел. Опять галлюцинация? Или на этот раз правда? Я не был ни в чём уверен и на этот раз попробовал отодвинуться от шефа. Если появятся щупы, эти пару миллиметров ничем не помогут, но я был рад, что тело двигалось, хоть и через боль.– Тихо, не дёргайся. – Рейн положил мне руку на плечо.– Отойди, я на него посмотрю. – В поле зрения появилось лицо Наталии. – Тихо ты, не дёргайся, так просто Мартин не умрёт, он ещё должен вытравить с планеты всю гадость, он обещал. А потом вы вытащите нас с детьми с этой планеты.Интересно, этот разговор – тоже галлюцинация? И где я сейчас на самом деле – в психушке под препаратами, скулю в луже детской крови или действительно смотрю на Рейна? У меня не было ответа на этот вопрос. А самое страшное – я не могу получить ответ прямо сейчас.– Ты как? – спросила Наталия.– Вы… настоящие? – просипел я.Наталия и Рейн переглянулись.– Да, мы настоящие, – после недолгого молчания ответила женщина.– Если уж ты задал такой вопрос, то вряд ли поверишь в правдивость ответа, – задумчиво проговорил Рейн. – «Симбионт» внутри тебя мёртв – надеюсь, это для тебя хорошая новость. Но его остатки вызывают сильнейшую интоксикацию. Поэтому сейчас тебе нужен отдых, а потом мы поговорим…Я крепко сжал руку Рейна.– Сиди тут! Ты мне обязан. Чуть не убил своим снотворным…Тварь мертва. Она больше не причинит мне боли. Моё лекарство сработало! Я был рад, что всё кончилось, и при этом злился на Рейна. Я чуть не умер изза него!– Прости за случившееся. Но сейчас тебе нужно поспать. – Шеф снова попытался освободиться от моей хватки. – Мы поговорим позже.– Сейчас мне нельзя спать. Я боюсь спать! – рявкнул я хрипло и закашлялся, вцепившись в его руку ногтями.Наталия и Рейн снова переглянулись.– …и вы будете находиться здесь, со мной, пока я не поверю в вашу реальность!Женщина потянулась за успокоительным.– Нет! – почти прорычал я и начал неуклюже уползать с кровати, сбивая датчики медицинского робота. – Никаких лекарств!Наталия замялась, не зная, что предпринять, а Рейн всё пытался освободиться.– Хорошо, Мартин, как скажешь, – наконец произнёс мой шеф довольно сухо, он был напуган моей реакцией. – Я не уйду, просто отпусти мою руку.Они с Наталией всё же уговорили меня поспать. Вернее, я согласился прикрыть глаза, чтобы они не вкололи мне никаких препаратов, и случайно уснул. Кошмаров я больше не видел, а, когда очнулся, всё было попрежнему. Наталия возилась с приборами, а Рейн спал рядом, в кресле. На коленях шефа лежал планшет и стилус. Он опять рисовал?После случая со снотворным он наконец перестал быть для меня божеством. Теперь я видел в нём не пример для подражания, а коллегу. Вся эта бесстрастная глыба льда устало дремала в кресле, а перед этим он как простой смертный пытался отвлечься любимым делом от неприятных эмоций. И как я раньше не замечал в нём простого человека? Когда отвечаешь за стольких людей, не имеешь права проявлять чувства.Мне стало жаль шефа, и я понял, что не хочу на его место. Мне не нужна великая слава или карьера, я хочу заниматься своим делом. Возможно, это и инфантильно, но я не такой сильный, как он.Я потянулся к планшету Рейна, чтобы посмотреть его рисунки, но в этот момент в комнату вошла Наталия.– Проснулся? Лучше не трогай. – Она кивнула на планшет. – Я убрать хотела, а он не даёт.Она потрясла Рейна за плечо, тот вскинулся и тут же взглянул на меня.– Спящая красавица проснулась. А так как он живой и очнулся – топай отсюда отсыпаться! Ты мне тут надоел уже, торчишь безвылазно второй день.Рейн неодобрительно посмотрел и поднялся. Поймал мой взгляд на его планшет.– Да посмотри уже, – буркнул он. – Но только когда сможешь нормально удержать, он старый, его нельзя ронять.И вышел, прихрамывая, пусть и без трости. Похоже, его рана так и не зажила окончательно.– Он себя виноватым считает. Неудивительно. – Наталия принялась возиться с приборами, потом села к экрану и вывела статистику моих показателей. – Он же тебя снотворным напоил. Когда он это сотворил, я, наверное, час на него орала.– Я понял про снотворное… – буркнул я. – «Симбионт» воспользовался тем, что я был без сознания, и измывался над моим разумом. В моём сне я лежал в психушке с космопсихозом, мне запретили заниматься наукой, а мою страсть к биологии все объясняли ксенофилией. А потом, когда «симбионт» меня доломал окончательно, когда я жить не хотел, мне привиделось, что я очнулся, тварь завладела телом, и я убил всех. Даже твоих детей. Слышал хруст позвонков, когда отрезал им головы.Наталия смотрела на меня с ужасом.– И даже сейчас я думаю: что из происходящего было правдой, а что – сном. Может, я сейчас сплю около ваших трупов. Или в психушке, под препаратами. Я уважаю Рейна, он для меня всегда будет примером для подражания, но его глупость чуть не свела меня с ума. Это не такто легко простить. Лучше бы я умер, чем такое пережить.После того, как я высказался, мне стало немного легче. А вот Наталия не ожидала таких откровений.– Я уверена, что через пару дней всё забудется! – нарочито весело уверила она.Не забудется. Надеюсь, что за пару дней я хотя бы перестану дёргаться изза того, что происходящее со мной сейчас – сон.Женщина ещё раз взглянула на экран, а потом посмотрела мне в глаза. На это раз у неё было уже другое выражение, даже немного виноватое.– Мартин, мы опробовали твоё средство, которое мы с Рейном довели до ума, пока ты был в отключке. Но его бы ещё немного доработать. Я боюсь за детей… Но это уже тогда, когда ты немного поправишься.– А за взрослых ты не боишься?! За Рейна, который ещё живёт с симбионтом, за себя, за Ульриха? Стоит потерять сознание, эта тварь вас сгноит, как меня. Или лучше проверим, что она может сделать с детским сознанием, если вдруг захватит его? Хочешь, чтобы Эрик или Люда пускали слюни до конца жизни?Я рассерженно взглянул на Наталию. У неё был такой вид, словно она сейчас заплачет.– Ты думаешь, что я не боюсь? Я каждый день боюсь за детей! – крикнула женщина, теряя контроль над эмоциями.– А зачем тогда рожала? Надеялась на симбионта в твоём теле? На то, что он обеспечит тебе и детям уютное существование где угодно?! А вот и нет, не вышло, тварь, которая внутри нас, – не помощник, а убийца!– Мартин, заткнись! – это был Рейн. Он, видимо, зашёл, пока я сверлил взглядом Наталию. – Тебе следует успокоиться, иначе мы всё провалим. У нас слишком много работы. Закончим – можешь ненавидеть её, меня… – острый взгляд в мою сторону. – Да, я слышал ваш разговор. Мне очень жаль, что я стал причиной твоих мучений, можешь выбить из меня всю дурь, но сейчас нам нужно держаться вместе. Пожалуйста, я очень тебя прошу, прекрати срывать злость на других и искать виноватых.Наталия всхлипывала, Рейн подошёл к ней и приобнял за плечи, выводя из палаты. Они ушли, но всё равно был слышен плач.Меня как водой холодной окатило: она меня вытащила, а я на ней срываюсь. Рейн прав. Ну да, он почти всегда прав. Ну кроме того случая, когда опоил меня снотворным… Искать виноватых, да? Может, я не хочу остаться единственным виновником этого ужаса?Когда рыдания прекратились, Рейн зашёл в палату, оглядел меня строго, но к своим прошлым словам ничего не добавил. Зато заговорил о деле.– Если будут силы, посмотри, пожалуйста, мои записи о лекарстве. Возможно ли там чтото улучшить? Я не смог найти программу для имитации детского организма, соединил обычную с педиатрической, взятой с медицинского робота.Я бы до такого не додумался, переделывал бы сам, вслепую.– Потому программу надо протестировать, проверить, правильно ли всё, – закончил Рейн.– Ввести ребёнку безопасный для него препарат, снять показатели «до» и «после» при помощи медицинского робота. Параллельно смоделировать эту ситуацию в программе. Если результаты совпадут – программа работает, – выпалил я.– Не особо этично, – прищурился Рейн. – Но других вариантов нет. И есть ещё коечто…Космобиолог сел в кресло, в котором недавно дремал, и продолжил:– «Симбионты». Нам нужны живые образцы для дальнейшего изучения, без них мы не вернёмся на Землю. Придётся рискнуть, оставив небольшую колонию. У нас есть один контейнер S5, для перевозки сверхопасного биологического материала, я нашёл его недавно в вещах с корабля. Нужно рассчитать запас питательных веществ, чтобы колония не увеличивалась и не умирала. Придётся понять, как безопасно отловить тварь и поместить в контейнер. Соорудить для изучения безопасную лабораторию, не ставящую нас под удар. Когда ты поправишься, придётся заняться ещё и этим.На этот раз подслушивала Наталия. Она зашла в палату, уже успокоившаяся, и поочерёдно обняла сначала скривившегося от такого обращения Рейна, а потом – меня.– Спасибо, мальчики!