ГЛАВА 5

Вопреки первоначальному плану, мы приземлились неподалёку от лагеря, на ночной стороне планеты, потому что найти свободное место для штатной посадки оказалось практически невозможно: болота сменялись настолько густыми зарослями, что автопилот отказывался сажать туда модуль, а пилота у нас в команде не было. Пришлось остановиться на проплешине в двух километрах от основной группы.Я нервничал так, что у меня тряслись руки. Симбионт уверял, что мы можем высадиться без скафандров. А если он ошибся?«Когда ты окажешься на планете и сделаешь первый глоток воздушной смеси, – терпеливо объяснял мой сосед по телу, – ты потеряешь сознание изза перестройки метаболизма – это не кости сращивать. Ты должен быть готов к тому, что тебе станет плохо. Но когда сознание вернётся, твоё тело будет приспособлено к этой планете. При перемещении на другую планету также потребуется подстройка».Я снял шлем скафандра в тот же момент, как нога коснулась тверди Черныша, чтобы доказать другим… и в первую очередь себе, что доверяю симбионту. Голова закружилась, но я успел опуститься на землю. Всё произошло именно так, как рассказывал сосед, – сознание погасло. Очнулся я, лежащим на траве, и практически сразу несмело сделал первый глоток чужого воздуха. Впервые для меня ночь на чужой планете пахла не скафандром, а ночью.Глупая фраза, но я не знаю, как иначе это объяснить. Запахи деревьев, трав, холодного воздуха, почвы – и ни один не похож на земной, но вместе они образовывали привычный аромат ночи.– Вот это да…Я не до конца осознавал, что сейчас произошло. Это ж надо: стою на другой планете без шлема и дышу чужим воздухом.Рейн окинул меня скептическим взглядом, улёгся на твердь и потянулся к застёжкам шлема. Верно, если грозит потеря сознания, лучше принять горизонтальное положение. Я мог бы поступить так же, но не догадался. И всё равно, пусть шеф и не упал, перестройка организма выглядела страшно. Стоило планетологу снять шлем, как дыхание прекратилось, тело несколько раз дёрнулось, как во время приступа, а затем обмякло. Рейн секунд тридцать лежал неподвижно и не дышал, но потом я заметил, как задвигалась его грудная клетка. Планетолог тут же открыл глаза и сел, оглядываясь.Ричард не спешил снимать шлем, только испуганно озирался. Рано или поздно ему придётся это сделать, чтобы не зависеть от станции жизнеобеспечения…– Ричард, если ты не собираешься снимать скафандр, то возьми экзоскелет и займись выгрузкой. Мартин, установи сначала жилые, потом исследовательские палатки, а я займусь наладкой оборудования, – велел Рейн. Его голос в непривычной атмосфере звучал немного иначе. Наверное, и мой тоже изменился.До рассвета было ещё далеко, потому я установил переносные прожекторы и принялся за работу. На планете был особый шум – никаких животных звуков, только шёпот деревьев на ветру. Я видел лишь очертания на краю поляны и жёсткие кожистые чёрные листьямонетки какогото ползучего растения под ногами. Вот установлю палатки и отправлюсь погулять в ближайший лес. Животных здесь нет, а от ядов растений защитит симбионт. А потом, когда построим планетолёт и сможем исследовать отдалённые уголки Черныша, день за днём буду изучать новые виды, пока не опишу все.Представлялось, как хорошо бродить по бескрайнему лесу. От широкой улыбки даже лицо заболело.Я буду гулять по Чернышу без скафандра! Без скафандра! Ощущая все его запахи, звуки, шорохи, прикасаясь к листьям. Даже сейчас я то и дело принюхивался. Во флоре ли было дело или в местной атмосфере, я разобрать не мог, но знал, что аромат Черныша несоизмеримо лучше, чем кислое амбре скафандра.Когда я поставил жилые палатки – без скафандра это оказалось довольно легко – и принялся за мобильную лабораторию, небо над чёрными верхушками начало светлеть. Как только света стало достаточно, чтобы различать инструменты в руках, я выключил прожекторы, сославшись на экономию, а на самом деле просто решил полюбоваться рассветом. Первый восход солнца на Черныше, моей драгоценной планете. Жаль, даже Рейн Силл не поймёт моих чувств, не говоря уже о других.Между горизонтом и небесной чернотой появился фиолетовооранжевый градиент, на фоне которого красовались верхушки деревьевгигантов. Чем больше было света, тем лучше я мог их разглядеть. Вверх тянулись прямые, как колонны, стволы, покрытые серочёрной корой, напоминающей змеиную чешую, а на макушке, в вышине – пучок жёстких на вид чёрных «листьев», обращённых вверх. Растения были немного похожи на земные пальмы, но только немного. Настоящие ксенодеревья, каких не встретишь на Земле!Когда полностью рассвело, стало видно подлесок. Его образовывали маленькие корявые деревца с такой же серой корой, только чуть светлее, на верхушке которых располагался бутон из крупных жёстких листьев. Грубую кору прочерчивали глубокие борозды от этого бутона к корням. Наверное, там, на верхушке, конденсировалась влага. Я даже подался вперёд, чтобы получше их рассмотреть…– Здесь красиво, – раздался рядом задумчивый голос Рейна. – Но это не повод забывать о деле.От неожиданности я уронил ключ, которым крепил детали каркаса, прямо себе на ногу.– Простите, всё будет готово вовремя! – спешно заверил я и судорожно принялся закручивать винт, но уронил и его тоже. Винт окончательно затерялся под плотным ковром чёрных листьев.– Не спеши так. Я пошутил. Ты тоже имеешь право на отдых, – задумчиво сказал мой начальник. У него был такой странный взгляд, будто он тоже любовался рассветом. – Ты так мечтал оказаться на этой планете и очень много для этого работал. Жилые палатки ты уже установил, а лаборатория может подождать час или два. Иди, познакомься с Чернышом поближе.– Каждый раз так необычно слышать, что вы зовёте планету Чернышом…Рейн ничего не ответил, просто взял второй ключ и занялся каркасом. Я подобрал свой и присоединился, взяв запасную гайку. Знакомство с планетой может подождать – сначала дела. Это первый, но далеко не последний рассвет, ещё насмотрюсь. Не могу же я позволить себе отдыхать, когда шеф выполняет мою работу!Мы работали молча. Зная, что Рейн рядом, я больше не отвлекался, стараясь быстрее закончить. К тому времени, как бледный диск местного светила появился изза деревьев, палатка уже была установлена, и мы начали вносить оборудование. Ричард тоже присоединился к нам. К моему удивлению, он был без шлема. И когда успел? Пусть он хмурился и держался от меня подальше, но это был прогресс.Когда Рейн объявил перерыв, я наконец отправился прогуляться. Нет, это не была экспедиция вглубь леса, просто небольшая прогулка, мой способ отпраздновать сбывшуюся мечту.Кора, похожая на змеиную кожу, оказалась гладкой на ощупь. Я какоето время поглаживал толстый ствол на краю поляны, пока не заметил, что за мной наблюдает Ричард. На его лице отразилась смесь недовольства и непонимания, потому я углубился в лес и уже там продолжил знакомиться с местной флорой. Такого даже в фантастических фильмах не увидишь: из светлой, похожей на земную белую глину почвы тянулись ввысь тёмные деревья, кусты и травы. Я сделал пару фотографий для исследований и несколько – для себя: кора кустарников и мелких деревьев была словно из грубо обработанного чёрнобелого гранита, очень необычно и красиво.Я не заметил, как прошёл час, и надо было возвращаться в лагерь. Сверившись с системой навигации, я понял, что шёл зигзагами, поэтому повторять путь след в след было бы непрактично. Я пошёл напрямик, по навигатору. Неподалёку от наших палаток, привалившись к серому стволу, стоял Рейн. Он был так сосредоточен, что не обернулся на звук моих шагов. Я даже не сразу понял, чем он занят, а когда подобрался ближе, заметил у него в руках рабочий планшет и инструмент для рисования – он назывался, кажется, стилус. Рейн рисовал? Я подошёл так близко, чтобы разглядеть картину, но он всё равно не заметил меня. Он рисовал деревце, чья кора была покрыта особо глубокими бороздами. Я засмотрелся на то, как стилус танцевал по экрану. На моих глазах разрозненные штрихи обретали форму дерева. На вечно ледяном лице шефа даже в профиль была видна улыбка, мягкая и спокойная.Мне показалось, что я застал Рейна за чемто чересчур личным, поэтому решил ретироваться, но не успел. Планетолог выключил планшет и развернулся ко мне. И опять этот его холодный сердитый взгляд!– Марин, тебя что, не научили уважать личное пространство? – строго поинтересовался Рейн. – А особенно – не подкрадываться со спины и не заглядывать через плечо!– Вы красиво рисуете… Извините… – пробормотал я.Рейн Стилл убрал планшет:– Перерыв окончен! – строго сказал он.Вечно я оказываюсь в дурацких ситуациях…Работы было так много, что в ближайшие два дня я не мог выкроить и часа, чтобы прогуляться по Чернышу. Сначала мы собирали установку синтеза еды и колонну для сбора влаги из воздуха. На следующий день – сутки здесь были несколько короче земных – мы занялись распаковкой, установкой и настройкой лабораторного оборудования. Прерывались только на сон и еду, но я всё равно испытывал необъяснимую радость от происходящего. Иногда так приятно делать чтото руками и видеть результат своих трудов сразу, а не спустя много лет, как это бывает при научной работе.А потом к нам наведались коллеги из другой части экипажа. Я пытался настроить колонну для сбора влаги, когда услышал за спиной знакомый голос:– Мартин, привет!Я обернулся и увидел Наталию. И пусть она была в скафандре, но лёгком класса TP1, без защиты или экзоскелета… Не побоялась прийти сюда?– Привет… – удивлённо отозвался я.И тут Наталия сделала такое, чего я от неё не ожидал: подошла и обняла меня. Да, в скафандре, но ведь… я заразный, я опасен.– Спасибо, Мартин. За то, что помог с Ричардом и Рейном! – искренне поблагодарила она. – Я бы, наверное, так хорошо не справилась, а благодаря тебе оба живы и здоровы.Я неловко отстранился и посмотрел на Наталию с недоумением.– Ты… не боишься, что я заразный или чтото ещё?Она весело посмотрела на меня и рассмеялась.– Наверное, надо бояться, но у меня не особо выходит. Скорее завидую – ты без скафандра, свобода действий…Входной клапан в палаткулабораторию зашуршал – это вышел Ричард.– Наташа, что ты тут делаешь?! – пробормотал он, а потом заорал на меня: – Быстро отошёл от неё!Наталия криво усмехнулась и повернулась к Ричарду.– Вопервых, здравствуй. Я пришла узнать, как у тебя дела, Ричи, потому что беспокоилась. Но, судя по воинственному настрою, ты в порядке.– Не стоило этого делать, ты же знаешь, что мы на карантине! – хмуро сказал «Ричи». – Ты же сама врач и…– И чтото я не вижу признаков ухудшения эпидемиологической ситуации! Я в скафандре, так что нет проблем. Ричи, не упрямься и пойми, Мартин спас тебе жизнь, подлатал тебя. Да, у этого способа могут быть долгосрочные побочные эффекты, но вы трое в любом случае проживёте в этих джунглях дольше нас! – разошлась Наталия. Не знал, что она вспыльчивая. – Ты ведёшь себя, как этот идиот Корнелиус вместе с Максимилианом. Завели своё: «Паразиты – злое зло»! Не паразиты, а симбионты! Мы с Ульрихом и Харрисом уже обсудили, что нам бы симбионты не помешали, особенно если станция жизнеобеспечения накроется, но кэп и слышать не хочет! Кстати, насчёт жизнеобеспечения: вам же атмосферники не нужны, может, нам как запасные отдадите?Наталия тараторила, перескакивая с одного на другое, но мне даже нравилось её слушать. Из нашей команды она была, помоему, самая приятная. Она и шутник Ульрих.– Не нужны, – согласился Ричард. – Но ты без экзоскелета и сама их не дотащишь.– Нет, но экзоскелеты есть у вас. Увы, они не подходят под мой рост и вес, – Наталия и правда была невысокая и довольно пухлая, – так что придётся тебе самому тащить, чтобы десять раз не перенастраивать, – весело заключила она. – Заодно в гости зайдёшь.– Надо с Рейном посоветоваться, – Ричард явно был не в восторге от этой идеи.– Марти, не позовёшь его? – попросила Наталия, но Рейн, видимо, услышал ругань и вышел сам.Мой шеф вездесущ!– Рейн, привет! – затараторила Наташа. – У нас атмосферники глючат, а вам они не нужны, можно мне Ричи поможет донести?Рейн скривился и сложил руки на груди.– Пусть наденет скафандр.– Рейн, ну зачем?! – всплеснула руками Наталия.– А тебе зачем, чтобы он шёл без скафандра? Чтобы все увидели, что у него нет рогов, копыт и щупалец, что он человек? Чтобы увидели, как он передвигается без скафандра по планете, дышит местным воздухом, и ему хорошо?Наталия этой интонации не заметила.– Да, именно! Чтобы Корнелиус увидел и наконец всё понял, – пояснила она восторженно.Рейн сжал виски, будто изза сильной головной боли, зажмурился, а потом холодно отчеканил:– Корнелиус не обрадуется Ричарду без скафандра. Видимо, ты забыла, как перед вашим вылетом наш доблестный капитан предлагал лишить нас троих аварийной капсулы.Серьёзно? Никто не говорил мне об этом!– Устраивая провокацию, ты рискуешь здоровьем Ричарда, потому что Корнелиус может отреагировать агрессивно. Пожалуйста, хватит вести себя, как Мартин!Я закатил глаза, а Рейн продолжил:– Мы можем отдать все три атмосферника, нам не нужны. И если каждый член команды возьмёт по одному, то экзоскелет не понадобится. Мартин, Ричард, переодевайтесь в скафандры. В капсуле есть один ТР5 и два ТР3, используем их.– Зачем? – не понял Ричард.– Чтобы скафандры отгораживали нас от Корнелиуса, и он не решил, что мы опасны. Идите!Мы с Ричардом послушались и направились в капсулу, а Рейн с Наталией пошли проверять укомплектованность атмосферников.Что же такое «атмосферник»? Установка для производства дыхательной смеси, аналогичной земной атмосфере. Как блокфильтр, но больше. Он рассчитан не на пару недель, а на длительные исследовательские высадки. Мы понесём картриджи к установке. Они огромные и очень хрупкие, несмотря на защитный чехол. Даже странно – такая важная в космосе вещь, а в случае крушения обычно разбивается первая.Пока мы с Ричардом возились, доставая ТР3 и проверяя комплектацию, он задумчиво выдал:– Знаешь, Мартин. Возможно, я правда… был несправедлив к тебе.Я оторвался от дел и посмотрел на Ричарда. Он пояснил:– Изза Наташи. Если б я тогда умер, то мы бы больше не увиделись.Тон инженера мне показался интересным. Вот тебе и запрет на отношения между членами экипажа. Что ж, любовь – это прекрасно!Ричард смутился своей откровенности и всю дорогу до лагеря молчал, а Рейн никогда не был разговорчивым. Зато Наталия болтала без умолку – её, как и меня, восхищала местная растительность. Правда подход у нас был очень уж разный.– Раз уж мы тут застряли, то я хочу проанализировать, из чего все эти растения. Вдруг в них найдутся биологически активные вещества, которые можно будет использовать в фармакологии. Из меня не бог весть какой учёный, не то что вы с Рейном, но мы забрали с корабля коекакое оборудование и Харрис обещал с ним помочь, настроить для этих целей.Инженер поглядывал на щебечущую Наталию чуть ли не с ревностью. Так сам виноват, мог бы и сам её выслушать. Интересно, распространяются ли запрет отношений на нас? С одной стороны, аварийная высадка считается частью экспедиции, с другой – мы же не на корабле.Когда мы дошли до лагеря и все увидели, что Наталия привела «отщепенцев», это произвело фурор. Первым отреагировал Ульрих.– О, привет, прокажённые! – радостно отозвался он и рванулся помогать с атмосферниками.Харрис пробурчал чтото под нос и тоже присоединился. А вот Максимилиан и Корнелиус с места не двинулись – остались у штабной палатки, из которой появились, услышав Ульриха. Они перешёптывались, постоянно косясь на меня. На Рейна и Ричарда они тоже поглядывали, но, как мне показалось, не столь злобно.Когда мы поставили ношу у импровизированных дверей склада, Ульрих крепко пожал нам руки и хлопнул Ричарда по плечу.– С выздоровлением, братиш!– Ульрих, не приближайся к ним, – наконец не выдержал Корнелиус.– Слушай, кэп, успокойся, а. Они в скафандрах, мы в скафандрах… – примирительно сказал Ульрих.– Они надели скафандры для вида, чтобы мы утратили бдительность! – ввернул Максимилиан. – Жители лагеря в лёгких ТР1, они ни от чего не защитят. Мартина же не защитили! Откуда мы знаем, что задумала живущая в них тварь. И вообще, если подумать, то мы точно не знаем, правда ли это бедолага Мартин, а не притворяющаяся им ксеноморда.Ульрих неодобрительно посмотрел на коллегу.– Максимилиан, успокойся!– А ты защищаешь этих ксенолюбов? Все наши проблемы изза них!– Может, хватит?! – встряла Наталия. – Ещё скажите, что Мартин нам астероид на голову уронил!Она метнула злой взгляд в Корнелиуса, но тот только скривился и скрылся в штабной палатке.– Я бы запер заражённых в капсуле, выкачал оттуда воздух, написал снаружи крупными буками «Особо опасные биологические отходы, не вскрывать», а потом запустил бы в космос! – зло припечатал Максимилиан, а потом растянул губы в подобии улыбки и выдал: – Шутка. – После чего ушёл вслед за капитаном.Шутку это мало напоминало. Мне стало страшно.– Нам стоит уйти прямо сейчас, – строго сказал Рейн. – Наталия, не провожай нас. И, пожалуйста, больше не надо выводить Корнелиуса из себя.– Но я ничего! Он же…– Никаких разговоров про астероид!«Люди такие милые и дружелюбные, я в восторге! – прокомментировал симбионт внутри меня голосом Рейна. – Человексимбионт ночами не спит, ищет возможность меня уничтожить, а его соратник не прочь уничтожить человека. Для справки – второй метод эффективнее. Отрезать носителю голову – и я точно умру!»Да уж! Спасибо за совет!Всем было не по себе, но больше других расстроился Ричард. Он быстро и крепко обнял Наталию, та охнула от удивления. Интересно, давно они вместе? Пока я любовался парочкой, Рейн, наоборот, кривился. Вот надо быть таким ханжой, а?!Через некоторое время, когда мы хмурые возвращались в лагерь через лес, симбионт снова подал голос:«Тебе стоит быть осторожнее, психика вашего капитана и второго ксенофоба дала сбой, а нахождение вдалеке от родной планеты, в изоляции, скоро усугубит положение. Не хочу, чтоб нас убили! Рекомендую спать с Рейном Стиллом и Ричардом Трейси в одной палатке. Я попытаюсь сделать свой цикл сна и бодрствования асинхронным с циклами их симбионтов, чтобы обезопасить нас».«Уубить?».Как убить? Наговорить мерзостей он может, но убить… Нет, в жизни такого не бывает, разве только в плохом кино. «Спятивший капитан убивает членов команды». Нетнетнет! Исключено!Оставшаяся часть дня прошла в мрачном настроении, даже красоты Черныша радовали меньше, чем обычно. Да ещё Рейн по возвращении в лагерь подозвал нас к себе. Выражение его лица было настолько недовольным, что я по привычке попытался вспомнить, чем мог так его разозлить.– Что случилось? – спросил Ричард.– Случилось то, что у Максимилиана на почве длительного нахождения в космосе и изоляции может развиться космопсихоз. Я сказал об этом Наталии, и она обещала принять меры. Тварь внутри меня посоветовала нам держаться вместе и спать в одной палатке. Я согласен с её выводами: даже если это не космопсихоз, осторожность всё равно не повредит.– Да что такое происходит? – не выдержал я. – Симбионт просто перестраховщик! Рейн, проснись, Максимилиан никак не может быть опасен, он часть команды…– Сними уже розовые очки, хватит всё идеализировать! – не выдержал мой босс. – Мы в космосе, мальчик, а не на прогулке в парке, – он стукнул кулаком по стволу ближайшего дерева. – Мне доводилось видеть, до чего людей доводит космопсихоз, потому прекращай пороть чушь и перенеси наши вещи в самую просторную палатку. Это приказ!Вот и долетались! Симбионт считает, что член команды может нас убить, а Рейн с ним согласен. Экспедиция мечты!