Глава 10 Мышиный король

Глава 10. Мышиный корольСразу после продажи первой фуры с мылом я купил себе машину. Я по-прежнему был скупым для себя, поэтому, гуляя по авторынку на Прункуле, обратил внимание на очень дешёвую машину, которая, впрочем, выглядела довольно внушительно. Форд Скорпио, представительского класса со всеми возможными опциями и вертолётным двигателем на 2,9 литра.Причина того, что такая машина стоила так дёшево, выяснилась, как только я попробовал на ней проехаться. Машина практически не тянула.Продавцы — муж с женой — обречённо начали объяснять мне какие-то путаные причины, однако я почему-то чувствовал в этой умирающей машине скрытый потенциал.Я решил её проверить и поехал с продавцами к своему знакомому владельцу автосервиса. Тот закатил машину внутрь салона и, выйдя через 15 минут, утвердительно кивнул мне.Я рассчитался с хозяевами машины, сбив ещё процентов 20 от и так заниженной цены, и тем не менее они всё равно уходили, не веря своей удаче.— Дай мне пару часов, — сказал мой знакомый автомеханик.И я уехал по своим делам.А когда вечером того же дня вернулся в автомастерскую, владелец молча протянул мне ключи с видом иллюзиониста.Я завёл двигатель, нажал на газ — и машина рванула с места, вжав меня в сидение. Недаром в ней стоял вертолётный двигатель. Она буквально летела, еле касаясь земли и ежесекундно ускоряясь. От такой езды захватывало дух.— Что с ней было? — спросил я хозяина автомастерской, вернувшись назад.— Форсунки забились, — ответил он, улыбаясь во весь рот.Так у меня появилась «Морозова» — машина, которая выглядела в несколько раз дороже, чем обошлась на самом деле.В остальном дела так же шли отлично.Я открыл третью кассу на кругу возле табачного комбината. Откровенно говоря, она не была столь же прибыльной, как первые две. Но всё равно это был шаг вперёд.Кроме того, Вика минимум раз в месяц привозила из Черновцов машину с мылом, прибыль от которой мы с Викой и Толиком делили на троих.Я наконец позволил себе покупку дорогой одежды вместо украденной в первый день, и слетал в Израиль к семье. Теперь уже я смотрел на израильскую действительность свысока — как Фимка в нашу последнюю встречу.Деньги опять неуклонно превращались из средства в предмет.Но вместе с зерном всегда появляются мыши.Сначала мне принесли странную купюру в 50 долларов. Я внимательно смотрел на неё и никак не мог понять, что с ней не так. Бумага правильная. Типографская краска настоящая. Рифлёность поверхности.Я совсем уже было повернулся к сейфу, чтобы достать леи, когда до меня дошло.На купюре буквами было написано по-английски пять. И изображение президента Линкольна. А цифрой на купюре во всех местах была 50. К настоящей пятёрке кто-то аккуратно приклеил нолик.Людей, которые занимались подобным обманом, называли кидалами. Они начали слетаться к кассам, как мухи на мёд. Действовали самыми разными способами.Чаще всего просто складывали купюру. Все номиналы американского доллара были одного размера и напечатаны красками одних цветов.Если сложить купюру вчетверо, то определить её номинал, не развернув саму купюру, очень сложно. Этим и пользовались кидалы.Они брали у человека купюру якобы для обмена. В руках у кидалы неизменно был кошелёк или пачка сигарет.На глазах у клиента кидала начинал медленно складывать купюру вчетверо на кошельке, делая вид, что проверяет подлинность банкноты.В этот момент клиента должны были чем-то отвлечь, хоть на мгновение. Или громкий звук, или чьё-то прикосновение — не важно.Этого мига кидале обычно хватало, чтобы перевернуть кошелёк. А с другой стороны кошелька кидала держал уже сложенный так же вчетверо один доллар.После чего заявлял, что клиентская купюра не совсем подлинная. Клиент забирал деньги в полной уверенности, что уносит свою же купюру, которую только что сложили на его глазах.На самом деле клиент уносил сложенный один доллар, оставив кидале часто 50 или 100 долларов.В своём ремесле кидалы зачастую достигали совершенства. С одним из настоящих виртуозов этого ремесла я однажды столкнулся сам.Я летел из Израиля в Молдову через Румынию. Самолёт прилетел в Бухарест около пяти утра, а поезд дальше отправлялся только в 11 вечера. Весь день предстояло провести на вокзале Гара де Норд.Румынских денег у меня не было совсем. К полудню я уже умирал от голода и решил обменять двадцать долларов на местную валюту.Рядом с вокзалом работала обменная касса. Я протянул кассиру стодолларовую купюру, но оказалось, что у них закончились леи.Ко мне сразу подошли несколько цыган.— Мы поменяем.Они уверенно предложили следовать за ними.В этот момент кассир высунулся из окошка и крикнул вслед:— Не ходи с ними. Обманут.Я только усмехнулся про себя. Ну как они меня обманут? У меня самого валютные кассы. Я много раз видел, как они работают. Уж меня-то они точно обмануть не смогут.Мы зашли в соседний магазин.Колоритный кидала в румынской национальной шапке попросил у меня сто долларов.— Сначала сдачу, — сказал я.После недолгих препирательств мне выдали восемьдесят долларов мелкими купюрами.На моих глазах кидала положил мою купюру на кошелёк. Медленно сложил её пополам. Потом ещё раз пополам.Я смотрел и прекрасно понимал, что он делает. Сейчас меня должны были отвлечь.Я приготовился.Кто-то положил руку мне на плечо.Не отрывая взгляда от кошелька, я сбросил чужую руку и продолжал, не отрываясь, смотреть только на купюру.И тем не менее так и не заметил момент, когда он перевернул кошелёк.Кидала вдруг начал протягивать мне обратно сложенную вчетверо банкноту и требовать назад свои восемьдесят долларов.Я взял купюру и развернул её.У меня в руках был один доллар.Если бы я не знал заранее этот трюк, то точно решил бы, что это моя собственная купюра.Я сразу начал кричать:— Полиция!Между собой они быстро перебросились несколькими словами.— Он знал, — услышал я.Через несколько секунд мне вернули мои сто долларов, забрали свою сдачу и исчезли так же быстро, как появились.Примерно такие же персонажи обосновались возле моих касс. Причём вели себя они всё наглее день ото дня.Иногда они даже не дожидались, пока человек отойдёт от кассы, а бросались к нему на перехват ещё до того, как он подошёл к окошку.Это начинало мешать работе. Клиенты просто стали избегать мест, возле которых паслись кидалы.Причём часто мы кидал даже не видели. Зато почти всегда видели результаты их работы.Потеряв деньги, очередной бедолага подлетал к окошку кассы с криком: «Ограбили, гады!».Ну что я мог ему сказать? У меня в кассе за сто долларов давали 410 лей. Кидала рядом предложил тебе 415. Из-за этих пяти лей ты потерял 100 долларов. И кто же в конце виноват? Конечно, я.Как бы то ни было, в какой-то момент кидалы начали серьёзно вредить работе.Я пробовал воевать с ними сам, но толку от этого было мало.Тогда я вспомнил про нашу крышу. Бандиты регулярно приезжали к нам первого числа за своим процентом, как токарь на заводе за получкой. Пора было отрабатывать.Васек приехал на своём красном олдсмобиле всё в тех же солнцезащитных очках с золотистой оправой. Огляделся, закурил.Сейчас же откуда-то появился какой-то старший кидал и без разговоров сел к Ваську в машину.Старший был немолодой щуплый мужчина с фигурой подростка. Рядом с ним необъятный Васек. Со стороны это выглядело комично.Васек молча посмотрел на старшего. Старший начал что-то оживлённо говорить, часто пожимая плечами.Минут через пять Васек, очевидно, устал слушать и сказал одну короткую фразу показывая на багажник свой машины. Старший моментально заткнулся, опустил голову, обречённо закивал и выбрался наружу.Васек уехал, даже не посмотрев в сторону кассы.Как бы то ни было, после той встречи кидалы заметно притихли. То есть совсем они, конечно, не исчезли, но их стало заметно меньше, и они уже не кидались на людей прямо возле окошка.До одного конкретного случая.Возле кассы стояла очередь. Кидалы очень любили очереди — они могли затереться среди людей и незаметно общаться с клиентами.Вдруг мы услышали протяжный женский крик. Потом удар и звук падающего тела.Я выглянул в окошко и увидел, как какой-то молодой парень с пластиковым кульком в руках отбегает от кассы в сторону дороги, перепрыгивает через ограждение и прыгает в стоящую на дороге машину.Машина с визгом срывается с места и улетает вперёд, игнорируя красный сигнал светофора.А метрах в пяти от кассы полулежит на земле, в пыли, хорошо одетая, рыдающая молодая женщина, над которой склонился мужчина. Именно женщина и издавала эти протяжные крики, полные ужаса.На этот раз кидалы даже не стали что-то складывать.Очевидно, мужчина с женщиной стояли в очереди, чтобы купить полторы тысячи долларов. Сзади к ним пристроился кидала и начал предлагать курс лучше, чем в кассе.Узнав, что им нужно аж полторы тысячи, кидала даже не стал ничего придумывать. Он просто с силой рванул у женщины кулёк с леями и, перемахнув через ограждение, скрылся в поджидавшей машине.Случай получился громкий.Уже через час полиция приехала и к нам. Мне пришлось закрыть кассу, чтобы вместе с кассиршей поехать в райотдел полиции, для дачи показаний.Нас завели в проходную комнату, в которой сидела раздавленная женщина со своим спутником. Она даже не стирала потёкшую от слёз тушь. Полицейский что-то записывал.Нас провели в следующую комнату, где находились двое полицейских, перед которыми сидел старший кидал, одетый чуть ли не в пижаму. Очевидно, его вытащили из постели.Мы встретились глазами. Он сразу отвёл взгляд.Моя кассирша радостно втянула воздух, намереваясь что-то сказать.Я резко стукнул её локтем в бок и прошептал ей прямо в ухо: «Заткнись».Кассирша захлебнулась и закашлялась.Нас посадили за соседний стол и дали для опознания альбом с фотографиями. Там были почти все наши старые знакомые кидалы.Кассирша вопросительно посмотрела на меня. «Не вздумай никого узнавать, — тихо сказал я ей, — иначе до дома ты сегодня не доедешь. Тебя грохнут по дороге».После этих слов до неё, кажется, стало доходить. Она побледнела и начала усиленно качать головой на все вопросы полицейских.Из полиции мы выходили через ту же комнату с пострадавшими. Они были сломлены.Женщина непрерывно плакала, размазывая кулаками тушь по всему лицу. Полторы тысячи долларов в то время были огромной суммой.Мне было очень жалко этих людей. Но себя мне было жалко ещё больше.И всё равно настроение было паршивое.В тот вечер я сделал редкую и не свойственную для себя вещь — напился. Мозгами я понимал, что поступил правильно. Но от этого легче не становилось.Утром следующего дня возле кассы меня ждал старший кидал.— Спасибо, что не сдал, — сказал он, не здороваясь.Не могу сказать, что мне была приятна его благодарность.— Не работайте больше возле моих касс, — сказал я.— Не будем, — ответил старший.