Глава 11

Смеющаяся маска

Утром Тайл делает обещанный массаж ног. Несмотря на то что еще слишком рано для десерта, я съедаю печенье. Тайл ведет себя как профессиональный массажист. Заканчивая с левой ногой, он вздыхает: — Ты собираешься замуж за Оливера из дома напротив? — Нет. У нас план получше, мы хотим сбежать. На Фиджи. — Это где? — Это остров. — Там есть кокосы? — Полно. — Тогда будьте осторожнее. Каждый год тысяча девять людей погибает от того, что им на голову падает кокос. Тайл начинает водить костяшками пальцев по подошвам. Я запрокидываю в наслаждении голову и съедаю печенье. В дверях он оборачивается. Я понимаю, сейчас он опять станет серьезным. — Что-то не так со смертью мамы. Я выпрямляюсь. — Что? — Не заставляй меня это повторять, — говорит он и закрывает дверь. Большая часть детей растет на мультиках «Никелодеона», но Тайл в шесть лет начал читать папины сценарии и учить наизусть самые вкусные фразы. Однако на этот раз он словно просканировал мои мысли. Обнаружив запонку, я чувствую себя так, будто у меня в руках какое-то зерно, и я не уверена, хочу ли знать, что из него вырастет. Я иду к брату в комнату. Он собирает в корзину для белья свои грязные вещи. — Почему ты так думаешь? — интересуюсь я. — Подумай. Да, он опять читал папины сценарии. — Ладно. — Я отворачиваюсь и улыбаюсь. Тайл пытается привлечь к себе внимание, делая вид, что он что-то знает. Вернувшись в комнату, я говорю себе — сейчас или никогда. В конце концов мне придется отдать мамин телефон, а пока можно продолжать. Но медленно. Я закрываю дверь, делаю глубокий вдох и хватаю телефон. Чтобы не оставить следа, я стирала сообщения. Осталось четыре. ЧТОБЫ ПРОСЛУШАТЬ СООБЩЕНИЕ, НАЖМИТЕ ОДИН. Добрый день, это Анджела из ресторана «Баттер». Кажется, кто-то из вашей компании забыл у нас свою вещь. Вы можете зайти в любой день со вторника по воскресенье после четырех часов дня. Спасибо. Я тут же захожу в Интернет и ищу ресторан. Он всего в трех кварталах от места, где погибла мама. Мое сердце начинает биться быстрее. Не туда ли она шла в свой последний вечер? Я иду в кабинет к отцу. Увидев выражение моего лица, он тут же откладывает сценарий. Я пытаюсь сделать вид, что все нормально. — Можно вопрос? — Конечно, Луна, давай спрашивай. — Я знаю, что ты не был с мамой в тот вечер, когда она умерла, и каждый раз ты уходил от ответа. Но мне действительно нужно знать. Куда она шла? Он поправляет очки и смотрит в окно, прежде чем вновь повернуться ко мне. — Она ужинала с Мэрайей, своим тренером по йоге. Луна, мы же уже… — Ты постоянно говорил, будто детали не имеют значения и маму не вернуть. Я прочитала только небольшую часть полицейского отчета. Я тебя расспрашивала, но ты так и не сказал мне, с кем она была. — Теперь ты знаешь. Мама занималась йогой с чуть ли не религиозным рвением, но именно у этого тренера, комбинирующего техники. Однажды я пошла с ней и была очень смущена, встретив там мисс Грей. Как-то не по себе становится, когда встречаешь своих учителей вне школы. — Кстати, чувствуешь, что тебе пятнадцать? Как это? — Странно, — отвечаю я и возвращаюсь к себе. Я хватаю кофту с капюшоном, ключи и карточку метро и ухожу, никому ничего не сказав. В метро по дороге к Эстор-плейс, я замечаю латиноамериканку, которая смотрит на меня так, будто у меня есть то, что ей нужно. Моя розовая кофта? Я машу ей, и она, смутившись, улыбается. Затем в конце вагона я замечаю женщину. Она читает книгу, опершись на поручень спиной ко мне. Волосы у нее точно такой же длины и того же цвета, как у мамы. Пока поезд громыхает по тоннелю, я подхожу к женщине поближе, едва не упав по пути. Меня как будто тянет к ней, и, стоя рядом, я могу ощутить ее запах. Поезд тормозит на станции, и я медленно тянусь, чтобы прикоснуться к женщине. Не схожу ли я с ума? Неожиданно она поворачивает голову, и я вижу, что черты лица у нее совершенно другие. Она с пониманием смотрит на меня, а потом опускает глаза и уходит. До следующей станции я держусь за поручень в том же месте, где касались ее пальцы и закрываю глаза. Выбравшись из подземки, жадно вдыхаю свежий воздух. «Баттер» закрыт, но я вижу, что кто-то внутри моет пол, и стучу в окно до тех пор, пока дверь слегка не приоткрывается. — В чем дело? — Я кое-что тут забыла, это очень важно. Работник закрывает дверь и поднимает руки. Начинается дождь. Двое парней свистят мне, проходя мимо, и я показываю им средний палец. Я никогда раньше так не делала. Что со мной происходит? Седой мужчина в костюме с иголочки подходит к двери и впускает меня внутрь. — Привет, так что вы забыли? Черт! Что мне сказать, чтобы не выглядеть ненормальной? — Не знаю. Прекрасно. Именно это и надо было сказать. — Простите? — Ну, понимаете, мама просила забрать забытую вещь, но не уточнила, какую именно. Если бы можно было… Он подходит к стойке администратора и достает черную коробку без крышки. Я заглядываю в нее и вижу часы, солнечные очки, ключи и что-то еще, поблескивающее в углу. Я тут же понимаю: за этим-то я и пришла. Запонка. В виде смеющейся театральной маски.