Глава 3. Нора. Атриум. Котел

     Кухня в Норе была единственным местом, где пахло чем-то нормальным — жареным беконом и свежим хлебом, но сегодня даже этот запах казался фальшивым. Молли Уизли стояла у плиты, но не двигалась; ее лопатка застыла над сковородой; перед ней, на старом деревянном столе, лежал свежий номер Ежедневного Пророка.

     Заголовок на первой полосе набран огромными, кричащими буквами:

     «ГДЕ ГАРРИ ПОТТЕР?! ИЗБРАННЫЙ ИСЧЕЗ!»

     Артур сидел напротив, сняв очки и протирая их дрожащей рукой. Рон и Гермиона находились у окна, словно боясь подойти ближе к столу. Джинни сидела, обхватив голову руками.

     Утро третьего июня началось не с любимого завтрака и даже не с штудирования библиотеки, чтобы наверстать всё, что пропустили за этот год в начавшийся период экзаменов. На самом деле их освободили от сдачи, предлагая поступить на восьмой курс, первый в истории Хогвартса, дабы пройти программу седьмого, которую они пропустили в поисках крестражей и войны.

     Утро третьего июня началось с отвратительной статьи Скитер.

     — Это.. Это просто возмутительно!, — наконец выдавила Молли, ее голос дрожал от гнева, — Как они посмели? Мы же просили Кингсли, нет, мы умоляли дать нам время!

     Гермиона, бледная как полотно, сжала в руках пергамент. Это была ее копия заявления в Аврорат, поданное ею первого июня.

     Гарри ушел месяц назад.

     Они ждали две недели. Ждали, что он одумается и слали ему сов, но все без толку. Пользуясь связями и хорошими отношениями с Кингсли через Артура, им даже удалось узнать кое-что из отдела Аврората, занимающегося отслеживанием магов.

     Естественно, без огласки.

     Ничего не помогало. Палочка Гарри либо сломана, либо находится там, где отслеживающие чары бессильны.

     Это означало то, что своими силами им не обойтись.

     Министерство не собиралось оглашать всей Магической Британии, что Национальный Герой сбежал из страны на следующие сутки после окончания войны. Они придумали, что Поттер, якобы, «отправлен на международную сверхсекретную миссию блаблабла» и свято уверяли в этом всех любопытных.

     Еще через неделю стало невыносимо.

     — Они не могли игнорировать официальное заявление о пропаже больше суток, Миссис Уизли. А Гарри нет месяц и… Это протокол. Но они все подали под таким соусом…, — Гермиона ткнула пальцем в статью. Под заголовком напечатана огромная колдо Гарри  с Турнира Трех Волшебников, он улыбался, но подпись под фото гласила:

     «Герой в бегах? Что скрывает Министерство?!»

     — «В бегах?!», — взревел Рон, ударив кулаком по подоконнику, — Он не в бегах!.. Он просто..

     — Сломлен, — тихо закончила за брата Джинни, не поднимая взгляда, — Они правы. Он не выдержал и теперь весь мир знает об этом, — она говорила с такой печалью, что у Молли сжалось сердце от ее тона.

     Артур надел очки обратно, в его глазах читались отцовская боль и бессилие:     — Нам нужно в Министерство. Сейчас же. Мы должны что-то сделать с этим.

***

     Атриум гудел как растревоженный улей: вместо привычного утреннего ленивого потока работников здесь царил хаос; сотрудники сбивались в кучки, размахивая номерами Пророка. Фонтан волшебного братства, казалось, плакал струями воды. Кингсли стоял у лифтов, окружённый толпой репортёров и возмущенных волшебников. Его мантия идеально выглажена, на виске билась жилка.

     — Министр! Министр! Это правда? Он сбежал от ответственности?, — Рита Скитер кричала, ее прытко пишущее перо бегало по пергаменту с бешеной силой и скоростью.

     — Мистер Поттер не «сбежал»!, — голос Кингсли подобен грому, перекрывающий шум, — Он выполняет крайне деликатную и секретную миссию по поручению Аврората и лично мою. Любые другие слухи — наглая ложь и попытка дестабилизировать обстановку в стране!

     Он случайно увидел записи Скитер в блокноте и мысленно взвыл.

     «Министр Магической Британии напуган ситуацией с Гарри Поттером. Ни авроры, ни другие инстанции понятия не имеют о местонахождении Национального героя. До нашей редакции дошли слухи, что Мистер Поттер оказался в опасности — выжившие Пожиратели добрались до него…»

     Толпа на секунду замерла, переваривая официальную версию.

     — Тогда почему его ищут мракоборцы по всему миру?!, — крикнул какой-то молодой журналистишка с задних рядов.

     — Это стандартная процедура обеспечения безопасности для агента на задании. А теперь прошу меня извинить, у меня совещание,  — Кингсли ненавидел и не умел врать, но сейчас ему придется взять яйца в кулак и заставить этих тупых репортеров, ничего не мыслящих в политике, поверить, что с, мать вашу, Поттером все нормально. И заодно можно поверить в это самому.

     Он развернулся и быстрым шагом направился к одному из лифтов, расталкивая толпу зевак. За его спиной шепот возобновился с новой силой.

     В углу атриума Гермиона протиснулась сквозь работников к лифтам. Она поймала взгляд Кингсли, когда двери железной коробки закрывались — в его лице она увидела то же, что чувствовала сама.

     Страх.

     Что символ надежды оказался лишь человеком из плоти и крови.

     Который способен просто исчезнуть.

***

     Вечерело. Косая аллея никогда не была такой пустой и тихой. Лавка Олливандера закрыта, витрина «Флориш и Блоттс» зияла темнотой, лишь в Дырявом Котле горел свет.

     Том, хозяин заведения, стоял за стойкой бара, протирая стакан. Напротив него расположился пожилой волшебник в обшарпанной мантии, да и весь он был, мягко говоря, не первой свежести.

     — Ты читал эту чушь?, — спросил волшебник, бросая газету на стойку.

     Том взял Пророк, взглянул на заголовок и хмыкнул:     — Читал. И не верю ни единому слову.

     Волшебник удивленно поднял седые брови:     — Не веришь? Парень выиграл войну и тут же съебался. Как по мне логично. Перегорел.

     Том поставил стакан и наклонился вперед, понизив голос:     — Я знаю этого парня с одиннадцати лет. Он не из тех, кто бежит от проблем — скорее наоборот. Когда наступает очередной пиздец, он тут же бежит в самое пекло, даже если ему страшно до чертиков.

     Тот лишь пожал плечами и отхлебнул огневиски.

     — Ну, может он просто понял, что магический мир — та еще дыра, — волшебник многозначительно хмыкнул, а Том понимающе кивнул, — Я бы тоже свалил на его месте.

     Том покачал головой, поскреб подбородок и снова взялся за стакан, видимо, пытаясь протереть в нем эту самую дыру, для наглядности.     — Нет. Если Гарри Поттер исчез… значит, у него на то были причины, а не просто усталость. И мне страшно даже думать, что это за причина.

     Он посмотрел на свое отражение в полированном дереве стойки бара. В нем он увидел не свое лицо, а лицо мальчика со шрамом на лбу, который однажды вошел в его заведение и навсегда изменил мир.

     А где-то там, за пределами Британии, этот мальчик сидел на берегу океана и смотрел на закат, даже не подозревая, что его исчезновение потрясло мир сильнее, чем второе пришествие ебучего Волдеморта.