Глава 7 Чужая земля, чужие боги

Утро отплытия было туманным и серым. Визерра стояла на причале Королевской Гавани, одетая в дорожное платье тёмно-синего цвета, и смотрела на Красный Замок, который возвышался на холме, словно каменный дракон, готовый поглотить всех, кто осмелится приблизиться. Она не плакала. Она давно разучилась плакать. В её руке был тяжёлый кожаный мешок — подарок Деймона, который он передал ей тайком прошлой ночью, когда они прощались в последний раз.«Это мои письма, — сказал он тогда, вкладывая мешок в её руки. — Я писал тебе каждый день с тех пор, как узнал о твоей помолвке. Все мои мысли, все мои чувства, все мои обещания. Читай их, когда станет слишком тяжело. И помни: я жду тебя. Всегда».Визерра сжала мешок так крепко, что костяшки побелели. Она не открывала его при нём — боялась, что расплачется и не сможет уйти. Но сейчас, стоя на причале и глядя на удаляющийся берег, она чувствовала тяжесть писем как единственную нить, связывающую её с прошлой жизнью.Корабль поднял паруса, и ветер наполнил их, унося Визерру из Вестероса навсегда. Она стояла у борта, глядя, как Королевская Гавань становится всё меньше и меньше, пока не превратилась в крошечную точку на горизонте. Рядом с ней стояла только её старая нянька — единственная, кого она взяла с собой, — и плакала тихо, утирая слёзы кончиком платка.Визерра не обернулась. Она просто смотрела вперёд, на бескрайнее море, и шептала про себя: «Я вернусь, Деймон. Я обязательно вернусь, если смогу.»Путешествие заняло почти три луны. Визерра проводила дни в своей каюте, читая письма Деймона — перечитывая их снова и снова, пока слова не начинали стираться в памяти, но боль оставалась. Она знала, что он ждёт её, и это знание давало ей силы.Когда корабль наконец вошёл в воды Вейроса, Визерра была потрясена. Закатный материк оказался совсем не похож на Вестерос. Вместо суровых замков и холодных морей — бескрайние зелёные долины, величественные горы с заснеженными вершинами и огромные города, утопающие в зелени и цветах. Дворцы были построены из белого и розового камня, с высокими шпилями, уходящими в небо, и золотыми куполами, сверкавшими на солнце.Но самым впечатляющим были драконы. Их было больше, чем Визерра могла себе представить — они кружили в небе стаями, их чешуя переливалась на солнце всеми цветами радуги, а их крики разносились по долинам, заставляя землю дрожать. Вейрос был страной драконов, и Визерра чувствовала, как внутри неё просыпается что-то древнее, что-то, что было в её крови с самого рождения.Когда она ступила на землю Вейроса, её встретила процессия из десятков слуг и придворных. Её проводили в огромный дворец, где её ждала комната, больше похожая на малый зал — с высокими потолками, шёлковыми занавесями, мягкими диванами и фонтанами, бившими прямо в центре. Служанки помогли ей смыть морскую соль и усталость, а затем начали готовить её к встрече с королём и предстоящей свадьбе.На следующий день Визерру одели в наряд, который должен был подчеркнуть её статус драконьей принцессы. Платье было из тяжёлого бордового шёлка, цвета тёмного вина, с глубоким вырезом и сложным корсетным лифом, расшитым золотистой нитью. Вышивка изображала драконов, летящих среди облаков, и была настолько искусной, что казалась живой. Рукава были сделаны из полупрозрачной ткани, спадавшей с плеч лёгкими, воздушными драпировками, которые колыхались при каждом движении, словно крылья. На шею Визерре надели массивное золотое ожерелье с рубинами, на руки — широкие браслеты, а на голову водрузили изящную золотую диадему, усыпанную драгоценными камнями, которая сияла в лучах солнца, отражая свет.Когда Визерра взглянула на себя в огромное зеркало, она едва узнала себя. Вместо испуганной девочки из Красного Замка на неё смотрела настоящая принцесса — гордая, величественная, готовая к битве. Она сжала медальон с волосами Деймона, который спрятала в складках платья, и прошептала: «Это ради нас. Ради нашего будущего».Перед свадьбой король Рейларион пожелал лично встретиться с Визеррой. Он принял её в своём тронном зале — огромном, с колоннами из чёрного мрамора и стенами, покрытыми золотом. Король был высоким, седовласым мужчиной с суровым лицом и пронзительными глазами, которые, казалось, видели всё насквозь. Он долго молчал, рассматривая её, а затем заговорил:«Ты молода, но в твоих глазах я вижу сталь. Ты пережила больше, чем некоторые воины за всю свою жизнь. Это хорошо. Вейрос нуждается в сильных правителях, а не в слабых куклах. Ты станешь моей невесткой, и я ожидаю, что ты будешь достойна этого звания».Визерра склонила голову, чувствуя тяжесть его взгляда, и ответила:«Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы оправдать ваше доверие, мой король».Старый король кивнул, и на его губах мелькнула тень улыбки.«Ты почтила нас тем, что приняла нашу веру, — сказал он. — Это было мудрое решение. Валирийские боги требуют преданности, и они вознаграждают тех, кто верит в них искренне. Я хочу, чтобы ты помнила: теперь ты не просто принцесса Вестероса. Ты — драконья принцесса Вейроса. Твоя кровь — наша кровь. Твоя судьба — наша судьба».Он протянул ей руку, и Визерра поцеловала его перстень, чувствуя, как внутри неё разливается странное, необъяснимое спокойствие. Она действительно верила в валирийских богов. Она верила в драконов. Она верила в огонь и кровь — в ту самую силу, которая текла в её жилах и делала её сильнее. Это была не просто политика — это была вера, которую она приняла всем сердцем.В тот же день её провели в храм валирийских богов — огромное сооружение из чёрного камня с высокими колоннами, на которых горел вечный огонь. Жрецы в чёрных одеждах читали древние молитвы на языке, которого Визерра не понимала, но чувствовала каждое слово. Они окропили её водой, в которой были растворены капли драконьей крови, и провели ритуал очищения, который должен был сделать её частью их мира. Визерра стояла на коленях перед алтарём, где горел огромный костёр, и чувствовала, как огонь обжигает её кожу, но не причиняет боли. Она знала: она принята. Она стала одной из них.Свадьба состоялась через три дня. Это было грандиозное событие, которое длилось от рассвета до заката. Весь Вейрос праздновал — улицы были украшены цветами и знамёнами, в небе кружили драконы, выпуская струи пламени в знак почтения к новобрачным. Визерра шла по алтарю в своём бордовом платье, с высоко поднятой головой, и чувствовала на себе сотни взглядов. Рядом с ней шёл принц Райен — в чёрном с золотом костюме, с холодным, непроницаемым лицом. Он не смотрел на неё. Он смотрел вперёд, на алтарь, и в его взгляде читалась только покорность судьбе.Когда они обменялись клятвами на древнем валирийском языке, Визерра почувствовала, как внутри неё что-то оборвалось. Она была замужем. Она была принцессой Вейроса. И она была одна — как никогда раньше.После свадьбы начался пир, который длился до глубокой ночи. Визерра сидела рядом с Райеном за главным столом, улыбалась придворным, принимала поздравления, но в душе её было пусто. Она чувствовала, что он не смотрит на неё, что его мысли далеко — с другой женщиной, с его сыном, с той жизнью, которую у него отняли.Но даже Визерра не могла представить, что произойдёт дальше.На следующее утро после свадьбы по приказу старого короля Рейлариона любовницу принца Райена — Алиссу — выволокли из её покоев и выбросили в море. Она не сопротивлялась. Она не кричала. Она просто смотрела на своего возлюбленного, который стоял на балконе дворца и не мог ничего сделать, и улыбнулась ему в последний раз, прежде чем волны сомкнулись над её головой.Визерра узнала об этом от своей служанки, которая прибежала к ней бледная как смерть и прошептала: «Они убили её, принцесса. Они убили Алисса. По приказу короля».Визерра почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она не любила Райена, но она знала, что такое терять любимого человека. И она знала, что эта смерть будет преследовать её всю жизнь, даже если она не виновата в ней.Через час Райен ворвался в её покои. Его глаза горели безумным огнём, лицо было искажено яростью, а на губах выступила пена. Он схватил Визерру за плечи и с такой силой ударил её по лицу, что она упала на пол, ударившись головой о мрамор. Кровь потекла из её разбитой губы, но она не закричала. Она только смотрела на него снизу вверх, и в её глазах была не боль, а ледяное спокойствие.«Это ты! — закричал Райен, нависая над ней. — Это из-за тебя они убили её! Если бы не эта проклятая свадьба, если бы не твоё проклятое существование, она была бы жива! Ты принесла смерть в мой дом, ты принесла смерть в мою жизнь! Я ненавижу тебя! Ненавижу тебя так, как не ненавидел никого в своей жизни!»Визерра медленно поднялась, вытирая кровь с лица, и посмотрела ему прямо в глаза. В её голосе не было страха — только усталость и боль, которые она носила в себе годами.«Ты можешь ненавидеть меня сколько угодно, Райен, — сказала она тихо. — Но я не убивала её. Я даже не знала о приказе твоего отца. Я — такая же жертва, как и ты. Меня продали, как тебя. Меня вынудили, как тебя. Я не просила этой свадьбы. Я не просила этой смерти. И если ты хочешь винить кого-то, вини своего отца. Вини Баратеонов. Вини всех, кто заставил нас оказаться здесь. Но не вини меня. Я — не твой враг».Райен смотрел на неё, и его руки дрожали от ярости. Но в его взгляде мелькнула тень сомнения — только на мгновение, но Визерра заметила её.«Ты не знаешь, что такое ненависть, — прошептал он, отворачиваясь. — Ты не знаешь, что значит потерять всё, что тебе дорого».Визерра шагнула к нему, и в её голосе зазвенела сталь:«Я потеряла мать, когда мне было девять лет. Я потеряла трёх братьев, которых убили одного за другим. Я потеряла отца, который погиб в море. Я потеряла всё, что у меня было, Райен. И я всё ещё здесь. Я всё ещё стою. Я всё ещё живу. Не смей говорить мне, что я не знаю, что такое потеря».Райен замер. Он медленно повернулся к ней, и в его глазах Визерра увидела нечто новое — не ненависть, а боль. Такую же боль, которую она носила в себе.Визерра подошла к нему и, несмотря на всю его ненависть, положила руку на его плечо.«Мы оба потеряли тех, кого любили, Райен, — сказала она тихо. — Мы оба пешки в этой игре. Может быть, если мы будем держаться вместе, мы сможем пережить это. Я не прошу тебя любить меня. Но я прошу тебя не ненавидеть меня за то, что я не совершала».Он развернулся и ушёл, оставив Визерру одну в её покоях. Она стояла, глядя на закрывшуюся дверь, и чувствовала, как внутри неё разливается ледяной холод. Она знала, что эта ночь изменила всё. Между ней и Райеном больше не было надежды на любовь — только общая боль, общая потеря и обещание мести, которое однажды может объединить их, а может и уничтожить.Визерра подошла к окну, глядя на бескрайнее море, где утонула Алисса, и прошептала:«Прости меня. Я не хотела этого. Никто из нас не хотел этого. Но мы выживем. Мы все выживем. И однажды мы отомстим».Она достала из-за пазухи медальон с волосами Деймона и прижала его к сердцу, чувствуя, как в груди разливается знакомое, утешительное тепло. Её ждала долгая дорога — дорога выживания, борьбы и мести. Но она знала, что не одна. Деймон ждал её. И она обязательно вернётся к нему.