Глава 4

Двери аэропорта Нью-Йорка автоматически разъехались в стороны, и Мишель тут же почувствовала тёплый воздух, смешанный с запахом кофе, дорогого парфюма и большого города.

Эдвард шёл рядом, одной рукой катя чемодан, второй держа телефон.

— Мишель, повторяю последний раз: пожалуйста, веди себя нормально при моих родителях.

Она театрально закатила глаза.

— Стоун, ты повторил это уже раз двадцать за перелёт. Я всё поняла.

— Просто... они немного...

— Богатые? Странные? Контролирующие? — перечислила она.

— Все варианты сразу.

Мишель усмехнулась и поправила рукав своего худи.

— Не переживай. Я сыграю роль идеальной девушки на "Оскар".

Эдвард посмотрел на неё с лёгкой улыбкой.

— Вот это меня и пугает.

Они остановились возле зоны ожидания.

К ним уже направлялась эффектная пара.

Высокая светловолосая женщина в бежевом тренче выглядела так, будто только что вышла с обложки журнала. Идеальная укладка, дорогие украшения и маленькая белая собака на руках.

Рядом шёл мужчина в тёмном пальто с дорогими часами на запястье. Даже его взгляд выглядел дорого.

— Мама, папа, — выдохнул Эдвард.

Женщина сразу раскрыла руки для объятий.

— Эдвард, милый, наконец-то.

Парень обнял мать, потом пожал руку отцу.

— Как долетели? — спокойно спросил мужчина.

— Нормально.

— А где та девушка, из-за которой ты внезапно перестал отвечать на звонки? — прищурилась женщина.

Мишель в этот момент как раз стояла чуть в стороне и спокойно пила свой кофе.

Может, стоит напомнить о своём существовании?..

— Какая девушка? — невинно переспросила она, оглядываясь по сторонам.

Эдвард тихо пихнул её локтем.

— Познакомьтесь... это Мишель. Моя невеста.

Мишель, которая в этот момент спокойно пила кофе, резко поперхнулась.

Струя латте полетела прямо на рукав Эдварда.

— О БОЖЕ, ЗАЙКА, Я СЛУЧАЙНО, — слишком сладким голосом выдала она, начиная вытирать пятно салфетками.

Мишель невинно похлопала ресницами.

Он тяжело выдохнул, а потом неожиданно притянул её ближе за талию — будто это было самой естественной вещью в мире.

Мишель на секунду застыла.

Слишком близко.

Она чувствовала тепло его руки даже сквозь ткань худи.

— Улыбайся, — тихо произнёс Эдвард ей почти в губы. — Мама сейчас нас насквозь прожигает взглядом.

— А твоя мама пугает меня больше, чем ты.

— Меня тоже.

Мишель невольно усмехнулась.

И Виктория Стоун это сразу заметила.

— О, а вы очень мило смотритесь вместе.

— Спасибо, миссис Стоун, — моментально включилась Мишель.

— Просто Виктория, дорогая.

Эдвард рядом тихо пробормотал:

— Они знакомы пять секунд. Почему ты ей уже нравишься больше, чем я?

— Потому что я очаровательная.

— А ещё проблемная.

— Но тебе же нравится.

Эдвард повернул к ней голову.

И на секунду между ними всё будто стало слишком тихим.

Шум аэропорта куда-то исчез.

Остались только его светлые глаза, лёгкая усмешка и рука на её талии, от которой по коже Мишель снова побежали мурашки.

Господи. Почему он так смотрит?

Будто они не играли.

Будто всё это было настоящим.