Глава 5

Дом Стоунов выглядел именно так, как Мишель и представляла.

Огромный.

Слишком красивый.

Слишком дорогой.

Панорамные окна, светлый мрамор, лестница как из фильмов и прислуга, которая встречала их у входа.

— Я боюсь тут дышать, — тихо прошептала Мишель Эдварду.

— Главное ничего не разбей. Мама до сих пор вспоминает вазу 2019 года.

— У тебя семейная травма на тему ваз?

— Теперь да.

Мишель тихо рассмеялась.

И почему-то именно этот звук заставил Эдварда снова посмотреть на неё слишком внимательно.

Он вообще в последнее время смотрел на неё слишком часто.

И это было опасно.

Особенно для Мишель.

Потому что каждый такой взгляд заставлял её вспоминать его руку на талии в аэропорту.

И то, насколько правильно это ощущалось.

⸻

Позже вечером Виктория отправила Эдварда показать Мишель дом и её комнату.

— Только не убейте друг друга, дети! — крикнула она им вслед.

— Без гарантий, — одновременно ответили они.

Поднявшись на второй этаж, Эдвард открыл перед ней дверь просторной гостевой спальни.

— Вау...

Комната была больше всей квартиры Мишель.

— И это гостевая? Вы тут случайно не прячете королевскую семью?

Эдвард усмехнулся и прислонился плечом к двери.

— Привыкай.

— Не думаю, что когда-нибудь привыкну к вашему уровню богатого безумия.

Она подошла к огромному окну.

Нью-Йорк светился внизу тысячами огней.

Красиво.

Очень.

Но почему-то сейчас Мишель чувствовала на себе совсем другой свет.

Взгляд Эдварда.

Она медленно повернулась к нему.

— И всё-таки... о какой невесте шла речь в аэропорту?

Эдвард тяжело вздохнул.

— Мама с детства пыталась свести меня с дочкой друзей семьи.

— И?

— И все вокруг уже решили, что мы когда-нибудь поженимся.

Мишель скрестила руки на груди.

— То есть мы договаривались совсем о другом, Стоун.

— Я знаю.

— Я должна была сыграть девушку. Не невесту.

— Я запаниковал.

— Ты?!

— Да, представь себе.

Она прищурилась.

— И насколько всё плохо?

Эдвард сделал пару шагов к ней.

— Настолько, что ты сейчас здесь.

Мишель почувствовала, как сердце предательски ускорилось.

Он остановился слишком близко.

Опять.

От него пахло парфюмом, свежестью после душа и чем-то опасно уютным.

— И как зовут эту идеальную будущую жену? — тихо спросила Мишель.

— Амелия.

— Уже ненавижу её.

Эдвард усмехнулся.

— Ревнуешь?

— Не льсти себе.

— Тогда почему ты так смотришь на меня?

Мишель открыла рот, собираясь съязвить...

Но слова вдруг исчезли.

Потому что Эдвард медленно убрал прядь волос с её лица.

Очень осторожно.

Будто боялся спугнуть.

И это движение почему-то выбило из неё весь привычный сарказм.

— Ты специально это делаешь? — тихо спросила она.

— Что именно?

— Заставляешь меня забывать, что я должна тебя раздражать.

Эдвард улыбнулся.

Не как обычно.

Мягче.

И от этого стало только хуже.

Мишель сама не поняла, в какой момент подошла ближе.

Между ними почти не осталось расстояния.

Она чувствовала его дыхание.

Чувствовала, как его пальцы медленно скользнули по её талии.

И внутри всё буквально переворачивалось от этого.

Господи. Он же сейчас меня поцелует.

И самое ужасное —

она этого хотела.

Очень.

Мишель медленно провела рукой по груди Эдварда, чувствуя под пальцами тепло его кожи даже сквозь тонкую ткань рубашки.

Эдвард шумно выдохнул.

Его взгляд потемнел настолько заметно, что у неё внутри всё перевернулось.

— Ты играешь нечестно... — хрипло произнёс он.

Мишель медленно подняла на него глаза.

— А кто сказал, что я вообще играю?

На секунду между ними повисла тишина.

Только слишком громкое дыхание и шум города за панорамными окнами.

Эдвард сделал ещё шаг вперёд, буквально прижимая её к холодному стеклу.

И от этого контраста — прохладного окна за спиной и горячего тела напротив — по коже Мишель побежали мурашки.

Она чувствовала его руки на своей талии.

Медленно.

Осторожно.

Будто он всё ещё пытался держать контроль.

Хотя взгляд выдавал его полностью.

Мишель сглотнула, чувствуя, как сердце начинает биться где-то в горле.

— Ты сейчас так смотришь, будто это плохая идея, — тихо прошептала она.

Эдвард усмехнулся уголком губ.

— Это ужасная идея.

— Тогда почему ты всё ещё так близко?

Вместо ответа его пальцы медленно скользнули вверх по её спине.

Под тонкой тканью.

Неторопливо.

От этого прикосновения Мишель едва слышно выдохнула.

И, кажется, именно этот звук окончательно сорвал Эдварду остатки самоконтроля.

Он наклонился ближе, касаясь лбом её лба.

Слишком интимно.

Слишком правильно.

Мишель чувствовала его дыхание на своих губах.

Его рука уже крепче держала её за талию, а вторая медленно скользнула по бедру, заставляя её буквально забыть, как нормально думать.

— Господи, Мишель... — тихо выдохнул Эдвард. — Ты вообще понимаешь, что делаешь со мной?

Она нервно улыбнулась, хотя внутри всё дрожало от напряжения.

— Возможно.

Её пальцы скользнули к воротнику его рубашки, медленно сжимая ткань.

Эдвард прикрыл глаза на секунду, будто пытался прийти в себя.

Безуспешно.

Потому что уже через мгновение он притянул её ещё ближе.

Так, что между ними больше не осталось воздуха.

Мишель чувствовала тепло его тела, биение его сердца и то, как его пальцы слегка сжались на её талии.

И это сводило с ума.

Она приподнялась на носочках.

Эдвард медленно провёл большим пальцем по её щеке, потом по губам.

Очень нежно.

Но от этого прикосновения внутри вспыхнуло ещё сильнее.

— Если ты сейчас не остановишься... — тихо произнёс он.

— То что?

Он посмотрел ей прямо в глаза.

И в этом взгляде было слишком много всего сразу.

Желание.

Напряжение.

И то опасное чувство, когда человек уже почти перестал себя контролировать.

— Я тебя поцелую.

Мишель только собиралась ответить что-то дерзкое...

Но вместо этого сама потянулась к нему первой.

Их губы разделяли буквально миллиметры.

Но в этот момент в дверь резко постучали.

Они оба вздрогнули.

— Мистер Стоун? — послышался голос прислуги. — Прибыла мисс Амелия Блэквуд.

Повисла тишина.

Мишель медленно закрыла глаза и уткнулась лбом Эдварду в плечо.

— Ты издеваешься...

Эдвард тихо выругался себе под нос.

А через несколько секунд снизу послышался женский голос:

— Эдвард! Ты даже не встретишь меня?

Мишель подняла взгляд.

— О. Так вот она, твоя "идеальная невеста".

Эдвард провёл рукой по волосам, всё ещё тяжело дыша после того, что между ними только что почти произошло.

— Поверь... ты сейчас гораздо большая проблема, чем Амелия.

И почему-то от этих слов у Мишель снова закружилась голова.

Они вышли в коридор.

И стоило Мишель посмотреть вниз с лестницы, как она сразу заметила Амелию Блэквуд.

Девушка выглядела идеально.

Длинные светлые волосы мягкими волнами спадали на плечи, светлое платье подчёркивало фигуру, а на лице играла милая, почти ангельская улыбка.

Та самая девушка, которую родители обычно называют "идеальной партией".

Амелия подняла взгляд наверх.

И улыбка на её лице стала шире.

— Эдвард...

Но стоило её глазам остановиться на Мишель рядом с ним...

Как в её взгляде на долю секунды мелькнуло что-то холодное.

Острое.

Неприятное.

Слишком фальшивое для такого милого лица.

И Мишель сразу всё поняла.