Неделя тишины: Крах королей и ледяной плен

Прошла неделя. Семь дней, которые превратили роскошный особняк в склеп. Альфы, привыкшие, что их приказы - закон, а их желания - приоритет, теперь напоминали тени самих себя. Омеги не просто замолчали - они выстроили вокруг себя железобетонную стену.

День третий: Стадия отрицания- Да пошел он! - орал Минхо в пустой столовой, швыряя тарелку в стену. - Пусть сидит, сука, хоть до посинения! Думает, я приползу? Хрен там!Джисон в этот момент медленно прошел мимо него к холодильнику, взял бутылку воды и вышел, даже не повернув головы на звук бьющейся посуды. Для него Минхо был пустым местом, призраком, который просто мешает проходу. Минхо замер с занесенным кулаком, чувствуя, как внутри всё просто выгорает от этого холода.

День пятый: Стадия торгаХёнджин завалил студию цветами, дорогими украшениями и коробками с любимыми сладостями Феликса. Он даже купил ту самую машину, о которой Ликс вскользь упоминал месяц назад.- Ликс, посмотри, - Хван умоляюще заглядывал в глаза омеге, преграждая ему путь. - Я всё осознал. Я уволил ту бабу. Я клянусь, я больше никогда не запру тебя. Пожалуйста... скажи хоть слово. Хоть «уйди». Просто звук издай, блять!Феликс просто аккуратно обошел его, перешагнув через букет из ста роз, будто это был мусор на дороге. Он сел на диван, надел наушники и закрыл глаза. Хёнджин сполз по стене, закрывая лицо руками. Его «королевство» рассыпалось в пыль без одного-единственного голоса.

День седьмой: Тотальный крахСынмин, всегда такой расчетливый и холодный, сдался последним. Он зашел в библиотеку, где Чонин уже неделю спал на узкой кушетке, отказываясь возвращаться в их общую спальню. Чонин выглядел бледным, осунувшимся, но его взгляд оставался непроницаемым.Сынмин сел на пол прямо у его ног. Босс крупнейшей группировки города, человек, которого боялись все, просто положил голову на колени омеге и глухо разрыдался.- Прости меня... Пожалуйста, Чонин-а... Я не могу больше. Делай со мной что хочешь, запри меня, убей, но не молчи. Я задыхаюсь без тебя.

Чонин вздрогнул. Его рука непроизвольно дернулась, чтобы коснуться волос Сынмина, но он сжал кулаки. Гордость еще держала оборону, но трещина уже пошла.

Вечером того же дня три альфы сидели в гостиной с бутылкой самого дорогого виски, который на вкус казался помоями.- Мы проиграли, - прохрипел Минхо. Его глаза были красными от бессонницы. - Я готов на всё. Хочет, чтобы я на коленях перед ним по всему городу полз? Поползу. Лишь бы он снова назвал меня «хозяином» или хотя бы «придурком».- Завтра утром, - подал голос Хёнджин, чей голос окончательно сел. - Мы устроим им официальное извинение. Со всеми вытекающими. Если и это не сработает - я просто пущу себе пулю в лоб, потому что так жить - это пиздец.

Омеги слышали это из-за приоткрытой двери второго этажа. Они переглянулись.- Кажется, дошли до кондиции, - шепнул Джисон, и в его глазах впервые за неделю блеснул тот самый чертовский огонек.- Еще одну ночь продержимся? - Феликс хитро улыбнулся, хотя его сердце бешено колотилось от жалости к своему Хвану.- Нет, - отрезал Чонин, вытирая слезу. - Мой Ким плакал. Хватит с них. Идем «миловаться».