Глава 40 Триггер

⚠️ Предупреждение ⚠️Сцены в этой главе могут показаться жестокими и эмоционально тяжелыми. Читайте дальше с осторожностью.

_____________________________________

Вечер медленно опускался на город, окрашивая улицы в мягкие оттенки холодного декабря.

Снега всё ещё не было, но воздух уже окончательно пропитался зимой. Прохлада ощущалась в каждом порыве ветра, скользящего между домами, в запотевших окнах машин и в людях, которые всё чаще прятали руки в карманы и поднимали воротники курток.

Небо за окном постепенно темнело, растворяя в себе последние остатки серого дневного света. Где-то вдалеке уже начинали загораться гирлянды и вывески магазинов, наполняя улицы тёплыми огнями, которые особенно красиво смотрелись на фоне холодного вечера.

В доме было тепло. Тихо играла музыка где-то на фоне, а мягкий свет ламп создавал тот самый уют, из-за которого совершенно не хотелось выходить наружу.

Джон стоял возле зеркала, поправляя рукава белого свитера, пока телефон, зажатый между плечом и ухом, продолжал передавать чей-то слишком эмоциональный голос.

— Нет, я тебе серьёзно говорю, если Феликс снова начнёт лезть к колонке, мы все оглохнем, — раздался голос Чарли.

Джон невольно усмехнулся.

— Ты сам обычно хуже него.

— Неправда.

На фоне тут же послышался голос Оскара:

— Правда.

— Предатель, — драматично выдохнул Чарли.

Джон тихо покачал головой, продолжая собираться. За окном уже окончательно стемнело, а отражение в стекле смешивалось с огнями города, создавая ощущение какого-то странного спокойствия.

— Короче, мы с Оскаром заедем за Лин с Лукасом, а ты за остальными, — продолжал Чарли. — И пожалуйста, не задерживайтесь. У нас там бронь висит.

Джон наконец взял телефон нормально в руку и подходя ближе к зеркалу, стал поправлять волосы.

— На сколько снял?

— На три дня.

— Понял, — коротко ответил Джон.

Поправив воротник свитера, он спросил:

— Что-нибудь купить по дороге нужно?

— Вообще там вроде на базе есть магазины, — задумчиво сказал Чарли. — Но если кайф, можете выпивку захватить.

Сзади внезапно послышался знакомый голос:

— Вау...ты куда такой красивый собрался?

Джон обернулся. В дверном проёме стоял Ким.

Чарли тут же оживился:

— О, а это кто там?

— Ким, — спокойно ответил Джон.

— А-а-а, — протянул Чарли. — Это тот дерзкий дядька?

Ким медленно подошёл ближе и наклонившись к телефону, лениво произнёс:

— Я всё слышу.

Джон невольно усмехнулся. А на том конце звонка Чарли только рассмеялся:

— Его тоже бери с собой!

Джон перевёл взгляд на Кима.

— Я спрошу у него.

— Окей, — довольно сказал Чарли. — Ладно, мы пошли собираться. До встречи!

— Ага. Давай.

Сбросив звонок, Джон убрал телефон в карман. Несколько секунд в комнате стояла спокойная тишина. Ким всё так же стоял рядом, лениво разглядывая его с ног до головы.

— Поедешь с нами? — спросил Джон.

— Куда?

— За город. Чарли снял домики.

Ким тихо хмыкнул:

— О, прикольно...но я не смогу.

Джон слегка нахмурился.

— Почему?

Ким задумчиво протянул:

— Ну как тебе сказать...взрослая жизнь, тяжёлая штука, племяша.

Джон приподнял бровь. Теперь уже он внимательно осмотрел Кима с ног до головы. Тёмная рубашка, идеально сидящий пиджак, аккуратно поправленный галстук и явно слишком хороший вид для человека, который просто никуда особенного не идёт.

— На свидание собрался? — с лёгкой усмешкой спросил Джон.

— Что? — Ким тут же нахмурился. — С чего ты взял?

— А чё ты при параде тоже?

Ким невозмутимо поправил галстук.

— Это просто ужин в ресторане.

— Ну-ну, — тихо усмехнулся Джон.

Он подошёл к своей дорожной сумке, поднял её с пола и направился к выходу.

— Передавай привет Итану.

Ким цокнул языком, но уголки его губ всё равно дрогнули. Когда Джон подошёл ближе, он вдруг остановился и окинув Кима взглядом ещё раз, сказал:

— Но выглядишь ты очень сногсшибательно.

Щёки Кима тут же слегка тронул румянец. Он гордо вздёрнул подбородок:

— Ещё бы. Я по жизни сногсшибательный.

Джон улыбнулся.

— Я не сомневаюсь.

Он вышел из комнаты и направился вниз по лестнице. Ким, как обычно, не отставал. Спустившись на первый этаж, Джон увидел Джованну, которая стояла возле шкафа и разбирала книги на полках. Услышав шаги, она обернулась и сразу мягко улыбнулась.

Подойдя к Джону, она осторожно взяла его за лицо обеими руками.

— Ох, сынок...ты такой красивый.

Она чмокнула его в щёку.

— Хорошо отдохни. Но не забывай звонить.

Джон кивнул.

— Хорошо. Я поехал, мам.

Джованна тоже кивнула и ласково сказала:

— Давай, Джони. Береги себя!

Джон уже взялся за ручку двери, как вдруг сзади раздался голос Кима:

— Ох, племяша! Только не забывай предохраняться!

Джованна тут же усмехнулась и неожиданно поддержала:

— Дело говорит!

Джон тяжело выдохнул:

— О боже...

И, открыв дверь, быстро вышел из дома. Ким с довольной улыбкой посмотрел на Джованну. Та улыбалась не меньше. Они одновременно отбили друг другу пятюню.

А потом Джованна как ни в чём не бывало сказала:

— Так, шутки шутками, но мне нужна твоя помощь.

Ким приподнял бровь.

— Что?

Джованна подошла к шкафу с книгами.

— Давай-давай.

Ким тихо рассмеялся и подошёл к ней ближе.

— Какая вы всё-таки злыдня.

Джованна пожала плечами:

— Что есть, то есть.

Она лишь довольно улыбнулась, продолжая переставлять книги на полке, пока Ким, всё ещё тихо посмеиваясь, начал помогать ей. В доме снова стало спокойно. Тёплый свет ламп мягко ложился на стены, где-то негромко тикали часы, а за окнами уже окончательно наступил вечер.

Тем временем Джон вышел на улицу.

Прохладный воздух сразу ударил в лицо, заставив его чуть сильнее запахнуть пальто. Изо рта тут же вырвался лёгкий пар, а где-то неподалёку ветер лениво раскачивал голые ветви деревьев.

Подойдя к машине, он открыл дверь и закинул дорожную сумку на заднее сиденье. Телефон почти сразу завибрировал.

Чарли:

«Если все же заедете в магаз, не забудьте про алкоголь»

Джон невольно усмехнулся. Сев за руль, он быстро напечатал короткое:

«Не забудем»

И отбросил телефон на соседнее сиденье. Двигатель тихо загудел, фары осветили пустую улицу перед домом, а из колонок негромко полилась музыка.

Джон бросил последний взгляд на светящиеся окна дома, а затем медленно выехал со двора, направляясь навстречу вечеру, который обещал быть хорошим.

Машина плавно скользила по вечерним улицам города. За окнами медленно тянулись знакомые дома, витрины магазинов и редкие прохожие, кутающиеся в шарфы от холода. Дороги уже начали отражать огни фонарей и вывесок, превращая асфальт в размытое полотно из золотистого света.

В салоне негромко играла музыка. Джон одной рукой держал руль, иногда лениво постукивая пальцами в такт мелодии, а другой переключал передачи, спокойно двигаясь сквозь вечерний поток машин.

Подъезжая ближе к району общежитий, Джон всё же взял телефон и набрал знакомый номер. Гудки длились всего пару секунд.

— Вы готовы? — спросил он, когда Ник ответил. — Я минут через пять уже буду у вас.

На фоне сразу послышался какой-то шум, чужие голоса и кажется, смех Феликса.

— Готовы, — ответил Ник. — Ждём.

Джон слегка улыбнулся.

— Отлично.

Сбросив звонок, он снова положил телефон рядом и свернул на знакомую улицу. Оставшиеся пять минут пролетели быстро.

Город за окном постепенно становился всё спокойнее, машин на дорогах было меньше, а холодный вечер окончательно вступал в свои права. В окнах общежитий уже горел свет, где-то мелькали силуэты студентов, а возле входов стояли небольшие компании людей, спасаясь разговорами от прохлады.

Наконец впереди показалось знакомое здание общежития. Джон плавно сбавил скорость и подъехал ближе ко входу. Двери общежития распахнулись, и Джон сразу увидел знакомые лица.

Феликс, идя рядом с Ником, активно жестикулировал:

— Да я тебе уверяю! Всё именно так и было!

Ник закатил глаза.

— Да с чего ты вообще это взял?

Феликс только фыркнул. Подойдя к машине, они быстро открыли двери. Феликс с Марком устроились сзади, а Ник сел рядом с Джоном спереди.

Двери захлопнулись одна за другой, и салон тут же наполнился знакомым шумом голосов. Поздоровавшись, Ник поставил сумку себе на колени, но Джон, заметив это, молча забрал её и поставил назад.

— С тобой спорить себе дороже, — продолжал бурчать Феликс.

Ник усмехнулся:

— И ты это только сейчас понял?

Джон плавно выехал со двора общежития.

— Что у вас там опять?

Феликс тут же оживился:

— Вот скажи мне, Джон...ты смотрел фильм «Остров проклятых»?

— Смотрел, — спокойно ответил тот.

Феликс победно ткнул пальцем в Ника:

— Отлично! А он мне тут доказывает, что с самого начала понял концовку!

— Потому что понял, — невозмутимо сказал Ник.

— Да ты врёшь!

— Нет.

— Да никто не мог с первого раза понять!

Ник повернулся к нему:

— Я понял, когда врач начал странно с ним разговаривать.

Феликс возмущённо уставился в потолок машины.

— Нет, ну вы слышали его?

Марк тихо рассмеялся:

— Солнце, смирись. Ты просто был слишком в шоке от ДиКаприо.

— Конечно был! — драматично сказал Феликс. — Это вообще незаконно, так ломать людям психику, этими фильмами.

Ник усмехнулся и отвернулся к окну. А Джон, слушая их перепалку, только едва заметно улыбнулся, продолжая вести машину сквозь вечерний город. Машина спокойно двигалась по вечерней трассе, постепенно оставляя город позади.

Огни домов становились реже, улицы шире и темнее, а за пределами дороги начиналась почти зимняя тишина. Фонари тянулись цепочкой вдоль шоссе, отражаясь в тёмном асфальте тусклыми полосами света.

В салоне было по-своему шумно и спокойно одновременно.

Феликс всё ещё спорил с Ником, иногда переходя на возмущённый шёпот, будто это могло как-то усилить его правоту. Марк сзади лениво слушал их перепалку, периодически вставляя короткие комментарии, а Джон лишь изредка усмехался, не вмешиваясь, спокойно ведя машину вперёд.

Лин с Лукасом писали в общий чат о том, что они скоро будут, а Чарли уже успел скинуть кучу эмодзи и странных комментариев про их легендарный отдых. За окном тем временем город окончательно растворился. Теперь по обе стороны дороги тянулись тёмные поля, редкие деревья и слабый свет далёких заправок.

Через несколько минут машина свернула с трассы на небольшую парковку у придорожного магазина.

Вывеска светилась жёлтым светом, внутри через стекло были видны полки, холодильники и редкие покупатели, а снаружи тишина и холодный воздух. Джон плавно припарковался и заглушил двигатель.

На секунду в машине стало особенно тихо, слышно было лишь только лёгкое потрескивание остывающего мотора и приглушённые голоса с улицы.

— Ну что, — сказал Ник, потянувшись. — Закупаемся и едем дальше?

Феликс уже потянулся к двери.

— Закупаемся, конечно. У нас впереди важная миссия.

Марк тихо вздохнул:

— Мне уже страшно от слова миссия.

Джон усмехнулся и первым вышел из машины, чувствуя, как холодный воздух снова ударяет в лицо. Они направились в магазин, за тем, что должно было сделать их вечер ещё более шумным, чем дорога до него.

И купив всё необходимое — пакеты с едой, напитками и конечно же, слишком большое количество алкоголя по инициативе Феликса, они снова отправились в путь.

Машина выехала обратно на дорогу, и вечерняя трасса вновь растянулась перед ними длинной полосой света среди почти зимней темноты. Чем дальше они уезжали от города, тем сильнее менялась атмосфера вокруг.

Шум дорог постепенно исчезал, уступая место тишине природы. По обе стороны трассы теперь тянулись тёмные силуэты деревьев, а где-то вдали едва заметно поблёскивали огни редких домов.

Небо над ними было глубоким, холодным, почти чёрным, а ветер лениво качал голые ветви леса, который становился всё гуще по мере их пути.

Вскоре впереди показалась узкая дорога, уходящая в сторону леса. Рядом стояла деревянная табличка с указателем:

«Территория гостевых домов»

Джон сбавил скорость и свернул с основной трассы. Колёса тихо зашуршали по узкой лесной дороге. Здесь было ещё темнее.

Высокие деревья почти полностью скрывали небо, а свет фар выхватывал из темноты лишь влажную землю, стволы сосен и редкие клубы холодного тумана, стелящегося между деревьями.

Но чем дальше они ехали, тем чаще среди леса начинали появляться тёплые огни. Сначала один, потом второй. А затем впереди постепенно стали вырисовываться очертания деревянных домов с большими окнами и мягким жёлтым светом внутри.

Территория выглядела удивительно уютной среди холодного вечера, будто маленький отдельный мир, спрятанный глубоко среди леса.

Заехав на территорию, они почти сразу заметили мужчин в тёмной форме, стоявших возле въезда. Тёплый свет фонарей выхватывал из темноты их силуэты, из-за чего вся территория на секунду стала напоминать какой-то закрытый элитный комплекс.

Один из мужчин подошёл ближе к машине и постучал по стеклу. Джон нажал кнопку, и окно плавно опустилось вниз, впуская внутрь прохладный вечерний воздух.

Мужчина окинул взглядом салон машины и вежливо спросил:

— Здравствуйте. У вас забронировано?

Джон кивнул.

— На имя Чарли.

Мужчина слегка повернул голову:

— Проверь. Имя Чарли.

Второй охранник подошёл ближе, держа в руках какие-то документы. Несколько секунд он внимательно просматривал список, пока остальные молча ждали.

Наконец мужчина поднял голову.

— Господа, прошу вас, поезжайте прямо до дерева, а после сверните налево и до конца. Там будут ваши домики.

— Хорошо, — ответил Джон.

Мужчина рядом слегка поклонился.

— Хорошего отдыха вам.

— Спасибо.

Джон нажал кнопку, окно закрылось, и машина снова плавно тронулась вперёд.

Феликс тут же повернулся назад, наблюдая за охранниками через стекло.

— Да уж... ну и стрёмные тут охранники, конечно.

Ник усмехнулся:

— А что, уже в штаны наложил?

Феликс сразу повернулся к нему:

— Очень смешно.

Ник тихо рассмеялся. Машина тем временем медленно проехала дальше по территории и вскоре остановилась возле ряда уютных домиков, освещённых тёплыми гирляндами. Двигатель машины заглох.

Джон огляделся и сказал:

— Приехали. Выходим.

Феликс тут же потянулся.

— Ура-а...

Двери машины одна за другой открылись, и прохладный лесной воздух сразу окутал их со всех сторон.

Марк оглядел территорию и тихо присвистнул:

— Красиво здесь.

Ник тоже осмотрелся. Тёплые огни гирлянд мягко освещали домики, между которыми тянулись аккуратные дорожки, а вокруг стоял густой лес, погружённый в холодную темноту.

— Да...и правда, — сказал он.

Повернувшись к Джону, Ник спросил:

— А где остальные?

— Сейчас позвоню.

Джон достал телефон и набрал Чарли. Послышались гудки. А через несколько секунд где-то неподалёку внезапно загремела музыка.

Джон медленно убрал телефон от уха и повернул голову в сторону дороги. Из темноты как раз выехала знакомая машина.

Она плавно остановилась рядом с домиками, музыка внутри всё ещё орала на всю округу, а затем двери открылись, и наружу начали выходить остальные.

Джон сразу сбросил звонок. Чарли, выйдя первым, широко улыбнулся и раскинул руки:

— Всем салют! А вы пунктуальные.

Феликс фыркнул:

— А вы вот нет, что удивительно.

— Ой, да ладно тебе, — отмахнулся Чарли. — Нас охранники задержали просто.

Джон приподнял бровь:

— И что хотели?

Чарли достал из кармана четыре пластиковые карточки и показал их всем.

— Ключи.

Феликс подозрительно прищурился:

— Чё-то странные тут охранники.

Оскар, стоявший рядом с машиной, спокойно сказал:

— Просто тут один случай произошёл. Вот и усилили охрану.

Ник нахмурился:

— Какой случай?

— Тут один постоялец умер.

Феликс резко повернулся к нему:

— Чего?

Чарли тут же закатил глаза:

— Да не переживайте вы, ничего серьёзного. Человек просто в ресторане ел всухомятку, поперхнулся, но спасти его не успели.

Оскар кивнул:

— Но слухи ходили разные. Что это могла быть не случайность.

— Оскар, — протянул Чарли. — Давай не нагнетай.

Он перевёл взгляд на Феликса:

— Вы напитки-то взяли?

— Конечно.

— Ну и отлично, — довольно сказал Чарли. — Просто пейте больше, и никто не умрёт.

Феликс гордо кивнул:

— Ну, в этом я спец.

Ник тихо усмехнулся. А Чарли тут же ткнул в него пальцем:

— Обожаю тебя!

А затем хлопнул в ладони:

— Так! А теперь давайте разгружать сумки!

Все тут же начали вытаскивать из машин сумки, пакеты и коробки.

Двери хлопали одна за другой, кто-то пытался удержать сразу несколько пакетов в руках, кто-то спорил, кто именно должен нести тяжёлые бутылки, а Феликс вообще умудрился повесить часть пакетов себе на шею, драматично жалуясь на непосильный груз.

Джон, достав дорожную сумку с заднего сиденья, оглядел стоящие рядом домики.

— Эти четыре наши?

— Ага, — кивнул Чарли. — Выбирайте любой, какой больше понравится.

Он подхватил несколько пакетов с едой и добавил:

— А пакеты с напитками и едой несите вон на ту стеклянную террасу. Мы там будем тусить.

Все почти одновременно повернули головы в сторону, куда он указал.

Немного дальше среди деревьев действительно стояла просторная деревянная терраса с полностью стеклянными стенами и потолком. Из-за этого она казалась почти прозрачной среди тёмного леса, а внутри уже мягко горел тёплый свет.

Когда они подошли ближе, атмосфера стала ещё уютнее.

В центре террасы стоял большой деревянный стол, вокруг которого располагались светлые мягкие кресла и диваны. Под потолком висели гирлянды с тёплым жёлтым светом, а рядом на деревянных стойках стояли небольшие светильники, наполняя всё пространство мягким сиянием.

Сквозь стеклянные стены было видно ночной лес. Тёмные деревья покачивались от ветра, а где-то между ними клубился холодный туман. Парни зашли внутрь и начали ставить пакеты на стол.

Оскар подошёл к выключателю и щёлкнул светом. Терраса сразу озарилась ещё ярче. А когда загорелась еще одна гирлянда, всё пространство окончательно приобрело атмосферу какого-то зимнего уюта.

Феликс медленно огляделся и театрально выдохнул:

— Ну и романтика...

Чарли довольно хмыкнул:

— Ясен хуй. Я тот ещё романтик.

Оскар закатил глаза, подошёл к нему и хлопнул по плечу:

— Пошли давай. За остальными пакетами.

Чарли широко улыбнулся и кивнул:

— Есть, сэр.

Они вышли с террасы обратно на улицу.

Остальные тоже не сидели без дела — кто-то отправился за оставшимися вещами, кто-то уже начал расставлять напитки и еду на столе, а кто-то просто стоял среди этого тёплого света и шумных голосов, впервые за долгое время позволяя себе по-настоящему расслабиться.

Неожиданно среди всей этой подготовки разгорелся небольшой спор — кто в каком домике будет жить.

Феликс почему-то категорически отказался жить рядом с Чарли, утверждая, что не выдержит его ночные концерты, Чарли в ответ драматично хватался за сердце, а Марк уже начинал угрожать, что вообще выгонит всех спать на улицу, если они не перестанут спорить.

В итоге после нескольких минут шумных обсуждений, подколов и взаимных претензий они всё же пришли к компромиссу. И наконец вся суета постепенно улеглась. Пакеты были разобраны, напитки расставлены, а музыка включена.

Кто-то подключил колонку к ноутбуку, и по террасе сразу растеклась негромкая музыка, идеально смешиваясь с шумом голосов, звоном бутылок и атмосферой зимнего вечера за стеклянными стенами.

Все расселись по местам. Кто-то развалился в кресле, кто-то уселся прямо на подлокотник дивана, а Феликс вообще закинул ноги на соседнее кресло, будто это была его личная территория.

Ник, открывая бутылку, усмехнулся:

— Да уж...удивлён, что ты, Феликс, ещё и не так сильно капризничал по поводу домика.

Феликс тут же театрально усмехнулся:

— Только дети могут так себя вести.

Увидев взгляды остальных, он тут же поднял руки:

— Без обид.

Ник фыркнул:

— А ты чё, дофига взрослый, что ли?

Феликс медленно и максимально грациозно убрал чёлку с лица.

— Естественно.

Ник тихо рассмеялся:

— Ты меня пугаешь.

Феликс только фыркнул в ответ.

Чарли же, уже явно устав ждать, громко хлопнул в ладони:

— Так, всё! Давайте уже выпьем!

— Поддерживаю, — тут же сказал Оскар.

Все подняли свои бутылки и стаканы. На секунду над столом повисло какое-то особенно тёплое чувство. Будто в этот момент никто из них не думал ни о проблемах, ни о будущем, ни о том, что ждёт их дальше. Только этот вечер. Музыка, смех и люди рядом.

— За нас, — почти одновременно сказали они.

И звон бокалов тут же смешался с музыкой и их смехом.

***

Вечер постепенно набирал обороты. Сначала всё было относительно спокойно.

Они просто сидели за большим деревянным столом, ели, пили и разговаривали обо всём подряд, обсуждали экзамены, преподавателей, смешные случаи за семестр и даже вспоминали старые истории, о которых уже, казалось бы, все давно забыли.

Но стоило алкоголю немного ударить в голову, как терраса окончательно наполнилась шумом. Смех теперь не прекращался почти ни на минуту.

Феликс в какой-то момент начал изображать их преподавателя по рекламе, настолько похоже, что Марк буквально согнулся пополам от смеха, а Чарли чуть не уронил стакан себе на колени.

— Нет-нет, подождите! — сквозь смех говорил Оскар. — Сделай ещё раз его взгляд!

Феликс тут же выпрямился, натянул максимально уставшее лицо и произнёс:

— «Ваш проект...вызывает у меня физическую боль».

Террасу снова накрыл взрыв смеха. Даже Джон, обычно державшийся спокойнее остальных, тихо рассмеялся, опуская голову. Музыка играла уже громче. За стеклянными стенами медленно качались тёмные деревья, а внутри было тепло, светло и удивительно уютно.

В какой-то момент Лин неожиданно достала из своей сумки коробку.

— Так, раз вы все уже достаточно шумные, предлагаю настолку.

— О-о-о, — протянул Чарли. — Сейчас начнётся.

— Что за игра? — спросил Ник.

Лин довольно улыбнулась:

— Сейчас узнаете.

Игра оказалась настолько хаотичной, что уже через десять минут все орали друг на друга, спорили и обвиняли Феликса в мошенничестве.

— Да я вообще ничего не делал! — возмущался тот.

— Ты карты под стол прячешь! — орала Лин.

— Это клевета!

— Я реально видела это!

Чарли уже просто лежал на столе от смеха, а Оскар пытался хоть как-то удержать остатки порядка среди этого хаоса. Но именно в этом и был весь кайф, ведь никто не думал о времени. Они просто жили этим вечером.

Потом настольная игра как-то сама собой забылась. Кто-то снова включил музыку громче, и Чарли, разумеется, первым вскочил со своего места.

— Всё! Я объявляю танцевальную паузу!

— Нет, — сразу сказал Оскар.

— Да!

Чарли схватил его за руку и буквально потащил ближе к центру террасы. Феликс тут же присоединился, начиная двигаться настолько нелепо, что Марк чуть не подавился напитком от смеха.

Ник снимал это на телефон, периодически выкрикивая:

— Это компромат! Это стопроцентный компромат!

Лин смеялась, наблюдая за ними, а Лукас в какой-то момент всё же тоже не выдержал и подключился к этому безумию. Музыка становилась громче, кто-то уже сидел прямо на полу возле дивана, кто-то подпевал песням, даже не зная слов, а Феликс в какой-то момент умудрился залезть на кресло и снова объявить себя королём вечеринки.

— Слезь оттуда, пока не убился! — крикнул Марк.

— Я бессмертен!

Через пять секунд он чуть не навернулся. Террасу снова накрыл громкий хохот.

Джон всё это время в основном наблюдал за остальными, иногда переговариваясь с Ником, иногда смеясь с чужих шуток. Он смотрел на друзей. На Лин, которая наконец снова искренне улыбалась. На Лукаса, спорящего с Чарли. На Феликса с Марком, которые опять что-то друг другу доказывали. На Оскара, уже смирившегося с тем, что остановить этот хаос невозможно.

И в какой-то момент поймал себя на мысли, что именно так, наверное, и выглядит счастье. Простое, шумное и живое.

Но под конец вечера все уже заметно устали.

Алкоголь приятно шумел в голове, музыка стала тише, а шумные танцы и крики постепенно сменились более спокойными разговорами. Кто-то развалился на диванах, а кто-то уже лениво потягивал остатки напитков, слушая чужие разговоры.

Теперь они как-то сами собой разделились по парам, обсуждая что-то своё, более личное и тихое. Но даже сквозь эти разговоры периодически проскальзывали шутки, из-за которых вся терраса снова ненадолго наполнялась смехом.

Лукас, оглянувшись по сторонам, заметил Лин, сидящую одну в кресле возле стеклянной стены. За её спиной темнел лес, а гирлянды мягко подсвечивали её лицо тёплым светом.

Подойдя ближе, он остановился рядом.

— Будешь что-нибудь пить?

Лин подняла на него взгляд и улыбнулась.

— Да. Только не алкогольное.

Лукас кивнул.

— Сейчас.

Он ненадолго отошёл к столу, а через минуту вернулся с двумя кружками, от которых поднимался лёгкий пар. Протянув одну Лин, он сел напротив в кресло.

Она осторожно взяла кружку обеими руками.

— Что это?

— Глинтвейн.

Лин удивлённо подняла брови.

— Ого...

Она перевела взгляд на кружку в его руках.

— У тебя тоже?

— Ага.

Лукас сделал глоток, а потом вдруг заметил, как её пальцы слегка дрожат от холода.

— Тебе не холодно?

Лин уже хотела привычно ответить что нет, но он даже не дал ей договорить. Быстро оглядевшись, Лукас заметил плед, лежащий на соседнем кресле. Он поднялся, взял его и осторожно укрыл ноги Лин, а затем снова сел напротив.

Лин невольно улыбнулась чуть теплее.

— Спасибо.

Лукас тоже улыбнулся.

— Не за что.

Некоторое время они просто сидели молча. За стеклом медленно покачивались тёмные деревья, внутри террасы негромко играла музыка, а от кружек приятно пахло специями и чем-то по-домашнему уютным.

Лин сделала небольшой глоток. Тёплый напиток медленно растекался внутри приятным жаром, согревая замёрзшие пальцы и грудь.

— Вкусно, — тихо сказала она.

— Я старался.

Лин усмехнулась.

— То есть ты сам делал?

— Ну... — Лукас задумчиво отвёл взгляд. — Там нужно было просто разогреть.

Она тихо рассмеялась. И Лукас вдруг поймал себя на том, что давно не слышал, как она смеётся вот так, спокойно и искренне. Без натянутой улыбки и грусти в глазах.

Они ещё долго сидели напротив друг друга, разговаривая обо всём подряд. О музыке, планах, детстве. О каких-то совершенно случайных вещах, которые обычно вспоминаются только поздно ночью, когда вокруг становится слишком тихо и уютно.

Иногда их разговоры прерывались чужим смехом с другого конца террасы, иногда кто-то звал Лукаса или Лин к общему разговору, но они всё равно снова возвращались к своему тихому уголку среди шума вечеринки. В какой-то момент Лин неожиданно поняла, что впервые за долгое время её мысли действительно стали легче.

И всё же, когда их снова позвали к остальным, они поднялись со своих мест и вернулись за общий стол.

Феликс тут же поднял бутылку вверх и уже заметно заплетающимся языком, возмущённо сказал:

— Ну чего вы как не родные вообще?

Поднеся бутылку ко рту, он сделал слишком большой глоток. Настолько большой, что часть алкоголя тут же потекла обратно по подбородку.

Ник, облокотившись на спинку дивана, тихо усмехнулся:

— Кажется, ему уже хватит.

— Согласен, — вздохнул Марк.

Он спокойно забрал бутылку из рук Феликса и поставил её на стол. Феликс лишь икнул в ответ и почти сразу бессильно рухнул на плечо Марка. Тот снова тяжело выдохнул, но уголки его губ всё равно дрогнули.

Взяв со стола салфетки, Марк осторожно поднёс их к лицу Феликса и начал вытирать остатки алкоголя с его губ.

Ник, наблюдая за этим, мягко улыбнулся. И сам даже не заметил, как слегка наклонился в сторону, макушкой коснувшись плеча Джона, но тот ничего не сказал. Только едва заметно расслабился, позволяя ему устроиться удобнее рядом.

Марк, продолжая вытирать Феликсу лицо, вдруг услышал тихое недовольное мычание. А в следующую секунду Феликс окончательно сполз вниз и устроился головой прямо у него на коленях, свернувшись почти как довольный кот.

— Эх... — протянул Чарли. — Ну вот. Минус один.

Лин и Лукас тихо улыбнулись и тоже сели за стол. Разговоры снова постепенно вернулись. Кто-то обсуждал музыку, кто-то спорил о фильмах. Чарли уже рассказывал какую-то очередную абсурдную историю, активно размахивая руками.

Но взгляд Лукаса неожиданно зацепился за Ника. Тот сидел рядом с Джоном, всё так же улыбаясь чужим шуткам, и почти незаметно продолжал опираться головой ему на плечо.

Улыбка на лице Лукаса медленно исчезла, Лин заметила это. Проследив за его взглядом, она тоже посмотрела в ту сторону. И её собственная улыбка почти сразу дрогнула. Потому что теперь она заметила ещё кое-что.

Это пальцы Джона. Те медленно и почти незаметно перебирали волосы Ника сзади, осторожно, нежно, будто совершенно машинально, но так естественно и привычно.

Сердце Лин болезненно дрогнуло. Под столом её пальцы невольно сжались. Она быстро опустила взгляд вниз и только сейчас заметила, что Лукас рядом тоже сидел слишком напряжённо. Словно изо всех сил пытался сохранить спокойное лицо.

В голове Лин внезапно вспыхнула мысль:

«Неужели нас связывает одно и то же?..»

Медленно разжав пальцы, она осторожно коснулась кулака Лукаса. Тот сразу посмотрел на неё. Лин подняла голову и столкнулась с его взглядом.

И в этот момент ей показалось, будто она увидела в этих глазах саму себя. То же непонимание, ту же боль. И что-то очень похожее на отрицание. Будто они оба уже давно всё поняли. Но признавать это вслух им всё ещё отчаянно не хотелось.

Из этого странного напряжения их неожиданно вывел голос Оскара.

Он сделал глоток напитка и спросил:

— Кстати...а какие у вас вообще планы на каникулы?

Ник пожал плечами.

— Я здесь останусь.

— Я тоже, — спокойно сказал Джон.

Феликс, который ещё секунду назад почти дремал на коленях Марка, вдруг резко поднялся. Правда, вместе с этим чуть не завалился в сторону.

— А мы-ы... — протянул он, шатаясь. — С Марком свалим.

Марк тут же схватил его за плечо, удерживая.

— Осторожнее. Ты вообще-то только что спал.

Феликс икнул и поднял вверх указательный палец.

— Ага...

— Куда? — спросил Ник.

— В соседний город, — ответил Марк.

Феликс драматично выдохнул:

— У нас родители какую-то заварушку придумали...

— Сказали, что если мы не приедем, то нам кранты, — спокойно продолжил Марк.

Феликс снова икнул.

— А вы же знаете, Ник и Лукас, что мои родители отбитые, так что...

Он ненадолго задумался, а потом с трагичным видом договорил:

— Лучше уж умереть в объятиях Марка.

После этих слов он снова бессильно рухнул ему на колени.

Чарли тут же усмехнулся:

— Вот это я понимаю, настоящая мужская дружба.

Ник с Джоном переглянулись и тихо усмехнулись. Потому что в этой компании только они знали, что между этими двумя уже давно было что угодно, но точно не дружба.

Оскар же задумчиво посмотрел на Марка и Феликса.

— Кстати...а вы случайно не братья? Просто вы реально похожи.

Марк усмехнулся.

— Нет. Но нам это много кто говорил.

Джон перевёл взгляд на Чарли.

— А вы?

Все посмотрели на него. Джон спокойно уточнил:

— Вы куда-то собираетесь?

Чарли с Оскаром переглянулись. А потом одновременно тяжело выдохнули.

— Да, — сказал Оскар. — Родителям нужно помочь, поэтому нас уже запрягли работой.

Чарли тут же трагично шмыгнул носом.

— Джон...ты представляешь? Нас разделили!!

— Ну мы будем в одном городе, — спокойно сказал Оскар. — И будем видеться.

— Это правда... — протянул Чарли. — Но я всё равно буду скучать по тебе!

Оскар тихо усмехнулся.

Джон нахмурился:

— В смысле разделили?

— Ну мы же раньше работали вместе, — объяснил Чарли. — А теперь нас отправляют в разные филиалы. Мол, так продуктивнее будет.

Феликс, всё ещё лежащий на коленях Марка, вдруг пробормотал:

— А я вот видел в фильмах...что разделяться нельзя...это плохой знак...

Чарли тут же драматично ткнул в него пальцем:

— Вот именно! И я о том же!

Оскар покачал головой, а затем перевёл взгляд в сторону Лукаса и Лин.

— А у вас какие планы?

Лин немного помолчала, а потом спокойно сказала:

— А я уезжаю.

Пальцы Джона, до этого лениво игравшие с волосами Ника, вдруг замерли. Он поднял взгляд на Лин.

— И когда же?

Она встретилась с ним глазами.

— После этого отдыха здесь.

— Ясно...

Ник сразу почувствовал это едва уловимое напряжение. Он медленно выпрямился и перевёл тему:

— А ты? — спросил он у Лукаса.

Тот пожал плечами.

— Не знаю пока. Ещё не решил.

Ник кивнул.

— Понятно.

Чарли непонимающе посмотрел на всех.

— А чё у вас лица такие кислые? Как будто она навсегда уезжает.

Лин неожиданно тихо ответила:

— Да.

Чарли тут же поднял брови.

— Что?

Лин выдохнула и опустила взгляд на свой стакан.

— Я навряд ли вернусь.

На секунду снова повисла тишина.

Она слабо улыбнулась:

— У меня дома остались незаконченные дела...так что вот так.

— Ох... — только и смог выдавить Чарли. — Ого...

Даже Феликс ненадолго перестал бормотать что-то себе под нос. Тишина стала тяжёлой, но Чарли, как обычно, первым решил не давать ей затянуться слишком надолго.

Он резко прокашлялся, поднял стакан вверх и громко сказал:

— Тогда давайте сделаем эти дни незабываемыми!

Не сразу, но остальные всё же поддержали его. Кто-то с лёгкой улыбкой, а кто-то молча. Даже Феликс, лежавший с закрытыми глазами, вслепую поднял руку со стаканом.

Раздался тихий звон стекла. И постепенно эта неловкость начала растворяться. Разговоры снова вернулись, более спокойные, тихие, но всё такие же тёплые.

А за стеклянными стенами тем временем ночь уже окончательно вступила в свои права. Лес потемнел ещё сильнее, гирлянды мягко отражались в окнах, а часы давно перевалили за полночь.

Постепенно все начали расходиться по своим домикам. Первыми ушли Марк с Феликсом, а точнее, Марк буквально утащил почти спящего Феликса на себе, пока тот что-то невнятно бормотал ему в шею.

Следом разошлись остальные. Практически последними на террасе остались только Ник и Джон.

Джон поднялся с дивана первым и протянул руку Нику. Тот, слегка улыбнувшись, взял её. Поднявшись на ноги, Ник сразу пошатнулся, и Джон тут же закинул его руку себе на плечи, позволяя удобнее облокотиться на себя.

— Спокойной ночи, — послышалось им вслед.

Они ответили тем же и медленно вышли с террасы в прохладную ночь. Воздух был холодным и свежим. Где-то шумел ветер среди деревьев, а под ногами тихо скрипела деревянная дорожка.

Дойдя до машины, Джон осторожно облокотил Ника спиной о дверь. А сам открыл заднюю дверь автомобиля и нагнулся за сумками.

— Хочу курить, — вдруг тихо сказал Ник.

Джон выпрямился. Достав из кармана пачку сигарет, он открыл её и вытащил одну. Осторожно вставил её Нику в губы.

Ник же, улыбнувшись уголком губ, лениво провёл пальцами по ноге Джона, а затем нырнул рукой в карман его пальто, доставая зажигалку. Поднеся её к сигарете, он несколько раз попытался зажечь огонь, но пальцы слушались плохо.

Джон мягко коснулся его руки.

— Дай сюда.

Забрав зажигалку, он щёлкнул ею и поднёс пламя к сигарете. Кончик тут же загорелся тёплым оранжевым светом. Ник сделал медленный вдох, а затем выдохнул дым в холодный воздух. И довольно улыбнулся:

— Спасибо, красавчик.

Джон тихо усмехнулся, убрал зажигалку обратно в карман и снова наклонился к машине, доставая сумки с заднего сиденья.

Достав их, Джон закрыл дверь машины и поставил сумки на землю рядом. Ник, всё ещё опираясь плечом о холодный металл автомобиля, повернул голову в его сторону.

— Не грусти.

Джон нахмурился.

— Что?

— Я про Лин, — тихо сказал Ник. — Это к лучшему. Ты же знаешь.

Джон выдохнул и отвёл взгляд куда-то в сторону тёмного леса.

— Да...верно.

Ник несколько секунд молча смотрел на него, а потом чуть подался вперёд и мягко поцеловал Джона в висок.

— Я рядом.

Джон повернул голову к нему. И в этот же момент Ник слегка запнулся о собственную ногу, чуть не потеряв равновесие. Но Джон тут же поймал его за талию, притягивая ближе к себе.

Второй рукой он осторожно придержал его за подбородок большим пальцем и тихо прошептал:

— Осторожнее.

Ник моргнул. Его взгляд медленно опустился на губы Джона. Он едва заметно провёл языком по своим зубам, а потом сам сделал шаг ближе. Настолько близко, что между ними почти не осталось воздуха. Джон же тоже подался вперёд.

Их губы наконец встретились, медленно, тепло, будто они оба слишком давно этого ждали. Ник тихо выдохнул прямо в поцелуй, пальцами сжимая ткань пальто Джона.

Тот чуть сильнее притянул его к себе за талию. Поцелуй стал глубже и более жадным. Холодный воздух вокруг будто исчез, оставляя только тепло чужих губ и сбившееся дыхание.

Но внезапно совсем рядом послышались громкие голоса. Ник тут же дёрнулся назад. И губы Джона вместо рта лишь скользнули по его носу. Ник пошатнулся, тихо рассмеявшись себе под нос.

Джон снова придержал его за талию.

— Тише ты.

Они одновременно повернули головы на звук. По дорожке в сторону своего домика шли Чарли с Оскаром, о чём-то громко споря между собой. Кажется, они даже не заметили их.

Джон перевёл взгляд обратно на Ника.

— Докуривай и пошли в дом.

Ник лениво протянул руку с сигаретой. Джон слегка улыбнулся, наклонился и губами осторожно забрал сигарету прямо из его пальцев. Сделав последнюю затяжку, он затушил её и выбросил в сторону урны.

Подняв сумки, Джон кивнул в сторону домика.

— Пошли.

Медленно шагая по деревянной дорожке, они подошли к своему домику. Джон открыл дверь, и они вошли внутрь. Ник на ощупь провёл рукой по стене, пока не нашёл выключатель.

Щёлк.

Комнату тут же залил мягкий тёплый свет. Домик оказался удивительно уютным. Небольшой каркасный дом с высокими потолками и деревянной отделкой внутри.

Одна из стен почти полностью состояла из панорамного стекла, за которым темнел ночной лес. Тёплый свет ламп отражался в окнах, создавая ощущение, будто они находятся где-то далеко от всего мира.

Посреди комнаты стояла большая кровать с мягким светлым пледом и кучей подушек. А рядом был небольшой диван, деревянный столик и гирлянда, небрежно свисающая вдоль стены, наполняя комнату мягким золотистым светом.

Внутри пахло деревом, теплом и чем-то едва уловимо хвойным.

Ник медленно огляделся и тихо присвистнул.

— Ого...а Чарли умеет выбирать места.

Джон лишь кивнул и поставил сумки на пол. Ник же, едва разувшись, но даже не удосужившись нормально снять остальную одежду, с разбега рухнул лицом прямо в кровать.

Матрас мягко прогнулся под ним.

Ник довольно замычал, пошевелив руками и ногами, словно проверяя насколько она удобная.

— Боже...как же мягко тут...

Джон только покачал головой, не сдержав тихой усмешки. Сняв пальто и обувь, он повернулся к огромным стеклянным окнам.

За ними всё ещё темнел лес, а редкие огни с других домиков едва пробивались сквозь деревья. Подойдя ближе, Джон задвинул плотные чёрные шторы, полностью скрывая комнату от чужих глаз.

Ник перевернулся на спину и прищурился.

— Выключи этот свет...слишком ярко.

Джон сначала вставил карточку-ключ в специальный отсек возле двери. Раздался тихий щелчок, и замок автоматически закрылся.

Ник нащупал кнопку рядом с кроватью и включил небольшой светильник. Тёплый приглушённый свет мягко растёкся по комнате. А Джон в этот момент как раз выключил основной свет. Теперь освещённой оставалась только кровать и часть комнаты рядом с ней.

Подойдя ближе, Джон присел рядом. Он осторожно потянулся к куртке Ника, снимая её с него. Следом пошла его клетчатая рубашка. Когда и она оказалась где-то на полу, на Нике осталась только чёрная водолазка.

Джон, слегка приподняв её снизу, просунул руки под ткань. Тёплая кожа под пальцами заставила Ника едва заметно вздрогнуть. Ладони Джона медленно скользнули вверх по его животу, собираясь снять водолазку.

Но Ник вдруг закинул руки ему на шею и крепко обнял.

— Ты чего делаешь?..

— Раздеваю тебя, — тихо ответил Джон. — Или ты собрался так спать?

Ник фыркнул и притянул его ближе к себе.

— Ложись спать...

— Я...

Но Ник только крепче прижал его к себе. Уткнувшись носом куда-то в его шею, он сонно и совсем невнятно прошептал:

— Т-тише...

Джон замолчал, он слышал его дыхание, чувствовал размеренные удары сердца под грудью. И почему-то от этого внутри становилось невероятно спокойно.

Постепенно хватка Ника начала слабеть. Джон осторожно приподнялся. Руки, державшие его, безвольно опустились обратно на кровать.

Он посмотрел на Ника и понял, что тот уже давно спит. С лёгкой улыбкой Джон снова взялся за его одежду, теперь Ник уже не мешал ему. Аккуратно сняв с него оставшиеся вещи, Джон укрыл его одеялом почти до плеч. Собрав разбросанную одежду, он отнёс её к дивану, а затем и сам переоделся.

Вернувшись к кровати, он на секунду замер. Ник спал на боку, чуть нахмурившись во сне и уткнувшись носом в подушку. Это выглядело настолько уютно и мило, что Джон невольно снова улыбнулся.

Выключив светильник, он лёг рядом и укрылся одеялом. После чего осторожно придвинулся ближе к Нику и обнял его со спины. Уткнувшись носом в его волосы, Джон медленно вдохнул знакомый и такой невероятно любимый запах цитруса.

За окнами шумел ночной лес. Где-то далеко завывал ветер, а внутри маленького тёплого домика наконец воцарилась тишина.

***

Утро давно прошло.

Судя по свету за окнами, день уже медленно переваливал ближе к обеду. За плотными шторами мягко пробивалось зимнее солнце, окрашивая комнату в тёплые золотистые оттенки.

Снаружи слышался шум ветра среди деревьев, чьи голые ветви лениво покачивались под прохладным воздухом. Где-то неподалёку хлопнула дверь соседнего домика. Послышался чей-то смех, а вместе с прохладным ветром в воздухе витал запах жареной еды и свежего кофе.

Ник нахмурился и потерев переносицу, медленно открыл глаза. Голова слегка гудела после вчерашнего вечера, а мысли ещё лениво путались где-то между сном и реальностью.

Повернув голову набок, он увидел всё ещё спящего Джона. Тот лежал спокойно, уткнувшись лицом в подушку, а его светлые волосы слегка растрепались после сна.

И только спустя пару секунд Ник понял, почему ему самому было так неудобно лежать. Его ноги практически полностью были закинуты на Джона. Одеяло сбилось куда-то в сторону, подушки валялись как попало, а сам Ник вообще лежал почти поперёк кровати.

Он тихо хмыкнул себе под нос. С его привычкой спать как придётся, он ещё удивлялся, что не оказался ночью на полу.

Осторожно выбравшись из этого хаоса, Ник сел на край кровати и провёл рукой по лицу. В домике было душновато. В воздухе всё ещё витал запах алкоголя, смешанный с теплом комнаты и древесиной стен.

Поднявшись, Ник подошёл к окну и отдёрнул штору. Стоило ему открыть окно, как внутрь тут же ворвался прохладный воздух. Вместе с ним запах леса, влажной древесины и чего-то жареного.

Ник замер. А спустя секунду его живот предательски заурчал.

— Ох, ну супер... — пробормотал он себе под нос.

Недолго думая, Ник направился в душ. Холодная вода быстро помогла прийти в себя. Шум воды постепенно смыл остатки сонливости, а холод в голове наконец начал проходить. Когда он закончил и вышел обратно в комнату, вытирая волосы полотенцем, Джон уже не спал.

Тот сидел на кровати, слегка щурясь от света, и сразу посмотрел на Ника.

— Доброе утро.

Ник кивнул.

— Доброе. Меня ждал?

— Ага.

Джон поднялся с кровати и направился в сторону ванной комнаты. Но Ник вдруг остановил его возле прохода.

— А чего не зашёл?

Джон слегка наклонил голову.

— Думаю, ты слишком громкий и...

— Ой всё, иди уже, — тут же перебил его Ник, толкнув в ванную.

Джон только тихо усмехнулся, скрываясь за дверью. А Ник, закрыв её за ним, подошёл к сумкам и начал искать одежду, попутно прислушиваясь к шуму воды и голосам, которые уже доносились с улицы.

Когда Ник наконец собрался, он накинул куртку, что лежала на диване, обувшись, взял из отсека возле двери ключ-карту. И стоило ему вытащить её, как замок тихо щёлкнул, автоматически открываясь.

Ник слегка отодвинул штору, открыл дверь и вышел наружу. Прохладный воздух тут же ударил в лицо, окончательно прогоняя остатки сонливости.

На улице стоял спокойный зимний день.

Небо было светлым, но затянутым лёгкими серыми облаками, а среди деревьев гулял холодный ветер, шевеля голые ветки. Прямо перед домиками стояли небольшие деревянные столики, а рядом дымился гриль.

Лукас стоял возле него, переворачивая что-то щипцами. Оскар с Марком уже сидели за столиком, лениво о чём-то переговариваясь.

Подойдя ближе, Ник поздоровался и сел рядом.

— А где все?

— Феликс только встал, — ответил Марк. — Так что ещё собирается.

— А Чарли с кем-то по телефону разговаривает, — добавил Оскар.

Лукас повернулся к ним.

— А Лин сейчас подойдёт. Отошла ненадолго.

Ник кивнул, а затем посмотрел на гриль.

— А что ты жаришь?

— Сэндвичи, — ответил Лукас. — Слегка поджариваю. Вы ж все только недавно проснулись, думаю начинать день лучше с чего-то лёгкого.

— Поддерживаю...

Услышав знакомый голос, все повернули головы. К ним медленно подошёл Феликс. Он был слегка растрёпанный. И с таким видом, будто его переехал грузовик.

Марк тут же усмехнулся:

— Ну наконец-то вышел.

Феликс слегка поморщился.

— Ох...я что один так много выпил?

Марк, Лукас и Ник одновременно ответили:

— Да.

Феликс поднял брови.

— Ой всё, не ворчите. А то опять за старое взялись.

— Садись давай, — сказал Марк. — Я тебе напиток взял. Похмелишься.

Феликс удивлённо посмотрел на него, а потом даже слабо улыбнулся.

Но Марк тут же спокойно добавил:

— Это лечебный.

Улыбка Феликса мгновенно исчезла. Он медленно сел за стол.

— Давай сюда...

Взяв стакан с подозрительной зелёной жидкостью, он осторожно отпил глоток. И почти сразу скривился.

— Фу...что это вообще такое?

— Пей, — невозмутимо сказал Марк. — Полезно.

Феликс посмотрел на него с недоверием.

— Я понимаю, что ты на врача учишься...но ты вообще-то только на первом курсе. Ты мне там ничего не подмешал?

— Всё нормально, пей.

Ник тут же усмехнулся:

— Только если для твоих мозгов. Может поумнеешь наконец.

Феликс показал ему средний палец.

— Вот же блять...ещё один.

Но всё же снова поднёс стакан ко рту.

— Давай-давай, — продолжил Ник. — Ты же мужик! Пей!

Феликс протянул стакан в его сторону.

— Хочешь попробовать?

Ник скептически посмотрел на зелёную жидкость.

— Не. Я себя нормально чувствую.

— Ну-ну... — хмыкнул Феликс.

Собравшись с духом, он залпом допил остатки напитка. А потом закашлялся.

— Ну и хуйня же редкостная...

Он поставил пустой стакан на стол и повернулся к Марку.

— Сорян, но это реально пиздец.

Марк спокойно кивнул.

— Зато сейчас тебе легче станет.

— Если я выживу, — пробормотал Феликс, откидываясь на спинку стула, пока остальные уже начинали смеяться.

Через какое-то время к столикам наконец начали подтягиваться остальные. Чарли вышел одним из первых, всё ещё разговаривая с кем-то по телефону и лениво поправляя волосы.

Следом появилась Лин, спокойная, сонная, в тёплом свитере и с кружкой кофе в руках. Чуть позже вышел и Джон. Он молча сел рядом с Ником, поставив перед собой кружку чёрного кофе, от которого поднимался горячий пар.

Кто-то ел поджаренные сэндвичи, а кто-то просто пил кофе, кутаясь в куртки и периодически щурясь от прохладного ветра. Иногда между разговорами слышалось потрескивание гриля. А вокруг шумел лес.

Лёгкий ветер гулял между домиками, качая голые ветки деревьев, а небо оставалось светлым, хоть солнце и пряталось за облаками.

Чарли наконец убрал телефон и сел за стол. Посмотрев на уведомление, он вдруг сказал:

— Эй, ребята...все уже видели результаты?

За столом мгновенно воцарилась тишина. Будто все одновременно вспомнили о самом важном. Практически синхронно все начали доставать телефоны. Послышались щелчки блокировок экранов. Кто-то нервно постукивал пальцами по столу, а кто-то тихо матерился себе под нос, пока загружался сайт университета.

Несколько минут все молчали. Но потом послышались громкие голоса:

— СДАЛ!

— Я ТОЖЕ!

— ЕСТЬ БЛЯТЬ!

— УРААА!

Радостные крики одновременно раздались со всех сторон.

Феликс тут же поморщился и схватился за голову.

— Да тише вы...

Ник рассмеялся.

— Боже, ты просто невыносим во время похмелья.

— Да вы просто слишком громко орёте...

Но внезапно Феликс замолчал. А потом, резко подняв кружку кофе вверх, сам крикнул:

— УРААА!

И почти сразу болезненно зажмурился, хватаясь за голову.

— Сука...

Чарли усмехнулся.

— Однозначно биполярка.

Все снова рассмеялись. Даже Феликс не удержался и слабо улыбнулся, хоть и выглядел так, будто ещё немного и он умрёт прямо за этим столом.

Чарли хлопнул ладонями по столу.

— Поздравляю нас!

Он довольно оглядел всех, а после вдруг сказал:

— А теперь у меня есть предложение.

Оскар рядом с ним тихо выдохнул.

— Мне уже страшно.

Чарли проигнорировал его и продолжил:

— Тут недалеко есть термальные купели и банный комплекс. Отдельная территория, между прочим, только для нас. Горячие бассейны, баня, лес, атмосфера, ну вы поняли.

Феликс медленно поднял голову.

— О...вот это уже звучит как рай.

— Особенно для твоего похмельного лица, — усмехнулся Ник.

Феликс ткнул в него пальцем.

— Между прочим, горячая вода лечит душу.

— А у тебя она есть? — спросил Ник.

— Нет, но проверить стоит.

Лин слегка улыбнулась, обхватывая кружку ладонями.

— Если там правда есть горячие купели, то я согласна.

— Есть, — довольно сказал Чарли. — Причём под открытым небом.

Лукас поднял брови.

— Зимой?

— В этом весь кайф, — ответил Оскар. — Сидишь в горячей воде, вокруг холодный воздух и лес.

Ник выдохнул:

— Ладно...звучит слишком хорошо, чтобы отказаться.

Джон слабо улыбнулся и кивнул.

— Тогда решено.

Чарли тут же довольно хлопнул в ладоши.

— Отлично! Тогда собирайтесь. Нам ещё ехать минут двадцать.

Все согласно закивали. Кто-то принялся доедать завтрак, кто-то допивал кофе. А после ребята постепенно начали расходиться по своим домикам, собираясь к предстоящей поездке.

Когда же все наконец были готовы, ребята расселись по машинам и направились к комплексу. Дорога заняла не так много времени. По мере того как они уезжали всё дальше от домиков, лес вокруг становился гуще.

Высокие тёмные деревья тянулись вдоль дороги, а серое зимнее небо медленно начинало светлеть редкими солнечными бликами.

В машине играла тихая музыка, кто-то переговаривался, кто-то просто смотрел в окно, наслаждаясь спокойствием после шумной ночи.

Когда впереди наконец появились деревянные постройки комплекса, Чарли довольно сказал:

— Ну что, добро пожаловать в рай.

Комплекс выглядел уютно и дорого. Несколько больших деревянных зданий с панорамными окнами располагались среди леса, а над территорией поднимался лёгкий пар от горячих купелей. На улице пахло древесиной, дымом и чем-то хвойным.

Припарковав машины, ребята вышли наружу. Прохладный воздух тут же ударил в лицо, заставляя некоторых поёжиться. У входа их встретили сотрудники комплекса. Им выдали полотенца, халаты и быстро рассказали правила, после чего направили в раздевалки.

Внутри было тепло и пахло эвкалиптом. Послышались звуки открывающихся шкафчиков, чьи-то разговоры и смех.

— Если я утону, скажите моей семье, что я был красавчиком, — донёсся голос Феликса из соседнего ряда.

— Мы скажем, что ты умер от похмелья, — спокойно ответил Марк.

Через некоторое время ребята начали постепенно выходить наружу. Кто-то уже был в халате, кто-то сразу закутался в полотенце, а кто-то, как Чарли, вообще выглядел так, будто приехал сюда сниматься для рекламы курорта.

— Оскар, ну признай, я великолепен.

— К сожалению, да.

Ник усмехнулся, поправляя влажные волосы после душа. Джон вышел следом за ним, и Ник невольно задержал взгляд. Тёплый свет фонарей мягко падал на его лицо, а влажные волосы были слегка зачёсаны назад.

Джон заметил этот взгляд и слегка приподнял бровь.

— Что?

— Ничего, — тут же отвёл глаза Ник.

— Врёшь.

Ник лишь фыркнул, а Джон тихо усмехнулся. Постепенно все собрались возле открытых купелей. Над горячей водой поднимался густой пар, красиво растворяясь в холодном воздухе.

Лин первой осторожно коснулась воды ногой и удивлённо выдохнула:

— Ого...она реально горячая.

— А я что говорил, — довольно сказал Чарли.

Один за другим ребята начали заходить в воду. И стоило телу погрузиться в приятное тепло, как практически у всех одновременно вырвался облегчённый выдох. Будто вместе с холодом и усталостью наконец уходило всё напряжение последних недель.

Так прошло ещё несколько дней их отдыха. И, наверное, впервые за долгое время всё действительно было спокойно. Чарли, словно одержимый идеей сделать этот отдых идеальным, составил им целую программу.

Они ездили на экскурсии, гуляли по вечернему городу, ходили в парк, смотрели фильмы, дурачились в игровых автоматах и даже однажды застряли почти на час в сувенирной лавке, потому что Феликс пытался доказать, что странная деревянная статуэтка обладает энергетикой.

А вечерами всё неизменно заканчивалось одинаково. Они сидели возле огня, разговаривали обо всём подряд, жарили что-то на огне, пили горячие напитки. Иногда Лукас брал гитару, и тогда лес наполнялся тихой музыкой. Кто-то подпевал, а кто-то просто слушал. А иногда они сидели молча, наблюдая за тем, как искры поднимаются вверх и исчезают среди тёмного зимнего неба.

И всё же время шло слишком быстро. Они постепенно подходили к моменту, когда каждому предстояло разъехаться.

Теперь же они стояли на вокзале. Серое зимнее утро встретило их холодным ветром и шумом прибывающих поездов.

Первой уезжала Лин.

Ребята стояли рядом с ней, о чём-то разговаривали, обнимали её, пытались шутить, но даже сквозь улыбку было видно, что всем было тяжело.

Особенно самой Лин.

И дело было не только в отъезде. Её взгляд то и дело скользил по толпе. Словно она всё ещё кого-то искала, но знакомого лица нигде не было.

«Не пришёл...потому что не выдержал бы?..»

От этой мысли внутри неприятно кольнуло.

По вокзалу раздалось объявление:

— Поезд номер...

Лин подняла голову.

— ...отправляется через пять минут.

Все сразу оживились, понимая, что времени почти не осталось. Начались последние объятия, быстрые слова, пожелания писать и звонить.

Джон вышел вперёд.

— Я помогу.

Взяв её чемодан, он направился вместе с ней к нужному вагону. Лин молчала почти всю дорогу. Только крепче сжимала ручку второго чемодана.

Подойдя к вагону, она остановилась.

— Спасибо, Джони...дальше я сама.

Он кивнул. И медленно, словно нехотя, передал ей чемодан. Лин взяла его и слабо улыбнулась.

— Береги себя, Лин, — тихо сказал Джон.

Она посмотрела на него.

— И ты себя, Джон.

А после развернулась и вошла в вагон. Ник, наблюдая за этим со стороны, незаметно достал телефон и набрал номер Лукаса.

Послышались гудки. А через несколько секунд раздался знакомый голос:

— Да?

Ник коротко выдохнул.

— Она уезжает.

На той стороне повисла короткая тишина.

— Понял...спасибо.

Ник опустил взгляд.

— Давай. Звони только.

Лукас тихо хмыкнул.

— Хорошо.

Звонок оборвался. А Джон уже медленно направлялся обратно к ребятам.

***

Лин смотрела на номера мест, медленно проходя вдоль вагона. Люди вокруг что-то обсуждали, складывали вещи, кто-то уже устраивался у окна, а кто-то всё ещё искал своё место.

Найдя нужный номер, она тихо пробормотала:

— Эх...поеду не одна.

Поправив хватку на чемодане, она направилась вперёд. Но стоило ей подойти ближе, как она резко замерла. Чемоданы выскользнули из её рук и с глухим стуком упали на пол. Мужчина, сидевший у окна, тут же обернулся. И, увидев её, улыбнулся.

Лин несколько раз моргнула, будто не веря собственным глазам.

— Лукас?..

Он слегка наклонил голову.

— Привет.

На его губах появилась знакомая мягкая улыбка.

— Что-то ты долго. Я уже заскучал.

Он посмотрел на упавшие чемоданы и поднялся с места, начиная помогать ей.

Лин всё ещё смотрела на него растерянно.

— Что ты тут делаешь?

— Еду с тобой.

— Зачем?..

Лукас пожал плечами, будто говорил о чём-то совершенно очевидном.

— Каникулы ещё не закончились. А планов у меня на них нет.

Он поставил чемодан возле сиденья и посмотрел на неё.

— Ты же не против?

Лин медленно села на своё место.

— Нет...просто это неожиданно.

Лукас уселся рядом и довольно сказал:

— Сюрприз.

Лин покачала головой, всё ещё не до конца приходя в себя.

— А они в курсе?

Лукас кивнул. Перед глазами сразу всплыло лицо Ника, потом удивлённый Феликс, Чарли, который кричал что-то про «любовь и железные дороги», и тяжёлый взгляд Джона.

Сначала они действительно не хотели его отпускать. Но потом, узнав, что он вернётся после каникул, всё же смирились.

Лукас тихо хмыкнул.

— Я же не маленький. Да и тем более...вернусь я.

Лин наконец слабо улыбнулась.

— Ладно...тогда готовься к активному отдыху.

Лукас улыбнулся в ответ.

— Хорошо.

За окном медленно дрогнул перрон. Поезд начал плавно трогаться с места. Лин перевела взгляд на окно, наблюдая, как вокзал постепенно остаётся позади. А потом неожиданно почувствовала, как внутри стало немного легче. Будто вместе с этим поездом она всё-таки увозила с собой не только грусть, но и что-то тёплое, что не позволило ей снова остаться одной.

***

Постепенно этот вокзал провожал каждого, кто уезжал. Поезда сменяли друг друга, объявления раздавались одно за другим, а ребята прощались так, словно больше никогда не увидятся. Кто-то смеялся, кто-то обещал обязательно звонить, а кто-то крепко обнимал друзей, скрывая за улыбкой грусть.

И в конечном итоге из всей этой шумной компании остались только Джон с Ником. Первое время они практически не отходили друг от друга.

Иногда к их вечерам присоединялись Ким с Итаном, тогда дом наполнялся шумом, алкоголем, вечными перепалками Кима и тяжёлыми взглядами Итана, который всё равно в итоге позволял тому делать всё, что вздумается.

Но чем ближе становились праздники, тем тише постепенно становилось вокруг. И в один из таких вечеров Ник с Джоном решили остаться вдвоём.

В том самом уютном доме Джона.

За окнами стоял холодный вечер, стекла слегка запотели от тепла внутри, а гирлянды мягко отражались в темноте окон.

Сначала Джон устроил ужин, спокойный, уютный, почти домашний. Ник всё время шутил, пытался стащить что-нибудь прямо с тарелки Джона, а тот лишь качал головой, но всё равно каждый раз позволял.

А потом они перебрались на диван. Фильм уже подходил к концу. Ник лежал, прижавшись к Джону, лениво перебирая пальцами ткань его свитера, а сам Джон иногда поглаживал его по волосам, даже не особо следя за происходящим на экране.

И спустя время Джон заметил, что глаза Ника были закрыты. Он тихо усмехнулся. Аккуратно подняв его на руки, он понёс его в спальню.

Ник лишь что-то недовольно пробормотал себе под нос, уткнувшись лицом ему в шею. Но стоило его спине коснуться кровати, как он тут же открыл глаза.

И хитро улыбнулся.

Потянув Джона за воротник вниз, он заставил его буквально рухнуть прямо на себя.

Джон, увидев это довольное лицо, тихо сказал:

— Значит, мы не спали?

Ник улыбнулся ещё шире.

— Не-а.

И толкнув его в сторону, быстро уселся сверху. Его пальцы медленно коснулись ширинки Джона.

— Кажется...за мной должок.

Джон слегка наклонил голову, внимательно глядя на него снизу вверх.

— Разве ты его уже не отработал?

Ник тихо фыркнул. Наклонившись ближе, почти касаясь губ Джона своими, он прошептал:

— Тот раз не считается.

Его пальцы медленно скользнули выше, цепляя ткань свитера, а взгляд стал тем самым, опасно игривым, от которого у Джона внутри всё начинало плавиться.

Джон положил руки ему на талию, медленно сжимая её.

— И почему же?

Ник усмехнулся. Его нос слегка коснулся носа Джона.

— Потому что тогда ты слишком быстро перехватил инициативу.

Джон тихо рассмеялся.

— Вот оно что.

Ник наклонился ещё ближе, наконец целуя его, медленно и тягуче. Так, будто специально дразнил, проверяя, насколько долго Джон сможет терпеть.

Джон же терпел ровно до того момента, как язык Ника скользнул ему в рот. Тогда его пальцы впились в талию Ника чуть сильнее, а ответный поцелуй стал глубже, жёстче, словно опаляя.

Ник выдохнул ему прямо в губы с лёгкой усмешкой.

— Терпение кончилось?

— У тебя оно кончилось первым, — тихо ответил Джон, и в его голосе прорезалась та самая низкая, тяжёлая нота, от которой у Ника всегда сводило где-то внизу живота.

Ник хмыкнул, но спорить не стал. Вместо этого он медленно сполз с него вниз, оставляя на груди Джона короткую дорожку из поцелуев, через ключицу, через край свитера, которая уже давно задралась сама собой. Пальцами скользнул по животу, заставляя Джона тихо выдохнуть.

— Лежи, — скомандовал Ник, не поднимая головы. — Смотреть будешь.

Джон приподнялся на локтях, чтобы видеть его. В полумраке спальни глаза Ника блестели, а улыбка была дерзкой, и чуть опасной, как будто он сейчас сожрёт Джона одним лишь взглядом.

Ник не спешил. Он знал, как завести Джона еще больше, и пользовался этим без зазрения совести. Пальцами лениво провёл по ширинке, надавил чуть сильнее, и услышал, как перехватило дыхание у Джона.

— Нравится? — шепотом спросил Ник, глядя на него исподлобья.

— Ты издеваешься? — голос Джона сел на полтона ниже.

— Немного.

Ник улыбнулся совсем по-хамски и наконец расстегнул пуговицу джинсов Джона, намеренно медленно потянул молнию, а потом потянул ткань вниз, освобождая его от одежды. Джон помог ему лишь чуть-чуть, приподняв бёдра, и снова замер, не сводя глаз с лица Ника.

А Ник вдруг наклонился и провёл кончиком языка по внутренней стороне бедра. Джон дёрнулся, и Ник тихо рассмеялся ему прямо в кожу.

— Чувствительный сегодня.

— Ник...

— Всё, всё, не кипятись.

Ник наконец взял его в рот, сначала осторожно, пробуя, привыкая. Но уже через секунду его движения стали увереннее, глубже. Он знал, как доставить удовольствие, и сейчас явно хотел доказать, что прошлый раз, когда Джон перехватил инициативу, был просто разминкой.

Джон откинул голову назад, вцепившись пальцами в простынь. Его дыхание сбилось, стало рваным, хриплым. Он пытался сохранить контроль, но с каждым движением губ Ника это становилось всё труднее.

— Чёрт... — выдохнул Джон сквозь зубы. — Медленнее.

Ник поднял на него глаза, они были такие влажные, наглые, но с искрой. Он не остановился, а лишь наоборот ускорился, и Джон не выдержал, он резко сел, схватил Ника за волосы, не больно, но крепко, и заставил поднять голову.

— Я сказал медленнее.

Ник облизал губы, глядя на него снизу вверх, и прошептал:

— Или что?

Джон смотрел на него несколько долгих секунд. В его глазах горело что-то тёмное, тяжёлое, почти опасное. А потом он мягко, но властно потянул Ника за волосы вверх, заставляя его подняться на кровати.

— Или я сам всё сделаю, — тихо сказал Джон, касаясь губами его уха. — И ты пожалеешь, что начал.

Ник вздрогнул, но улыбнулся, он явно был довольный, и словно пьяный от этой игры.

— Обещаешь?

Джон вместо ответа резко перевернул его на спину, нависая сверху, и поцеловал так, что у Ника на секунду потемнело в глазах. Сначала Нику было хорошо, слишком хорошо. Тепло чужих губ, тяжесть тела Джона, его руки, что удерживали за талию, всё это растворяло в себе.

Но внезапно голову будто пронзило. Резко и так сильно, что Ник дёрнулся. Перед глазами что-то вспыхнуло. Какие-то обрывки, чьи-то руки, крик, тёмная улица и кровь.

Он резко оттолкнул Джона и потеряв равновесие, свалился с кровати на пол.

Джон тут же поднялся следом.

— Ник?..

Он быстро нагнулся к нему, тревога мгновенно появилась в его глазах.

— Что случилось?

Но Ник уже почти не слышал его. Он схватился за голову.

Воспоминания, которые он столько времени пытался похоронить внутри себя, начали всплывать одно за другим. Слишком резко и громко. Голова безумно гудела, а в ушах стоял только шум.

Джон что-то говорил, но слова расплывались, будто доносились сквозь толщу воды. Перед глазами оставалось лишь его взволнованное лицо, но даже оно начало терять очертания.

Когда Джон осторожно коснулся его плеча, Ник резко отдёрнул руку.

И практически вскочил на ноги.

— Не подходи!

Его спина ударилась о холодное стекло окна. Грудь тяжело вздымалась от сбитого дыхания.

Джон замер. И почти сразу понял. Что-то похожее он уже видел у Лин, тот же взгляд, тот же ужас, будто человек находится не здесь.

Он медленно поднялся следом, стараясь не делать резких движений.

— Эй...тише.

Подойдя чуть ближе, он осторожно взял лицо Ника в ладони.

Ник дёрнулся, но Джон удержал его мягко, не позволяя снова уйти в эту панику.

— Посмотри на меня.

Ник тяжело дышал, его взгляд метался по комнате.

Джон большим пальцем медленно провёл по его щеке.

— Ник...это я.

Его слова прозвучали так тихо, спокойно и уверенно.

— Ты дома. Всё хорошо. Слышишь меня?

Ник зажмурился, пытаясь избавиться от вспышек в голове, но те только сильнее давили на виски.

Джон приблизился ещё немного, практически касаясь своим лбом его.

— Дыши со мной.

Он медленно вдохнул. Показывая и не торопя его.

— Вот так...медленно.

Ник сначала лишь дрожал, но потом всё же попытался повторить. Получился сбитый вдох и рваный выдох.

Джон продолжал держать его лицо в руках, не отпуская ни на секунду.

— Хорошо...молодец.

Шум в ушах постепенно начал стихать. Вместо него Ник начал слышать дыхание Джона. Его голос, такой тихий, спокойный, настоящий.

Пальцы Ника дрогнули и вцепились в руки Джона. Он резко уткнулся лбом Джону в плечо, будто силы внезапно закончились.

Джон тут же крепко обнял его. Одной рукой придерживая затылок.

— Всё нормально...я рядом.

И только тогда Ник понял, что его трясёт. Хоть ему и стало немного легче, воспоминания всё ещё горели в голове ярким, беспощадным пламенем.

Ник пытался успокоиться. Пытался цепляться за реальность. За дыхание Джона, за его руки и тепло. Теперь уткнувшись лицом ему в плечо, он судорожно вдыхал воздух, и сквозь этот хаос уловил знакомый запах лаванды. Такой родной и такой спокойный.

Этот запах всегда действовал на него почти магически — заставлял расслабиться, выдыхать, отпускать напряжение.

И сейчас Ник отчаянно хотел этого. Хотел снова почувствовать себя в безопасности. Но тело почему-то отчаянно сопротивлялось.

Будто каждая клетка внутри пыталась вытолкнуть это спокойствие прочь. Словно организм вдруг перестал доверять даже тому, что любил больше всего.

Внутри медленно поднималась тревога, такая тяжёлая и липкая. От неё начало мутить.

Ник сильнее вцепился пальцами в руки Джона, пытаясь совладать с собой, но тело предательски отвергало всё тёплое и уютное.

В голове билось только одно:

«Беги!»

«Быстрее.»

«Сейчас!»

Он резко прокашлялся и отстранился.

Джон тут же посмотрел на него.

— Я сейчас воды принесу, хорошо?

Ник молчал. Только тяжело дышал, пытаясь удержать взгляд хоть на чём-то.

— Ник...ты слышишь меня?

Ник все же медленно кивнул.

Джон выдохнул.

— Отлично. Подожди, я быстро.

Он осторожно отпустил его и направился на кухню. Открыл шкафчик, достал стакан и набрал воды. Но в этот момент прозвучал хлопок.

Звук двери ударил по тишине так резко, что Джон мгновенно обернулся. Его сердце словно провалилось вниз. Он быстро осмотрел дом, но не было ни единой души.

— Ник?..

В ответ была лишь тишина. А потом с улицы раздался рёв мотора. Джон сорвался с места. Резко распахнул дверь и выбежал наружу, но было уже поздно.

На улице был лишь только ветер, такой холодный и резкий. Он посмотрел туда, где стоял мотоцикл, но там тоже было пусто. Мотоцикл, который Джон только недавно сам подарил Нику, больше не было.

Джон застыл. В его руке всё ещё был стакан с водой, его пальцы медленно, но так сильно сжались.

— Блять...

И в следующую секунду он с яростью швырнул стакан в сторону. Тот с оглушительным звоном разбился об асфальт, разлетаясь на сотни мелких осколков. Будто что-то внутри Джона треснуло вместе с ним. И словно по чьему-то зову, с неба резко хлынул дождь. Он был таким тяжёлым и ледяным.

Он мгновенно намочил волосы и лицо. Ветер усилился, а деревья заскрипели. Сама природа будто чувствовала, что происходит что-то плохое. Глаза Джона потемнели. Он резко развернулся и вошёл обратно в дом. Быстро схватил одежду, оделся, взял куртку, ключи и телефон.

Через несколько секунд двигатель машины уже взревел. Джон резко выехал с территории, сжимая руль так сильно, что костяшки пальцев побелели.

На экране телефона светился контакт Ника.

Прозвучали гудки. Один. Второй. Третий.

— Давай...возьми трубку...

Но телефон молчал. Джон резко сбросил звонок. Сильнее вжал педаль газа. Дождь бил по лобовому стеклу так сильно, что дворники едва справлялись.

Машину слегка вело на мокрой дороге, которая постепенно леденела от холода, но Джон даже не сбавлял скорость. Он снова схватил телефон. И начал набирать другой номер.

Тем временем Ник, совершенно не разбирая дороги, куда-то мчался. В голове снова и снова вспыхивал один и тот же голос.

«Быстрее.»

«Быстрее!»

«Гони!»

Пальцы сильнее сжали ручку газа. Мотор взревел громче. Стрелка скорости поползла вверх, но даже этого будто было мало.

Внутри всё продолжало кричать.

«Ещё быстрее!!»

Ник резко вдохнул воздух, чувствуя, как ветер бьёт в лицо, смешиваясь с ледяными каплями дождя. Стоял конец декабря, но снег так и не выпал. Вместо него небо будто разрыдалось холодным, тяжёлым ливнем.

Дождь хлестал по трассе так сильно, словно действительно оплакивал что-то. Асфальт блестел чёрным мокрым зеркалом. По обочинам стояли голые деревья, качаясь от сильного ветра. А фары редких машин расплывались в мутные пятна света.

Видимость становилась всё хуже, но Нику словно было всё равно. Будто внутри появилась только одна цель. До которой добраться нужно было любыми способами, только лишь не останавливаться.

В голове снова вспыхнули обрывки воспоминаний. Чья-то кровь на руках, крик. Ник резко зажмурился на секунду, будто пытаясь вытолкнуть это из головы. Но стало только хуже, его руки дрожали, дыхание сбивалось. А дождь всё сильнее бил по визору* шлема. И внезапно впереди вспыхнул резкий, яркий свет.

Ник инстинктивно зажмурился. Рефлекторно дёрнул руль в сторону, пытаясь уйти от столкновения, одновременно сбрасывая скорость. Но мокрая ледяная дорога уже не слушалась.

Мотоцикл резко повело, колёса сорвались. И в следующую секунду всё исчезло в хаосе. Мотоцикл слетел с трассы, проскальзывая по мокрой земле.

Ника швырнуло следом. Мир словно перевернулся, а потом наступила тишина. Было слышно лишь только дождь, такой тяжёлый и безжалостный.

Ник лежал на холодной земле, почти не двигаясь. Его грудь медленно и сбивчиво поднималась. Боль пульсировала где-то внутри, но сейчас она казалась далёкой, почти нереальной.

Он на секунду прикрыл глаза. Позволяя себе утонуть в темноте, что наконец накрыла его.

***

Голова резко загудела. Ник болезненно прищурился и медленно открыл глаза. Несколько секунд перед ним всё расплывалось. А потом его взгляд сфокусировался и он замер. Перед ним была могила его матери.

Ник резко осмотрелся по сторонам. Рядом, прямо в грязи, лежал шлем. А сам он сидел на коленях перед надгробием.

Он нахмурился, пытаясь понять, как вообще здесь оказался. Последнее, что он помнил ясно — это Джон, тёплая комната, его руки и голос.

А сейчас перед ним было кладбище. Ледяной дождь и могила матери. Он опустил взгляд вниз. Вся его одежда была в грязи.

Куртка была мокрая насквозь, а руки испачканы землёй. Будто он только что выбрался из собственной могилы.

Ник медленно дотронулся до лба. И тут же слегка зашипел от боли. Посмотрев на пальцы, он увидел кровь. Тёмные капли размазались по коже.

Он с недоумением прошептал:

— Поранился?..

Схватившись руками за голову, он тяжело выдохнул.

— Блять...

Пальцы сжались в волосах.

— Почему я здесь?..

Он резко опустил голову. Дождь стекал по его лицу.

— Вспоминай, блять, дурень!!

Его голос дрожал от злости на самого себя.

— Почему ты снова всё забыл?!..

Он убрал руки с головы и расставил их по обе стороны от могилы, будто пытаясь удержаться. А потом вдруг тихо рассмеялся, так надломленно и пусто. Подняв голову, он посмотрел на надгробие матери.

— Мам...

Его губы дрогнули.

— Зачем ты меня привела сюда?..

Он шумно выдохнул. Снова опустил голову.

— Соскучилась по мне?..

Тихий смешок сорвался с его губ. И почти сразу глаза наполнились слезами. Будто тело наконец перестало сопротивляться.

В голове начали мелькать обрывки воспоминаний, такие разбитые и несвязные. Словно кто-то разорвал плёнку на части.

Тепло Джона.

Рёв мотора.

Яркий свет.

Холодная земля.

Лес.

Бег.

Ветки цеплялись за одежду, тянулись к нему, будто пытались удержать.

Он споткнулся, упал.

Грязь.

Темнота.

Ник резко вдохнул воздух. Но сколько бы он ни пытался ухватиться за воспоминания, они словно намерено ускользали. Оставляя после себя только шум и боль.

Он медленно выдохнул.

— Видимо поэтому я грязный...

Ник попытался подняться. Но ноги тут же предательски задрожали. Он схватился рукой за верх надгробия, удерживая себя.

— Блять...

Он тяжело дышал. Ноги кололо так сильно, будто они перестали ему принадлежать. Он медленно растёр их ладонями, пытаясь вернуть чувствительность.

Холод пробирал до костей. Дождь продолжал литься без остановки. И только спустя время, когда покалывание стало слабее, Ник наконец выпрямился. Убрав руку с надгробия, он снова тяжело выдохнул.

Сзади послышались чьи то шаги. Ник замер, прислушиваясь. Сначала они были тихими, почти неразличимыми среди шума дождя, но спустя секунду стали быстрее и уверенные. Кто-то явно направлялся прямо сюда.

Сердце резко дернулось. Подумав, что это может быть Джон, Ник резко развернулся и крикнул:

— Джон!

Но слова застыли в горле. Он опешил, увидев лицо, которое ожидал увидеть здесь меньше всего.

Мужчина тоже замер. Из его рук медленно выпали белоснежные цветы, ударяясь о мокрую землю. Несколько лепестков тут же испачкались грязью, а сам мужчина побледнел так резко, словно увидел перед собой призрака.

Он сглотнул, а после резко рванул прочь.

Глаза Ника потемнели. Пальцы медленно сжались в кулаки. В груди будто что-то взорвалось. Не думая ни секунды, он резко схватил шлем с земли и сорвался следом.

Мокрая земля скользила под ногами, дождь бил по лицу, мешая видеть, но Ник бежал, перепрыгивая через лужи и перила. Ветки кустов цеплялись за одежду, обувь вязла в грязи, но он будто ничего не чувствовал.

Перед глазами было только одно лицо.

Мужчина бежал впереди, постоянно оглядываясь. Его дыхание было рваным, паническим. Он едва не поскользнулся на мокрой плитке, но удержался и снова побежал.

— СТОЙ, СУКА!! — сорвался голос Ника.

Но тот лишь ускорился. Тогда Ник, чувствуя как внутри всё закипает от ярости, замахнулся и со всей силы швырнул шлем вперед. Тяжелый шлем с глухим ударом врезался мужчине в спину.

Тот вскрикнул от резкой боли и споткнувшись об камень, рухнул на мокрую землю. Ник тут же добежал до него. Резко перевернув мужчину лицом к себе, он не дал ему даже вдохнуть, его кулак мгновенно врезался ему в лицо.

Раз. Второй. Третий.

Удары были настолько яростными, что лицо мужчины почти сразу залилось кровью. Голова дергалась от каждого удара, а дождь смывал кровь по его щекам прямо в грязь.

— Погоди... — прохрипел мужчина.

Но Ник будто не слышал, он продолжал бить его. Всё, что копилось внутри столько лет — страх, боль, ненависть, бессонные ночи, крики матери в воспоминаниях, сейчас вырывалось наружу вместе с каждым ударом.

Мужчина закашлялся кровью и хрипло сказал:

— Я пришел...навестить её...

Кулак Ника замер прямо возле его лица. Повисла тяжелая тишина. Ник медленно выпрямился. А потом вдруг рассмеялся, так тихо, нервно, но пугающе.

Он встал на ноги и, тяжело дыша, сказал:

— Правда что ли?.. — его голос дрожал от злости. — Что, свои грехи пришел замаливать??

Мужчина тяжело дышал. Слегка приподнявшись, он сплюнул кровь и сказал:

— Нет.

Ник наклонил голову и зло усмехнулся.

— Тогда какого хуя ты здесь?? — сорвался он. — Ты что сбежал с тюрьмы??

Мужчина покачал головой и сказал:

— Нет...меня отпустили.

Ник удивленно замер.

— Отпустили?.. — переспросил он. — Почему??

Мужчина в ответ лишь прокашлялся, кровь смешалась с дождевой водой и стекла по его подбородку.

Ник резко схватил его за куртку и прорычал:

— Отвечай, сука! Или это кладбище станет твоим домом!

Мужчина сглотнул вставший в горле ком и дрожащим голосом сказал:

— Это...не...я...

Ник сильнее сжал его куртку.

— Что значит не ты??

Мужчина зажмурился и выдохнул:

— Не я убил твою мать.

Ник замер. Повисла тишина. Даже дождь будто на секунду стих в его голове. Он медленно отпустил мужчину, а после вдруг начал хлопать в ладоши.

— Браво! — нервно усмехнулся он. — Да вы сказочник, господин убийца.

Мужчина нервно покачал головой.

— Правда...это был не я...я не убивал...

Ник резко перестал хлопать. Его лицо стало пугающе пустым.

— Тогда почему ты признался в содеянном, когда тебя взяли?

Мужчина заморгал, тяжело дыша.

А Ник уже был на пределе.

— ОТВЕЧАЙ!!

Мужчина дернулся от его крика и прохрипел:

— Ему нужен был козел отпущения...а я...в общем...он угрожал моей семье...поэтому мне пришлось признать вину...

Он судорожно вдохнул.

— Но это не я...не я убийца твоей матери...

Он попытался встать, но ноги подвели его, и мужчина снова рухнул на колени. Склоняя голову, он прошептал:

— Это был не я...прости меня...

Ник нервно покачал головой. Мир вокруг будто начал трещать.

— Тогда кто?.. — тихо спросил он. — Кто убийца моей матери?..

Мужчина поджал губы. Явно не собираясь отвечать. Ник резко ударил его ногой в плечо, и тот повалился обратно на землю.

— ОТВЕЧАЙ!! — сорвался Ник. — Кто это был??

Мужчина закрыл глаза и прошептал:

— Прости...я не могу сказать...

— ЧТО??

— Моя семья...она будет в опасности...

Из глаз мужчины потекли слезы, смешиваясь с ледяным дождем.

— Я...я не могу...

Ник молча смотрел на него. Смотрел так, словно видел перед собой не человека, а собственное безумие. А после вдруг дико рассмеялся, так надрывно и сломано.

Он поднес кулак ко рту и с силой прикусил указательный палец, пытаясь вернуть себе хотя бы остатки разума. Солоноватый привкус крови мгновенно растекся по языку, но даже боль не помогала. С каждым вдохом ему казалось, что он начинает сходить с ума.

Все эти годы он думал, что убийца его матери гниет за решеткой. А теперь оказалось, что настоящий убийца всё это время спокойно жил дальше.

Он наверняка смеялся, дышал, спокойно спал и наслаждался свободой. Пока Ник медленно умирал внутри, рядом с могилой собственной матери.

Его плечи дрогнули. Он поднял голову к черному небу, по которому безжалостно бил ледяной дождь. И впервые за долгое время внутри Ника родилось не отчаяние, а нечто гораздо страшнее.

А где-то там его искал Джон. Телефон разрывался от его звонков. Но Ник не мог заставить себя даже посмотреть на экран.

Дождь продолжал лить по его лицу, смешиваясь с кровью и слезами, пока Ник молча смотрел в пустоту.

Теперь ему предстояло не смириться со своим прошлым, а пережить его заново, понимая, что всё, во что он верил все эти годы, оказалось ложью.

_____________________________________

*Визор шлема — это защитное стекло или прозрачный щиток на мотошлеме, который закрывает лицо мотоциклиста.