Часть 2. Первая кровь

Часть 2. Первая кровь

Лера не убрала подсвечник.

Она так и стояла посреди гостевой комнаты, босая, в короткой шелковой пижаме фиолетового цвета, которая сползала с одного плеча. Светлые кудрявые волосы торчали во все стороны - она явно ворочалась во сне, прежде чем услышать чужие шаги. Зеленые глаза в полумраке казались черными, зрачки расширены - то ли от испуга, то ли от злости.

Андрей медленно опустил пистолет. Не убрал - опустил вдоль бедра. Палец всё ещё лежал на спусковой скобе.

· Я уже объяснил. Отец нанял меня. Твоя охрана. С этого момента я живу здесь.· Это ты объяснил. - Лера сделала шаг вперед. Плечи расправлены, подбородок вздернут - вся поза кричала: "Не подходи, укушу". - А теперь объясни, почему я должна верить человеку с пушкой, который среди ночи торчит в незнакомой комнате? Ты можешь быть кем угодно. Подставным. Киллером. Уродом, который прикидывается телохранителем, чтобы втереться в доверие.· Мог бы. - Андрей говорил ровно, без эмоций. - Тогда ты уже была бы мертва. Я не стал бы тратить время на разговоры.

Она хмыкнула. Не испугалась - вот что бесило. Двадцать два года, а в глаза смерти смотрит так, будто это обычная утренняя перепалка с бариста в кофейне.

· Логично, - протянула она, наконец опуская подсвечник. Поставила его на тумбочку, рядом с его "Глоком" - демонстративно близко. - Но папин подарок мне не нужен. Я сама могу за себя постоять.· Да? - Гром скользнул взглядом по её тонким рукам, ключицам, родинке на правой ключице, которую он заметил сразу - слишком уж она выделялась на светлой коже. - И как успехи? Неделю назад тебя чуть не похитили.

Лера замерла. На секунду зелень её глаз полыхнула чем-то настоящим - страхом? стыдом? - но тут же погасла, сменившись привычной колючей маской.

· Откуда ты знаешь? Отец треплется?· Я должен знать всё. Это моя работа.· Работа, - повторила она, словно пробуя слово на вкус. И вдруг улыбнулась - той самой улыбкой от уха до уха, от которой у нормальных мужиков подкашиваются колени. Но Андрей не был нормальным. Он стоял как скала. - Значит, телохранитель. Красивый, высокий, брюнет. Шрамы, татуировки, взгляд уставший. - Лера обошла его по кругу, и он позволил - потому что не чувствовал угрозы. - Ты похож на волка из тех дурацких романов, которые я читала в шестнадцать. Только челюсть тяжеловата. И нос сломан.· Автокатастрофа, - коротко ответил он. - Вопросы закончились?· Нет. - Она остановилась прямо перед ним. Между ними было меньше метра. Андрей чувствовал её запах - ваниль и имбирь, смешанные с теплом спящего тела. - Как тебя зовут на самом деле? Не кличку, не паспортный псевдоним. А имя.

Андрей молчал три удара пульса. Потом сказал:

· Андрей.· Андрей, - повторила она, и в её произношении это имя вдруг стало чужим, опасным. - Ладно, Андрей. Завтра в семь утра я пью кофе. Черный, без сахара, с корицей. Если я его не получу - будешь вонять из моего дома еще до того, как отец проснется. Договорились?

Не дожидаясь ответа, Лера развернулась и вышла. Босая, в пижаме, с гордо поднятой головой, хотя подол сзади задрался настолько, что Андрей увидел край узких трусов - белых, хлопковых, совершенно не сочетающихся с её образом роковой женщины.

Дверь закрылась. В коридоре стихли шаги.

Андрей выдохнул. Только сейчас заметил, что до боли сжимал пистолет.

· Чертова девчонка, - прошептал он в пустоту.

---

Утром он был в кухне в 6:45.

Кофе сварил сам - нашел в шкафу зерна, смолол, залил в турке. Пахло так, что у него самого свело желудок (не ел с обеда). Корицу насыпал отдельно в маленькое блюдце - пусть сама добавляет.

Лера пришла ровно в 7:00. Секунда в секунду.

Сегодня на ней была огромная мужская рубашка в синюю клетку - закатана до локтей, болтается как на вешалке. Нижние пуговицы не застегнуты, виднеется край майки. Джинсы рваные на коленях. Кудри собраны в небрежный пучок на макушке, но несколько прядей выбились и падают на лицо. Зеленые глаза сонные, но взгляд уже острый.

Она села за стол, не поздоровалась. Гром поставил перед ней чашку и блюдце с корицей.

· Ты не добавил сахар, - сказала она, не глядя.· Ты просила без сахара.· А ты должен был догадаться, что сегодня я пью с сахаром.

Андрей медленно вдохнул. Сжал челюсть так, что желваки заходили под кожей.

· Я телохранитель, - повторил он. - Не экстрасенс.

Лера подняла на него взгляд. Долгий, изучающий. И вдруг рассмеялась - звонко, заливисто, совсем по-детски. И в этом смехе исчезла вся её броня, и Андрей увидел на секунду обычную девчонку с веснушками на переносице и родинкой на ключице.

· Ладно, - сказала она, потянулась к сахарнице и насыпала две ложки. - Первый тест пройден. Спал сегодня вообще?· Нет.· Я тоже, - призналась она неожиданно. - Всю ночь думала. Если уж папа нанял такого волчару с пушкой, значит, реально страшно. Он обычно не тратится.

Андрей сел напротив. Слишком близко, но это часть работы - держать клиента в поле зрения.

· Ты знаешь, кто напал в прошлый раз? - спросил он.· Догадываюсь, - Лера отпила кофе, оставив на чашке след от губной помады (розовой, между прочим, в 7 утра). - У отца есть партнер. Дядя Витя. Сейчас он дядя Витя с большой проблемой. У них бизнес развалился, и Виктор считает, что это я виновата. Потому что я... ну, в общем, я дала показания в налоговую. Случайно. Или не случайно.

Она улыбнулась. Улыбка кривая, жесткая - совсем как у отца.

· Ты опасная девушка, - заметил Андрей.· О, ты еще не видел, на что я способна. - Лера допила кофе одним глотком, встала, потянулась. Рубашка задралась, открыв полоску плоского живота и край татуировки на бедре - Андрей заметил, но не подал виду. - Сегодня я иду в универ. Лекция по зарубежной литературе. Ты поедешь со мной. Будешь сидеть в коридоре и сверкать своей мрачной мордой. Не вздумай заходить в аудиторию - профессор Крестовский меня на дух не переносит, а если увидит телохранителя, вообще завалит на экзамене.· Безопасность важнее экзамена.· Андрей, - Лера наклонилась к нему, и он почувствовал запах ванили и кофе. - Ты работаешь на меня. Я плачу. Вернее, папа платит. Но решения принимаю я. Заруби это на своем сломанном носу.

Она выплыла из кухни, оставив после себя пустую чашку, сбитое одеяло на стуле и сосущую пустоту в груди Грома.

Он достал пистолет, проверил магазин в третий раз за утро. Потом налил себе черного чая - без сахара, без лимона - и выпил его стоя, глядя на дверь, за которой скрылась Лера.

---

Университет оказался сталинской высоткой с высокими потолками, лепниной и вечно скрипучим лифтом. Андрей шел в двух шагах позади Леры, сканируя каждого встречного: студенты с рюкзаками, преподаватели с папками, охранник на входе с жирным задом на стуле.

Лера надела сегодня светлое пальто, под ним - черную водолазку, обтягивающую, как вторая кожа, и те же рваные джинсы. Кудри распущены, падают на плечи, медовые пряди отсвечивают в лучах утреннего солнца. Зеленые глаза настороженно скользили по коридорам, но она держалась непринужденно - даже нарочно покачивала бедрами, привлекая внимание.

Когда они подошли к аудитории 417, Лера резко развернулась и ткнула пальцем в грудь Грому.

· Ты сидишь здесь. - Она указала на пластиковый стул у стены. - И не шумишь.· Если услышу шум - войду.· Если войдешь - я тебя убью. Сама.

Она исчезла за дверью.

Андрей сел на стул, который жалобно скрипнул под его весом. Коридор опустел. Где-то вдалеке хлопала дверь, слышались голоса, смех. Он провел рукой по коротко стриженным волосам - машинально, когда думал.

Прошло двадцать минут. Тишина.

А потом - крик.

Не Лерин. Чужой. Женский, испуганный, а следом - грохот упавшей парты.

Андрей не думал. Дернул ручку - заперто. Он выбил дверь плечом с одного удара: дерево треснуло, замок вырвало с мясом.

В аудитории был хаос. Студенты жались к стенам. Посреди прохода стоял мужчина лет тридцати с ножом в руке - дешевый кухонный нож, лезвие царапает свет. На лице - пустые бешеные глаза. Он сжимал за талию Леру, прижимая её к себе, лезвие у её горла.

Андрей выхватил "Глок" за 0.7 секунды.

· Отпусти, - сказал он тихо. Голосом, которым приказывают ураганам.

Лера не кричала. Она смотрела прямо на Андрея, и в её зеленых глазах не было страха - только ярость, холодная, бешеная. И еще что-то... доверие? Нет, не могло быть.

· Опусти пушку, мусор, - прохрипел мужик. - Или ей хана.

Андрей не опустил.

Он шагнул вперед. Один шаг. Второй. Не глядя на нож, глядя только в глаза нападавшему.

· Тебе заплатил Виктор? - спросил Гром спокойно, как о погоде.· Заткнись!· Отпусти. Я даю тебе три секунды.· Считай, сука!

Лера вдруг резко мотнула головой - кудри хлестнули мужика по лицу, он моргнул. Этого хватило. Андрей выстрелил.

Пуля вошла в предплечье, держащее нож. Мужик заорал, выпустил Леру, схватился за рану. Она отскочила в сторону, споткнулась о чью-то сумку и начала падать, но Гром уже подхватил её - одной рукой, прижал к себе, заслоняя спиной.

Он чувствовал, как колотится её сердце. Быстро-быстро, как у пойманной птицы.

· Ты в порядке? - спросил он.

Лера подняла лицо. Волосы растрепались, зеленые глаза блестят от непролитых слез, на щеке - тонкая царапина от лезвия, выступила капля крови.

· Ты выбил дверь, - сказала она севшим голосом. - Идиот. Теперь Крестовский меня точно завалит.

Андрей невольно усмехнулся - кривой улыбкой левым уголком рта.

· Жива будешь - пересдашь.

Из коридора уже бежали охранники, кто-то вызвал полицию. Нападавший корчился на полу, зажимая кровоточащую руку.

Лера всё ещё была в его объятиях. В первый раз за всё время она не сопротивлялась. И Андрей заметил, как её пальцы вцепились в его пиджак - мертвой хваткой. Не отпускают.

Вот так, через первую кровь и первый трупный запах пороха, между ними пролегла трещина в броне.

Он поцеловал бы её в макушку. Но не позволил себе.

· Больше никуда без меня ни шагу, - сказал он жестко.

Лера подняла глаза. Улыбнулась. Той самой улыбкой - дерзкой, отчаянной, безумной.

· Договорились, телохранитель.

---

Конец второй части.