fight

song: glass animals - heat waves (slowed), bôa - duvet_______________________________________

- Ну что, Бен, привёз моих девчонок на растерзание? - смеялся тренер Мартинес пожимая руку Бену.

- Твоим-то как раз и потерпеть поражение, а «Шершни» уже давно мои! - парировал Скотт. - Смотрю, наследник в помощники пошёл?

- Да, Трэвис помогает, - Билл обернулся и кивнул сыну, подошедшему к ним. - Старше стал, ответственности добавилось.

Трэвис встал рядом с отцом, совсем близко от нашей команды. Он кивнул тренеру Скотту:

- Здравствуйте, тренер.- Голос его стал ниже, он повзрослел, как-будто бы даже слишком.

- Ну ты и вырос! - одобрительно сказал Бен. - Ну что, девчонки, вы ведь помните своего первого тренера - легендарного Билла Мартинеса, который основал вашу команду?

Девочки, которые стояли там, начали перешептываться, так как заметили подошедшего Трэвиса. Конечно они его помнили, но, к счастью, никто из них не знал, что нас с ним связывает. Тогда в детстве, я хотела рассказать это Вэн, но мы с Трэвисом слишком быстро расстались, поэтому не срослось. Джеки оценивающе посмотрела на него, будто хотела съесть, аж противно от еë лицимерия. К слову говоря, у неё есть парень, с которым спит еë лучшая подруга Шона. Откуда я это знаю? Что-ж. Порой бывает легко наблюдать за всеми, когда тебя считают изгоем или не замечают. Трэвис, перевёл свой взгляд с тренера прямо на меня. В воздухе между нами натянулась струна тишины и неловкости среди общего гула. Не обращая внимания на странные взгляды моих сокомандниц, он направился прямиком к лавочкам для болельщиков, на которых сидели я и ещё пару девочек. Некоторые из них были в курсе, что раньше мы были друзьями, поэтому не придавали этому большого значения.

- Привет, Нат. - сказал он просто, тихо, но так, что как будто это услышали все вокруг.

Джеки, наблюдавшая за нами, приподняла бровь. Таисса и Вэн, что сидели рядом зашептались. Я почувствовала, как подступил ком к горлу. Два года. Два года молчания, сплетен, одиночества. И вот это - «Привет, Нат». Как будто мы расстались вчера, и теперь снова встретились.

- Знакомы? - ответила я с недовольным выражением лица.

Мне казалось, что я вот-вот заплачу. Краем глаза, я заметила, что наш бывший тренер, Билл Мартинес, посмотрел прямо на меня. В его глазах мелькнуло что-то тёплое, печальное и понимающее. Вероятно, он узнал меня. Но я уже не та не способная, казалось бы, ни на что девочка. Я много тренировалась, чтобы попасть сюда. Теперь жалею...

- Не переживай, Билл. Я думаю с нашими данными мы сможем одержать победу. В конце концов у нас есть Шона - королева футбола. Натали тоже не отстаёт. - с гордостью вступил тренер Скотт. - Так что, Билл, сегодня твоей обороне придётся нелегко.

- Это мы ещё посмотрим, - улыбнулся тренер Мартинес. - Ну что, разойдёмся по позициям? Удачи, «Шершни». Играйте честно.

«да кто бы говорил.»

Наша команда стала расходиться. Трэвис, прежде чем развернуться, задержал на мне свой взгляд. В его глазах не было ни злости, ни отстранённости. Там была какая-то сложная смесь вины, любопытства и того самого старого чувства, которое, казалось, не выцвело полностью под палящим солнцем.

- Ну что, Натали, - язвительно прошипела Джеки, когда мы отошли к своей скамейке. - Похоже старые друзья объявились. Интересно, это поможет тебе забить, или наоборот - помешает?

Я не ответила, лишь смотрела на спину удаляющегося Трэвиса, а потом перевела взгляд на фиолетовую форму соперниц. Всё смешалось. Боль, злость, тоска и азарт перед игрой. Мой щит дал глубокую трещину. Но всё же, где-то внутри, под всеми обидами, проснулось что-то острое, почти злое, и очень-очень знакомое. Желание доказать. Не только Джеки и Шоне. Не только соперницам. Ему. Показать, кем я стала без него. Я затянула шнурки на кроссовках так туго, что пальцы заболели. Игра начиналась. И это была уже не просто игра.

***

Турнир, под названием «Aloha Cup», для нас начался стремительно. Первые две игры мы выиграли, это было довольно лёгкие победы. Я забила четыре мяча, надеясь, что Трэвис это заметит. Но похоже нет... А потом пришёл черёд команды «Калуа Осы» - той самой, которую тренировал Билл Мартинес. Перед матчем тренер Скотт был мрачен.

- Их капитан, номер 10, Маргарита Курячий. Прозвище «Травмат». Играет грязно. Будьте осторожны. Особенно вы, Шона и Натали. Если она вас подержит, то кто нам будет забивать голы?

Когда наши команды вышли, я сразу же увидела её. Маргарита была среднего роста и телосложения с кучерявыми волосами. Сразу видно, что она родилась на Гавайях. Выглядела она не очень устрашающе,как нам описывал её тренер. Но я то знаю, как порой бывает обманчива внешность. За тот небольшой промежуток времени, что я находилась в пределах этого поля, до меня долетали слухи: якобы за два сезона она отправила на больничный нескольких соперниц с переломами. «Осы» с первых минут начали нас, так сказать, нагибать. Они играли грубо, а «Травмат» - то есть Маргарита - была их остриём. Она била по ногам, толкалась, наступала на ступни. Свисток судьи звучал постоянно.

- Что, «Шершни», жалить разучились? - крикнула она после жёсткого фола на Шоне. - Или вас тут только в банке держат?

Джеки пыталась противостоять, но было видно - Маргарита её ломает. Первый тайм прошёл в нулевой ничьей, но мы выдохлись, уворачиваясь от атак.

***

Второй тайм стал адом. На 60-й минуте в борьбе за верховой мяч «Травмат», явно опаздывая и, как бы, «не специально», врезалась в Джеки, а при приземлении её кроссовок жёстко пришëлся на голень. Раздался тот самый, кошмарный хруст. Джеки с криком рухнула на газон, скрючившись от боли. Маргарита, получив жёлтую карточку, отошла с ничем не выражающим лицом. Похоже ей было всё равно. Шёпот на трибунах был красноречив, как бы говоря, что она снова сделала своё дело. Нас тут явно не любили, и это было видно. Джеки, бледную как смерть, унесли. Перед этим она схватила меня за руку и прохрипела сквозь боль:

- Если вы проиграете, пока меня не будет, - едва говорила она. - То твоя жизнь будет ещё хуже чем была.

Не зная как это воспринимать, угрозу или стимул играть лучше, я промолчала и отвернулась. А чего это она Шоне такое не может сказать. Дура тупая. Потеря капитана взорвала большинство девочек из команды яростью. На 75-й минуте «Осы» забили. 0:1. И вот тогда я будто бы проснулась. Всё, что копилось годами, перелилось в холодную целеустремлённость. Я забыла про усталость, видела только мяч, ворота и фиолетовую форму Маргариты. Я словно стала тенью, которая играет на скорости и интеллекте. На 88-й минуте, получив мяч, я пошла в проход. Маргарита бросилась мне наперерез, но я финтом оставила её и рванула к штрафной. Удар - в самый угол. 1:1! Я молодец. В добавленное время мы не выпускали мяч из чужой половины. На 93-й минуте после скидки Лотти я развернулась и пробила под перекладину. 2:1! Свисток на победу! Я поверить не могла. Стоя в центре поля, я не чувствовала ног. Ко мне бежала вся моя команда, но взгляд был прикован к тому месту, где стояли тренер Мартинес и Трэвис. Билл, сняв кепку, покачивал головой с горьковатой улыбкой. А Трэвис смотрел прямо на меня. В его глазах было потрясение, уважение и что-то невероятно тёплое. Он медленно хлопал в ладоши, будто с каким-то сарказмом. Но всё таки, хлопал он как будто бы только для меня. Плевать, с сарказмом или нет.

«и всё таки я его совсем не знаю...»

***

Победа была горькой. В раздевалке царила тишина. Мы вышли в финал, но потеряли капитана. А я только что совершила нечто большее, чем просто выиграла матч. Я смогла победить страх и увидеть в глазах Трэвиса ту девушку, которой была всегда. Ну, по крайней мере которой считала себя. Слава Богу, на сегодня борьбы достаточно. Ну, по крайней мере, я так думала...