Глава 13

Прошло семь дней.

Кэтрин не выходила из квартиры. Не потому что мир стал для неё опаснее, чем обычно, а потому что внутри неё впервые за очень долгое время началось что-то, чего она не могла контролировать. Это не было эмоцией в привычном смысле. Это было скорее смещение равновесия. Словно та пустота, которую она выстраивала веками, вдруг начала давать микроскопические трещины.

Она сидела у окна почти всё время, не включая свет. Город жил своей жизнью: машины пересекали улицы, люди смеялись, спорили, спешили на работу. Всё это казалось ей театром, к которому она больше не принадлежала. Но хуже всего было то, что теперь она это замечала.

Сообщение от Алекса не исчезало из головы. Оно было коротким, почти невинным, но именно поэтому выбивалось из всего остального.

«Я бы хотел встретиться».

Кэтрин несколько раз перечитывала его, будто пыталась найти скрытый смысл. Но смысла не было. И это раздражало её больше, чем любые угрозы.

Потому что угрозы она понимала. А вот простое человеческое "я хочу тебя увидеть" — нет.

Она поднялась медленно, как будто тело было не её, а чьё-то забытое. Открыла шкаф. Долго стояла перед ним, не выбирая одежду, а вспоминая сам процесс выбора. Когда-то это значило роль. Потом — маску. Потом — необходимость. А сейчас это снова становилось чем-то странным, почти интимным.

Пальцы прошлись по ткани. Чёрное пальто. Тёмная рубашка. Ничего лишнего. Никакой попытки спрятаться или заявить о себе.

И всё же даже в этом выборе было больше эмоций, чем она хотела признать.

Потому что она давно не собиралась ни для кого.

Последним человеком, ради которого она "собиралась", был Роберт.

И это имя, как всегда, не пришло спокойно. Оно ударило изнутри, резко, почти физически. Кэтрин на секунду остановилась, пальцы замерли на пуговице.

В голове вспыхнуло: ночь, кровь, крик, и его взгляд — последний, слишком спокойный для того, кто умирал.

Она закрыла глаза.

— Хватит... — тихо сказала она самой себе, но голос прозвучал пусто.

Телефон завибрировал.

Алекс.

«Когда и где?»

Она долго смотрела на экран. Слишком долго для существа, которое привыкло принимать решения мгновенно.

Потом написала:

«Кафе у реки. Через час.»

И только отправив сообщение, она поняла странную вещь: она не испытывает раздражения от этого выбора.

Она испытывает ожидание.

И это было хуже.

Кафе у реки было почти тем же, что и всегда. Тёплый свет, отражения воды за окном, тихий шум посуды и разговоров. Мир, который пытался выглядеть нормальным, даже если нормальность здесь давно стала иллюзией.

Алекс уже ждал.

Он не поднялся резко, не сделал лишних движений. Только посмотрел на неё так, как будто пытался понять не то, что она говорит, а то, что она скрывает даже от самой себя.

— Ты пришла, — сказал он.

— Ты удивлён? — спокойно ответила Кэтрин, садясь напротив.

— Нет.

И это "нет" почему-то задело сильнее, чем если бы он сказал "да".

Они молчали.

Молчание не было пустым. Оно было плотным, как стекло, через которое оба пытались друг друга рассмотреть.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он наконец.

Кэтрин почти усмехнулась.

— Ты задаёшь слишком человеческие вопросы.

— А ты слишком часто отвечаешь так, будто не хочешь быть здесь.

Она чуть наклонила голову.

— Потому что я не должна быть здесь.

— Но ты всё равно приходишь.

Эта фраза повисла в воздухе.

И попала точно туда, где у неё не должно было быть ничего.

Кэтрин отвела взгляд первой.

— Зачем ты хотел встретиться?

— Потому что ты исчезаешь, когда становится... слишком тихо.

— Тихо? — её голос стал холоднее. — У меня никогда не бывает тихо.

— Я не про мир.

Пауза.

— Я про тебя.

И вот тогда что-то внутри неё снова сдвинулось.

Память не пришла — она рухнула.

Роберт.

Не образ. Не воспоминание. А присутствие.

Он стоял рядом с ней тогда, когда всё уже было решено, но ещё не произошло. И говорил так, будто можно было остановить неизбежное.

— Ты слишком живая для того, что с тобой собираются сделать... — тихо сказал он.

— Тогда не позволяй им, — ответила она.

Он улыбнулся.

— Это не так работает.

И тогда она не поняла.

Теперь понимала.

Вспышка.

Кровь на камне.

Крик, который разрывает горло и не заканчивается.

Её собственные руки, дрожащие, но уже не от страха — от потери.

И Роберт, который смотрит на неё так, будто он не уходит, а остаётся внутри неё навсегда.

Кэтрин резко вдохнула.

Реальность вернулась слишком быстро.

Алекс уже смотрел на неё иначе.

— Ты сейчас была не здесь, — тихо сказал он.

— Я всегда не здесь, — ответила она слишком резко.

Но голос предал её.

Он дрогнул.

Совсем немного.

И этого хватило, чтобы Алекс понял: он коснулся чего-то живого.

— Это кто-то важный, — сказал он.

Кэтрин не ответила.

Потому что если бы она ответила — это имя стало бы реальностью.

А она не хотела, чтобы оно существовало здесь.

Несколько дней после этого прошли странно.

Не спокойно. И не хаотично.

А как будто реальность стала тоньше.

Друзья снова собирались. Говорили. Спорили. Но главное — искали.

Лиза разложила на столе старые документы, фотографии, архивные записи.

— Это не совпадение, — сказала она. — Смотрите сюда.

Карта. Старые символы. И название.

Дворец XVI века.

— Дворец... Катерины Алексеевной, — прочитал Майкл медленно.

И в этот момент в комнате повисла тишина, которая была тяжелее любого крика.

Но это было только начало.

Друзья не сразу поняли, что именно нашли.

Первые дни они просто копались в старых архивах, цифровых базах, исторических упоминаниях. Всё началось с обычной попытки — понять, что за символы появлялись на старых документах, которые они нашли у Лизы. Символы не принадлежали ни одному современному региону, ни одной известной династии.

Но чем глубже они копали, тем больше становилось странностей.

Старые карты. Упоминания исчезнувшего владения. Стертые страницы хроник.

И одно имя, повторяющееся слишком часто, чтобы быть случайностью.

Катерина Алексеевна.

Через несколько дней они нашли место.

Но это уже не было дворцом. Не было стен. Не было башен. Не было даже руин.

Только пустая территория за городом, где лес постепенно поглощал всё, что когда-то было человеческим.

Земля, заросшая травой. Старые камни, наполовину ушедшие в почву. И ощущение, что здесь когда-то действительно стояло что-то огромное.

Что-то живое. Что-то важное.

— Здесь... — тихо сказала Лиза, оглядываясь. — Здесь был дворец.

— Был? — переспросил Майкл.

— Он разрушен. Очень давно.

Алекс молчал.

Он просто смотрел на землю так, будто пытался увидеть то, чего больше не существовало.

И вдруг сказал:

— Мы должны привезти её сюда.

Идея сначала показалась безумной.

— Ты серьёзно? — Хлоя нервно усмехнулась. — Привезти её... на пустое поле?

— Это не просто поле, — ответил Алекс. — Это её прошлое.

Лиза медленно поняла.

— Ты думаешь... если она вспомнит...

— Она почувствует, — перебил он. — Это не одно и то же.

Майкл выдохнул.

— Или мы просто сделаем хуже.

Но никто не предложил другой вариант.

Кэтрин не спрашивала, куда они её ведут.

Она вообще почти ничего не спрашивала.

Это было странно — идти с ними, как будто она снова часть чего-то живого, хотя внутри всё ещё оставалась пустота, которую она сама же и создала.

Они ехали долго. Молча. И чем ближе становились к месту, тем сильнее менялось её состояние. Сначала это было просто ощущение.

Потом — давление в груди. Потом — странное чувство, будто воздух становится тяжелее. Но она не понимала почему.

Когда они остановились, лес был тихим. Слишком тихим. И это уже само по себе было ответом.

— Мы приехали, — сказала Лиза.

Кэтрин вышла из машины. Сделала несколько шагов вперёд. И замерла.

Перед ней была пустота. Но эта пустота была не просто отсутствием. Она была следом. Памятью земли. Эхо того, чего больше не должно было существовать.

И вдруг Алекс тихо сказал:

— Здесь был дворец.

Кэтрин медленно повернулась к нему.

— Что?

Хлоя сглотнула.

— Дворец XVI века. Последняя правительница рода — Катерина Алексеевна.

Имя ударило. Не в слух. Внутрь. В душу.

Мир на секунду дрогнул.

И началось.

Сначала — запах. Старый камень. Огонь. Кровь. Потом — звук. Шаги по коридорам, которых больше нет. Голоса, которые давно исчезли. Плач. Крики. И потом — лица.

Отец. Мать.

Кэтрин резко вдохнула.

— Нет... — прошептала она.

Но было поздно.

Роберт.

И вместе с ним всё, что она пыталась забыть.

— Он был здесь... — голос Лизы дрожал.

— Ты жила здесь, — добавил Майкл.

— И всё это... — Хлоя осеклась.

Кэтрин стояла неподвижно. Но внутри неё рушилось всё. Не как воспоминание. А как реальность, которая всегда была заперта.

Отец, который умирал медленно, но всё равно пытался улыбаться ей.

Мать, которая держала её за руку в последние минуты так, будто могла удержать саму смерть.

Дворец, наполненный голосами людей, которых больше нет.

И Роберт. И его смерть. Не как образ. А как заново прожитый момент.

Кэтрин пошатнулась.

— Я... — она не договорила.

Потому что голос сломался.

Алекс был рядом в следующую секунду.

— Смотри на меня, — тихо сказал он. — Не туда.

Но она не могла.

Потому что теперь эмоции не просто вернулись. Они прорвали всё, что она строила веками.

Боль. Сразу вся. Без фильтра. Без защиты.

И впервые за сотни лет она не смогла её остановить.

Она упала на колени.

Земля под ней была той же самой, на которой когда-то стояла Катерина.

И это совпадение было слишком жестоким, чтобы быть случайным.

— Я не могу... — вырвалось у неё.

— Можешь, — сказал Алекс.

Но даже он не понимал, что сейчас происходит.

Потому что это не было возвращением воспоминаний. Это было возвращением жизни, которую она сама когда-то отключила.

И теперь всё, что она чувствовала, било одновременно.

Любовь. Потеря. Страх. Вина. Одиночество.

И Роберт.

Сильнее всего — Роберт.

Кэтрин закричала. Громко. Очень громко.

А так, как кричит тот, кто слишком долго молчал внутри себя. Это был крик который срывал голос.

И лес ответил тишиной.

А Алекс просто держал её рядом, не отпуская, потому что впервые понял: перед ним не монстр. А человек, который слишком долго пытался им не быть.