II.VII

Похороны

Рон нашел его на следующее утро. Он пришел снова, полный решимости вытащить брата из добровольного заточения, и нашел дверь незапертой. Увиденное навсегда отпечаталось в его памяти. Он не закричал. Он просто стоял в дверях, глядя на брата, на странное магловское оружие в его руке, на лужу, которая засохла и почернела. Потом он опустился на колени рядом с Джорджем и закрыл ему глаза. На тумбочке он заметил записку, нацарапанную дрожащей рукой на клочке пергамента. Два слова: «так будет легче».

Похороны были тихими. Даже птицы, казалось, замолкли в тот день. Небо затянуло серыми, тяжелыми тучами, но дождя не было. Воздух стоял неподвижный и липкий. Гроб с телом Джорджа опустили в землю рядом с могилой Фреда на кладбище в Оттери-Сент-Кэчпоул. Молли стояла, как каменное изваяние, поддерживаемая Артуром. Она не плакала — выплакала все слезы за эти месяцы. Джинни прижималась к Гарри. Рон смотрел в землю, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. Гермиона держала его за руку.

Вдруг тишину разрезал звонкий детский голос. Это был маленький Фред Уизли, которого Анджелина держала на руках. Мальчик, которому едва исполнилось два года, протянул пухлую ручку в сторону свежей могилы и отчетливо произнес:

— Так нельзя. Мы все исправим.

Все вздрогнули и обернулись. Малыш смотрел не на могилу, а куда-то в сторону. Анджелина проследила за его взглядом и увидела Гарри Поттера. Гарри стоял чуть поодаль, и выражение его лица было необычным. Не печальным и не виноватым, как обычно. А хмурым, сосредоточенным и очень, очень решительным. Он смотрел на маленького Фреда, и в его зеленых глазах горел знакомый огонь — огонь человека, который нашел цель. Маленький Фред, держа Гарри за руку, смотрел на взрослого с уверенностью, не свойственной такому крохе.