II.VI

Пустота

Он появился в своем портрете, стоящем на столе. В комнате было темно. Свечи догорели и погасли. Луна светила в окно, отбрасывая бледные полосы на пол. Сначала Фред никого не увидел. Потом он опустил взгляд и замер.

Джордж лежал на полу. Он был одет в ту же грязную мантию. Рядом с ним на полу валялся какой-то странный магловский предмет, которого Фред раньше не видел. Блестящий, с длинным стволом и деревянной рукояткой. Один из «особенных» подарков отца, о которых Джордж ему как-то рассказывал. Револьвер. Под ним расплывалась темная, неестественно черная в лунном свете лужа.

Джордж не двигался. Он лежал на спине, глядя в потолок невидящим глазом. На тумбочке рядом с портретом стояла пустая рамка с холстом, изрезанным хаотичными, яростными мазками красок: темно-синий, красный, ярко-желтый. Это было не изображение, это был крик.

— Джордж, — голос Фреда сорвался. — Джордж! Нет! Нет-нет-нет! Вставай! Вставай, кому говорю! Мы еще не договорили! Джордж!!!

Джордж дернулся. Его веки затрепетали. Он повернул голову и увидел портрет. На его лице, залитом потом и кровью, появилась слабая, блаженная улыбка.

— Фред, — прошептал он еле слышно. — Ты вернулся... Я так долго тебя ждал... Так долго... Не уходи больше... Пожалуйста... Я так устал...

— Я здесь! Я здесь, братишка! — закричал Фред, колотя кулаками по внутренней стороне холста. Но стены портрета были незыблемы. Он не мог выйти. — Я не уйду! Только встань! Позови кого-нибудь! ДЖОРДЖ!

— Теперь мы... снова вместе... — голос Джорджа становился тише. Его глаз закрывался. — Вместе... как раньше...

— ДЖОРДЖ!!!

Крик Фреда разнесся по пустой комнате. Он бился о стены, но никто его не слышал. Только луна равнодушно освещала страшную картину: живой мертвец в портрете, кричащий над телом мертвого живого. Фред сполз по невидимой стене на колени и зарыдал. Его плечи тряслись, но слез на нарисованном лице не было. Портреты не умеют плакать по-настоящему.