I.X

Обеденные спектакли

Всё началось с пустяка.

Драко сидел за учительским столом во время обеда, устало жуя куриную ножку и слушая вполуха, как Флитвик обсуждает с Синнистрой новые астрономические открытия. День был тяжёлый — двое пациентов с отравлением, один с проклятой рукой, и ещё тот идиот с Пуффендуя, который сунул нос куда не следовало и теперь ходил с рогами на голове.

И тут прямо над его тарелкой материализовалась Миртл.

— Драко! — провозгласила она на весь зал. — Я тут такое видела!

В зале воцарилась тишина. Ученики перестали жевать и уставились на призрака, парящего над столом преподавателей. Профессор Стебль поперхнулась тыквенным соком.

— Миртл, — процедил Драко сквозь зубы, не поднимая глаз. — Сейчас не время.

— О, это очень важно! — Миртл уселась прямо на его тарелку, и куриная ножка жалобно звякнула о край. — Представляешь, Филч сегодня ловил кошку мисс Норрис, она залезла на шкаф с ядами, и он уронил ведро с мыльной водой прямо себе на голову!

— Фантастика, — сухо сказал Драко.

— И вода была синяя! Представляешь, синяя вода течёт по его лысине, а он орёт! Я чуть не лопнула от смеха, если бы призраки могли лопаться!

Кто-то из учеников хихикнул. Драко поднял голову и обвёл зал взглядом, от которого хихиканье мгновенно стихло.

— Миртл, — сказал он спокойно. — Ты сидишь на моей еде.

— Ой, — она поднялась, но не улетела, а зависла рядом, болтая ногами на уровне его плеча. — А что у тебя там ещё вкусного?

— Миртл.

— Ладно-ладно. Я просто хотела рассказать. Ты такой скучный стал после работы.

Она надула губы и, развернувшись, пролетела сквозь профессора Синнистру, отчего та вздрогнула и пролила чай на мантию.

— Извините! — крикнула Миртл уже с другого конца зала. — Нечаянно!

Драко вздохнул и продолжил есть. На него смотрели. Все. Ученики перешёптывались, профессора делали вид, что ничего не происходит, но краем глаза наблюдали за этой сценой.

— Мистер Малфой, — осторожно начала Макгонагалл с другого конца стола. — Ваша... спутница, кажется, очень энергична сегодня.

— Она всегда такая, — ответил Драко, не поднимая глаз. — Просто раньше она стеснялась выходить из туалета.

Стебль фыркнула в салфетку.

Через неделю это стало традицией.

Миртл появлялась на каждом обеде и ужине. Иногда она просто висела над Драко, комментируя его еду

— Ты опять ешь это мясо? Оно же неживое! Как ты можешь есть мёртвых животных?

Иногда пересказывала сплетни, которые подслушала в туалетах

— А  знаешь, есть  девочка с Когтеврана, которая вечно сидит  в кабинке номер три, влюблена в профессора Флитвика! Представляешь? — Флитвик покраснел так, что стал одного цвета со своим колпаком.

Иногда просто болтала без умолку о всякой ерунде.

— Сегодня я видела, как паук полз по стене в женском туалете. Он был такой мохнатый! Я с ним разговаривала, но он не ответил. Пауки не разговаривают, да? А почему? У них же есть лапки, могли бы стучать ими в знак согласия...

Ученики давились едой, пытаясь не смеяться. Профессора старательно смотрели в тарелки. Атмосфера становилась всё более неловкой с каждым днём.

— Она что, его девушка? — шептались старшекурсники.

— Ты с ума сошёл? Она же призрак!

— Ну так а что? Она же всё время с ним.

— И он её терпит.

— Он на неё смотрит так... странно.

Особенно тяжело было на ужинах, когда в зале собирались все ученики. Миртл, вдохновлённая вниманием, начинала представления.

— Драко, а помнишь, как ты плакал у меня в туалете на шестом курсе? — крикнула она однажды на весь зал. — Ты тогда был такой милый, весь в слезах, я тебя утешала!

Замерли все. Даже призраки за своим столом перестали разговаривать. Драко медленно положил вилку и поднял глаза на Миртл.

— Миртл, — сказал он очень спокойно. — Мы это обсуждали.

— Ой, ну подумаешь! — она беззаботно махнула рукой. — Это же было давно! Теперь ты взрослый и важный, ни за что не заплачешь. Хотя... — она задумчиво посмотрела на него. — Ты стал таким же колючим, как тот кактус, который стоит у тебя в кабинете.

Кто-то из учеников не выдержал и засмеялся. Смех был нервный, истерический. Профессор Стебль уткнулась лицом в салфетку и тряслась.

Драко встал. Все затаили дыхание.

— Миртл, — сказал он, подходя к ней. — Ты закончила?

— В смысле? — она захлопала глазами. — Я только начала! Я ещё не рассказала про того паука, который...

— Миртл.

Он протянул руку и, хотя не мог коснуться её по-настоящему, сделал жест, будто хватает её за щеку. Миртл замерла.

— Ты сегодня просто невыносима, — тихо сказал Драко. — Иди в комнату. Я приду после ужина.

— Но я...

— Иди.

Миртл надулась, но послушно поплыла к выходу. У дверей она обернулась и крикнула:

— Я тебя всё равно люблю! Даже если ты злой!

И исчезла.

В зале повисла тишина. Драко вернулся на своё место, сел и взял вилку.

— Прошу прощения, — сухо сказал он ни к кому конкретно не обращаясь. — У неё тяжёлый характер.

— У неё? — вырвалось у профессора Флитвика, но он тут же замолчал под взглядом Драко.

— Она такая, какая есть, — сказал Драко, отрезая кусок мяса. — И если кому-то не нравится её «шумное»  общество, я напомню, что лазарет всегда открыт. Там тихо. И холодно. Как в могиле.

Никто больше не смеялся. Никто не шептался. Все просто смотрели, как Драко Малфой спокойно доедает ужин под пристальными взглядами всего зала, и думали об одном: этот человек видимо действительно  любит Миртл. Со всеми её выходками, сплетнями и нелепыми историями про пауков.

И это было, пожалуй, самое странное и самое прекрасное, что они когда-либо видели.

— Передайте соль, — сказал Драко, даже не глядя на соседей.