11 глава (свидетель)

Четверг, 15:40. Школа «Ханна».

Последний урок закончился пятнадцать минут назад.

Коридоры школы пустели — ученики разъезжались по домам, кто на автобусах, кто на такси, кого забирали на чёрных машинах с затемнёнными стёклами. Уборщики уже выкатывали тележки с вёдрами и швабрами, готовясь отмывать следы трёхсот подростков.

Никто не заметил, как дверь в восточное крыло приоткрылась и закрылась.

Никто не заметил двух теней, которые скользнули внутрь.

Никто не знал, что в заброшенном спортзале, где пахло пылью и старыми матами, Минхо и Сохён встречались уже вторую неделю.

Их никто не видел.

До сегодняшнего дня.

---

Четверг, 16:10. Восточное крыло.

Они сидели на подоконнике, как обычно. Его рука обнимала её за плечи, её голова лежала у него на груди. За окном снова шёл снег — третий день подряд, как будто сама природа пыталась засыпать их следы.

— Минхо, — сказала Сохён.

— Мм?

— Ты боишься?

— Чего?

— Что нас увидят.

Он помолчал. Погладил её по волосам.

— Боюсь, — признался он. — Не за себя. За тебя.

— Меня не так просто сломать, — ответила она, поднимая голову. В её глазах блестели снежинки, отражённые в стекле.

— Я знаю. — Он поцеловал её в лоб. — Но брат…

— Не говори о нём сейчас, — перебила она. — Пожалуйста. Только пять минут без него. Без школы. Без войны. Только мы.

Он кивнул. Прижал её крепче.

— Только мы, — повторил он.

Они не слышали шагов за дверью.

Не слышали, как скрипнула ручка.

Не слышали, как кто-то замер на пороге, вдохнув так резко, будто его ударили под дых.

Они не слышали ничего.

Потому что были слишком заняты — друг другом.

---

Четверг, 16:15. Коридор.

Чивон бежал.

Он не знал, куда бежит. Просто ноги несли его сами, пока сердце колотилось где-то в горле, а в голове стучало одно и то же: «Они вместе. Минхо и Сохён. Они вместе».

Он видел их случайно. Зашёл в восточное крыло, потому что там был туалет, который никто не использовал — он часто прятался там от Айрин и её подруг. Но сегодня он открыл дверь и увидел не туалет.

Он увидел их.

Минхо обнимал Сохён. Не как враг. Не как хулиган, который избивает жертву. Как… как парень, который любит.

Они не заметили его. Он выскочил раньше, чем они успели повернуть головы.

Чивон остановился у лестницы, согнулся пополам, пытаясь отдышаться.

— Ты чего?

Он поднял голову. Перед ним стояла Хана — та самая девушка из параллельного класса, которая предупреждала Сохён в первую неделю.

— Ничего, — выдохнул Чивон. — Просто… бежал.

Хана посмотрела на него с подозрением.

— Ты видел что-то?

— Нет, — слишком быстро ответил Чивон. — Ничего.

Он выпрямился и пошёл прочь.

Но Хана не ушла.

Она смотрела в сторону восточного крыла и думала.

---

Четверг, 19:00. Квартира Айрин.

Хана стояла перед дверью и не решалась постучать.

Она знала, что делает. И знала, что обратного пути не будет.

Но Хана устала быть никем. Устала прятаться по углам. Устала смотреть, как Сохён — новенькая, нищая, никчёмная — получает всё, что Хана хотела годами. Власть. Уважение. И Минхо.

Она постучала.

Дверь открыла Айрин. В халате, с маской на лице, с телефоном в руках.

— Хана? — удивилась она. — Ты чего?

— Я знаю, кто враг твоего врага, — сказала Хана. — И я знаю, как его уничтожить.

Айрин прищурилась.

— Заходи.

---

Айрин слушала, не перебивая.

Хана рассказывала всё — как видела Чивона, выбегающего из восточного крыла, как он врал, что ничего не видел, как она сама пошла проверить и никого не нашла, но заметила свежие следы на пыльном полу. Две пары. Одни — маленькие, женские. Вторые — большие, мужские.

— Минхо и Сохён, — сказала Хана. — Они встречаются. Я уверена.

Айрин сняла маску. Её лицо было напряжённым.

— Если это правда, — сказала она медленно, — то Минхо врал всем. Он защищал её не потому, что она ему мешала. А потому что…

— Потому что она ему небезразлична, — закончила Хана.

Айрин встала. Подошла к окну. Посмотрела на снегопад за стеклом.

— Ты знаешь, что будет, если это выяснится? — спросила она.

— Его репутация рухнет, — сказала Хана. — Он потеряет власть. Все поймут, что он не король, а просто влюблённый дурак.

— Не просто влюблённый, — Айрин повернулась. — Влюблённый в дочь врага. Его брат не простит этого.

Хана вздрогнула.

— Ты хочешь сказать…

— Я ничего не хочу сказать, — перебила Айрин. — Я просто думаю вслух. А ты — иди домой. И забудь, что была здесь.

Хана кивнула и вышла.

А Айрин осталась стоять у окна, сжимая телефон.

Через минуту она набрала номер.

— Алло, — ответил мужской голос. Холодный, властный.

— Хан Джисон? — спросила Айрин. — Это Айрин. Девушка Джунсока. Мне нужно вам кое-что рассказать. О вашем брате.

В трубке повисла тишина.

— Говори, — сказал брат Минхо.

Айрин рассказала всё.

---

Четверг, 22:00. Квартира Минхо.

Минхо стоял у окна и смотрел на телефон.

Экран горел белым светом, высвечивая сообщение от брата:

«Три дня. Потом я решу проблему сам. И ты не сможешь мне помешать»

Три дня.

Три дня, чтобы придумать, как спасти её.

Три дня, чтобы выбрать — остаться с ней и потерять всё, или бросить её и потерять себя.

— Минхо? — Сохён вышла из душа, закутанная в его халат. Волосы мокрыми прядями падали на плечи. — Что случилось?

Он спрятал телефон в карман.

— Ничего. Иди сюда.

Она подошла. Он обнял её, уткнулся носом в мокрую макушку.

— Ты пахнешь моим шампунем, — сказал он.

— Твой шампунь пахнет тобой, — ответила она. — Я хочу, чтобы ты был со мной, даже когда тебя нет рядом.

Он закрыл глаза.

«Три дня», — стучало в голове. — «Три дня, чтобы спасти её. Три дня, чтобы не сойти с ума»

— Сохён, — сказал он.

— Мм?

— Если однажды я попрошу тебя уехать… ты послушаешься?

Она отстранилась. Посмотрела на него.

— Нет.

— Даже если это будет ради твоей безопасности?

— Особенно тогда, — сказала она. — Я не брошу тебя, Минхо. Никогда. Даже если ты сам меня прогонишь.

— Я не прогоню, — сказал он. — Но боюсь, что однажды у меня не останется выбора.

— Выбор есть всегда, — ответила она. — Мы просто должны быть умнее их.

Он поцеловал её.

В этом поцелуе было всё — страх, надежда, отчаяние, любовь.

Они не знали, что завтра их тайна перестанет быть тайной.

Они не знали, что брат уже знает.

Они не знали, что три дня превратятся в три часа.

Но сегодня — сегодня они были вместе.

И этого было достаточно.