Новый ритм

В классе перед уроком литературы было шумно. Николь сидела за своей партой, стараясь сосредоточиться на книге, но присутствие Мартина за спиной ощущалось как тяжелое, грозовое облако. Он молчал уже второй день после её заявления о независимости, и это молчание было страшнее любых криков.

— Николь, — его голос прозвучал низко и хрипло. — Я принес тебе обед. Поешь.

— Я не голодна, Мартин. Оставь меня в покое, — не поднимая глаз, ответила она.

В этот момент из её тетради выпала сухая веточка лаванды — та самая, которую Итан незаметно подложил утром. Мартин увидел её первым. Его лицо мгновенно побагровело, а вены на шее вздулись.

— Опять эта дрянь?! — он схватил веточку и с яростью растер её в ладони. — Я предупреждал тебя! Я запретил тебе принимать от него подарки!

— Ты не имеешь права мне ничего запрещать! — Николь вскочила, её датчик на запястье начал издавать прерывистый сигнал. — Всё кончено, Мартин! Ты слышишь? Между нами всё...

Она не успела договорить. В порыве слепой ярости Мартин замахнулся и наотмашь ударил её по лицу. Удар был не очень сильным, но для «стеклянного сердца» Николь это стало шоком. Она отлетела назад, ударившись спиной о доску, и сползла на пол, хватаясь за грудь. Воздух мгновенно закончился, а в глазах поплыли черные пятна.

— Ты что творишь?! — закричала Дила, бросаясь к сестре.

Мартин, кажется, сам испугался своего поступка, но прежде чем он успел сделать шаг к Николь, дверь класса с грохотом распахнулась.

На пороге стоял высокий парень в черной кожаной куртке с рюкзаком на одном плече. Его взгляд — холодный и проницательный — мгновенно оценил ситуацию. Это был Денис, новенький, чей перевод в их школу обсуждали всю неделю.

— Эй, герой, — Денис в два шага пересек класс и встал между Мартином и Николь. — В моем районе за такое парней подвешивают за ноги. Убирайся отсюда, пока я не вспомнил старые привычки.

— Ты кто такой вообще?! Не лезь не в свое дело! — огрызнулся Мартин, но, увидев холодную решимость в глазах Дениса и его крепко сжатые кулаки, невольно отступил.

— Теперь это мое дело, — спокойно ответил Денис. — Иди. Живо.

Мартин, бросив яростный взгляд на Николь, выскочил из класса. Денис тут же опустился на колено перед девушкой.

— Эй, лавандовая леди, — он мягко улыбнулся, и Николь заметила, что от него пахнет мятой и дождем. — Дыши глубже. Всё в порядке. Я Денис. Помочь встать?

Он осторожно взял её под локоть. В этот момент в дверях появился Итан. Он увидел Дениса, держащего Николь за руку, увидел след от удара на её щеке и то, как бережно новенький поправляет её волосы. Кулаки Итана сжались до белизны, а на лице проступила маска глубокой, обжигающей ревности.

Он хотел броситься к ней, но Денис уже вел её к стулу, что-то весело нашептывая, чтобы отвлечь от боли.

— Спасибо, Денис, — прошептала Николь, и на её бледном лице впервые за утро появилась слабая улыбка. — Ты вовремя.

— Обращайся. Люблю ставить на место тех, кто возомнил себя королем, — Денис подмигнул ей и сел на свободное место рядом с ней. — Кстати, у тебя из кармана выпало.

Он протянул ей уцелевшую половинку лавандовой ветки. Итан, стоявший в дверях, увидел, как Николь приняла цветок из рук Дениса. Он развернулся и быстро ушел, не в силах смотреть, как кто-то другой занимает его место «тихого защитника».

Весь день Денис не отходил от Николь. Он провожал её из кабинета в кабинет, рассказывал смешные истории о своей старой школе и, кажется, совершенно не боялся Мартина. Николь было легко с ним — он не требовал ничего взамен и не заставлял её сердце пропускать удары от страха.

Но каждый раз, когда она видела в конце коридора одинокую фигуру Итана, её сердце ныло совсем по-другому. Она чувствовала его ревность, его боль, но Денис был слишком удобным щитом от Мартина, чтобы она могла его оттолкнуть.

Вечером Итан нашел её в школьном саду.— Вижу, ты быстро нашла мне замену, — его голос звучал резко, чего раньше никогда не было. — Он просто помог мне, Итан. Мартин ударил меня, а ты... тебя не было рядом, — Николь посмотрела на него с упреком.

— Я был на пороге! — воскликнул он, делая шаг к ней. — Но ты улыбалась ему. Ты взяла у него лаванду. Ту самую, которую я принес тебе утром.

— Это всего лишь цветок, Итан. А он спас меня.

— Я был твоей тишиной целый год, Николь, — прошептал он, и в его глазах блеснули слезы. — Но, видимо, тебе нужен кто-то погромче.

Он ушел, оставив её одну среди засыпающих кустов.