Восемнадцать ударов в минуту

Выпускной вечер совпал с восемнадцатилетием Николь. Школьный зал был украшен огнями, а воздух пропитан ароматом цветов и дорогих духов. Николь стояла перед зеркалом в раздевалке, поправляя подол нежно-фиолетового платья. Оно было цвета вечерней лаванды — её личного символа выживания.

Датчик на запястье теперь выглядел как изящный золотой браслет, но он всё так же неумолимо следил за каждым её вздохом. Восемнадцать лет. Врачи говорили, что она может не дожить до этого дня, но она здесь. И её сердце всё еще бьется.

— Ты выглядишь потрясающе, — в раздевалку заглянул Денис. На нем был безупречный черный костюм, а в руках он держал коробочку с изящной подвеской.

За эти месяцы Денис стал для неё каменной стеной. Он оберегал её от сплетен, от случайных толчков в коридорах и, что самое главное, от Мартина, который после того удара был исключен и больше не появлялся в их жизни.

— Спасибо, Денис. Ты тоже сегодня... непривычно официальный, — улыбнулась Николь.

Они вышли в сад, где было прохладнее и тише, чем в шумном зале. Музыка доносилась отсюда приглушенно, не заставляя пульс Николь тревожно подскакивать.

— Николь, послушай, — Денис остановился под старым каштаном. — Сегодня важный день. Ты стала взрослой. Школа закончилась. Мы все разъедемся кто куда... Но я не хочу тебя терять.

Он взял её за руки, и Николь почувствовала тепло его ладоней. Денис был надежным. С ним было безопасно. С ним её сердце билось ровно, как часы.

— Я долго ждал этого момента, — продолжал он, глядя ей прямо в глаза. — Николь, ты станешь моей девушкой? По-настоящему. Позволь мне и дальше заботиться о тебе. Обещаю, ты никогда больше не прольешь ни одной слезинки.

В этот момент в тени деревьев мелькнул чей-то силуэт. Николь знала этот поворот плеч, эту походку. Итан. Он стоял всего в десяти метрах, скрытый полумраком, и слышал каждое слово. В его руке была зажата небольшая корзинка с живой, цветущей лавандой — его традиционный подарок.

Николь увидела, как корзинка в его руке дрогнула. Итан смотрел на них, и в его глазах отражалась такая невыносимая боль и ревность, что её собственное сердце болезненно сжалось. Тук... тук-тук... Датчик на руке начал тихо вибрировать, предупреждая об ускорении.

— Денис... я... — Николь запнулась.

Она посмотрела на Дениса — доброго, смелого, готового на всё ради неё. А потом перевела взгляд на Итана, который продолжал стоять в тени, не решаясь подойти. Итан был её тайной страстью, её опасным ритмом, её тишиной, которая понимала её без слов. Но он молчал. Он ревновал, злился, уходил в себя, но так и не решился попросить её остаться.

Итан увидел, как Николь смотрит на него. Он горько усмехнулся, бросил корзинку с лавандой прямо на траву и, не сказав ни слова, развернулся и быстро зашагал прочь, к выходу с территории школы.

— Николь? — Денис мягко сжал её ладони. — Ты в порядке? Сердце?

— Да... — прошептала она, провожая взглядом уходящего Итана. — Просто голова немного закружилась.

— Так что ты ответишь? — в голосе Дениса была надежда.

Николь посмотрела на брошенную в траве лаванду. Она знала, что должна выбрать безопасность. Она должна выбрать Дениса, если хочет прожить еще много лет. Но её сердце, это глупое, хрупкое сердце, в этот момент рвалось вслед за тем, кто только что ушел в темноту.

— Денис, ты замечательный, — начала она, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — Но мне нужно время. Сегодня слишком много эмоций... Давай поговорим об этом завтра?

— Конечно, — Денис не скрывал разочарования, но послушно кивнул.