Аромат покоя и предчувствие бури

В раздевалке было душно и пахло хлоркой от соседнего бассейна, но для Николь это место сейчас казалось единственным убежищем. Она прислонилась спиной к холодному металлическому шкафчику и медленно сползла вниз, обхватив колени дрожащими руками. Перед глазами всё еще стояло лицо Итана — его непривычно мягкий взгляд и то, как бережно он прижимал её к себе.

— Дыши, Николь. Просто дыши, — прошептала она себе под нос.

Она потянулась к замку своего шкафчика, пальцы едва слушались. Когда дверца со скрипом открылась, из тесного пространства выплыл тонкий, едва уловимый аромат. На крючке висел небольшой полотняный мешочек — саше, наполненное сушеной лавандой. Это был подарок бабушки. «Когда мир станет слишком громким, просто закрой глаза и представь фиолетовое поле, — говорила она. — Лаванда лечит израненное сердце».

Николь прижала мешочек к лицу, вдыхая терпкий, успокаивающий запах. На мгновение хаос школы отступил. Ей казалось, что она действительно стоит посреди бескрайнего поля под палящим солнцем, где нет ни Итана, ни Мартина, ни камер. Только покой.

— Эй, ты как? — в раздевалку ворвалась Дила, прервав тишину. — Ты там чуть Итана не пришибла! Или он тебя... Я так и не поняла, кто из вас больше испугался.

Николь спрятала лавандовое саше в карман пиджака.— Это был несчастный случай, Дила. Лестница мокрая. — Ну-ну, — сестра хитро прищурилась. — Видео уже в школьном чате. Нэйс постаралась. Там всё выглядит... очень поэтично. Итан держит тебя так, будто ты — величайшее сокровище в его жизни.

Сердце Николь пропустило удар. Не от радости — от страха. — Мартин... он видел?Дила вздохнула, и её лицо стало серьезным.— Он стоит за дверью. И, честно говоря, он выглядит так, будто собирается кого-то убить. Скорее всего, Итана. Или твой телефон.

Николь встала, поправляя юбку. Аромат лаванды, оставшийся на пальцах, придавал ей немного храбрости. Она понимала, что не может прятаться вечно.

Когда она вышла в коридор, Мартин действительно был там. Он стоял, прислонившись к стене, скрестив руки на груди. Его лицо было бледным, а челюсти плотно сжаты. Увидев Николь, он сделал шаг навстречу, сокращая дистанцию до опасного минимума.

— Мило получилось, — процедил он сквозь зубы. — Весь корпус обсуждает, как ловко Итан тебя «подхватил». — Мартин, я упала. Он просто оказался рядом, — попыталась спокойно ответить Николь, но её голос дрогнул.

Мартин схватил её за локоть — не больно, но властно.— Рядом? Он смотрел на тебя так, Николь, будто ты уже не моя. А ты... ты даже не оттолкнула его сразу.

Он наклонился к её лицу, и Николь невольно поморщилась: от Мартина пахло дорогим, резким одеколоном, который сейчас казался ей удушающим по сравнению с тонкой свежестью лаванды в её кармане.

— Я не хочу больше видеть его рядом с тобой. Поняла? — его голос понизился до угрожающего шепота. — Иначе я решу этот вопрос по-своему.

Николь промолчала, опустив взгляд. В этот момент из-за угла вышел Итан. Он прошел мимо, даже не взглянув на них, но на ходу небрежно бросил:— В следующий раз надевай обувь с подошвой получше, Николь. Не все падения заканчиваются так удачно.

Мартин дернулся было в его сторону, но Николь крепче вцепилась в его руку.— Не надо, Мартин. Пойдем отсюда.

Они пошли к выходу, но Николь чувствовала, как внутри нее что-то медленно ломается. Она любила Мартина... или ей так казалось? Почему же сейчас ей хотелось только одного — вернуться в раздевалку, закрыть глаза и снова почувствовать запах лавандового поля, где не нужно выбирать между враждой и ложью?

В кармане завибрировал телефон. Новое сообщение от Нэйс: «Ник, ты видела комментарии? Итан лайкнул пост! Нам конец или это начало чего-то крутого?»

Николь прижала руку к груди. Сердце билось неровно, сбивчиво, словно предупреждая о том, что эта лавандовая тишина — лишь затишье перед настоящим штормом. Она еще не знала, что каждый такой сбивчивый удар приближает её к финалу, о котором никто не смел да