Ненавижу

— Я УБЬЮ ТЕБЯ! Какого черта ты творишь?!

С этими криками Николь торопливо спускалась по лестнице главного корпуса. — Николь, руби его! — крикнула ей вслед сестра, Дила.

Николь почти схватила обидчика за капюшон, но мокрая ступень неожиданно поехала под ногой: кромка керамики оказалась скользкой, а подошва туфли — мокрой. Девушка потеряла равновесие и полетела вниз, прямо на Итана.

Итан поймал её — спокойно, с неожиданной плавностью обняв за плечи и удержав за талию. Мгновение — и они вместе оказались на ступенях. Плитка обжигала холодом, воздух пах влагой и пылью старого здания. Николь растерянно дышала, в глазах всё плыло от неожиданности, а ладони, вцепившиеся в ткань его пиджака, судорожно искали опору. Их взгляды встретились, и в этом контакте было нечто большее, чем просто вражда.

— Тебе повезло, что я оказался здесь. Ты в порядке? — прошептал Итан. Его голос звучал теплее обычного, а по лицу скользнула мягкая улыбка.

— Да. Не стоило меня ловить, — ответила она сухо, но внутри у неё взорвался вулкан, который уже никто не смог бы потушить.

Сзади раздался звонкий топот — это подбежала Нэйс, их общая подруга, с телефоном наготове. — Не двигайтесь, я снимаю! Это будет супер-момент! — кричала она.

Поток её слов сливался с шумом школы: стуком каблуков, скрипом дерева и смехом, рассыпающимся по коридорам. Вся школа, казалось, затаилась, наблюдая за этой сценой. Нэйс подпрыгивала рядом, стараясь не пропустить выражение лица Николь в тот самый миг, когда всё могло измениться.

А где-то позади стоял Мартин — парень Николь. Он жутко ревновал. Он не просто наблюдал — он словно держал во рту нож, выжидая момента, чтобы разрезать этот миг на куски. Мартин смотрел на пару на лестнице и на камеру Нэйс: он видел не просто перепалку, а угрозу своей любви и своему положению.

Когда дыхание наконец выровнялось и Николь сделала первый робкий шаг, чтобы встать, Итан удержал её за руку на секунду дольше обычного. Он словно пытался прочитать в её глазах то, чего она ещё не осознала сама. Это был уже не бой, а диалог двух сердец, которым язык войны стал не нужен. Николь ощутила, как бешеный ритм пульса обрисовывает её чувства: она любила его, но до смерти боялась признаться в этом себе. Боялась того, что произойдет, когда правда раскроется, и Мартин поймет, что его место в её сердце уже не так прочно.

Нэйс подбадривающе улыбнулась и шепнула Николь: — Такой момент бывает раз в жизни. Сохрани его в памяти, чтобы понять: любить нужно не за спиной, а вслух.

Николь кивнула, пытаясь вернуть самоконтроль, но её ладонь в его руке предательски дрожала. Слова были лишними. Они обменялись молчаливым согласием — не о конце вражды, а о начале пути, на котором найдется место чувствам.

Итан сделал шаг вперед, а Мартин так и остался стоять на краю лестницы, глядя в пол, будто искал там подсказку для своих дальнейших действий. Николь, не желая поднимать шум, взяла подругу за руку, и они быстро спустились на первый этаж. Девушка спешила скрыться в раздевалке, лишь бы никто не увидел, как сильно она покраснела.