Глава 5.«Живой мёртвого слышит»

Оюль сделал ещё один неуверенный шаг вперёд и пошатнулся. Кеншин тут же бросился к нему, подхватив под руку, чтобы не дать упасть. Зена и Мён Сик подошли ближе, не сводя с него глаз. В сумерках его измождённое лицо казалось маской, натянутой на череп. — Я видел её... — повторил Оюль, и его голос сорвался на хрип. — Энни... Она была там, внизу. В темноте.  Он обвёл их мутным взглядом, словно пытаясь убедиться, что они действительно перед ним, а не очередная иллюзия долины. — Она звала меня. Не голосом... а чем-то внутри. Тянула к себе. Я думал, это конец.  Мён Сик сжал кулаки так, что побелели костяшки. Имя Энни прозвучало как удар колокола, возвращая их всех в тот момент, когда они потеряли её — первую из них, чей крик затих в ночной тишине, унесённый ветром в сторону чёрных скал. — А Чжан Хао? — тихо спросил Кеншин, помогая Оюлю опуститься на поваленное дерево у остатков костра. — Ты видел его?  Оюль медленно кивнул, и по его лицу пробежала судорога боли.— Он был там же. Но он... он не был собой. Долина изменила его. Его кожа стала серой, как мокрый пепел, а глаза... они были пустыми, как у рыбы. Он не говорил. Он просто стоял и смотрел на нас из темноты, пока Энни... пока она тянула меня к себе.  Зена всхлипнула, закрыв лицо руками. Чжан Хао. Их друг, всегда такой рассудительный и спокойный, теперь был частью этого кошмара. — А Вонён? — дрожащим голосом спросила Зена. — Ты видел Вонён? Она была с ними?  Оюль вздрогнул и опустил голову. — Вонён... Она стояла чуть поодаль. Её лицо было бледным, почти прозрачным, а глаза... в них не было ничего. Она молчала, но я чувствовал её взгляд на себе. Она словно ждала чего-то.  Мён Сик нахмурился.— А Вонбин? — его голос стал жёстче. — Ты видел Вонбина? Он был там?  Оюль покачал головой.— Нет... Я не видел его среди них. Но я слышал его голос. Он звал меня из темноты, совсем рядом... но я не мог понять, откуда именно. Это было хуже всего — слышать его и не видеть.  Кеншин крепче сжал биту.— Ты уверен? Может, он прятался? Или... был в другой стороне?  Оюль поднял на него усталый взгляд. — Я не знаю. Долина играет с нами. Может, он жив и ищет нас... а может, его голос — просто ещё одна ловушка.  В наступившей тишине стало слышно, как ветер шелестит в кронах деревьев, словно сама долина прислушивается к их разговору. — Долина не отпускает своих мертвецов, — глухо произнёс Мён Сик. — Она использует их лица и голоса, чтобы добраться до живых. — Но почему мы? — прошептала Зена.  Кеншин промолчал, глядя в темноту. Ответа ни у кого не было. Они были заперты здесь, в этом проклятом месте, окружённые тенями тех, кого любили и потеряли. И где-то там, в темноте, Энни, Чжан Хао и Вонён ждали своего часа, а голос Вонбина всё ещё звучал в голове Оюля, не давая покоя.