Зеленый плод и ледяная сталь

Адреналин после стычки с Иллуми все еще жег вены, но я уже вернулась к своей излюбленной манере — прислониться к стене и делать вид, что мир вокруг меня не более чем скучная театральная постановка. Моя ладонь, порезанная картой, продолжала саднить, а кровь медленно подсыхала, оставляя на коже темные, липкие разводы.

Хисока, который всё это время наблюдал за моим триумфом над Золдиком с выражением крайнего экстаза, наконец соизволил подойти ближе. Его шаги были бесшумными, но аура так и искрилась игривой злобой.— Оя-оя, сестренка... — промурлыкал он, наклоняясь ко мне так близко, что я почувствовала запах его грима и дешевых конфет. — Ты сегодня превзошла саму себя. Иллуми теперь будет видеть тебя в своих самых стерильных кошмарах. Но не кажется ли тебе, что ты немного... пересолила? Золдики мстительны, как брошенные любовницы.

Я даже не повернула головы, продолжая подбрасывать окровавленную карту.

— Мстительность требует смелости, Хисока. А твой «друг» сейчас слишком занят тем, что склеивает свою разбитую гордость.

— Хм-м, — Хисока прищурился, его золотистые глаза недобро сверкнули. — А может, ты просто испугалась, что он действительно вырвет тебе язык? Поэтому решила напасть первой, как раненый зверек? Он протянул руку, намереваясь коснуться моей порезанной ладони, но я резко перехватила его запястье. Воздух между нами натянулся.

— Не играй со мной, братец. Я не «раненый зверек». Я та, кто вытащит твои кости из любого капкана, в который ты решишь залезть по своей дурости. Так что засунь свои подначки себе в...Договорить я не успела.

Тяжелые шаги по бетону заставили нас обоих обернуться. К нам шел мальчишка. Тот самый зеленый плод, о котором Хисока прожужжал мне все уши. Гон Фрикс. Его лицо было бледным от ярости, а кулаки сжаты так, что костяшки побелели. Он прошел мимо Хисоки, даже не взглянув на него, и остановился прямо передо мной.

— Ты! — выкрикнул он, и его голос сорвался от гнева. — Как ты могла?!Я лениво выгнула бровь.

— Прости, малец, ты о чем? О том, что я не дала Золдику окончательно превратить твоего друга в овощ, или о том, что я просто стою здесь и дышу?

— Ты угрожала убить Киллуа! — Гон сделал шаг вперед, его аура вспыхнула ярким, необузданным светом. Это была чистая, первобытная сила, еще не ограненная, но уже пугающая. — Ты говорила такие ужасные вещи... Ты ничем не лучше Иллуми! Ты такая же жестокая и холодная! Киллуа — мой друг, и я не позволю тебе или кому-то еще так о нем говорить!

Я медленно выпрямилась, отрываясь от стены. Карта в моих пальцах замерла.

— Слушай сюда, герой, — я понизила голос до опасного рычания. — Пока ты там пускал сопли в сторонке, я была единственной, кто заставил этого монстра отступить. Мои слова — это просто способ достучаться до тех, у кого вместо сердца кусок льда.

— Мне плевать! — Гон замахнулся своей удочкой, его глаза горели решимостью отомстить за обиду друга. — Ты причинила ему боль своими словами! Извинись перед ним! Сейчас же!

Хисока позади меня издал тихий, восторженный смешок.

— О-о, сестренка, кажется, у тебя появился кавалер с принципами. Как мило... Интересно, сколько костей ты ему сломаешь, прежде чем он поймет, что справедливость не работает против таких, как мы?Я посмотрела на Гона. В его взгляде не было страха — только ослепляющая праведная ярость.

Это было так глупо и так искренне, что на мгновение мне стало почти жаль его. Но только на мгновение.

— Извиниться? — я усмехнулась, перехватывая окровавленную карту поудобнее. — Мальчик, ты ошибся адресом. В этом мире извиняются только мертвецы, потому что им больше ничего не остается. Хочешь отомстить за своего друга? Попробуй. Но учти: я не Иллуми. Я не буду играть с твоим разумом. Я просто сломаю тебе руки, которыми ты держишь свою палку, и заставлю смотреть, как твой «идеальный мир» рушится.

Гон не отступил ни на сантиметр. Он приготовился к атаке. В этот момент Иллуми, стоявший поодаль, медленно повернул голову в нашу сторону, внимательно наблюдая за тем, как сестра того, кого он ненавидел, собирается раздавить того, в ком он видел угрозу для своего контроля над братом.