Ожидание на вершине

Хисока обожает затягивать удовольствие. Для него сам процесс бега по бесконечному туннелю был сценой, где он мог наслаждаться чужим страхом, тяжелым дыханием слабаков и нарастающим безумием толпы.

Он увлекся — я видела это по его сузившимся глазам, когда он приметил парочку интересных кандидатов. Это был идеальный момент.

Я не стала прощаться. Просто в какой-то миг я была рядом, чеканя шаг в такт его походке, а в следующий — пространство за его плечом опустело. Техника «Мерцающего шага» в моем исполнении была доведена до абсолюта: я не просто быстро двигалась, я сливалась с ритмом чужого внимания, проскальзывая в те моменты, когда человеческий мозг моргает или переключает фокус.

Пока сотни претендентов обливались потом, считая каждый километр, я уже вдыхала влажный, прохладный воздух выхода.

Свет в конце туннеля ослепил лишь на мгновение. Я не стала дожидаться Сатotца и основной группы у входа. Вместо этого я бесшумно взвилась вверх, зацепившись пальцами за выступ скалы, и парой рывков оказалась на раскидистой ветке массивного дерева, нависшего прямо над выходом из подземелья. Здесь, в вышине, царил покой. Я поудобнее устроилась на узловатой коре, свесив одну ногу вниз. Достала ту самую карту, которую отобрала у брата, и начала лениво подбрасывать её. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Гладкий картон приятно холодил кожу, а в воздухе карта описывала идеальные круги, сверкая в лучах неверного солнца Болота Нумелль.

Прошло минут двадцать, прежде чем из темноты туннеля начали выбегать первые участники. Запыхавшиеся, измотанные, они едва держались на ногах. Я смотрела на них сверху вниз, как хищник на копошащихся насекомых.

— Слишком медленно, — прошептала я, ловя карту двумя пальцами.

Наконец, показалась знакомая фигура. Хисока шел легкой, танцующей походкой, даже не сбив дыхания. Рядом с ним, словно механическая кукла, двигался Гитаракур. Они оба остановились у входа, осматривая толпу. Я видела, как Хисока нахмурился, не обнаружив меня рядом, а затем его голова резко дернулась в поисках моей ауры.

Я специально приглушила свой Нэн до минимума, оставив лишь крошечную ниточку присутствия.Гитаракур поднял голову первым. Его пустые черные глаза сфокусировались точно на моей ветке. Иглы в его шее слегка звякнули. Он не удивился — Золдики, видимо, привыкли, что люди могут падать с неба или вырастать из земли.

Я подмигнула ему и с силой закрутила карту, отправив её вниз. Туз Пик прорезал воздух со свистом, пролетел в паре сантиметров от носа Хисоки и вонзился глубоко в корень дерева прямо у его ног.

Брат замер, затем медленно перевел взгляд на карту, а после — вверх на меня. На его лице расплылась та самая пугающая улыбка, которая обычно не предвещала ничего хорошего окружающим.

— Оя-оя... Какая нетерпеливая сестренка, — пропел он, вырывая карту из земли и слизывая с неё пыль. — Решила занять ложу в первом ряду?

Я спрыгнула вниз, приземлившись совершенно бесшумно на носочки прямо между ним и Иллуми.— Вы долго, — я протянула руку, и Хисока, вздохнув, вернул мне карту. — Я уже успела прочесть по коре этого дерева, что туман впереди будет куда интереснее, чем этот серый коридор.

Иллуми сделал шаг ко мне, его аура на мгновение коснулась моей, холодная и колючая.

— Твое перемещение...

— проскрежетал он. — Ты не использовала скорость. Ты использовала отсутствие. Это редкий навык для того, кто не учился в поместье Кукуру.

— Мир гораздо больше одного поместья, Иллуми, — я убрала карту в рукав и посмотрела на густой туман, заползающий в туннель.

— Идемте. Шоу только начинается, а я не хочу пропустить момент, когда «тень» станет единственным, что вы сможете увидеть в этом тумане