Король, моркофель, лучший друг

Путники неслись вперёд, подобно трём потокам ветра. Минуя леса, широкие поля,  города и уютные поселения. Ещё пару раз они рискнули совершить прыжки, но это сильно изматывало благородных зверей, которые бежали почти без остановок. Палару было непривычно вдвойне: с одним глазом ему тяжелее давались расчёты траектории и он никак не мог свыкнуться с этим. Один раз Фаартис чуть не захлебнулся, внезапно оказавшись в озере, а второй раз чуть не сорвался с высокого обрыва, очутившись с Паларом на самом краю. Сезара и Сорган предложили пока повременить с прыжками, пока Палар не привыкнет. Фаартис же, напротив, чувствовал себя всё увереннее. Он больше не лишался чувств и даже тело, казалось, окрепло. Теперь он падал всё меньше и меньше, не прилагая при этом особенных усилий. Несколько раз травма руки давала о себе знать, но боль ощущалась всё менее остро. Серебряные волосы утратили шелковистость от пыли, пряди спутались от ветра, но это всë сейчас мало заботило короля.

Всадники преодолели уже порядка трëхста гри на запад, но уже замечали первые признаки запустения. Встречались покинутые дома, выжженные участки леса, руины некогда прекрасных замков... Фаартис смотрел на просторы своих земель и чувство тревоги вновь подкрадывалось к сердцу. Сможет ли он всё исправить? Как он, всю жизнь проведя в замке, собирается это сделать? Он не знал, что ждёт там, впереди, но старался успокоить бешеное сердцебиение, внушая себе, что справится.

— Ваша Светлость! — Крикнул Сорган, — Вижу вдалеке дым и хижины. Похоже, деревня. Я так голоден! Может быть, заскочим пополнить запасы и перекусить? — Хорошая мысль! — При упоминании еды в желудок Фаартиса заурчал и его щеки тут же вспыхнули от смущения. — Я и забыл, что ели мы почти сутки назад... — Сворачиваем, — Сезара поднялась прямо на спине гринтаурна, балансируя стоя. Защищая глаза от солнца рукой, она пронеслась мимо короля, пытаясь разглядеть деревушку вдали. Фаартис и не подозревал, что пятый генерал настолько искусная наездница. — Да, впереди жилые дома, — бросила Сезара, — за мной!

До них почти сразу донёсся мелодичный звон колокола — стража поселения заметила несущихся по направлению к ним незнакомцев и оповещала деревню и старейшин. Деревянные ворота отворились, пропуская путников. Фаартис легко потянул Палара за рога и тот затормозил. Сорган и Сезара осмотрелись. Их встречали несколько мужчин-стражников, но постепенно подтягивались и другие эльфы. Все были в простой одежде, потрёпанной временем, но опрятной. Жители расступились, пропуская вперёд сгорбленную старушку. Под руки её поддерживали две юные девушки, помогая идти. Фаартис приготовился, чтобы что-то произнести первым, но Сорган ткнул его чешуйчатым хвостом в бок, предостерегая. Сезара глянула на короля тем самым фиалковым взглядом, мол, не стоит сейчас говорить, и кивнула Соргану. Тот мгновенно спешился с гринтаурна и преклонил колено перед старушкой в одеянии старейшины, приветствуя.

— Что принесло вас в наши края? — заговорила пожилая эльфийка хриплым голосом, который, однако, ещё не утратил своей твердости. — Моё почтение, госпожа, — ответил Сорган, — Мы направляемся на окраины Руалинда из столицы, чтобы разведать, как обстоят дела. Никогда ранее не были в ваших местах. Хотели попросить у вас немного припасов и отдохнуть, чтобы с новыми силами продолжить путь.

Старушка смотрела на него обеспокоенно. — Я знаю кто ты, дракон утренней зари. До меня доходили слухи, что один такой служит королю Руалинда. Золотые волосы, хвост, драгоценные доспехи... Говори, что забыл у нас первый генерал короля?

Девушки рядом со старушкой занервничали, среди эльфов пронёсся вздох изумления. Сорган стиснул зубы, думая, как ответить. — Госпожа, поверьте, у нас благая цель. Имя мне — Сорган. Мы хотим помочь народу окраин и защитить земли. Король послал меня на это задание, как и моих товарищей. Позвольте представить вам генералов Сезару, Палара и... Тарона.Старушка внимательно вглядывалась в лица странников, в её карих глазах читалось недоверие. — Сезара... Слышала о тебе... Королевская Тень, не знающая пощады. Думала, что ты выглядишь...внушительнее. Сезара спрыгнула на землю с гринтаурна и  преклонила колено рядом с Сорганом. — Внешность бывает обманчива, госпожа. — Стальной голос зазвучал мягче, чем обычно, — Мы не доставим хлопот. Как отдохнём — отправимся в путь. — Я думала, генерал Тарон будет постарше. Он же юнец! — Старейшина с подозрением разглядывала Фаартиса, который опустил голову, пряча синие глаза. — Ежедневные тренировки позволяют ему быть в прекрасной форме, — вклинился Сорган, — придерживается строгого питания... Да.

Старушка вздохнула.— Следуйте за мной, пристрою вас в моём доме. Отдохнете и отправляйтесь. Мы соберем вам еды с собой и накормим обедом. — Спасибо, госпожа. Мы обязательно отблагодарим вас, когда вернёмся домой, — Сорган склонил голову.

Фаартис спрыгнул с Палара и тоже последовал за старушкой.

Эльфы вокруг глазели с любопытством, некоторые — со смятением. Несколько ребятишек бегали вокруг, пытаясь коснуться грив гринтаурнов и золотого хвоста Соргана.

Когда солнце поднялось высоко, путники уже успели подремать в чистой сухой хижине и проснуться. Фаартис молчал, пряча глаза от старушки, которая суетилась у небольшой печи, что-то запекая. Ей помогали две юные эльфийки, которые то и дело украдкой смотрели на Соргана, перешептываясь и хихикая. Аромат чего-то вкусного и сладкого стелился, наполняя пространство. Фаартис вынужден был скрываться, а самодовольство и обаятельная клыкастая улыбка первого генерала жутко раздражала. Любил же этот дракон быть в центре внимания!

Вскоре они вышли на улицу, где под сенью рощи лирисов жители поставили большой стол с льняной скатертью. Эльфы суетились, от мала до велика, вынося из покосившихся домиков с мшистыми крышами корзины, тарелки, свежеиспечённый хлеб. Помогал каждый.

Путникам выделили места в центре стола. Юные помощницы старейшины поставили перед ними большие блюда. Горячий пар исходил от каких-то крупных оранжевых штуковин. А аромат... Фаартис подумал, что сейчас может лишиться чувств от голода. Старушка присела напротив путников и жестом дала понять жителям, что можно приступать к еде. Сорган, который, судя по виду, тоже еле сдерживался от нападения на горячее запечённое нечто, первым потянулся. Но вместо того, чтобы наброситься на еду, он учтиво передал вкуснятину Фаартису, а потом Сезаре.

Юный король чуть не обжёгся, пытаясь откусить этот... Овощ? Фрукт? Но великий Шерион, как же это было вкусно! Ничего вкуснее Фаартис в жизни не ел, он даже прослезился от блаженства. — Это моркофель, Ваше... Генеральство, — чуть было не оговорился Сорган. — Сытный и вкусный овощ, правда? — Софган, это лучфее, что я пробофал в жизни! — Фаартис впервые заговорил с того момента, как они были в деревне, — Пофему в Торинанде нет этих фтукофин? — Это пища простого народа, — шёпотом ответил дракон, — Самое лёгкое, что может быть. Поэтому Вам и не довелось... — Я шолько упуфкал ф жизни, оказыфается... — Фаартис уплетал моркофель за обе щеки, позабыв о манерах.

После того, как все наелись, эльфы начали наперебой расспрашивать генералов. В основном, Соргана. Сезара никогда не располагала к общению — стоило взглянуть в её глаза... А Фаартис упорно молчал и отворачивался. Вскоре эльфы утратили к нему интерес. Зато Сорган блистал, упиваясь вниманием. Отвечал на вопросы аккуратно, но остроумно. В общем, обаял всех, кого только можно. Юные эльфийки смотрели на него с благоговением и уважением, когда он рассказывал о битвах и столице. Дракон катал ребятишек на спине и даже урвал поцелуй в щеку от местной красавицы. Фаартис сидел в тени лириса и наблюдал за другом. Как же раздражал этот Дракон-Само-Совершенство! Где бы они не оказывались, Сорган всегда располагал к себе кого угодно. Для него не было границ... Они все так искренне улыбаются, смеются. Никто не улыбался так ему, Фаартису. Чем он хуже? Вдруг Фаартис вскочил на ноги. Сердце на миг замерло в груди. Потом пропустило несколько глухих ударов и он почувствовал, как кровь в венах будто закипает. Тело охватил жар и он сорвался с места, налетел на Соргана, сбив того с ног. Эльфийки отскочили, взвизгнув, бросились врассыпную.

Фаартис видел перед собой лишь блики золота, которое сейчас ему хотелось уничтожить, расплавить и вытеснить из мыслей. Удар со всей силы. Ещё удар. Левая рука, правая рука. Он, король, должен быть в тени! Нет, он не будет скрываться, как трус. Имеет на это право! Ярость кипела внутри и он не замечал ничего вокруг — ему было плевать. Вдруг в глаза Фаартису брызнула кровь и он застыл с поднятой рукой, широко распахнув глаза. Горячие алые капли стекли по щеке и он вдруг почувствовал омерзение. А потом... Потом пришло осознание. Ужас сковал сердце, а за ним пришла боль. Попятившись назад, Фаартис смотрел на свои руки, ничего не понимая. Стёртые кулаки кровоточили, но по щеке стекала отнюдь не его кровь. На запястье серебряный герб браслета окрасился в алый. Тягучая кровь стекала по острым краям сплетённых меж собой в узоры молний. Фаартис закричал, но не узнал свой голос. Судорожно, цепляясь за траву под ногами, король подполз к месту, где сбил с ног Соргана. Ему было страшно. Не верил, что только что сделал. Первый генерал лежал, раскинув руки. Правая щека его была залита кровью, а золотые радужки дрожали в ужасе, будто он только что увидел не Фаартиса, а первого дракона ночи. — Сорган, ты... Слышишь меня, Сорган? — Фаартис схватил дракона за руку, потянув. — Демоны, я не знаю, что на меня нашло...Сорган! — Фаартис дрожал, из глаз его текли слезы, смешиваясь с кровью.

— Да... Кха-кха...— Сорган закашлялся, золотые глаза на мгновение сфокусировались на лице Фаартиса, но тут же дракон отвернулся, — Я...Кха...в порядке. — Демоны! Я так... Испугался. Прости, прости меня! Я не помню, как... —Бростьте, — Сорган вытер кровь с щеки кончиком хвоста и сел на траве с пустым взглядом, — Всё нормально.

Фаартиса била крупная дрожь. Тон голоса Соргана поменялся. Он никогда не отвечал так холодно. Фаартис вдруг почувствовал ненависть к себе. Как он мог? Он что, правда избил друга?

Сезара стояла чуть поодаль и с ужасом смотрела то на своего короля, то на первого генерала. Фаартис готов поклясться, что такого страха в глазах Сезары он ещё не видел. И от этого он испугался сам. Как же он выглядел, что даже Сезару это повергло в оцепенение?!

Все эльфы вокруг были в шоке, дети плакали, прячась за взрослых. Девушки попадали в обморок.

***Старейшина проводила путников к воротам. На этот раз она медленно шла одна, без своих помощниц. Посмотрев на Фаартиса, что опустил голову ещё ниже уже от стыда, она сказала:— Хорошей дороги, путники. Ваша Светлость, — в хриплом голосе прозвучали нотки укора, — Можете не прятать глаз, я давно поняла, что вы — не генерал Тарон. Многое Вам ещё предстоит узнать. Со многим примириться...

Фаартис стиснул зубы. Сорган молчал уже долго. Дракон лишь задумчиво шёл за Сезарой и не даже не смотрел на своего короля. Под глазом Соргана расцвёл ужасающий фингал, а через правую щеку тянулась длинная рваная рана от браслета. Юный король знал, что драконы могут исцелиться быстро, но похоже, Сорган был разбит изнутри. Фаартис не знал, как подступиться к другу и загладить вину. Есть раны, которые, даже зажив, будут причинять боль.

Попрощавшись со старейшиной, они отправились дальше. Ехали молча, пока Сорган вдруг не окликнул Фаартиса. — Ваша Светлость, простите мне долгое молчание, — Сорган не смотрел в глаза, следя за дорогой, — Я просто...собирался с мыслями. Ваши удары мне не страшны, боли я не боюсь. Я мог легко остановить Вас одним хвостом. Но дело не в этом...

— Сорган... Я боялся, что ты больше со мной не заговоришь, — Фаартис внезапно разрыдался, — Я...так себя ненавижу! Тоже мне, король! Я даже эмоций своих сдержать не могу. Я себе отвратителен! —Фаартис, — голос дракона был серьёзен, как никогда, — Мы росли вместе. Я знаю Вас слишком хорошо. Вы способны на многое — просто ещё не понимаете. Я не рассказывал, но причина моего ужаса в тот момент кроется не в Вас, а в вашем отце. Я... Не хотел говорить. Сеарт был прекрасным правителем, но несколько раз мне доставалось от него сполна. Я был детёнышем и не понимал, чем мог его разгневать. Поэтому терпел. Я был обязан ему жизнью, и со временем понял, что Сеарт непредсказуем. На душе у него скреблись демоны, как и у Вас. Поэтому я не дал сдачи. Я не мог пошевелиться , потому что увидел тот же взгляд, что и тогда. Синие глаза, охваченные безумием. Но я прекрасно понимаю, что на Вас многое свалилось. Всё равно Вы — мой лучший друг. Семья. Так что перестаньте ныть и возьмите себя в руки. Вот, может ломтик моркофеля? — Сорган протянул королю завёрнутый в пергамент овощ и ободряюще хлопнул того по плечу.

Фаартис шмыгнул и с благодарностью посмотрел на Соргана. Он думал, что совсем не заслужил такого друга.