Вокруг только ложь

Фаартис вышел из тронного зала в тёмный коридор, направляясь в свои покои. Голова шла кругом, то ли из-за выпитого вина, то ли из-за происходящих событий. Сейчас он знал одно: нужна тишина. Громкая музыка совсем не помогала собрать мысли. Удаляясь прочь, он поднимался по мощëной мрамором высокой лестнице. Чувствуя себя чужим в своём собственном замке, юный король впервые в жизни не знал, как ему быть. Поговорить с Сорганом, допросить пленных разбойников, выяснить, что случилось с генералом Тароном или отыскать лжебрата Бегонии? Фаартису казалось, что все вокруг что-то скрывают и доверять можно лишь себе. Его идеальный мир дал трещину. Отворив свои покои и облегченно выдохнув, король прислонился к дверям изнутри.

— Ну здравствуйте, Ваша Светлость, — низкий голос пробрал до мурашек,  — вижу, Вы в замешательстве, но не стоит волноваться.

Тёмная фигура тенью отделилась от витражного окна и перед Фаартисом предстал высокий мужчина. Черты лица невозможно было разглядеть в полутьме.

Фаартиса охватил ужас, но вопреки страху, он вскинул голову и шагнул вперед. Его учили не показывать слабость и достойно встречать опасности, как подобает королю. Наследник рода Руласиль не должен медлить и выглядеть уязвимым. Увы, именно уязвимость сейчас ощущал Фаартис.

— Спокойнее, я тут не для того, чтобы угрожать вам, — в голосе незнакомца не было страха, но проскальзывали нотки неприязни, — Хочу поговорить. Нам есть что обсудить. Но сначала... Заприте двери изнутри. Я знаю, вы умнее, чем о вас говорят.

Последние слова вызвали у Фаартиса гнев. И любопытство. Второе оказалось сильнее. Заставив себя заглушить гордость, он молча запер выход на засов.

— Слушаю, — король придал голосу уверенности, — Полагаю, ты один из разбойников? Попробую угадать: при побеге сестру потерял?

— Верно, — голос незнакомца не отразил никакого удивления, — Но вы не понимаете. Если вы встретили Бегонию, это лишь часть запутанной истории.

— Не говори с королём, как с глупцом, мальчишка! В любой момент я могу позвать генералов, а ты отправишься гнить в темницу, — Фаартис одарил незнакомца самым решительным взглядом, на который сейчас был способен.

— Ха! Ваша Светлость, я постарше вас буду. И напротив, я совсем не считаю вас глупцом. Лишь говорю о том, какие слухи ходят... Есть причины. Хотите узнать, какие? — мужчина усмехнулся, — Я делаю ставку на то, что вы сразу поняли: Бегония — не сестра мне.

Фаартис удивился. Не тому, что этот эльф сходу раскусил его, а тому, как грамотно он расставлял ловушки в своей речи. Пытался держать его, короля, на крючке. Это было непростительной наглостью. Но ему и правда было интересно.

— Будь по-твоему. Выйди на свет, сними плащ и тогда обсудим всё на равных. Хочу знать всë!

Незнакомец сделал ещё пару шагов и вышел на середину комнаты на лунный свет, откинув капюшон. Чёрные, как ночь, глаза и тёмные волосы. Да, тот самый лжебратец.

— Присядьте, Ваша Светлость. История будет интересной, — разбойник склонил голову в небрежном поклоне, одновременно указав взмахом руки на резной стул.

Фаартис без колебаний подошёл ближе и демонстративно опустился на край кровати. Закинул одну ногу на другую, рукой подпер щеку, тем самым показав, что сам решит, куда присесть.

Ночной гость с таким же безразличием отодвинул от кровати резной стул и ловко развернув его, плюхнулся рядом.

От такого поведения Фаартиса вновь охватил гнев, но он напомнил себе, что положение и так тяжелее некуда и стоит потерпеть.

— Времени немного, скоро кто-нибудь из генералов опомнится и придёт искать меня в покоях, — король спокойно улыбнулся, хотя в груди нарастала тревожность. — Бегония из рода Артсели́. Это Вы и так поняли. Я не брат ей по крови, но брат по несчастью. Нас настигла трагедия и с тех пор мы держимся рядом, выживая и стараясь спасти таких же, как мы. Вместо того, чтобы влачить жалкое существование, мы боремся за право не умирать от голода и болезней. И вот мы...

— И как меня касается ваша трагедия? Я что, должен пожалеть вас? — перебил Фаартис, — К сути!

— Я и рассказываю суть, — нахмурился собеседник, — короче некуда. Прямой вины Вашей нет... Но король Сеарт, ваш отец! Тридцать пять назад, когда вы были ещё ребёнком, он приказал найти и казнить всю ветвь Артсели́ за измену. Выжила только малышка Бегония, а мы с отцом бросили всё, чтобы вывезти её к границе и спрятать. Это трагедия, ибо все обстоятельства — недопонимание между главами рода Артсели́ и Руласиль. Следы ошибки Сеарта тщательно замели после, когда правда оказалась на поверхности и сам король понял, что поспешил. Но было слишком поздно...

Фаартис слушал. Так вот почему о таком знатном роде давно нет известий. Все мертвы! Это было так не похоже на отца. Мудрый, расчётливый...Он не ошибался.

— ...Впервые покинув Торинанд, всë дальше продвигаясь к окраинам, мы встречали на пути разрушенные города и сожжённые дотла дома, — продолжал незнакомец и взгляд его омрачился. — В то время участились налёты потомков драконов ночи, а эти демоны не оставляли после себя ничего, кроме пепла. Король Сеарт не раз давал отпор демонам, но не мог разбить их — силы были неравны. Вторая ошибка Сеарта в том, что он предпочёл защитить сердце королевства, бросив остальные земли на произвол судьбы. Сил магов Руалинда хватило только на половину, поэтому защитный барьер и по сей день поддерживается только в Торинанде и крупных городах. Остальная часть до сих пор страдает от налётов, голода и бедности. А мы с сестрой и другими «разбойниками» вынуждены поддерживать хоть какой-то порядок за барьерами. Добывать продовольствие и сражаться, — эльф замолчал, показав, что это конец истории.

— Я почти поверил! Но что-то не сходится. Например, почему никто не сообщил мне? — Фаартис нервно постукивал ногой по мраморному полу, — Каждый день я выслушиваю доклады о том, как всё спокойно, и только разбойники иногда нарушают покой жителей...

— И тут я дам ответ. Ваши генералы преданы вам так же, как и покойному королю Сеарту. Думаю, это был его последний указ: держать Вас в неведении. Да и что Вы можете сделать! Не смог Ваш отец, а Вы пока не готовы и подавно. С его стороны, логичным было обезопасить хотя бы часть королевства и сына — это даже я могу понять, — ночной гость горько улыбнулся, — Я прошу об одном: отпустите Бегонию и моего отца. Без нашей помощи каждый день гибнет народ, Ваш народ. Решайте!

— Что с генералом Тароном? — Фаартис внезапно вскочил на ноги, опомнившись.

— Он в порядке. Мы не убиваем своих, хотя с ним пришлось трудно... — незваный гость тщательно подбирал слова, — Жизнь заставила научиться многому, в том числе и магии. Он просто уснул на время и проснётся к утру.

Фаартис испытывал бурю эмоций. Почему-то сейчас хотелось кому-то врезать. Он никогда ещё не чувствовал такого раздражения, рука будто сама собой сжалась в кулак. Прежде всего ему хотелось найти генералов и высказать им сполна. Сколько же лет ему лгали?

— Хорошо, — Фаартис прямо взглянул на незнакомца, — Прежде, чем разберусь, мне нужно выяснить детали. Оставайся здесь и жди.

— Я не уйду без отца и сестры. Докажите, что вы способны поступать по справедливости. Вы поверили мне, а я, так и быть, поверю в Вас, — незнакомец благодарно поклонился, на этот раз действительно почтительно, — Буду ждать.

Фаартис осторожно приоткрыл дверь. Выглянув наружу убедился, что в коридоре никого нет и шёпотом добавил: — Как твоё имя? — Нет его более, — ночной гость вздохнул, — как и нет моей прошлой жизни. Зовите меня Нот.

Фаартис кивнул и аккуратно прикрыл за собой дверь. Ещё раз осмотревшись, размеренным шагом отправился к тронному залу. На мраморной лестнице его чуть не сбил с ног Сорган, который запыхался от бега:

— Великий дракон! Ваша Светлость... Ищу уже час, все расходятся. Я...я думал Вы в зале, а вас там нет!...Вы тут! — Сорган осмотрел Фаартиса со всех сторон по кругу, — да где же Вы были?

— Сорган? — Фаартис изобразил удивление, — У меня всего лишь разболелась голова от вина и зелья, поэтому я решил прилечь. Кстати, о зелье: ты больше не дама! Значит, я тоже пришёл в себя?

— Да...Гости тоже перевоплотились, маскарад окончен. Некоторые остались пообсуждать. Хорошо... Хорошо, что вы в порядке. Та разбойница...

— Мне как раз нужно в темницу. Ты ничего не хочешь рассказать? — Фаартис выжидающе посмотрел на друга.

Сорган замешкался и виновато потупил взгляд. — Давно хотел. Но было не до этого. Обещание, что мы дали покойному королю Сеарту сковывало по рукам. Тарон знал, что так будет, поэтому теперь я могу...

— Не утруждайся. Я и так узнал многое. Расскажешь мне всё после того, как мы освободим Бегонию Артсели́ и её отца, — Фаартис повернул в сторону темниц.

Сорган нервно сглотнул, но последовал за ним.

Темницы находились глубоко в недрах замка. Заведовала тут Сезара. Ещё одна должность пятого генерала. Слежка за пленниками не занимала много времени и чаще всего темницы пустовали. Изредка в них попадали провинившиеся в ожидание суда и решения совета. Взору короля открылась совершенно неожиданная картина: пятый генерал улыбалась, сидя в камере с двумя разбойниками. Они что-то активно обсуждали, попивая горячий анонитовый чай. Фаартис открыл было рот, чтобы сказать то, что ещё не успел придумать, но Сезара тут же вскочила, поставила свою кружку на пол и мгновенно выскользнула за решётку, оказавшись снаружи.

— Ваша Светлость! — вернув свой обычный строгий взгляд, Сезара поклонилась, — Что привело вас с Сорганом в мои мрачные владения? Фаартис готов был поклясться, что в поклоне Сезара усмехнулась. — Что? Как можешь объяснить всё это? — юный король был растерян, взгляд метался из стороны в сторону, — Я пришёл поговорить с пленниками. Я намерен их отпустить.

— Я ждала Вас и знала, что вы так поступите, — пятый генерал, кажется, впервые улыбнулась ему,  — Прошу!

Сезара отворила камеру, и хрупкая девушка и невысокий мужчина вышли на тусклый свет.

— Полагаю, вы встретились с Нотом? — знакомый голос с маскарада, — Я рада, что вы приняли верное решение, — девушка склонила голову. Фаартис смотрел на неё и не мог связать двух слов. Бегония была невероятно хороша собой. Такую красоту не спрятать за грубой мужской одеждой, благородную осанку не скрыть плащом. А глаза... Великий дракон! Но он всё же заставил себя ответить:

— Я отпущу вас. Прошу прощения за эти годы, но понимаю, что неведение не освобождает короля от ответственности, — Фаартис сжал руку в кулак, — Не сразу, но я найду решение проблем. Исправлю то, что ещё возможно...

— Спасибо, Ваша Светлость! — шаг вперёд сделал невысокий эльф, что держался чуть поодаль, — Многие в неведении, но мы попробуем переубедить народ. Надеемся на Вас.

Мужчина так походил на своего сына. Чёрные глаза и тёмные с проседью волосы. Только возраст и тягости жизни давали о себе знать: он опирался на трость, во взгляде затаилась вековая печаль, а зрачки были подернуты пеленой. Вероятно, видел эльф скверно.

— Да, я бы предложил Бегонии Артсели́ остаться на время в замке. Хочу искупить вину своего отца, насколько это возможно. Я... Не знал, — Фаартис взглянул на девушку с сожалением.

Тем временем Сезара обречённо закатила фиалковые глаза. Эльф с тростью чуть пошатнулся. Сорган позади короля застыл, как вкопанный, а Бегония... В её серебряных глазах отразилось непонимание.

— Отец! — девушка резко повернулась к старому эльфу, — Я не понимаю...Кто такие Артсели́?!

Старый эльф обречённо вздохнул. — Бегония, милая. Это долгая история. Хотел уберечь тебя от горькой правды, но любая истина всегда всплывает на поверхность. Можешь остаться в замке или вернуться с нами. Я более не имею права решать за тебя.

Бегония подошла к отцу и крепко обняла. — Отец! Мой дом — окраины. Ты всегда будешь для меня отцом, а Нот — братом, — на глазах девушки выступили слезы, — Я возвращаюсь с вами.

К глазам Фаартиса подступали предательские слëзы, но он сдержался.

Бегония тем временем взяла себя в руки и обратилась к королю:— Ваша Светлость, мы отправимся немедленно, где Нот? — девушка была полна решимости. — Он наверху, в моих покоях. Ступайте. И... Возвращайтесь в любое время. Возьмите лучших гринтаурнов.

Бегония достала из внутреннего кармана плаща небольшой свёрток и протянула его королю на раскрытой ладони. — Это Вам. Покажите его, и Вас пропустят в окраинах куда угодно. Вдруг решите навестить? Талисман убережёт и скроет вас от врагов.

Фаартис принял подарок. Внутри оказался изящный серебряный браслет с выгравированным гербом. Древо лириса и дракон в круге из пяти острых мечей. Узоры вокруг сплетались в молнии, отсылая к тёмной магии драконов ночи. — Спасибо. Я должен буду разведать всё лично.

Три огромных грациозных гринтаурна уносили разбойников всё дальше. Фаартису было не по себе. Столько свалилось на его голову! Коснувшись пальцами серебряного браслета на запястье, он думал о том, что не может больше безучастно отсиживаться в замке.

Сезара что-то прошептала на ухо Соргану и тот понимающе кивнул в ответ.