Часть 7

На протяжении последующих несколько недель пути Дазая и Чуи неоднократно пересекались, однако не важно, были то сражения бок о бок или друг против друга, Чуя всё ещё ни разу не использовал Порчу.

Они умудрились вернуться к привычному стилю общения, который заключался в постоянных поддразниваниях, но это странное периодическое сотрудничество двух совершенно разных организаций всё равно заставляло испытывать напряжение: они завершали миссии медленнее обычного, даже если преследовали одинаковые цели.

Дазай буквально мог чувствовать, как со временем пропасть между ними лишь увеличивалась; их партнёрство казалось похожим на плотную верёвку, что связывала их вместе, готовая порваться в любой момент. И никто не мог предсказать, что случится, если это произойдёт.

Ему надо было что-то сделать — что-то, что помогло бы вернуть доверие Чуи.

Так он и оказался перед потрёпанной дверью своей старой квартиры.

Прошло четыре года с тех пор, как он был здесь в последний раз, и его приятно удивило то, что его бывший напарник всё ещё жил здесь — ему пришлось провести небольшое расследование, чтобы узнать об этом.

Дазай как можно тише открыл дверь и так же осторожно закрыл её за собой. С первым шагом в пустой коридор его накрыло волной ностальгии, и он прошёл дальше, зная, что этот путь ведёт к кухне и столовой.

Осторожно огибая все скрипящие половицы, Дазай завернул за угол и увидел там Чую, который сидел за обеденным столом, что-то напевая. На мгновение он затих, чтобы допить вино в бокале, и Дазай скрылся обратно в коридоре, чтобы продолжить незаметно наблюдать за рыжим.

Это казалось таким знакомым, но Дазаю было больно от напоминания о временах, когда он называл это место домом. В прошлом всё было совсем иначе: тогда его здесь ждали.

Чуя снова начал напевать, открывая новую бутылку вина и наливая немного в бокал. Дазай слабо улыбнулся от звучащей мелодии. Он великодушно подождал, пока Чуя поставит бутылку на стол, прежде чем дал о себе знать.

— Что это за песня? — громко спросил Дазай. Чуя подпрыгнул на стуле, напуганный внезапным появлением Дазая, и выругался, когда случайно ударился пальцем о ножку стола.

— Ауч, блять… Ты, ублюдок, сколько раз я говорил тебе не подкрадываться ко мне так? — Он скривился, вставая и прыгая на одной ноге, и повернулся лицом к Дазаю. — Какого чёрта ты здесь делаешь?

Дазай проигнорировал второй вопрос:— Я не считал. Как для исполнителя Портовой Мафии, ты не особо бдительный.

— Я не думал, что мне надо оставаться бдительным даже дома, особенно учитывая то, что сегодня один из моих редких выходных и я не рассчитывал увидеть несносного мумифицированного переростка на моей кухне, — пробормотал Чуя. Несмотря на свои слова, он всё равно подошёл к шкафчику, чтобы достать ещё один бокал для Дазая. Брюнет ничего не мог сделать с рвущейся наружу улыбкой: возможно, за четыре года всё не так и сильно изменилось.

— Всегда оставайся начеку, Чуя, — прощебетал Дазай. — Ты так и не ответил на мой вопрос. Мне понравилась песня. Как она называется?

Чуя закрыл шкафчик и поставил бокал на стол, опускаясь обратно на стул. Дазай тоже присел напротив Чуи, ожидая, пока рыжий нальёт вина и ему.

— Понятия не имею. Какой-то американский трек, который слушал Тачихара. Жалею, что не спросил название, эта песня… неплохая.

Дазай кивнул и довольно улыбнулся, когда алкоголь теплом пополз по его горлу прямо в желудок:— Да, заедает. Я, кстати говоря, недавно тоже услышал песню, которая мне понравилась.

Тоже отпив немного вина, Чуя в удивлении приподнял брови. Его лицо слегка покраснело от алкоголя.

— Правда? Что за песня?

— Как же там было… Воу-воу, е-е, без тебя не убить мне се–

Дазай свалился со стула от удара Чуи и упал на спину. Его бывший напарник лишь закатил глаза, откидываясь назад и делая ещё один глоток вина.

— Ауч, Чуя! Ты не должен так вести себя с драгоценным гостем! — пожаловался Дазай, поглаживая ушибленное место.

— Ты не гость, а взломщик. Я тебя даже не приглашал.

— Но ты всё равно любезно предложил мне вина, что значит, что ты видишь во мне гостя! — весело возразил Дазай.

Чуя не ответил, лишь бросил взгляд на Дазая, а потом вздохнул, признавая поражение, и отпил вина прямо из горла. Дазай пытался не засмеяться, пока ставил стул на место, и снова сел пить своё вино, будто ничего не случилось. Он начал напевать ту же мелодию, что недавно услышал от Чуи, ожидая, что его снова сбросят со стула, но рыжий оставил его в покое.

Он продолжил напевать, поглядывая на Чую. Его лицо стало красным от алкоголя, а глаза пьяно блестели. Дазаю было… комфортно в его компании. Он думал, что всё пройдёт хуже, учитывая установившуюся между ними дистанцию, но каким-то образом они вели себя прилично.

Может, Чуя не стал кричать и бить Дазая, потому что был пьян. Он казался довольным, возможно, даже счастливым, так что Дазай даже не пытался начать разговор, предпочитая погрузиться в комфортную тишину.

Пока Чуя не наполнил вином ещё один бокал.

— Хэй, чиби, кажется, тебе уже хватит. Или ты хочешь отключиться? — спросил Дазай, осторожно направляя руку Чуи к верху бутылки, когда он едва не пролил её содержимое.

— Ну, не похоже, что ты собираешь оставить меня в покое в ближайшее время, так что это было бы идеальным вариантом, — пробормотал Чуя; его слова стали более смазанными, когда он подпёр голову рукой. — Это дешёвое вино. Оно годится только для того, чтобы напиться.

Дазай вздохнул и аккуратно забрал балансирующий между пальцами Чуи бокал.

— Сколько ты уже выпил?

Рыжий задумчиво промычал, прикрыв глаза:— М-м-м… бокалов шесть?

Дазай покачал головой:— Чуя. Ты не должен так много пить за такой короткий промежуток времени. Особенно учитывая то, какой ты маленький.

Чуя распахнул глаза, вперившись взглядом в Дазая:— Я ещё расту!

Вздохнув, Дазай закупорил бутылку.

— Да-да, продолжай убеждать себя в этом. — Он поднялся, чтобы спрятать вино в шкафчик, но Чуя подошёл к нему, мягко скользнув по локтю облачённой в перчатку рукой. — Чуя?

— Выпей со мной ещё немного, — попросил тот.

Глаза Дазая расширились. Поначалу он думал отказаться, потому что плохо переносил алкоголь, а сейчас ему хотелось оставаться в трезвых чувствах, но Чуя выглядел таким искренним и уязвимым, его лицо горело, взгляд был максимально открытым, он касался чужого локтя с непривычной нежностью, и Дазаю не оставалось ничего, кроме как согласиться.

В конце концов, он всё ещё хотел вернуть доверие Чуи.

— Ладно… — вздохнул Дазай, признавая поражение. Он сел обратно за стол и, несмотря на возражения рыжего, перелил вино из бокала Чуи в свой собственный, чтобы потом его поднять. — Твоё здоровье, Чуя.

Он быстро осушил бокал; вино не стоило пить одним глотком, как ликёр, но он хотел поскорее оказаться на одном уровне опьянения с Чуей, который выглядел размякшим и удовлетворённым. С каждой прошедшей минутой его лицо становилось всё краснее, а в животе расползалось приятное тепло, пока он всё глубже утопал в алкогольном расслаблении.

Он поднял глаза на Чую, чтобы увидеть, что тот уже смотрел на него, подперев голову рукой. Обычно, когда Дазай ловил на себе взгляды рыжего, тот спешил отвернуться, но на этот раз не разорвал зрительный контакт. В приглушённом свете кухни его глаза напоминали спокойное море.

Дазай отзеркалил его позу, не отворачиваясь.— Почему ты смотришь на меня?

Чуя спокойно ответил:— Потому что мне хочется.

Дазай лениво улыбнулся, прикрыв глаза, но вскоре снова посмотрел на Чую, не желая отводить взгляд.

— Почему?

Чуя прикусил губу.

— Я… не знаю. А ты почему смотришь на меня?

— Потому что мне хочется, — эхом повторил Дазай. Если бы Чуя был трезв, он бы отругал Дазая за эти напрягающие уклончивые ответы или обвинил бы в копировании его фразы, но он просто кивнул, словно это всё имело какой-то смысл.

Но Дазай думал, что этот разговор и впрямь не был лишен смысла. Они оба поняли друг друга без лишних объяснений.

Однако пока он продолжал смотреть на Чую, рыжий начал нервно перебирать пальцами и его глаза наполнились чем-то, что Дазай не мог чётко обозначить.

— Дазай…

Детектив моргнул и попытался подготовить себя ко всему, что сейчас мог сказать его бывший напарник.

— Да, Чуя?

— Ты… — Чуя нервно ёрзал. — Ты в порядке?

Дазай коротко засмеялся. Он ожидал услышать всё, кроме этого.

— Конкретизируй, что значит «в порядке».

Чуя вздохнул, в неопределённом жесте махнув рукой:— Я имею в виду… — он остановился взглядом на руке Дазая, — после того, что случилось.

Оу. Он об этом.

— Я больше не прикасался к наркотикам, если это то, что ты хотел узнать, — медленно и осторожно сказал Дазай. Он не очень хотел говорить об этом сейчас, но Чуя, похоже, искренне волновался.

Если честно, он думал о том, чтобы использовать наркотики для достижения того неестественного удовлетворения. Но он не хотел снова подвести Чую. Он просто не мог. Ему было тяжело сдержаться, но у него получилось. Так что он сказал правду.

В тот день он был зол на Чую, хотя вся его ярость должна была быть направлена только на себя самого. Потому что он вёл себя абсолютно тупо и эгоистично. Если бы не Чуя, Дазай бы продолжил в том же духе и, вероятно, быстро стал бы зависимым, пока не превратился бы в бездумный ходячий труп, чей мозг неспособен был бы работать без новой дозы.

Чуя спас его. А он просто был неблагодарным идиотом.

— Я рад. — Чуя вздохнул с облегчением. — Я не хочу тебя потерять.

Он сказал это так легко, так естественно, что Дазай мог и не обратить на это внимания. Но он обратил, и это заставило его сердце болезненно сжаться, потому что он был отвратительным человеком, раз заставил Чую так себя чувствовать, потому что знал, каково это: смотреть на вялое, почти безжизненное тело своего напарника. Это отвратительное, жуткое чувство, и он изначально не должен был заставлять Чую проходить через подобное.

Он так сожалел.

— Я тоже не хочу тебя потерять, — прошептал Дазай.

Вместе с этими словами, его, даже под действием алкоголя, захлестнуло осознанием, что он всё-таки заботился о Чуе. Даже если тот считал иначе, Дазай и впрямь имел это в виду: он не хотел терять Чую.

В его голове зазвучали слова из прошлого, что заставили мысленно вернуться в те бессонные ночи в тёмных холодных коридорах лазарета.

«— Какие громкие слова… Если продолжишь говорить такое, люди могут подумать, что ты заботишься о нём, Дазай-кун.

— Что плохого, если так и есть?»

Тогда Дазай и сам не был уверен в своих словах, но сейчас… это было правдой. Он заботился о Чуе. И осознание этого смыло всю его неуверенность, потому что, даже если Чуя ещё не понял этого, Дазаю было на него не всё равно. Если бы ему было плевать, он как минимум не сидел бы сейчас в этой квартире, попивая вино с человеком, который должен считаться его врагом, так, словно они были лучшими друзьями.

Они и были ими, пока он всё не разрушил. Но для этого он и пришёл сюда — чтобы вернуть всё в норму.

Дазай выпал из своих мыслей обратно в реальность и сделал ещё один глоток вина. Он слишком много размышлял о прошлом, тогда как должен был расслабиться вместе с Чуей, так что он решил перестать думать и вернуться в приятное опьянение, вливая в себя всё больше алкоголя, что согревал внутренности.

Он глянул на Чую, который, словно в глубокой задумчивости, смотрел в потолок. Чуя вроде как заметил взгляд Дазая и покачнулся, едва не свалившись со стула. Дазай любезно сдержал смешок.

— О чём думаешь, чиби? — поинтересовался он, подаваясь ближе.

— Перестань так меня называть, — проскулил Чуя. Дазай поднял руки вверх, сдаваясь, но рыжий в ответ нахмурился — Как ты, кстати говоря, попал в мою квартиру?

Дазай пожал плечами, и Чуя поднял ногу, чтобы снова пнуть его, но промахнулся: он с трудом управлял конечностями от количества выпитого. Дазай всё равно дёрнулся от удара, едва не падая со стула. Он снова засмеялся и достал из кармана ключ.

— Ты не сменил замки.

Внезапно наступившая тишина почти полностью отрезвила Дазая.

— Ты… оставил его? — спросил Чуя.

Его глаза были полны надежды.

Дазай замер. Он знал, что это был риторический вопрос, но он всё равно уловил вложенный в эту фразу смысл даже в своём нынешнем состоянии. Но если он знал, о чём на самом деле спрашивал Чуя…

— Да. Оставил.

И Чуя улыбнулся.

— Ты знал, что однажды вернёшься, — выдохнул он.

Дазай тоже улыбался. Может, алкоголь развязал ему язык, но он ответил:— Я всегда знал.

— Почему? — с любопытством во взгляде спросил исполнитель.

Дазай вскинул брови:— Что «почему»?

— Почему ты вернулся?

Тянущее чувство в груди напомнило: он здесь, чтобы наладить их отношения. В облаке пьяной беззаботности он почти забыл об этом и о том, что этот скоротечный момент однажды закончится.

На следующий день они, вероятно, будут вести себя так, словно ничего не случилось, как они делали в прошлом множество раз. Пропасть между ними не исчезнет наутро, несмотря на всё то, что произошло ночью. Алкоголь создал иллюзию того, что всё в порядке, что между ними нет никакого напряжения.

Поэтому Дазай решил избежать прямого ответа. Как он делал всегда.

— Разве я не могу навестить моего пса? — Ему не составило труда натянуть ухмылку на лицо, и, как он и ожидал, Чуя не заметил, как он ответил вопросом на вопрос: тот снова пнул Дазая под столом, осыпая его проклятиями. Дазай хихикнул, но улыбка не коснулась его взгляда.

Но спустя пару мгновений неприятное чувство перестало беспокоить Дазая, так что они продолжили разговаривать, пока за окном становилось всё темнее. Приглушённый свет, проникающий из-за угла из кухни, освещал покрасневшее лицо Чуи, и это заставляло Дазая чувствовать себя так, словно…

Словно он был дома.

И чем больше времени они проводили вместе, тем более отчётливо он осознавал, что каким-то образом снова может чувствовать себя счастливым. Он позволил этому привычному теплу его убаюкать: комната погрузилась в комфортную тишину, он продолжал улыбаться в тихой компании своего бывшего напарника, пока его глаза постепенно закрывались.