Глава 3. Хади-Такташ, пацаны!

Не спав всю ночь, Юля, как можно скорее ушла в школу, дабы не слышать ссоры родителей с братом. «Пусть разбирается сам, я даже слушать это не хочу». Она злилась на брата, невероятно злилась, что он связался с бандитами. В ее представлении группировщики-это отбитые гопники, не имеющие моральных, человеческих принципов и эмпатии. Из-за них, девушка не может ходить по улицам одна, она боится однажды наткнуться на кучку таких.

Родители часто рассказывают истории как кого-то избили просто так, у кого то деньги отняли. Теперь это уже привычное дело на улицах Казани. Если ты не с группировкой, то ты не пацан. «Чушпан», так звали тех, кто не принадлежал ни к какой из группировок. Их было принято унижать, прессовать, делать все, что захочется.

Юля просто не верила, что ее брат, такой хороший, светлый, самый дорогой для нее человек, может просто бездушно избить другого человека или ограбить кого-то.

– Миронова, ты отвечать собираешься сегодня? Я тебе вопрос задала, – напыщенная учительница по русскому, в платье в горошек, из под очков прожигала взглядом Юлю, витавшую в облаках. Кажись, она совсем не узнавала отличницу 10А класса, которая занимала призовые места на всех олимпиадах. – Выпускной класс, Юленька, расслабляться нельзя. Ну же, выходи к доске.

Юля, как в тумане, вышла к доске и находу вникнув в задание, расставила знаки препинания в сложноподчиненном предложении. Получив свою пятерку и выслушав наставления о будущем от учительницы, она, загруженная своими мыслями, вернулась за парту.

***

Весь школьный день прошел незаметно, все уроки она смотрела в окно, то и дело получая замечание от учителей, которые были явно шокированы такой незаинтересованностью в темах уроков от главной претендентки класса на золотую медаль, но они старались относиться к ней снисходительно, как никак она призерка почти во всех школьных конкурсах и всегда была отличницей.

Сегодня сильнее чем обычно Юля не хотела идти домой. Раньше дом у нее ассоциациировался с теплой кухней, чаем на столе и вечерними семейными посиделками перед телевизором. Ночными разговорами с братом, когда не спится. Их любимым делом было летней ночью выйти на балкон и просто смотреть на звезды. Юля могла высказать какую нибудь глупую шуточку, которую услышала от подруг в школе, а Леша лишь бережно мог потрепать ее по голове и улыбнуться.

Сейчас же дом для Юли это место криков, ссор и упреков. В последнее время там воздух искрит от напряжения между членами семьи. Про душевные посиделки уже давно не было и речи. Родители целый день на работе, а Юля одна дома, так и проходят ее дни.

***

Леша-единственный человек, которому кажется не всё равно на Юлю. Она злилась на него, ненавидела его выбор, но не могла не волноваться за него, не могла не любить его. Пусть их связь не такая крепкая как раньше, но она чувствует, что если что, он защитит ее любой ценой. Они уже не считают ночные звезды на балконе, но иногда, Леша, как раньше, взъерошит волосы на голове у сестренки и оба переносятся во время, когда все было проще, когда их семья была крепче.

Леша и сам понимал, защищать сестру-его святая обязанность, особенно в такое время. Он стал более строг к ней, контролирует как может, хоть и сам часто сутками дома не появляется. Делает все, что в его силах. Он знает: чуть что и он сломает любого за Юлю.

***

Подвальная качалка к вечеру наполнилась басистыми голосами и заливыстым смехом, были слышны глухие удары кулаков о грушу, скрип железа. Кто-то шуточно спаринговался, кто-то прыгал на скакалке. Сидя на диване в коморке, Турбо и Зима, неспеша попивали горькое дешевое пиво из бутылок с темным стеклом. Вахит, в группировке: «Зима»- один из суперов. Высокий, худощавый парень, на голове лысина, лопоухость, неказистая внешность, картавость. Он не такой жесткий как Валера, но в этом его особенность, его не боятся, но ослушаться также никто не посмеет.

Резко раскрыв дверь, в качалку спешным шагом зашел Адидас, в зале собрался гул, автор Универсама каждому кивнул и прошел в коморку, захлопнув за собой железную дверь.

– Че пацаны, отдыхаем? – спросил Адидас, даже не обратив на них особого внимания, сразу начал рыться в ящиках, что-то искать.

– Ну так, дело отмечаем прибыльное, – подняв бутылку вверх, с радостью на лице ответил Турбо. – А ты че ищешь то, Вов?

Турбо подскочил с дивана, желая помочь старшему, но тот его усадил, жестом показав, что справится сам.

– Че думаешь, ломанется? – направив взгляд на Турбо, спросил Зима и сделал глоток пива.

Турбо не спешил отвечать. Он вальяжно достал сигарету из пачки «Прима», чиркнув спичкой закурил, выпустил густой дым в потолок, откинув голову на спинку дивана. Пустых разговоров Валера не любил, он считал, что они ни к чему. Действия и авторитет-вот что показывает кто перед ним стоит. Он и сам привык все доказывать делом, а не трепаться попросту.

– Кто? Мирон чтоли? – все таки ответил Турбо, не смотря в сторону Вахита, продолжая раскуривать сигарету. – Ломанется, значит хер с ним, значит не пацан. Хотя куда он уже ломанется, уже поздно, пришился, да и на деле вчерашнем себя нихуёво показал для скорлупы.

Зима, получив вполне исчерпывающий ответ, сделал еще один внушительный глоток пива и сморщившись попросил у Туркина сигарету.

– Блять, да где же эта хуйня, – Адидас продолжал рыться в ящиках, бубня что-то себе под нос, недовольным тоном.

***

Вдруг дверь в качалку вновь резко распахнулась, да так, что ударилась о стену. Вместе с морозным воздухом в помещение ввалился запыхавшийся Мирон. Сердце бешено стучало и казалось вот вот выпрыгнет из груди. Внутри все жгло от мороза и тяжелого бега. Мысли наслаивались одна на другую.

– Хади-Такташ, пацаны! – прокричал он, держась за ручку двери, пытаясь отдышаться.

Парни, занимавшиеся своими делами, со всех углов качалки подтянулись ко входу и запыхавшемуся Мирону, окружили его и начали расспрашивать.

– Так стоп пацаны, –раздался громкий голос Адидаса, который выходил с коморки, его взгляд был ровно направлен на пацаненка лет восемнадцати, который стоял у распахнутой двери.

– Дверь закрой! Ну дует же бля, – спокойным, но громким голосом сказал Вахит, тоже неспеша выплывая из коморки и попивая пиво.

Мирон захлопнул дверь и сбивчиво объяснил что произошло, пока на него смотрели недоуменные пацаны, в центре которых был Адидас, на его лице смешалось непонимание и настороженность.

– Это Хади-Такташ Ералаша убили! – наконец отдышавшись проговорил Мирон. – Оперативная информация.

Недавно Универсамовские потеряли одного пацана. Ералаша. Какие то гниды убили его прям на остановке. Забили ногами. Ни Адидас ни супера не знали, кто забил их пацана. А потому и чувствовали, что война на улице неизбежна.

Адидас, ни сказав ни слова, опустил взгляд, как будто искал ответ на напольном покрытии. Почесав усы и проведя рукой по волосам, он снова поднял взгляд на Леху, а затем перевел на вспыльчивого супера, который не мог остаться в стороне.

– Слышь, тебе это кто сказал то, а? – Валера с недоверительным прищуром смотрел на паренька, руки в карманах штанов.– Мент чтоли какой?

– Опер, Ильдар, – Леша, оперевшись на дверь, осматривал взгляды толпы. – Да вы че пацаны, не верите чтоли? Адидас.

– Погоди, ты мне объясни, он нахрена тебе это сказал? Он может тебе вбросил, а ты сюда побежал, а щас там наверху всё ОВД поджидает, – размеренным, но давящим голосом говорил Зима, подходя всё ближе к Лехе. – Ты об этом не подумал? А? Мирон.

– Так, ну ладно, пацаны, разошлись все, разошлись, – не поднимая взгляда сказал Адидас и все разошлись по разным углам, продолжив заниматься своими прежними делами.

Адидас движением руки осадил Зиму, показав, чтобы тот закончил прессовать Мирона. Зима отступил назад, подняв руки вверх в знак капитуляции.

– Завтра, на коробке разговаривать будем, все возраста надо собрать. Кащей эту проблему решать не захотел, значит мы решим. – Уверенно смотря на старших сказал Адидас, когда они уже сидели в коморке.

– Чую пиздец намечается, – пялясь в пустоту пробормотал Турбо.